home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



27. Цыган–дурачок и его подвиги

[27]

В некотором царстве, некотором государстве объявился Змей, и народу от этого Змея никакого проходу не было: то корову стащит, то овцу, а то и еще что учинит. В общем, беда, да и только. А в ту пору проезжал по земле того государства один закоренный [Чтущий таборные законы.] цыган. Был он бедный–бедный. Лошаденка у него такая кляча, что даже непонятно, в чем душа у ней держалась, а все равно тащила телегу с цыганскими пожитками и босоногими и голодными цыганятами. И был этот цыган по уму дурак дураком и вид имел грязный.

Заехал цыган в лес. Остановился. Видит: куча хвороста лежит. «Ну, — думает, — за дровами ходить не надо, тут можно и костерок разжечь, и свининки пожарить». Запалил цыган эту кучу хвороста со всех четырех сторон, да так, что огонь аж к небу взвился. А была это не простая куча хвороста, а гнездо Змея ненасытного, которого все боялись. Загорелся Змей и подох тут же в страшных мучениях. Затрещала шкура Змея, словно из пушек палить начали.

Проснулся царь в своем дворце от страшного шума. Слуг призывает:

— В чем дело там, почему шум такой?

Приносят царю трубу подзорную. Глянул царь и видит, что в том лесу, где Змей проживал, костер аж до самого неба горит и треск стоит на всю округу. Запряг царь пару коней и поехал к этому месту взглянуть, что за диво такое. Приезжает, видит: цыган вшивый сидит да на горящего Змея поглядывает. Подивился царь и говорит:

— Видно, ты богатырь знатный, если такой подвиг совершил!

— А в чем дело? — спрашивает цыган.

— Как в чем дело: ты же богатырь, ты же самого Змея победил!

— Ну и что? Подумаешь, Змея победил, какая важность?!

— Слушай, друг, — пристал к цыгану царь, — бросай ребят своих, жену, палатку свою бросай и иди ко мне на службу. Ты не думай, если ты мне понравишься, я за тебя дочку свою отдам, и будешь ты жить припеваючи. А за службу твою я тебя награжу.

Ну кто от такого откажется? Не долго думал цыган: сразу же согласился. И отправился с царем во дворец.

А у этого царя вражда была со своим соседом.

— Слушай, цыган, надо мне своего соседа проучить. Уж больно надоел он мне. Хочешь, я тебе войско дам? Ну хочешь, тысячу человек дам в подмогу?

— Не надо мне никаких войск, я — богатырь и сам с твоими врагами справлюсь. Ты мне дай только свидетелей, чтобы никто не подумал, что я тебя обманываю.

— Ну ладно, смотри как знаешь!

Пошел цыган со свидетелями в соседнее царство — завоевывать его. Подъехал он к самой столице этого царства, развел костерок у самой городской стены и стал на костерке портки свои сушить, да вшей из них выгонять, а потом полез в сумку, достал кусок свинины, на палочку его надел, и только собрался в костер положить, чтобы на углях поджарить, как, откуда ни возьмись, собака выскочила. Ухватила она кусок мяса и бегом в город. Рассвирепел цыган. «Как же так, — подумал он, — если каждая собака будет у меня мясо воровать, так я же голодным останусь». Схватил цыган дубину и помчался вслед за собакой. Пока бежал да пока дубиной махал, все войско соседнего царя переколотил. А собака все ближе и ближе к дворцу бежит, и цыган за ней. Народ расступается, думает, что черт или дьявол какой–то бежит. Весь черный, без штанов и грязный — страх! Да еще и дубиной размахивает.

Забежал цыган в самый дворец, всех там переколотил, перебил, впопыхах и самого царя соседского уложил и даже сам не заметил как, а мясо у собаки все–таки отнял. А свидетели бегут сзади цыгана и все его подвиги подробно записывают.

Возвращается цыган с победой во дворец к своему царю, а тот ему и говорит:

— Ну теперь, богатырь, окажи мне честь: возьми в жены дочь мою. Будь во дворце хозяином! Живи, как душа твоя захочет.

Сыграли тут свадьбу богатую, и зажил цыган с царской дочерью. Да только не по душе она ему пришлась. «И что это за жизнь? — подумал цыган. — От моей жены кочевой хоть дымом костра пахло. А от этой не поймешь чем пахнет! Всякими помадами да румянами».

Тяжело было цыгану с царской дочерью. В спальню к ней он не ходил. Жил отдельно. А когда царская дочь сама к нему приходила, цыган нос в сторону воротил.

