home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Миф № 47. Сталин злоумышленно отрекся от попавших в фашистский плен советских военнопленных и никак не стремился облегчить их участь.


Речь идет об одном из самых востребованных мифов во всей антисталиниане. Выдуман он давно, еще в годы войны и эксплуатируется до сих пор. Как правило, в форме эмоциональных выпадов в адрес Сталина, что-де, заявив, что «у нас нет военнопленных, есть предатели», он поставил миллионы людей вне закона. Миф построен на факте приказа Ставки Верховного Главнокомандующего № 270 от 16 августа 1941 г. «О случаях трусости и сдаче в плен и мерах пресечения таких действий», который подписали Сталин, Молотов, Буденный, Ворошилов, Тимошенко, Шапошников и Жуков. Приказом, который зачитывался во всех подразделениях РККА, особенно действующей армии, предписывалось:

срывающих во время боя знаки различия и сдающихся в плен считать злостными дезертирами, семьи которых подлежат аресту как семьи нарушивших присягу и предавших Родину;

таких дезертиров расстреливать на месте;

попавшим в окружение — сражаться до последней возможности, пробиваться к своим, атех, кто предпочитает сдаться в плен, — уничтожать всеми средствами, а семьи сдавшихся в плен лишать государственной помощи и пособий;

смещать командиров, прячущихся во время боя и боящихся руководить ходом боя на поле сражения;

активнее выдвигать смелых и мужественных людей из младшего начсостава и отличившихся красноармейцев.

Конечно, меры жесткие, а в чем-то — и очень жесткие. Но с другой-то стороны, какприкажете относиться тем военнослужащим, которые допускали подобное? Ведь каждый из них давал воинскую присягу, в которой прямо говорилось, что он обязуется до последней капли крови защищать свою Родину! Но вместо этого некоторые «намыливались» прямиком в плен. Более того. К глубокому сожалению, имели место случаи даже коллективного предательства, когда целые полки, с развернутыми знаменами, под музыку полкового оркестра переходили на сторону врага. Хуже того. В начале войны имели место случаи преднамеренной сдачи укрепленных районов, оборонительных рубежей, аэродромов с дислоцированными там самолетами и т.д. И что, с ними со всеми надо было церемониться? А кто Родину защищать будет? К слову сказать, во всех армиях мира подобные явления считаются не только позором, но и преступлением, а соответственно и наказываются в уголовном порядке. Так что Сталин ничего нового тут не придумал. Он вынужден был пойти на такую жесткую меру, потому как на нем лежала вся полнота ответственности за судьбу Родины. И как жестко соблюдавший советские законы и директивы Ставки Верховный Главнокомандующий не сделал никакой скидки даже для жены своего старшего сына Якова, попавшего в плен.

Война — не просто жестокая штука. Это момент истины для каждого человека и общества в целом. Именно в это время проверяется подлинная степень патриотизма как отдельного индивидуума, так и всего общества в целом! Абсолютное большинство советского народа с честью прошло этот момент истины. Великая Победа в войне была достигнута не только и даже не столько благодаря мощи нашего оружия и проявленного ратного искусства, сколь прежде всего благодаря беспрецедентному патриотизму всего советского народа!

В речи 6 ноября 1944 г. Сталин отмечал: «В ходе войны гитлеровцы понесли не только военное, но и морально-политическое поражение. Утвердившаяся в нашей стране идеология равноправия всех рас и наций, идеология дружбы народов одержала полную победу над идеологией звериного национализма и расовой ненависти гитлеровцев. Сила советского патриотизма состоит в том, что он имеет основой не расовые или националистические предрассудки, а глубокую преданность и верность народа своей Родине»!

Вторая часть этого мифа более подлая, более коварная, поскольку эмоциональные выпады в адрес Сталина как бы имеют международно-правовую подпорку. Обыкновенно это выглядит следующим образом — мол, Сталин умышленно отказался от Женевской конвенции о военнопленных и от внесения денег в Красный Крест, в результате чего обрек советских людей на массовое уничтожение в фашистских лагерях. Так вот, подлость и коварство подобных заявлений в следующем.

Во-первых, не Сталин обрек советских людей на массовое уничтожение в фашистских лагерях, а гитлеровцы.

