home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава III

— Вам понравится у нас, Райленд, — мягко сказал оператор-майор Чаттерджи…

— Да, сэр, — согласился Стив, оглядываясь.

Они находились в небольшой комнате. На стальных стенах он увидел знак Службы Безопасности. Но в каком месте он мог сейчас находиться — на поверхности или же под землей, — Райленд не имел ни малейшего представления.

— Не волнуйтесь из-за пустяков, — тараторил майор. — Главное — работа.

Он был по-юношески подвижен и легок, антенный шлем носил небрежно, как часть маскарадного костюма. Перехватив взгляд Райленда, улыбнулся.

— А, это… Чертовски неудобная штука. Но вы — опасник, и приказом Машины…

— Я привык к этому.

— Здесь еще есть опасники, — поспешно добавил Чаттерджи. — Бог мой, кое-кто из наших лучших работников тоже…

— Прошу простить меня, майор, — перебил его Райленд, склонившись к телетайпу, чтобы отстучать имя и код. Машина ответила без промедления:

«П. Информация. Оператор-майор Чаттерджи уполномочен переквалифицировать ваш статус. Действия. Затребовать необходимое оборудование для расширения систем уравнений общего силового поля и равновесного состояния».

Райленд нахмурился.

— Уже задание, Стив! — воскликнул майор, заглянув ему через плечо. — О, у нас все быстро делается. У меня есть шестирегистровый калькулятор и комната, куда можно его установить, пока вы переоденетесь. Гарантирую вам мешок долларов!

— Я не понимаю, — сказал Райленд. — Общая теория и равновесное состояние — что это значит?

Но в данной области майор оказался жизнерадостным невеждой. Его дело — администрирование. А все остальное Стив узнает в свое время, не так ли?

Райленд пожал плечами.

— Ладно. Пока есть Опорто, калькулятор мне не нужен.

— Второй опасник? О, понимаю, вы всегда держитесь вместе. Я откомандирую его к вам.

Райленд не слушал его, глядя на телетайп.

По-настоящему важная часть приказа требовала размышления. «Оператор-майор Чаттерджи уполномочен переквалифицировать ваш статус». Вот этот человек с блестящими, подвижными, как ртуть, глазами, — этот человек и должен будет повернуть ключ, открывая воротник?

Или он неточно толкует сообщение? Машина всегда выражается точно. Лишь человеческие существа не всегда правильно понимают то, что она говорит. Например, имеется в виду, что Чаттерджи освободит Райленда. Или, может быть, изменит его статус… до статуса сырого мяса в орган-банке?

Последняя мысль отрезвила Райленда.

— Зачем Машине нереактивная тяга? — спросил он майора натужно. — Ионные корабли вполне способны достигать любой планеты, а План Человека, кажется, все глубже зарывается в недра, покидая космические колонии.

— Прекратите! — одернул его Чаттерджи. — Такие мысли не входят в наши функции!

— Кажется, Машина опасается, что нереактивный двигатель попадет в руки врагов Плана? — настаивал Райленд. — Чьи же это могут быть руки? Какие такие враги? План покорил все планеты, в него включено все человечество, кроме нескольких беглецов вроде Донвуда…

— Не надо об этом! — Майор, казалось, был потрясен. — Нам хватает забот и без того, чтобы допустить незапланированные разговоры.

Райленд, пожав плечами, оставил бесплодные попытки, и к Чаттерджи сразу вернулась прежняя жизнерадостность.

— Вас нужно устроить, разместить, — заулыбался он, поблескивая золотой оправой очков. — Вера, девочка! Войди!

В комнату важно вплыла высокая блондинка, одетая в алые брюки и такого же цвета короткий жакет. Два века назад она могла бы быть мажореткой в оркестре, но в эру Плана выполняла куда более важную функцию.

— Знакомьтесь, Стив, это Вера — одна из наших общительниц. Она поможет вам освоиться. Гарантирую!

Общительница тренированно улыбнулась.

— Знай в совершенстве свои функции, только свои, — пропела она. — Таков наш лозунг, мистер Райленд.

— И превосходный лозунг! — сияя, поддержал ее майор. — Можете приступать, Вера. И не забудьте — сегодня в семь вечера общение.

