home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава VII

Новое положение Райленда как руководителя Групповой Атаки не заставило, тем не менее, коллег проникнуться к нему особой симпатией.

Впрочем, это его не волновало. Он был полностью поглощен работой, в которой немаловажную роль играл Опорто. Дар молниеносных вычислений, которым обладал коротышка, сберегал много времени. Конечно, по скорости он не превосходил компьютер, но имел значительное преимущество — отпадала необходимость кодировать и декодировать задания.

Сама проблема была крепким орешком. Райленд не находил ни малейшей зацепки, которая дала бы направление работе. Расчетов требовалось не так уж много, но Опорто доказал свою полезность и в другом отношении. У него был безусловный нюх на сплетни и новости, и он держал Райленда в курсе всех событий внутри Группы.

— Флимер в дурном настроении, — сообщил как-то коротышка. — Заперся, никуда не выходит.

— Понятно, — рассеянно ответил Райленд. — Слушай, куда подевались «Физические константы для уравнений равновесных состояний»?

— Они под индексом 603.811, — терпеливо ответил Опорто. — Ходят слухи, что Флимер затеял спор с Машиной. Сообщения идут туда и обратно без передышки.

— Что? — Райленд уставился на него, мгновенно забыв о заказе на книгу. — С Машиной никто не может спорить!

Опорто пожал плечами.

— Тогда не знаю, как это назвать.

— Генерал Флимер подает рапорты, — объяснил Райленд, поманив пальцем скучающую в углу Веру.

Общительница охотно подошла, увидела заказ, поскучнела, но послушно отправилась за книгой.

— Не сомневаюсь, — ответил Опорто. — Слушай, ты что-нибудь получал от Донны Криири?

— Нет.

— Я слышал, что она находится сейчас в Порт-Канаверал.

— Это ее дело, — отрезал Райленд. — У дочери Планирующего множество причин отправиться в космос, можешь не сомневаться.

— А я и не сомневаюсь, — согласился Опорто. — Но…

— Можешь заниматься своим делом, — сказал Райленд, тем самым прекращая дискуссию.

Обиженная Вера принесла книгу, он проверил несколько цифр и передал лист с расчетами Опорто:

— Вот. Чтобы ты не скучал.

Потом встал, рассеянно оглядел комнату.

Это была А-секция, занимающаяся теорией Хойла, здесь трудилась целая Подгруппа. Все равно, подумал Стив, все это — лишь пустая трата времени.

— Запросто! — жизнерадостно сказал Опорто и занялся уравнениями.

Несколько секунд спустя Райленд уже получил листок с готовыми расчетами, просмотрел и положил на стол одного из помощников. Задачи были рутинными, и он мог поручить их другим. Вот почему все было напрасной тратой времени. Проблемы рассмотрены, остались чисто математические расчеты. Потом он сможет ответить на вопрос Машины.

Собственно, ответ он уже знал.

При каких условиях возможен рост количества водорода в межзвездном пространстве? Очень просто. Большую часть ответов дает фундаментальная теория, анализ данных экспедиции Лескьюри указывает путь к остальным.

Есть ли возможность задержать или редуцировать процесс? Тоже просто. Люди едва ли могут влиять на процессы, формирующие звезды. В конечное время, с конечным оборудованием вероятность успеха равна нулю.

Но о чем говорит сам факт появления такого вопроса? Уж не об отчаянии ли Машины? Хотя вряд ли к ней можно применить это слово…

— Пойдем, Опорто, — позвал Райленд приятеля. — Пойдем посмотрим пространственника.

Существо находилось в секции «В». Там дела шли из рук вон плохо.

Нереактивная тяга!

Создать такой двигатель было невозможно, вот и все. Если бы только Райленд не имел перед глазами живого, реально существующего пространственника, он мог бы поклясться, что Ньютон был и остается прав.

Каждое действие, как вывел это ученый несколько столетий назад, вызывает противодействие, равное по силе, но противоположное по направлению. Этот закон движения распространялся на всякое существо, передвигавшееся по Земле. Микроскопическая инфузория в пруду перемещается, отбрасывая ресничками назад пропорциональную массу воды. То же самое делает пропеллер в воздухе, винт корабля в море. Реактивная отдача толкает вперед ракету — масса раскаленных молекул из дюз летит в одну сторону, масса корпуса — в другую.

