home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



29.20. Заглянуть за золоченый занавес

Многочисленные западные сочинения разоблачают внешнее благообразие земного бытия. «Мир, в котором мы живем, одна лишь вывеска, за которой скрываются страх и чувство вины, судорожное самоутверждение и эгоизм», — говорится в одной из рецензий на книгу Хорста Э. Рихтера (Richter) Комплекс бога («Gotterkomplex») (Новая цюрихская газета, 19.02.1980, с. 35).

Европейцам прежде всего хочется разоблачить видимость западного буржуазного мира. Среди них встречались и такие «писатели, политологи, политики и теологи, борцы за лучший мир» («Жило-было Никарагуа», передовица Новой цюрихской газеты, 21–22.08.1993), которые считали, что лишь в странах вроде сталинского Советского Союза или кастровской Кубы можно было увидеть величественную реальность. Пытливо-стратагемным марксистским взглядом они всматриваются лишь в свое собственное общество. А тех, кто, глядя на социалистические страны, «указывают на скрывающуюся за видимостью торжеств и народного благополучия действительность, причисляют к приспешникам ЦРУ или финансовых воротил…» (там же).

Что же касается Запада, то даже «церковь представляет взору непрочную вывеску, скрывающую притеснение и лицемерие», — утверждает Анна Дёрдельман-Люг (D"ordelmann-Lueg) в своей книге «Когда женщины любят священников: целибат и его последствия» («Wenn Frauen Priester lieben. Der Z"olibat und seine Folgen». Мюнхен, 1994) («Церковь: слезы на глазах». Шпигель. Гамбург, № 2, 1994, с. 98). В романе американского адвоката, представляющего интересы детей, Эндрю Вакса (Vachss) герой срывает со среды зажравшихся снобов привилегированного предместья «величественную вывеску, обнаруживая за ней преступный клубок из изнасилования детей, садомазохистской порнографии, вымогательств, крайне опасных опытов с лекарствами и бездну личных зависимостей, темных делишек и ранящих детскую психику переживаний» (Стефан Красе (Krass). «Голый, холодный, израненный». Новая цюрихская газета, 28.03.1996, с. 77). Немецкий драматург Рольф Хоххут (Hochhuth) занят «разоблачением видимости «благообразия» в «Наместнике» («Stellvertreter», 1963)[408] и пьесе о Черчилле «Солдаты» («Soldaten», 1907)» (Эрнст Неф (Nef). «Разрушение видимости». Новая цюрихская газета, 10.04.1995, с. 20). А мать швейцарского писателя Томаса Хюрлиманна (H"urlimann) «познала показной мир политики, настрадалась там и не упрекает своих детей, пытающихся сорвать эту видимость» (Петер М. Хетцель (Hetzel): Schweizer Illustrierte. Цюрих, 10.08.1998, с. 68). Прежде всего, художественная литература считает своим долгом высветить, что скрывается «за благообразной вывеской» (Пия Райнахер: Tages-Anzeiger. Цюрих, 12.06.1997, с. 85).

Фильмы также разоблачают встречающуюся на Западе на каждом шагу стратагему пристойной видимости. Например, снятый Романом Полански в 1974 г. американский детектив «Китайский квартал» («Chinatown») [премия «Золотой глобус» за режиссуру, присуждаемая аккредитованными в Голливуде журналистами] показывает, что «за пленительным фасадом Лос-Анджелеса… разрослась непроходимая чащоба продажности, наживы, властолюбия, алчности и убийства» (Z"urcher Studentin, 3.06.1993, с. 12). Безнравственная действительность зачастую прячется за «внешне благопристойной семейной жизнью», как явствует из книги Позови меня! («Call me!»), [где повествование идет от имени актрис Голливуда] Робин, / Лайзы, / Линды, / Тиффани, занявшей через несколько дней после выхода первое место среди бестселлеров в США (Бильд. Гамбург, 16.06.1997), а американский писатель Норман Мейлер (Mailer) считает: «Мы живем на искусственно созданной почве, где не прекращаются наркотические войны и бедствия» (Вельтвохе. Цюрих, 9.03.1989, с. 63).

