home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава V

Квамодиан поднял голову и увидел местное солнце. Незнакомая звезда, огненно-кровавая и огромная, но слишком тусклая, чтобы слепить. Словно распухшая, она плыла низко над горизонтом по абсолютно черному небу. Темные пятна, полосы и завитки покрывали две ее огромные полусферы, создавая узор, очень похожий на изображение поверхности человеческого мозга. Обе полярные короны выбрасывали толстые щупальца красной плазмы, извивающиеся кольцами. Они были даже ярче, чем испещренное крапинами лицо звезды.

— Это разумная звезда, — шепотом обратился Квамодиан к флаеру. — Я уверен, что она мыслит. Когда нейроплазменная активность начинает препятствовать нормальному излучению энергии, поверхность получает такой пятнистый вид.

— Не имею данных, — ответил флаер. — Я просматривал все имеющиеся звездные каталоги, но по данным визуального наблюдения не могу определить эту звезду по моему комплекту звездных каталогов. Возможная причина-звезда находится вне занесенных в каталоги галактических скоплений.

С судорожным усилием Квамодиан оторвал взгляд, который словно под воздействием гипноза был прикован к испещренному морщинами и пятнами лику светила. Он хрипло вздохнул и перевел взгляд на мир внизу.

— Это… наверняка это не Земля. — Он с трудом сдержал подступающий к горлу комок. — Похоже, что тот миллиардный шанс выпал на нашу долю.

Флаер завис над плоским бесконечным берегом. К северу — если это был север — простиралась гладкая равнина моря, кроваво-красного в лучах жуткого солнца. К югу, если это был юг, почти на одной высоте с уровнем полета флаера поднимались черные скалы. Эта бесконечная горная стена казалась странно отвесной, странно цельной, и она слегка изгибалась в сторону моря. Возможно, подумал он, это древний гребень кратера, тысячемильная чаша для неподвижного моря, которое казалось таким мертвым, что Квамодиан даже засомневался, существуют ли в нем приливы и они ли это так выгладили берег.

По всему сумеречному горизонту плясало красное зарево. Его сплошные сполохи корчились и извивались, словно змеи кровавого цвета, отбрасывая малиновые отражения на зеркальную гладь моря. Квамодиан был неприятно поражен, обнаружив, что плазменные щупальца звезды протянулись по всему мрачному небу планеты, словно звезда держала небо и море в кулаке сжатых плазменных пальцев.

— Опустись ниже, — приказал он флаеру. — Там что-то есть, на берегу. Я хочу рассмотреть поближе.

На широком черном берегу выделялись пятнами более светлые, чем песок, образования. По мере того, как флаер снижался, они обретали определенную форму, превращаясь в серый, разрушенный временем металл, выцветшую краску, белые кости. Мертвые существа и их сломавшиеся машины покрывали изогнутую трехмильную полоску берега.

— Кажется, мы узнали, что происходит с пропавшими пассажирами, — сказал Квамодиан. — Вызывай охрану и передай им сообщение.

— Сэр, но я постоянно вызываю их! — В тоне флаера чувствовалась глубокая обида, голос его приобрел даже пронзительные нотки. — Я вызываю по всем трансгалактическим каналам. Но по какой-то причине не получаю ответа.

— Продолжай вызывать. Кстати, как там с нашим, э-э… энергозапасом?

— Наш аварийный запас наполовину истощен, сэр. Прикажете приземлиться, чтобы сберечь его?

— Погоди пока, — он прикрыл глаза ладонью, всматриваясь в берег, освещенный холодным красным солнцем. — Вон там! У подножия утеса. Что-то там такое… Немного правее. Странные такие башни. Опустись как можно ниже к ним.

Четыре непонятных башни привлекли внимание Квамодиана. Поставленные по углам квадрата, они не слишком аккуратно собирались из обломков черного камня, скрепленного глиной. Верхние половинки башен состояли из металлических обломков, видимо, в дело пошли части разрушенных машин на берегу. Куски металла были причудливо сварены между собой.

Когда флаер опустился, Квамодиан обнаружил, что от башни к башне протянулась целая паутина кабелей. Туго натянутая блестящая проволока очерчивала скелет большого куба. Внутри этого куба на тугих проволоках был подвешен куб поменьше. Его подвески очерчивали к этому еще шесть суживающихся к концу шестигранников.

— Тессеракт! — удивление заставило его понизить голос. — Необходимейший контур трансфлексионного куба! Что же это значит?

— Отсутствие соответствующей информации. Данные, полученные путем наблюдений на этой планете, не дают логических оснований отнести линию моих действий к какой-либо программе в моем банке памяти. — Флаер тихо прогудел три секунды и печально добавил: — Прошу прощения, сэр, но ко всему этому я не был готов.

— Не унывай, — утешил его Квамодиан. — Мне необходимо добраться до Земли, до Молли Залдивар во что бы то ни стало. — Он бросил взгляд на угрюмое светило и постарался скрыть дрожь. — Как там атмосфера? Я могу дышать?