Действие и противодействие!

Закон легко изображался в виде уравнения: масса, умноженная на ускорение, равна массе-прим, умноженной на ускорение-прим. Как можно сомневаться в этой истине?

И все же испуганное животное из открытого космоса опровергало этот, казалось бы, незыблемый закон. Оно умело висеть в воздухе, ни от чего не отталкиваясь, обвиняя тем самым величайшего гения человечества в непроходимой глупости.

Пространственник перемещался без всякого реактивного взаимодействия вообще!

То, что позволяло ему парить в воздухе (Райленд назвал это «фактором X»), не вызывало возмущения воздушной среды: не раскачивало чувствительные маятники, не регистрировалось на фотоэмульсии, не разряжало электроскопа, не воздействовало на магнитную стрелку, не порождало доступных измерению электронных полей, не увеличивало вес клетки, не генерировало звуковых колебаний, не оказывало влияния на основной метаболизм самого животной), не оставляло следов в пузырьковых камерах для регистрации элементарных частиц…

С другой стороны, кое в чем «фактор X» себя все же проявлял. Он оказывал влияние на работу «мозга» пространственника — в его энцефалограмме в этот момент происходили определенные изменения. Он, этот фактор, тревожил других млекопитающих. Это было замечено случайно, когда в ракетную шахту забрел кот. Едва пространственник взлетел, как кот стрелой выскочил из шахты, выгнув дугой спину, вздыбив шерсть и сверкая глазами.

И, кроме того, «фактор X» давал нереактивную тягу. Что бы это ни было, но оно поднимало пространственника со дна клетки.

Однажды его замотали в цепи весом более шести сотен фунтов. Словно развлекаясь, существо взлетело с цепями так же легко, как и без них, и парило около часа, что-то мурлыча про себя.

Такая загадка способна была свести с ума любого исследователя.

И все же, пусть это и было небольшим утешением, самому пространственнику в последнее время стало лучше. Раны его затягивались. Крохотные существа-симбиоты частично выжили. Животное стало более подвижным, более энергичным.

Донна Криир будет довольна.

Но из присутствующих никто, кажется, довольным Райлендом не был. Генерал Флимер преимущественно сидел в своих комнатах и выбирался наружу только для того, чтобы отпускать ядовитые замечания и путаться под ногами. Другие высшие офицеры Группы не могли ретироваться по примеру своего экс-начальника, поскольку имели непосредственные обязанности, но и они постарались в полной мере выразить Райленду свою неприязнь.

Дружелюбно держался лишь майор Чаттерджи, но таковой была его природа. Являясь каждый час с рапортом, он не доставлял хлопот — если Райленд был занят, майор незаметно ждал за его спиной. Если же свободен, Чаттерджи задавал минимум необходимых вопросов и уходил, причем Стивен был уверен, что все сведения тут же поступят в Машину, а после этого попадут к генералу Флимеру, но не видел причины, чтобы вмешиваться.

Он был занят.

Однажды Опорто сказал ему,

— Слушай, тут есть кое-что про твою подружку.

Райленд поднял глаза от листа бумаги.

— Про кого? — Он в самом деле не мог сообразить, потом вспомнил предыдущие замечания Опорто. — А-а, ты говоришь о мисс Криири?

— Ну да. Она вместе с папочкой отправилась на Луну.

— Прекрасно.

Он очень старался не выдать себя голосом.

Обманывал? Но кого?

Старательно скрывая свой интерес от Опорто, Райленд не мог скрыть его от себя. Что-то внутри него вздрагивало при упоминании о Донне Криири.

Опорто лениво облокотился на стол.

— Не уверен, что это прекрасно, Стив, — обеспокоенно произнес он. — Лучше бы они остались дома и присматривали за делами. Ты слышал о катастрофе в парижском туннеле субпоезда?

— О чем?