Конечно, сейчас мысли Райленда вертелись вокруг приказа Машины, нереактивной тяги, гипотезы равновесного состояния, трех исчезнувших дней, фразы «Майор Чаттерджи уполномочен вас переквалифицировать», вокруг того факта, что Планирующий знал о его беседе с Донной. Но и то, что говорила общительница, имело немалое значение. Он постарался на время отключиться от основных мыслей и прислушался.

— Вам здесь понравится, Стивен, — кукольным высоким голоском пообещала Вера и взяла его под руку.

Они пошли вдоль туннеля с серыми бетонными стенами. Окон не было.

— Это называется «пункт Черный Круг», — сообщила девушка. — Странно, правда? Но ты привыкнешь. Я тебя научу!

Пункт «Черный Круг» являлся штаб-квартирой, где майор Чаттерджи переживал по поводу снабжения и работы персонала — так понял его назначение Райленд.

— А это — пункт «Серый Треугольник», — прощебетала Вера, указывая на перекресток впереди. — Медицинский сектор — проверки, недомогания, травмы, а также… — игриво хихикнула она, — отправка в орган-банк.

Райленд вздохнул.

— О, не стоит волноваться, Стив. Можешь доверять майору Чаттерджи. Ты делай свое дело, он будет делать свое. Это и есть работа Сообща.

— Да, понимаю, — пробормотал он. — Просто… У меня уже был шанс оказаться в орган-банке. Целых три года. Признаюсь, перспектива оказаться в мясорубке меня не восхищает.

Шокированная общительница застыла на месте, сердито выгнув бровки.

— Мясорубка? Что за неплановое слово?

— Я имел в виду…

— Плановый термин, — твердо сказала она, — звучит так: утилизация. Ты не можешь отрицать логику Машины, верно? — И, не ожидая ответа, увлеклась хорошо заученной речью: — Орган-банк обеспечивает проблемную группу необходимым стимулом, который гарантирует максимальную продуктивность работы. Если усилия приведут к успеху, группе опасаться нечего, если же их ждет неудача… — Пожав очаровательными плечиками, общительница вздохнула. — В таком случае, благосостояние Плана Человека требует от них иной лепты в Работе Сообща. Их анатомические органы будут участвовать в улучшении здоровья других граждан. Такова Работа Сообща!

— Благодарю! — раздраженно ответил Райленд.

В лагере максимальной изоляции за Полярным кругом, подумал он грустно, было тяжело и тоскливо, не было никаких удобств, но там, по крайней мере, он не обязан был выслушивать лекции от девчонок, у которых еще молоко на губах не обсохло.

Названия пунктов — «Серый Треугольник», «Черный Круг» и так далее, — были изобретением Службы Безопасности. Все заведение называлось Группа-центром. Оно могло находиться где угодно — даже под Индийским океаном.

В пункте «Серый Треугольник» он прошел тестирование, повидался с Опорто. Тот казался вполне здоровым, но несколько удрученным. Они поприветствовали друг друга взмахом ладони, но поговорить возможности не было. По крайней мере, с облегчением вздохнул Райленд, коротышку еще не утилизировали.

Последовавшие за этой встречей пять часов скрупулезных тестов заставили его забыть о судьбе Опорто. Сотрудники «Серого Треугольника» измеряли его функциональные показатели и коэффициенты лояльности, применяя все виды тестирования, каким он уже подвергался ранее, и в придачу новые. Лаборанты крепили электроды, привязывали испытуемого к креслам аппаратов, допрашивающие требовали мельчайших деталей, вплоть до точного указания, какие игрушки подарила Райленду мать в день рождения на третьем году жизни.

Тесты снова вернули его в те горькие дни, когда он проходил сеанс за сеансом в «центре отдыха» — дням, которые казались веками. Когда он опять и опять подвергался наказанию лишь за то, что не в состоянии был понять смысл безумных вопросов, которыми его бомбардировали тераписты.

Райленд чувствовал, как все внутри сжимается от страха — вдруг этот кошмар повторится? Вдруг они заинтересуются всеми этими пироподами и прочим?