«За приятной внешностью своего спутника» скрывалась со своим бешеным честолюбием Нэнси, супруга бывшего американского президента Рональда Рейгана. По мнению ее биографа Китти Келли (Kelley), Нэнси была одержима «внешним видом». Всю жизнь она стремилась «ради внешнего вида подправлять, подменять, приукрашать, выдумывать, переписывать прошлое и настоящее… отражать любые натиски действительности и все подчинить, всем жертвовать ради сохранения этого воображаемого мира». Она изменила день и место своего рождения, придумала для своей матери знатное происхождение. Но дело здесь не ограничивается лишь одной, поставившей себя на службу стратагеме 29, личности: «жизнь Нэнси Рейган представляет собой притчу о современной Америке, притчу о сущем и видимом, о форме и содержании, о власти и манипулировании, о лжи, действительности и выдумке, об обмане и достоверности» (Рето Пит (Pieth). «Бестселлер о первой леди Америки Нэнси Рейган: женщина, выдумавшая саму себя». Вельтвохе. Цюрих, 18.04.1991, с. 83).

А вот еще одно утверждение: «Под прекрасным обличьем американского образа жизни повсюду, где бы и когда бы ни свела судьба белых и черных, все еще жжет рана рабства» («Чернее «черной серии»[409]». Новая цюрихская газета, 14–15.11.1998, с. 48).

«Запоздалый обвал викторианского фасада» — название статьи о «праздной жизни при английском дворе» (Вельтвохе. Цюрих, 25.01.1996, с. 61). «Фасад еще белый, хотя сзади начинает крошиться» — подпись под фотографией принца Чарльза, принцессы Дианы и их сыновей (Бильд. Гамбург, 1.03.1996, с. 5). В своей злой политической сатире «Переметнувшись в другой стан» («Crossing the floor»), снятой на Би-би-си, автор сценария и режиссер Гай Дженкин (Jenkin) проявляет «поразительную чуткость к духовному убожеству, что скрывается за блеском передовой «Хладной Британии» («Cool Britannia»)[410] нового кабинета Тони Блэра: «new, exciting, young, bright, fresh» («новая, будоражащая, молодая, блестящая, свежая»)» («Rule Britannia», или груда мертвых ослов…». Новая цюрихская газета, 30.04.1998, с. 52).

«Ведет игру с буржуазными бесплодными мечтателями, не обремененными нравственностью и полагающими, что могут под защитой буржуазного фасада вести свои грязные игры, французский кинорежиссер Клод Шаброль» (Вольфрам Кнорр (Knorr). «Ничего уже не происходит за фасадом». Вельтвохе. Цюрих, 30.10.1997, с. 56). С вкрадчивым цинизмом проникает «он за фасад погрязшего в удовольствиях буржуазного мира, чтобы заглянуть в бездну ненависти, алчности и смертоубийства» (Велыпвохе. Цюрих, 9.11.1995, с. 65).

«Буржуазная добропорядочность — всего лишь вывеска, за которой зияет бездна», — учит нас роман Моники Кёлер (K"ohler) «Уродица-подменыш» («Kielkropf») (Марион Лёндорф (L"ohndorf). «Зачатая в проклятиях». Новая цюрихская газета, 5.11.1996).

При виде того, как разрушают весь этот западный фасад, не удивительно, что в шанхайской ежедневной газете Вэньхуэй бао (9.05.1979) рецензент появившегося на китайском языке Сборника современного американского рассказа приходит к выводу, что различные американские писатели, в том числе Артур Миллер, в своих рассказах разрывают «золоченый занавес так называемого общества всеобщего благоденствия». Что же открывается за этим «золоченым занавесом»? По мнению автора рецензии, «крайняя духовная убогость и пустота», «нравственный упадок», «расовая дискриминация», «наркомания», «убийства», «похищения детей»…


29.19. «Все — одна вывеска» | Стратагемы. О китайском искусстве жить и выживать | 29.21. Нежданное отцовство [411]