Райленд устало отложил в сторону пачку докладов и, моргая, посмотрел на товарища. Глаза горели от переутомления. Мне необходимо выспаться, подумал он. Нет, лучше не стоит. И так за двое суток на сон угроблено восемь часов. Выбросив мысль об отдыхе из головы, Стив переспросил:

— Черт побери, о чем речь?

— Парижский субпоезд по пути в Финляндию попал в катастрофу. Обвалился туннель. Более сотни человек пропали без вести. То есть, ясное дело, погибли. Туннель обвалился на глубине в сто миль. Понятно, что это за «пропажа».

Райленд был потрясен.

— Не может быть! Туннели могут обваливаться, но не сразу — уж кому, как не мне. об этом знать! Часа за три до аварии начинается ослабление кольцевого поля, и поезд всегда можно успеть задержать!

— Сто погибших пассажиров были бы рады это услышать, — пожал плечами коротышка.

Секунду Райленд молчал.

— Может быть, ты и прав, — устало сказал он. — Наверное, Планирующему следовало бы лично следить за подобными вещами… Здравствуйте, майор.

В комнату, улыбаясь и дружелюбно поглядывая сквозь линзы очков, вошел Чаттерджи.

— Нет ли у вас новостей, мистер Райленд?

Пока Стив перебирал бумаги, Опорто сообщил:

— Мы как раз говорили о катастрофе под Парижем, майор.

Карие глаза Чаттерджи стали непроницаемыми. Повисла неловкая тишина.

Райленд вдруг понял, что майор очень интересуется аварией субпоезда. Странно, подумал он, а какое Чаттерджи имеет к ней отношение? Но мозг слишком устал, чтобы дальше развивать эту мысль. Стив нашел нужный листок и протянул заявку.

Майор просмотрел бумагу, сначала бегло, потом внимательнее. Его подстриженные ежиком волосы, казалось, встали дыбом.

— Но, мой дорогой Райленд, — запротестовал он. — Это оборудование…

— Я сверился с Машиной, — устало махнул рукой в сторону телетайпа Стив.

Чаттерджи подскочил к аппарату.

«Действия. Запрос одобрен. Действия. Связаться с майором Чаттерджи. Информация. Источник энергии пункта „Черный Круг“ не удовлетворяет запросу».

— Но, мой милый Райленд! — повторил майоре выражением мученика. — Дело не только в источнике энергии! Примите во внимание другие соображения!

— Все, что требуется Плану, План должен получить, — процитировал Райленд, почувствовав вдруг, что настроение улучшается.

— Конечно, конечно. Но… — Чаттерджи еще раз просмотрел листок. — У вас сейчас и без того электронного оборудования на университетскую лабораторию хватит. А вы просите еще! Часть из этих устройств небезопасна. Вы должны понять, что после инцидента, о котором упомянул мистер Опорто, мы не можем позволить себе рисковать!

— А какое это имеет отношение к работе Группы? — уставился на майора Райленд.

— План не терпит случайных аварий. Заказанное вами оборудование угрожает радиоактивным облучением, кроме все прочего, а в пунктах «Черный Круг», «Серый Треугольник», «Зеленый Полукруг» и «Серебряный Квадрат» трудятся восемь тысяч человек. Мы не можем рисковать их безопасностью!

Райленд многозначительно постучал по телетайпу.

— Ох, — вздохнул майор. — Если Машина одобряет… — Он на мгновение задумался и вдруг повеселел. — Придумал! Нужна ракета на орбите!

— Что? — не сразу понял Райленд.

— Нужно вывести на орбиту ракету, поместить туда установку, все ваше оборудование, — горячо объяснил Чаттерджи. — Почему бы и нет? И управлять на расстоянии! Ракету я могу вам выделить сразу. И можете заполнять ее любыми, хоть самыми опасными аппаратами и приборами. Какое нам дело до какого-нибудь заблудшего пространственника, а? — захихикал он, подмигнув.

— Ладно, — с сомнением согласился Райленд. — Можно и так.

— Конечно, можно! Мы обеспечим телеконтроль с дистанционным управлением. Вы спокойненько себе работаете в лаборатории, а оборудование летает в космосе! Можно устраивать любые эксперименты. А если вдруг случится взрыв, — майор широко улыбнулся, — то пострадает только ракета.