— ЗД, 79 % кислорода, остальное благородные газы. Гелий, неон, аргон. Температура и давление приближаются к нижним пределам выживаемости человека. Вам здесь не понравится, но жить можно.

— Спасибо, — отозвался Квамодиан. — Открой… нет, погоди!

Небольшая, странного вида процессия приближалась к ним, маршируя вдоль берега. Вышла она из отверстия пещеры, чей небольшой круглый зев, ранее не замеченный Квамодианом, темнел над валунами у подножия утесов. Полдесятка потерпевших крушение вселенских граждан. Три робота, сильно пострадавшие при аварии. Два многонога в желтой скорлупе, с недостающими ногами. Всех их вел человек, размахивающий палкой с белой тряпкой на конце. Было видно, что это женщина в вылинявшей одежде, которая явно предназначалась человеку более солидных габаритов, а может, и не человеку вообще. Ее густые черные волосы были неумело подрезаны, явно каким-то неприспособленным для этого оружием, а кожа на лице была испачкана, по всей видимости, обыкновенной грязью.

Квамодиан выбрался из флаера, пробежал несколько шагов ей навстречу и замер, пораженный. Несмотря на инопланетное одеяние и непривлекательный вид, она была очень красивой женщиной. Но не только. Почему-то привлекательность ее была до боли знакомой. Запыхавшись, Квамодиан приветствовал женщину на языке старой Земли, по-английски:

— Здравствуйте!..

— Стой! — она резко перебила его на универсальном языке. — Стойте, где стоите! Назовитесь!

Голос ее был холоден и отрывист, но его богатый тембр что-то напоминал Квамодиану… напоминал ему о Молли Залдивар. Вот что дразнило его память! Эта женщина была так похожа на Молли Залдивар, что по позвоночнику Квамодиана пробежал холодок. Соскрести грязь, одеть ее в нормальную одежду, хорошенько покормить пару дней — и она будет точной копией Молли Залдивар.

Со строгим выражением на лице женщина повысила голос:

— Я жду! — Голос, приводящий в транс Энди Квамодиана, голос Молли Залдивар. — Предъявите свой стандартный голосовой идентификатор-матрицу.

В ошеломлении он только и смог выдавить из себя какой-то нечленораздельный звук.

— Погромче! — она махнула рукой, и, повинуясь приказу, роботы окружили его. — Здесь приказываю я!

Слегка заикаясь и запинаясь, он проговорил формулу стандартной голосовой матрицы.

— Благодарю, мистер Квамодиан. — Она коротко кивнула. — Я тоже принадлежу к Товариществу Звезды. Старший монитор Клотильда Квай Квич, — она сделала ударение на слове «старший». — Какое было число, когда вы вылетели?

Он сообщил ей дату по универсальному календарю.

— Спасибо, монитор, — подсчитав в уме, она мило нахмурилась, совершенно как это делала раньше Молли Залдивар. — Значит, я здесь уже пять лет… Это слишком!

Она указала кивком на пятнистое солнце.

— Здесь трудно следить за временем. На этой планете что день, что год — одно и то же. Солнце стоит в небе неподвижно. Мы даже местные года не можем отсчитывать, потому что в небе не видно звезд, по которым мы могли бы ориентироваться.

Квамодиан, вслушиваясь, зажмурил глаза. Если не обращать внимания на отрывистый начальственный тон, то это был полностью голос Молли Залдивар.

— Проснитесь, монитор! — фыркнула Клотильда Квай Квич. — Как вы сюда попали?

— Я находился в трансфлексионном транзите с Эксиона-4 на Землю, — сказал он. — С помощью Лебедя я получил право на внеочередной транзит, чтобы поспешить туда по вызову девушки. Ее имя Молли Залдивар, — он всматривался в испачканное грязью лицо, но на нем ничего не отразилось, когда он произнес это имя. И все же он не смог удержаться от вопроса:

— У вас случайно не было сестры-близняшки по имени Молли?

— Конечно, нет. Не тратьте мое время на пустые разговоры. Монитор, проснитесь наконец! Здесь перед всеми нами стоят беспрецедентные проблемы! Все усилия должны быть направлены на их разрешение. Как ваш старший товарищ по объединению я предлагаю и требую от вас сотрудничества. Теперь мои подчиненные могут назвать себя.

Заговорив в унисон, роботы монотонно продекламировали опознавательную матрицу, из которой следовало, что все трое были инспекторами службы движения. Как ни странно, но все назвали один и тот же серийный номер. Два желтопанцирных многонога говорили по очереди, но оба были помощниками инспекторов безопасности движения, и индивидуальные шифры у них были идентичны.

— Они попали сюда на год позже меня, — объявила Клотильда. — У меня было задание выяснить, что же происходит со статистически незначительным числом пассажиров, исчезнувших во время трансфлексионной транспортировки. Им было дано задание выяснить, что случилось со мной. В куб станции их штаб-квартиры они входили вдвоем — инспектор и его ассистент. Со мной это случилось во время переброски на Эксион-4. Их маршрут был тем же самым.