Обидно стало царской дочери. Пошла она к отцу жаловаться:

— Не ласкает цыган меня, не голубит, нос в сторону воротит. Что мне делать, батюшка?

— Ничего, доченька, — успокаивает ее царь, — привыкнет он, ты с ним сама–то будь поласковей, ведь грубый мужчина очень до женских ласк охоч!

Проходит еще несколько дней. Совсем невмоготу цыгану. Вышел он как–то на балкон царского дворца и начал затылок свой скрести да грустные думы думать.

— Нет, чявалэ, — сказал он сам себе, — это не жизнь, пора к своей старой жене подаваться.

А в это время мимо дворца проходил какой–то мужичок. Поманил его цыган пальцем, и тот подошел. Спрыгнул цыган с балкона и говорит мужичку:

— Слушай, морэ, я тут случайно женился на царской дочери, туда–сюда, да только жить с ней никаких сил у меня нет. Ты уж пособи мне.

А мужик хитрый попался.

— Что ж, — говорит, — цыган, вижу дело твое никудышное, однако горю твоему помочь можно. Скидавай свою одежду и надевай мою, а уж я, так и быть, в твою залезу.

Поменялись они одеждами. Мужик во дворец пошел, а цыган к своей кочевой жене подался.

С той поры царская дочь своим мужем не нарадуется.

— Совсем изменился цыган, — хвастает она отцу, уж такой ласковый стал, такой нежный! Да и вид у него совсем другой: то черным был да сопливым, а теперь белый стал, чистенький. Говорит, мол, в трех росах помылся, оттого и побелел.

— Вот видишь, — обрадовался царь, — говорил же я тебе, что все будет в порядке...

Были у царя три арабских скакуна вороных: два мерина и один жеребец. Когда цыган из дворца удирал, то с собой двух меринов увел, а жеребца оставил, чтобы и царю не скучно было. Запряг цыган царскую карету да так и отъехал.

Непривычно цыгану на чистокровных скакунах ездить, ведь какие клячи раньше у него были, а тут арабские кони, чистопородные. Пока вожжами их сдерживал, все–то руки пооборвал. Пока до первой деревни доехал, совсем из сил выбился. «Надо хотя бы одну лошадку променять», — решил он. Заехал в деревню, подошел к мужикам и говорит им:

— Ну что, мужики, давайте коней менять?!

— Да что ты, — отвечают те, — с ума, что ли, сошел? Где же мы таких коней возьмем, чтобы с тобой меняться. Смотри, какие у тебя красавцы! У нас и денег не хватит, чтобы в придачу давать.

— Ой, обманываете вы меня, мужики, — усмехнулся цыган, — а ну пошли в конюшню, хочу сам посмотреть, что вы от меня скрываете...

Ну да ладно, пошли они в конюшню. Понравилась цыгану одна грязная лошадка, вся в навозе вывалянная. Подумал цыган: «Вот эта лошадь по мне, гляди–ка, с нее аж сало капает. Добрая лошадка!»

Поменял цыган своего арабского коня на эту дрянную лошадку, впряг клячу рядом со вторым арабским скакуном и едет дальше.

А кляча еле бежит, еле поспевает за арабским рысаком.

— И что же ты, кляча, мне всю пару портишь, — закричал цыган на арабского рысака. — И что ж ты так нескладно бежишь? Придется мне и тебя поменять.

Заехал цыган в деревню и второго арабского скакуна поменял на полудохлую клячу. Запряг ее рядом с первой клячей, хлестнул кнутом, да только лошади ни с места. Нет у них сил тяжелую, обитую золотом царскую карету тянуть. Посмотрел цыган на карету и подумал: «Раз такие хорошие лошади не могут повозку тянуть, значит, повозка никуда не годится». Поломал цыган карету, выпряг кляч и верхом отправился к своей жене.

Подъезжает он к своей палаше, а навстречу ему жена с цыганятами выбегают. Схватил цыган кнут да как хватит жену по голове:

— Что ж ты меня, подлая, одною оставила? Что ж не разыскивала? Даже собака и та за мной ходила, а тебе, выходит, все равно: где я был да что делал?! Ты смотри, каких я лошадей тебе привел!

Обрадовалась цыганка, скорей самовар поставила, цыганята вокруг веселятся И пошла у них жизнь — цыганская, прежняя, кочевая. А о подвигах своих цыган уже больше и не вспоминал.



26. Как цыган по свету ходил | Сказки и песни цыган России | 28. Цыган и арбуз