Обуреваемый жаждой деятельности, он выскочил прочь.

Поразительно, но План Человека способен на чудеса — ракета была подготовлена и запущена в сорок восемь часов.

Райленд ее не видел. Он проверил приборы на борту через экран монитора, дал одобрение и увидел в телевизор, как прыгнула в небо с пусковой установки огнехвостая птица. И тут же принялся за работу.

Единственным определенным фактом, установленным относительно пространственника и его нереактивной тяги, был факт нерегистрируемости этой тяги. Исследования Группы также обнаружили другое явление — высокопродуктивную ядерную реакцию, дающую больше энергии, чем затрачено на нее. Это было вполне возможно и, более того, подтверждало предположение, что недостающая энергия не пропала, а не поддается регистрации.

Так же, как и энергия пространственника…

Райленд намеревался смоделировать ядерные реакции, имеющие отношение к проблеме.

Но однажды утром общительница разбудила его неожиданной новостью:

— Проснись и пой, Стив! — прощебетала она, как обычно, внося завтрак. — Угадай, что я тебе расскажу? Генерал Флимер будет сегодня присутствовать на собрании Группы!

Стив с трудом поднялся с кровати.

— Большая честь, — хрипло отреагировал он на эту «радость».

Вера была, как всегда, свежей, привлекательной, сияющей молодостью и радостью, хотя полночи исполняла поручения Райленда.

— Ты что, никогда не устаешь? — поинтересовался он.

— Нет, Стив, нет! Завтракай! — Присев на краешек стула, девушка посерьезнела. — Мы здесь не для того, чтобы отдыхать. У нас важная работа! Общительницы — провода, соединяющие разрозненные элементы Плана.

Райленд удивленно уставился на нее, но нет — Вера выглядела сосредоточенной.

— Да-да, — кивнула она. — Мы служим цельности Плана Человека, и он нуждается в нас, как в транзисторах и сопротивлениях, роль которых исполняешь ты и другие чины. Важна каждая часть! Не забывай: «Каждому — его дело, и только его дело»!

— Не забуду, — пробормотал он, вяло допивая свой лимонный сок.

У Веры что-то на уме, это ясно. Она ждет возможности заговорить опять.

— Ну? Что случилось?

Девушка казалась смущенной.

— Понимаешь, Стив… мои подруги спрашивают… они хотели бы знать…

Она никак не могла окончить фразу, и Райленд решил помочь ей.

— Ради Бога, в чем дело?

— Мы просто подумали… Правда ли, что наша Группа… связана… с авариями в туннелях?

Он моргнул, потер глаза.

Ничего не изменилось — девушка сидела на том же месте, опустив смущенное лицо.

— О чем ты, Вера?

— Об аварии на линии Париж—Финляндия. О взрыве энергостанции в Бомбее. О катастрофе грузового самолета в Неваде, — выпалила она. — Ты понимаешь, о чем речь?

— Нет, не понимаю. И слышу впервые о половине этих случаев. Наверное, Опорто начал бить баклуши.

— Стив, девушки говорят… Я только волновалась, а вдруг это правда… Они говорят, что аварии вызывает работа нашей Группы… И что ты, Стив…

— Я?

— Это не может быть правдой, это нелепо! Генерал Флимер, во всяком случае, говорит, что это вряд ли так… Что вряд ли ты связан с авариями. Но ты конструировал для субпоезда… они говорят…

— Они говорят чушь! — рыкнул Райленд. — Извини, я буду одеваться.

Но от мыслей об услышанном он избавиться никак не мог. Что за нелепость? И как только возникают подобные слухи?

Дневное собрание Группы и в самом деле почтил своим присутствием генерал Флимер. Райленд, хмурясь, задумчиво смотрел на него, вспоминая утренний разговор с Верой.

— Прежде, чем мы начнем, — требовательно сказал он, — объясните мне, пожалуйста, что за сплетни о нашем отношении к авариям ходят последнее время?