Из речи Гитлера 30 марта 1941 г. на совещании по «плану Барбаросса»: «Речь о борьбе на уничтожение… На Востоке сама жестокость — благо для будущего». Из Инструкции от 1 июня 1941 г. уполномоченного по продовольствию и сельскому хозяйству статс-секретаря Бакке о поведении должных лиц на территории СССР, намеченной к оккупации: «Вы должны с сознанием проводить самые жестокие и самые беспощадные мероприятия, которые от вас потребуют…»

Из текста совместного решения руководителей спецслужб Третьего рейха и высшего командования вермахта (июль 1941 г.), который в постановляющей своей части гласил: «Большевизм является смертельным врагом национал-социалистической Германии. Впервые перед германским солдатом стоит противник, обученный не только в военном, но и в политическом смысле, в смысле разрушающего большевизма. Борьба с национал-социализмом у него в крови. Он ведет её всеми имеющимися в его распоряжении средствами: диверсиями, разлагающей пропагандой, поджогами, убийствами. Поэтому большевистский солдат потерял всякое право претендовать на обращение как с честным солдатом в соответствии с Женевскими соглашениями».

Во-вторых, то, что неумолимо надвигалась новая война и что, к сожалению, ни одна война не обходится без пленных, раненых и больных, Сталин понимал задолго до 1941 года. Именно поэтому-то еще 12 мая 1930 г. было объявлено, что СССР без каких-либо оговорок присоединяется к Женевской конвенции об улучшении участи плененных, раненых и больных в действующих армиях от 27 июля 1929 года. Полное оформление присоединения к конвенции в соответствии с действовавшими тогда нормами международного права и Конституцией СССР произошло 25 августа 1930 г. Жулики от истории, как правило, умышленно забывают сообщить, что, согласно статье 4 упомянутой выше конвенции, «Держава, взявшая военнопленных, обязана заботиться об их содержании». А согласно статье 82, «положения настоящей конвенции должны соблюдаться высокими договаривающимися сторонами при всех обстоятельствах».

В-третьих, из вышеуказанного очевидно, что все расходы по содержанию военнопленных должно нести государство, их захватившее. Желая задним числом оправдать зверства гитлеровцев, жулики от истории злоумышленно приплетают сюда Международный Красный Крест — что-де Сталин злоумышленно отказался от взноса денег в эту контору. Но она никакого отношения к этой конвенции не имела. Конвенция четко прописала, что финансирование содержания военнопленных ложится на государство, их захватившее.

На каком основании Сталин должен был посылать драгоценную, столь необходимую для нужд обороны валюту в МКК? Чтобы замаранная откровенным сотрудничеством с нацистскими извергами контора передавала эти средства Третьему рейху? Договорились до того, что-де Сталин должен был финансировать Третий рейх, чтобы тот продолжал оккупировать и грабить территории СССР, насиловать и убивать советских людей!

В-четвертых, Сталин знал об изуверском решении нацистов и о том, что творится в лагерях для советских военнопленных. Именно потому уже в первые месяцы войны Правительство СССР через посредников н обращалось к руководству нацистского рейха, пытаясь облегчить участь советских военнопленных. Ведь СССР не отказывался ни от Женевской, ни от Гаагских конвенций. Введение в дипломатический оборот Гаагских конвенций 1899 и 1907 гг. было связано с тем, о что, благодаря работе советской разведки, Сталин был хорошо осведомлен о полном отказе гитлеровцев от исполнения предписаний Женевской конвенции. А поскольку от Гаагских они не отказывались, Сталин попытался использовать этот шанс ради облегчения положения советских военнопленных.

17 июля 1941 г. Народный комиссариат иностранных дел СССРофициально напомнил шведскому посольству

[59], что Советский Союз поддерживает Гаагские конвенции 1899 и 1907 гг., а также Женевскую конвенцию. И что на основах взаимности Советский Союз готов их выполнять. 8 августа того же года послы и посланники стран, с которыми СССР имел тогда дипломатические отношения, получили ноту Советского правительства. В ней вновь обращалось внимание на то, что советская сторона признает Гаагские, а также Женевские конвенции, и вновь выражалась надежда, что и другая сторона будет их соблюдать. Однако бесчеловечное отношение к советским военнопленным не прекращалось.

26 ноября 1941 г. «Известия» опубликовали ноту Народного комиссариата иностранных дел СССР, врученную накануне всем дипломатическим представительствам. В ней говорилось: «Лагерный режим, установленный для советских военнопленных, является грубейшим и возмутительным нарушением самых элементарных требований, предъявляемых в отношении содержания военнопленных международным правом, и, в частности, Гаагской конвенцией 1907 г., признанной как Советским Союзом, так и Германией». Подобные ноты неоднократно представлялись и впоследствии.

Ну, и что у нас осталось от мифа?!



Миф № 46. Сталин просил союзников прислать дивизии на советско-германский фронт. | Сталин и Великая Отечественная война | Миф № 48. Сталин злоумышленно и без разбора сажал всех, кто побывал в плену, в ГУЛАГ.