Но все обошлось. Вопросы были стандартными. Их уже не раз задавали прежде, и каждый ответ давно был записан на барабанах памяти Планирующей Машины. Но допрос продолжался, как положено. Реакции Райленда то наблюдались при адском слепящем свете, то фотографировались в инфракрасном излучении. Целые залпы инъекций то стимулировали, то успокаивали его, один раз погрузили в короткий сон — бог знает, какие зонды и щупы проверяли в этот момент напряжение внутренних органов.

Наконец, последние анализы были сданы, и все закончилось.

Райленд облачился в новенькие хрустящие брюки и куртку алого цвета, после чего был выставлен в коридор, где его уже ждала Вера. На губах ее застыла лакированная улыбка, глаза сияли удовольствием.

— Ты прошел все благополучно! — восхитилась она. — Я знала, что все будет хорошо. Теперь ты — полноценный член Группы. Я покажу твою комнату, — щебетала общительница. — Очень симпатичная комната, Стив! А потом… О, потом у нас много дел. Тебе понравится наша Общая Столовая! У тебя будут замечательные условия для работы! И это справедливо, правда? От тебя так много ждут и от всей группы тоже, верно? Вы должны оправдать это ожидание! Такова Работа Сообща!

Заливаясь соловьем, она водила его по коридорам Центра около часа, после чего завела в столовую. Там было пусто — они опоздали к обеду из-за проверки в Сером Треугольнике. Пища оказалась обычной — стандартный рацион для служащих общего профиля разряда «А», Примерно так же его кормили в лагере полной изоляции. После обеда Вера выполнила свое обещание относительно комнаты.

Жилище оказалось довольно удобным. Кровать — неожиданно мягкой, книжный шкаф — битком набитым справочниками и таблицами. Имелся также просторный ящик для хранения личных вещей, которых у Райленда давно уже не было.

— Какая прелесть, правда? — с энтузиазмом воскликнула Вера. — Но нам нужно спешить, Стив. Уже почти семь часов!

Общая Столовая находилась над уровнем лабиринта, которым являлся Группа-центр. Ее серые бетонные стены были довольно легкомысленно оживлены пестрой краской.

Райленд осмотрелся.

Здесь было светло и шумно от разговоров множества людей. Около двадцати общительниц, таких же стандартно симпатичных, как и Вера, танцевали со смеющимися офицерами Технокорпуса, сидели за столиками, пели вокруг фортепиано. По залу сновали торопливые официантки, тоже довольно хорошенькие, разнося напитки и легкие закуски. Были здесь и новые коллеги Райленда, одетые в такую же алую униформу. Сердце его забилось сильнее — по крайней мере у троих он заметил железные кольца. Но, что самое удивительное — они смеялись! Один танцевал с высокой рыжеволосой девушкой, двое играли в карты. Казалось, железные воротники не слишком тяготят их.

Стив облегченно вздохнул — кажется, именно о таком месте он мечтал последние три года.

За огромных окном, футов двадцати в высоту, садящееся солнце заливало оранжевым светом древние утесы. Под порывами неслышного ветра качались вершины сосен, дальний склон был покрыт вечнозелеными елями и начавшими желтеть осинами.

— Я… я до сих пор не знал, где мы находимся.

— Но ты и сейчас не знаешь, — засмеялась она. — Идем, я представлю тебя Руководителю Группы.

Генерал Флимер оказался обладателем больших, навыкате, глаз и тесной униформы, которые делали его похожим на большую самодовольную жабу.

— Так, значит, вы и есть Райленд? — генерал тряс его руку, сияя дружелюбием. — Рад, что вы присоединились к нам, Стивен! — Усмехнувшись, он щелкнул ногтем по металлу кольца. — О, мы с тебя эту штуку вмиг снимем! Главное — давай результаты. И благонадежность тебе обеспечена! Что может быть справедливее?

Подхватив Райленда за свободный локоть, он потащил его вперед.

— Хочу познакомить вас с другими сотрудниками, — добродушно гудел генерал. — Ага! Паскаль! на минутку. Стив, позвольте представить…

— Я уже знаком с полковником Лескьюри, — сказал Райленд, узнав офицера Технокорпуса, который показал им с Опорто купе в вагоне Планирующего.