Дюжина непроницаемых лиц стоически выдержала его взгляд. Потом руководитель компьютерной группы кашлянул и нерешительно сказал:

— В общем, есть такие разговоры, мистер Райленд.

— А именно?

Компьютерщик пожал плечами.

— Да так, разговоры. Кодировщик услышал от двоюродного брата, а тот — еще от кого-то… Вы же знаете, как это бывает. Суть в том, что якобы наша работа нарушает настройку контуров радиоконтроля. Бог знает, как это может быть, конечно…

— Что за чушь! — взорвался Райленд. — И что они этим хотят сказать, черт бы их побрал? — Пытаясь взять себя в руки, он подумал, что электронщик ни в чем не виноват. — Ладно. Но если кто-нибудь из вас услышит подобные разговоры, пусть немедленно доложит мне.

Присутствующие, кроме генерала, послушно закивали головами.

— Райленд, — послышался из глубины комнаты его раздраженный голос. — Мы пришли сюда сплетни разводить или обсудить задание Группы?

Стив погасил злость. Несмотря на то, что Донна Криири поставил его во главе Группы, с генералом не стоило связываться.

— Приступим к делу, — открыл он собрание. — Я видел ваш доклад, Лескьюри. Желаете сделать сообщение?

Полковник прокашлялся.

— По предложению мистера Райленда мы провели новую серию исследований пространственника, используя рентген. Методом тонограммы внутренних органов и способом дистанционной хроматографии удалось обнаружить некую кристаллическую массу, которая концентрируется на пересечении основных нервных каналов животного. Примерно то же самое предвидел мистер Райленд.

— И что это значит? — хрипло осведомился Флимер.

— Это значит, что работа продвигается, — не отказал себе в удовольствии съязвить Райленд. — У пространственника должно быть какое-то образование, управляющее нереактивной тягой. После вчерашней обработки данных на компьютере и подготовки опыта я попросил полковника провести этот эксперимент. И он выполнил просьбу, причем, как видите, в неурочное время.

— И еще это означает, — продолжил лекторским голосом полковник, — что мы нашли место, где генерируется нереактивная тяга. Из вчерашних расчетов стало ясно, что вероятность электромагнитной или гравитационной природы этой силы равна нулю. Вот мой доклад, готовый к передаче Машине.

Генерал Флимер, глядя на Райленда, медленно кивнул и спросил:

— И это объясняет то, что случилось вчера на рудниках Антарктиды?

— Не понимаю… — озадаченно начал Стив, но генерал перебил его резким окриком:

— Что не понимаете? Я имею в виду взрыв реактора, случившийся прошлой ночью и уничтоживший все рудники — колоссальный убыток для Плана Человека! И это не единственная потеря, Райленд. Из-за аварии в кольцевых полях ускорителя пропал корабль. То же самое вызвало аварию реактора и все остальные катастрофы! Кольцевое поле, которое помогали создавать вы!

— Конструкция здесь ни при чем, — запротестовал Райленд, пытаясь взять себя в руки. — Причиной аварий может быть механическая поломка, ошибка человека, да намеренный саботаж, в конце концов!

— Именно это я и имею в виду!

— Но как я могу отвечать за аварию в Антарктиде?

— Именно это и хочет узнать Машина.

— Это нелепое совпадение, — лихорадочно искал выход Райленд. — Аварии и раньше случались целыми сериями…

— Когда именно?

— Я не помню… не могу сейчас припомнить…

Запнувшись, он судорожно вздохнул. Туманная пелена, скрывавшая до сих пор прошлое, стала еще гуще. Четко помнилась работа, научные факты, все же остальное стало вихрем невероятного и противоречивого свойства.

Наедине с собой, запершись в комнате. Райленд опять вернулся к загадке трех дней.

Что подозревали тераписты?

Что он мог натворить за это время?

Почему они считали, что им получено от Дэна Хоррока сообщение о пироподах, пространственниках, фузоритах и нереактивной тяге?

Кое-что удалось понять из рассказа Лескьюри, но ясности эти детали не прибавили. Хоррок покинул борт «Кристобаля Колона», унеся материалы и образцы с Рифов космоса. Неужели Машина подозревает, что он успел связаться с Райлендом до того, как был пойман и отправлен в орган-банк?

