home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



7

Уже десять минут восьмого, мы опаздываем в детский сад. Воспитательница — молодая, очень строгая. Она снова сделает мне замечание, что Элли пропустила зарядку. Я наспех протираю запотевшие стекла «запорожца», объясняю внучке, что ему тоже было холодно ночью и у него поднялась температура. Мы усаживаемся, внучка снимает шапку, и волосы ее рассыпаются в беспорядке поверх курточки из болоньи. Словно почувствовав мое напряжение, старый Росинант чудом заводится. На улице идет дождь, мрачно; сонно покачиваются дворники.

— Дедушка, — тянет Элли, — это верно, что люди перерождаются?

— Откуда ты взяла?

— Я же смотрела фильм «Шогун», там дядя Туранга-сан говорит, что все перерождаются.

— Может, и перерождаются, — отвечаю я рассеянно, — но лично я сомневаюсь.

— Ага... Но, если ты умрешь, ты переродишься, и если я умру, то тоже перерожусь, правда?

— Выходит, правда.

— Но если мы с тобой переродимся вместе, я, выходит, стану бабушкой, а ты моим внуком?

— Все возможно.

— Если так случится, — восклицает восторженно Элли, — я не буду, как ты, ходить в тюрьму, а буду сидеть дома и ухаживать за тобой!

— Спасибо, ты очень добрая девочка.

— Дедушка, а зачем тебе ходить на работу в тюрьму? — В зеркальце я вижу ее лицо — Элли старается дотянуться языком до кончика носа.

— Есть плохие люди, — отвечаю я серьезно, — и я пытаюсь уберечь хороших людей от плохих.

— Очень странно. Есть плохие люди, но нет плохих воробушков, почему так?

— Потому что люди разумны. Они привыкают лгать, порой становятся корыстными.

— Скажи тогда папе, чтобы он стал неразумным... Он плохой, потому что бросил нас.

— Кто тебе сказал, что он нас бросил?

— Мама.

Я остановил машину. Мною целиком овладело мучительное чувство разрухи: рушился не только наш дом, но и что-то в нас самих. Сопротивление Веры было совершенно бессмысленно, но разве я имел право сказать ей об этом? Какой ей прок от моих советов, от моей безграничной любви и от меня самого, если я оказался беспомощен перед крахом ее счастья? Что я мог ей дать, кроме светлых воспоминаний о ее детстве и старческого совета утешиться? В голове у меня шумело, откуда-то издалека до меня донесся холодный, свистящий шепот Марии: «Сделай чудо... Ты же облечен властью!»


предыдущая глава | Современный болгарский детектив | cледующая глава