Полковник кивнул ему. Пока генерал собирал остальных членов Группы, они отошли в сторону.

— Я не хотел ничего говорить вам тогда, хотя уже знал о вашем направлении. Ваше э-э… собеседование… оно прошло успешно?

Райленд прекрасно понимал, что полковник мог отнестись к нему не столь благосклонно, если бы собеседование прошло неудачно, но решил не придавать этому значения.

— Да, — сказал он. — Планирующий был настроен…

Полковник шутливо ткнул его в бок и подмигнул.

— Я о другом собеседовании, парень! Ничего себе девица, а?

Райленду начало казаться, что едва ли найдется гражданин Плана, которому неизвестно, что он три четверти часа провел в ванной комнате Донны Криири.

— Эй! — призывно замахал рукой генерал. — И вы тоже, Отто!

Полковник Отто Готтлинг, обладатель каменного лица и тяжелой поступи, оказался экспертом по ракетным камерам сгорания. Камеры его конструкции применялись на всех кораблях последних двенадцати экспедиций к внешним планетам.

Как выяснил Райленд, каждый сотрудник Группы специализировался в какой-нибудь области, но он с трудом представлял, каким образом эти разделы знания сочетаются здесь. Например, полковник Лескьюри был специалистом по биологии, директором отдела Космической Биологии Плана. Майор Ланггрен — астрофизиком. Были еще два математика: специалист по теории чисел, имя которого показалось Стиву смутно знакомым, и еще один, занимающийся стандартными циклами. Совпадение или нет, но оба носили на шее железные кольца. Третьим опом был химик, специалист по пищевым продуктам — полный веселый человек, обладающий неистощимым запасом каламбуров и смешных стишков.

Когда все собравшиеся успели немного захмелеть, генерал Флимер вскарабкался на стол и, стуча каблуками, потребовал общего внимания.

— Тост! — проревел он. — За Работу Сообща и за План Человека!

Раздались одобрительные возгласы. Флимер осушил бокал и вдруг стал серьезным.

— Кое-кто здесь, — гаркнул он, — может, не понимает, на что нацелена наша Группа. Что ж, скоро вы поймете! Но ради новых наших товарищей позвольте мне в общих чертах обрисовать философию Групповой Атаки вообще. Это — наисущественнейший инструмент нашего научного прогресса.

— Ура Групповой Атаке! — взревел один из математиков-опов.

Девицы-общительницы захихикали, генерал благодушно улыбнулся ретивцу и продолжил:

— В давние-давние времена, как мне объяснил один групповой историк, наукой занимались одиночки. Кто-то из вас, может быть, думает, что так продолжается до сих пор. — Флимер послал Райленду ледяную усмешку. — Эти времена давно прошли! Поворотным пунктом была Группа Эйнштейна, собравшаяся в городе Хиросима, чтобы атаковать фундаментальные проблемы деления атомов. Но, к сожалению, — он протянул свой бокал, чтобы его наполнили, — вес пионеры атомной науки погибли в результате неожиданно удачного опыта по делению урана. А принцип группового штурма выжил! С тех пор План Человека усовершенствовал эти принципы, отшлифовал приемы Групповой Атаки. Когда Плану Человека требуется новое научное открытие, для его создания образуется Группа. Необходимость в этом созрела именно сейчас, и эта Группа — вы! вы — моя Группа, Вы все!

Продолжительные аплодисменты, крики, возгласы прервали его речь. Флимер улыбнулся, зловеще и ядовито, что несколько не сочеталось с приторностью его рыхлого лица.

— Я уверен, что вы понимаете, — кивок в сторону Райленда и других кольценосителей, — почему от вас ждут успеха. Добившись его, вы поймете, что принцип Группы работает в обоих направлениях. Но если этого не произойдет, тогда… — Не окончив фразу, генерал мрачно и многозначительно посмотрел на опасников еще раз. Потом широко улыбнулся и коротким толстым пальцем провел по месту, где у нормальной полноты людей находится шея. — Ж-ж-ж-ж! И в орган-банк!

Аудитория взорвалась смехом. Оператор-майор Чаттерджи вскочил на стол, сверкая очками.