Он вертел эту головоломку так и сяк, но не увидел ни намека на отгадку.

Если верить словам Донны, между стуком в его дверь и появлением полиции Плана прошло три дня. Неужели же в дверь стучал Хоррок?

Если это так, почему память об этом молчит?

Он тщетно пытался пробитым сквозь стену серого тумана, блокировавшего память. Каким мог быть Хоррок? Наверное, одетым в перепачканную, забрызганную кровью форму, тяжело дышащим от усталости, принесшим черный полетный саквояж с украденными образцами и записями…

Картина стала зримой до реальности.

А может, это только игра воображения?

Был ли он знаком с Хорроком? Знал ли о нереактивной тяге?

Наконец Райленд заснул, погрузившись в кошмар, где они с Хорроком спасались бегством от полиции Плана.

На следующее утро он решил навестить пространственника. И, войдя в шахту, застыл на пороге.

Истекая кровью, существо неподвижно лежало на дне клетки.

Трясущимися от бешенства руками Райленд открыл дверь. Пространственник не испугался — он уже успел привыкнуть к Стиву. Но гаснущие глаза его вспыхнули гневом, существо медленно поднялось в воздух. Поняв, что сейчас произойдет, Райленд спиной вперед выскочил за дверь и захлопнул ее. Пространственник опоздал на долю секунды, ударившись о прутья. Клетка качнулась, цепи крепления скрипнули. По железу заструилась кровь. Жалобно мяукая, животное упало на пол.

Первый раз за все прошедшие годы Райленд чувствовал настоящую ярость.

— Готтлинг! — рявкнул он. — Дьявол вас забери, Готтлинг, что вы наделали?

— Здравствуйте, мистер Райленд, — ядовито приветствовал его появившийся в поле зрения полковник.

Усилием воли Стив приказал себе успокоиться.

Сегодня лицо Готтлинга более, чем обычно, напоминало череп, а рога радарных антенн, придающие жестокое выражение лицу, были не просто украшением, они живо напоминали, что, являясь Групповым Руководителем, Райленд продолжает оставаться опасником.

Углы рта полковника тронула холодная усмешка.

Это было уже слишком.

— Вы опять мучили несчастное создание! — взорвался Стивен.

— Очевидно, да, — спокойно согласился Готтлинг.

— Черт подери! Я приказывал…

— Заткнись, оп! — Улыбка испарилась с лица полковника. — Прочти сначала вот это!

Райленд поднял брошенную к его ногам бумажную ленту.

«Информация. Настоящий темп работы признается замедленным. Связь между методом исследований и авариями должна быть изучена на предмет вероятности. Информация. Возможно, Райленд связан напрямую с саботажем в туннелях, реакторах, ионных двигателях. Действия. Руководство Группой вернуть генералу Флимеру. Дополнительные действия производить полковнику Готтлингу по его усмотрению».

Райленд изумленно уставился на листок.

Машина опять изменила решение!

Честно говоря, не собственное положение волновало его сейчас.

— Дополнительные действия! — проревел он. — Послушайте, вы же убьете его!

Готтлинг пожал плечами, рассматривая животное.

— Да, возможно, я не стану ждать, пока эта рифокрыса сдохнет сама, — задумчиво сказал он. — Паскаль против вивисекции, но вряд ли он сможет отказать, если получит приказ от Машины. Все вы из одного теста: ты, дочка Планирующего, Лескьюри… Боитесь вида крови. Но боль — не заразная болезнь. Не надо бояться боли других, на вас она не перейдет. Наоборот, на чужих страданиях можно многому научиться, — развеселился под конец Готтлинг.

— Я доложу об этом Донне Криири, — тихо сказал Райленд.

— Да что вы говорите! — в голосе полковника зазвучала откровенная насмешка. — Доченька Планирующего? Ничего у тебя не выйдет! Мисс Криири сейчас на Луне. Теперь ты понял, оп? Судьба этой твари зависит только от меня!


Глава VI | Рифы космоса (трилогия) | Глава VIII