home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



18

Пятница, 23 часа 40 минут

Санта-Кларита, Калифорния

Глен Хауэлл

Хауэлл занял три номера — всю заднюю часть мотеля «Комфорт» с отдельным выходом. Марион Кливз поместил женщину и девочку в одном из номеров, связав им руки и ноги и заклеив скотчем глаза и рты. Хауэлл проверил, насколько надежно они связаны, и вернулся к себе в номер, где все пропахло моющими средствами и новыми коврами.

Хауэлл не любил находиться рядом с Кливзом. Он сидел на кровати, когда позвонил Кен Сеймур. Сердце едва не выпрыгнуло у него из груди, стоило ему услышать, что Уолтер Смит покинул дом.

— Полицейские ворвались в дом? Проклятье, что там происходит?

— Никто не входил в дом, только Смит вышел.

— Просто вышел?

— Его вынесли. Смит в полном отрубе. Кто-то из придурков в доме его избил. Смита увезли на «скорой».

Некоторое время Хауэлл молча размышлял. Смит на свободе, но в доме остались дети — проблема не решена. Хуже того, в больнице Смита накачают всякой дрянью, и кто знает, что он скажет, придя в сознание.

— Кто-нибудь еще вышел из дома?

— Они больше ничего не говорят репортерам.

Хауэлл закончил разговор с Сеймуром и тут же позвонил в службу информации, чтобы узнать номер телефона окружной больницы. Затем выяснил, как лучше туда проехать. Он тщательно изучил оптимальный маршрут по карте, после чего позвонил в Палм-Спрингс.

Ему ответил Фил Таззи. Хауэлл рассказал ему последние новости и стал ждать, пока тот обсудит их с остальными. Затем трубку взял Сонни Бенца.

— Хреновое дерьмо, Глен.

— Да уж.

— Диски у него?

— Понятия не имею, Сонни. Я сам узнал только две минуты назад, что его отпустили. Я собираюсь кого-нибудь послать к нему.

— Выясни, у него ли диски, а также говорил ли он с кем-нибудь. Если он начнет болтать, будет нехорошо. Дети все еще в доме?

— Да.

— Проклятье!

Хауэлл понимал, что они думают об одном и том же: человек, пытающийся спасти своих детей, может сказать все, что угодно. Хауэлл постарался, чтобы его голос прозвучал оптимистично.

— Говорят, он довольно сильно пострадал. Точно мне это не известно, Сонни, но если он без сознания, то и сказать ничего не сможет. Репортеры говорят о сотрясении мозга и о возможной серьезной травме головы. Создается впечатление, что он в коме.

— Слушай, только не нужно говорить мне о том, чего ты сам точно не знаешь. Слухами я вытираю задницу. От тебя требуется только одно: не дать дерьму вырваться наружу.

— Это непросто.

— Значит, придурки выпустили его из-за того, что он ранен? Может, нам повезет и ублюдок сдохнет.

— Тэлли уговорил их выпустить Смита.

— Вот что я тебе скажу, Глен. У меня складывается впечатление, что ты не в состоянии уследить за своим дерьмом. Неужели я должен сам приехать?

— Ни в коем случае, Сонни. Я все контролирую.

— Я хочу получить эти проклятые диски.

— Да, сэр.

— И не хочу, чтобы Смит начал болтать. Ты меня понимаешь?

— Понимаю.

— Ты знаешь, о чем я?

— Знаю.

— Хорошо.

Бенца повесил трубку. Что ж, нужно начинать действовать. Хауэлл по местному телефону позвонил в соседний номер.

— Зайди ко мне. У меня для тебя дело.


Миккельсон и Дрейер | Заложник | Глен Хауэлл