— Троекратное «ура» генералу Флимеру и Плану Человека! Гип-гип…

— Ура-а!

Возглас получился громкий, но недружный.

— Гип-гип…

— Ура-а!

На этот раз кричали все.

— Гип-гип…

— Ура-а!

Райленд обнаружил, что кричит вместе со всеми.

Он был рожден в системе Плана Человека. И не мог сомневаться в его правильности. Это лишило бы смысла жизнь, так же, как дарованный Планом воротник почти лишил надежды.

Когда аплодисменты начали стихать, генерал Флимер, улыбаясь, поднял руку.

— На этот раз Машине необходим движитель на новом физическом принципе. — Он пожал плечами, насколько вообще был на такое способен при своей комплекции. — Я не ученый, и не знаю, насколько сложным является это задание. Вероятно, некоторые из вас считают его слишком сложным. Что же. Все остальные просто должны будут убедить их в обратном!

И он шутливо ткнул себя пальцем в шею.

Как Райленд ни старался, узнать что-либо из разговоров с остальными сотрудниками было практически невозможно. Не потому, что они не хотели говорить, а потому, что он все должен был узнать в свое время. Машина даст ему детальное задание, заверяли его. А пока — как насчет еще одного стаканчика?

Спустя час Вера предложила показать самый короткий путь к его комнате. Взявшись за руки, они отправились в путешествие по серым коридорам.

— А вот сектор, где ты еще не был, — показала она. — Видишь? Это Узел. Центр связи.

— Отличный центр связи, — согласился Райленд.

Он чувствовал себя прекрасно. Даже кольцо на шее не казалось уже таким твердым и холодным. Какая она милая девушка… Конечно, общительницы отбираются специально, их обучают, едва ли не разводят, как особую породу. Но она напоминала ему Потерянную Любимую, Анжелу, о которой дочь Планирующего знала больше, чем ей следовало. Но она, конечно, могла прочесть о ней в его личном деле, и…

— «Пункт Зеленый Полукруг», — пропела девушка, указывая на новую эмблему, украшающую стену.

— Превосходно, — машинально ответил Райленд, потом присмотрелся повнимательнее. — Что это там происходит?

Девушка заколебалась, затем потащила его в сторону.

— Знаешь что, Стив, этот короткий путь — не совсем то, что нам нужно. На старом пути есть…

— Нет, ты смотри, — настаивал он, упираясь.

Несмотря на поздний час, два охранника в алой форме Группы отпирали массивную оцинкованную дверь. Внутри виднелась громадная шахта, пол ее освещался ярким прожектором откуда-то сверху.

Райленд понял, что это — посадочная шахта для ракеты. Мощные фермы портального крана, огромные трубопроводы пламегасителей, черные раструбы в бетоне пола… Какой-то частью сознания он автоматически отметил все детали. Когда-то ракеты, должно быть, садились здесь довольно часто. Там, наверху, скрытые слепящим светом, должны находиться громадные створки входа, закрывающие небо.

Но сейчас в шахте не было ракет.

Там была что-то другое, находящееся внутри массивной железной клетки.

— Что это? — теребил девушку Райленд.

Существо напоминало морское животное-котика или тюленя, которых он встречал на скалах возле лагеря полной изоляции. Но было цвета металлического золота, когда его освещает заходящее солнце. Только сейчас его заливал немилосердный свет прожекторов.

Ничего подобного в своей жизни Райленд не видел.

Существо было живым, но, по-видимому, раненым. Оно лежало на полу в бессильной позе. Золотой мех покрывали кровавые пятна, возле головы чернела рваная рана. Несколько прутьев клетки были погнуты и окровавлены.

— Уйдем отсюда, Стив, — жалобно просила общительница. — Пожалуйста! Майор Чаттерджи не велел показывать пространственника, пока… — Она запнулась, смутилась. — Пожалуйста, забудь мои слова. Я вообще не должна была вести тебя в эту сторону. Но… О, прошу тебя, Стив, пойдем!

Он с неохотой позволил себя увести. Все равно охранники, войдя в шахту, задвинули тяжелую дверь. Смотреть больше было не на что.

Но что же это было?


Глава II | Рифы космоса (трилогия) | Глава IV