home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement





* * *


Уже в первый свой приезд во Владимир Совин озаботился тем, что у Гали Гаврилиной переписал себе на дискету компьютерную базу данных «Телефоны Владимира». База была устаревшей и неполной, но телефон и адрес адвоката Андрея Игоревича Сергеева в ней имелись. Бывший так называемый обкомовский дом на улице Диктора Левитана. Второй этаж. Окна выходят во двор. А во дворе — детский садик с густыми деревьями и массой всяких детских построек: деревянных корабликов, машин, качелей, беседок и террасок…

Совин появился во Владимире вечером — темнота была непременным условием того, что он задумал сделать. Он тщательно обследовал всю прилегающую территорию, в удобном месте поставил машину. Уже смеркалось, в домах зажигались огни, но в окнах квартиры господина адвоката свет не горел. Это устраивало Дмитрия. Собственно, все расчеты и строились на том, что холостой адвокат (Совин знал, что он не женат) вечером в субботу не будет сидеть дома и вернется, если вернется, довольно поздно, уже в темноте. Вопрос, как узнать Сергеева в ночи, не беспокоил Дмитрия. Проход между домами, откуда и должен был появиться адвокат, хорошо освещался уличным фонарем. Территория же детского садика, где засел Совин, не освещалась вовсе…

Да, ожидание в машине — это совсем не то. Удобное сиденье, тихая музыка из приемника, сигареты, чай из. термоса. Прямо летнее кафе в Париже, а не слежка.

Сегодня вечером Совин получил примерное представление о том, что такое труд снайпера, что такое настоящее ожидание. Он ждал с девяти вечера до трех ночи. Без чая. Без сигарет: огонек могли увидеть из окон. Хорошо еще, можно было свободно двигаться, сидеть, вставать, ходить. С единственным условием — не выпускать из виду место, откуда должен появиться адвокат.

Около трех ночи Совин услышал шаги и увидел того, кого ждал.

Время вдруг почему-то стало тянуться медленно, как не тянулось никогда.

Совин поднял арбалет…

Адвокат шел к подъезду…

Совин прицелился…

Адвокат подошел к двери…

Совин затаил дыхание и положил указательный палец на спуск…

Адвокат медленно поднял руку…

Совин потянул спусковой крючок…

Адвокат взялся за ручку двери…

Зазвенела тетива…

Дмитрий не промахнулся. Стрела впилась в дверь как раз над головой адвоката. Тот опешил, быстро оглянулся, рванул на себя дверь подъезда и юркнул в нее. Через полминуты на втором этаже хлопнула дверь. Дело было сделано.

Дмитрий перемахнул через забор детского садика, бесшумно добежал до подъезда, с превеликим трудом вытащил стрелу, припасенным заранее мелком начертил вокруг оставшегося от стрелы отверстия три концентрические окружности, перечеркнул их вертикальной и горизонтальной чертами — получилась мишень с отверстием посередине — и быстрым шагом пошел к машине, стоявшей в соседнем дворе. Открыл дверцу, завел двигатель, включил сотовый телефон. Набрал номер адвоката и, услышав произнесенное испуганным голосом «алло», сказал, понизив голос и добавив в него обертонов: «Спустись к почтовому ящику. Возьми письмо. И не бойся: сегодня больше ничего страшного не случится. Будь здоров. Целую в уши». Отключил телефон и нажал на педаль газа.

Через пятнадцать минут машина уже была на автостоянке у гостиницы «Заря». Он разложил сиденья и лег. Надо было хоть чуть-чуть поспать перед дорогой в Москву. Ехать ночью нельзя — наверняка тормознут на посту ГАИ да еще и обыщут. Арбалет не считался запрещенным оружием, но мало ли что… Лучше не рисковать.

А господин адвокат, Совин знал наверняка, читал сейчас письмо, напечатанное Дмитрием еще в Москве. Письмо Совин опустил в почтовый ящик примерно в полночь. Содержало оно слова неласковые и для адресата неприятные:


«Не считай сегодняшний выстрел промахом. Не надо. Утром посмотришь: увидишь, что я попал как раз туда, куда целился.

Придет время, я тебе позвоню, и ты мне коротко ответишь на пару вопросов. Не ответишь, сам понимаешь, что будет. Стрела летит без звука, так что тебе придется постоянно бояться. И ночью. И днем. А это очень утомительно — я знаю.

До моего звонка ничего не бойся. А бояться ли тебе после моего будущего звонка — это, как вести себя будешь. Я существо терпеливое и обязательно тебя подловлю, если будет что-то не так, как я хочу».


Дмитрий засмеялся, взял телефон и вновь набрал номер домашнего адвокатского телефона. Трубку Сергеев снял после третьего гудка, но отвечать не торопился. Впрочем, Дмитрий ответа и не ждал.

— Не звони, Римский, никуда, худо будет!

— Что?

Совин отключил телефон и уже в темноту ответил:

— Что-что! Булгакова читать надо! Михаила Афанасьевича…

Возможно, второй звонок был и ни к чему, но уж больно похулиганить хотелось. Да и ситуация прямо подталкивала к тому, чтобы процитировать бессмертные булгаковские строки. Но нужно было и поспать, и Совин откинулся на спинку сиденья…



* * * | Фабрика звёзд по-русски | ВОСКРЕСЕНЬЕ, 24 МАЯ