Глядя на трех покалеченных роботов и двух многоногое, Квамодиан почувствовал холодное дуновение на затылке.

— Теперь вы понимаете, что произошло, — продолжала она. — Инспектор во время транзита был дуплицирован. Робот-ассистент триплицирован. Но что хуже всего — произошел обмен разумов. У всех трех роботов теперь память и сознание инспектора, а у раздвоившегося инспектора-программы и содержимое банков памяти робота-ассистента. В конечном итоге все они оказались здесь. — Пронзительный ее голос надломился. — И это… На мгновение под маской начальственной уверенности в себе он уловил судорогу откровенного ужаса. Она тотчас же взяла себя в руки и успокоилась. — Вот с какой проблемой мы здесь столкнулись, монитор Квамодиан.

— А вы? — он не мог удержаться от инстинктивно возникшего на губах вопроса. — Вы ничего в себе не заметили?

Она вздрогнула и вспыхнула. В коротких темных волосах зажглись знакомые искорки, когда она повернула голову, глядя вдоль бесконечного берега. Внезапно она снова повернулась к нему, подбородок приподнялся, выдавая гнев, — жест, сразу ожививший самые болезненные воспоминания Квамодиана.

— Я с возмущением отказываюсь отвечать на личные вопросы. — Голос ее был напряжен и дрожал. — Если вам нужна объективная информация, то могу сказать, что мной замечены незначительные физические отклонения, которые я предпочитаю не обсуждать. Лучше вернемся к вопросу нашего спасения.

— Согласен, — сказал Квамодиан. — Вы можете объяснить, как мы сюда попали?

— Мы все вместе собирали данные и разрабатывали гипотезы. — Казалось, некоторая неуверенность заставляла ее говорить медленно, словно подбирая нужные слова. — Конечно, мы понимаем, что достаточно обоснованное заключение будет возможно только после тщательного анализа данных, когда мы вернемся в штаб-квартиру — если мы туда вообще вернемся.

Она сердито пожала плечами, которые покрывал гротескный инопланетный костюм, словно стараясь сбросить с себя сжавший ее сердце страх.

— Вот что мы подозреваем, — сказала она, кивнув на лик пятнистого светила. — Я думаю, это Блуждающая Звезда. Я думаю, что она систематически вмешивается в транзит трансфлекторных линий. Датированные документы среди самых ранних останков здесь на берегу указывают, что существа эти были переброшены много столетий назад. Но в последнее время частота исчезновений увеличилась — как раз с того времени, когда Соломон Скотт обосновал гипотезу и основал станцию для исследования Блуждающих Звезд. — Значит, Блуждающие за нами следят? — Он против воли вздрогнул, чувствуя неутихающий ветер, который непрерывно дул вдоль берега, прямо в направлении угрюмого солнца. — Сол Скотт побывал здесь?

— Нет, — ответила она. — Мы проверили все останки и составили перечень. Идентифицированы все, кроме нескольких самых ранних потерпевших. Людей в этом списке немного. И никто из них не мог быть Скоттом. — Она испытующе посмотрела ему в лицо, совсем как Молли. — А почему вы спрашиваете?

Он протянул ей ленту с трансфаксным сообщением Молли и рассказал о встрече со Скоттом. Вдруг многоноги что-то защебетали на своем языке, обращаясь к роботам. Те запищали в ответ. Клотильда Квай Квич сделала паузу, вслушиваясь.

— Мы видели непонятный самолет, — наконец перевела она. — Примерно с полдесятка раз. Он быстро и низко пролетел над морем неподалеку от берега, словно шпионя за нами. Инспектор сообщает, что его внешний вид соответствовал вашему описанию поврежденной машины Скотта.

— Что вы обо всем этом думаете?

Она подождала, пока проскрипят вопрос роботы, а многоноги им ответят.

— Скотт пытался добраться до окрестностей Блуждающей Звезды, — перевела она Квамодиану. — Инспектор предполагает, что это и есть та самая звезда, что она похитила Скотта, потом каким-то образом переслала обратно на Эксион, превратив того в своего рода не рассуждающий инструмент.

— Это могло бы объяснить случившуюся с ним перемену, — кивнул Квамодиан. — Но почему он пытался убить меня?

Роботы запищали, а многоноги ответили им стрекотом.

— Они предполагают, что Блуждающая Звезда заинтересована в экспериментах, которые проводит Хаук на Земле, — сказала Клотильда. — Они думают, что звезда не хочет дать вам возможности вмешаться.

— Но Молли звала меня, — упрямо пробормотал Квамодиан. — Я не намерен отступать.

— Для этого вам нужно иметь семь пядей во лбу, — в запавших глаза девушки замерцал огонек едкой усмешки. — Потому что мы здесь полностью отрезаны от остальной Вселенной. На наши сигналы не отвечают. Если это и в самом деле Блуждающая Звезда Клиффа Хаука, то мы где-то в межгалактическом пространстве. В нашем регистре отмечена почти тысяча граждан, заброшенных сюда. И ни одному не удалось вернуться обратно.


Глава IV | Рифы космоса (трилогия) | Глава VI