home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Конец августа

Прошло полтора месяца. Я снималась в рекламе, участвовала в презентациях, а с сентября мне предстояло начать вести на телевидении новое ток-шоу. Я уволилась из школы и активно готовилась к роли ведущей.

Подписывая мое заявление, директриса сказала, что «ей очень жаль, но она все понимает», и пригласила заходить, по крайней мере прийти на линейку первого сентября и рассказать деткам вживую про то, «как я провела лето». Я обещала. Я не хотела, чтобы детки и бывшие коллеги начали меня считать одной из телевизионных фиф, которых не берет ни целлюлит, ни прыщи. И еще нужно предупредить, чтобы ни в коем случае не покупали «чудо-тазик», который рекламирует наш канал. Тазик якобы выводит шлаки через нижние конечности. Несколько известных людей, включая артистов советских времен, полощут в тазике пятки. Я для этой рекламы не подошла по возрасту, но народ-то предупредить надо! По крайней мере знакомых.

У тети Светы бурно развивался роман с генералом Ерепенниковым, который первым из ее мужей и любовников не трудился в поте лица на нашей даче. Он организовал для этого курсантов из школы милиции. На соседней даче в эти дни трудились курсанты Военно-медицинской академии – там тоже появился новый родственник, с которым генерал коротал субботние вечера. Моя мама сказала, что не может на все это смотреть, и весь август жила у папы. Я была этому очень рада.

Генерал Ерепенников передавал мне поступающую из Голландии информацию. К сожалению, Паскудников многого не знал. Он выполнял роль курьера и имел дело всегда с одним человеком, который и передавал ему груз. Этот человек был запечатлен на фотографиях интерполовцев, которые мне показывали вместе со снимками «Константина». Журналист даже не знал, что возит переработанные камни! Он был уверен, что это бриллианты чистой воды.

Драгоценности он собирался вывозить в другой раз, совсем для другого заказчика, но таким же образом, однако не успел и вообще не понял, куда пропали два комплекта. Он долго не хотел признавать наличие бриллиантов в урне с прахом мамы, которые потом перекочевали в раму с ее портретом, но в конце концов был вынужден это сделать.

Это были «изъятые» им лично бриллианты, – как сообщил он шепотом следователю. Он даже в европейской тюрьме боялся громко говорить о том, что надул таких серьезных людей. Паскудников был уверен: серьезные люди прознали, что он «крысятничает», и поэтому и сдали его Интерполу.

Он заявил, что не знает, кто обокрал квартиру Ксении и кто влезал к Агриппине Аристарховне. Паскудников все время повторял, что он – только курьер. Что давали, то и вез. Сам не воровал.

Но даже если и так, его ждал большой тюремный срок. А журналистская карьера закончилась.

Я не жалела о случившемся – у меня началась совершенно новая жизнь, которая мне нравилась. Страх, в общем, прошел. Расстраивало меня только одно – Лассе не звонил и не приезжал. Я вспоминала, как мне было хорошо с ним, но с сожалением понимала, что для него это, вероятно, был рядовой эпизод. Он работал, а для того чтобы получить у меня информацию – и камни, – требовалось сыграть роль первоклассного любовника. Артист он великолепный, как я успела убедиться. Правда, первоклассного любовника ему не требовалось играть… Он был первоклассным любовником. Он разыгрывал интерес ко мне… Интерес, конечно, присутствовал, но не тот, о котором я мечтала.

Мне было очень тяжело признать, что я ему не нужна.

Поэтому я так и увлеклась новой работой, чтобы постараться забыть Лассе, но нет-нет да и вспоминала. Конечно, я не звонила ни по одному из телефонов, и фотографии драгоценностей по электронной почте не послала.

Если бы мужчина захотел – связался бы со мной сам. Но он явно не хотел… А я не хотела навязываться. Я не тетя Света, которая берет быка за рога, а мужика за известную часть организма. То и дело, засыпая, я пускала в подушку слезу. Но я так уставала, что засыпала очень быстро.

В конце августа я как-то проснулась от телефонного звонка.

– Быстро в офис! – рявкнул директор телеканала вместо приветствия. Я никак не ожидала его услышать и не должна была быть в офисе с утра.

Я наложила легкий макияж и вылетела из дома.

В директорском кабинете сидели гонцы из Голливуда. При моем появлении мужчины вскочили с мест и стали мне широко улыбаться. Я ничего не понимала.

– Тебя приглашают в Голливуд, – объявил директор канала. – Готовы заплатить нам штрафные санкции, только чтобы мы тебя отпустили. Говорят, что сделают из тебя звезду.

Я хлопнула глазами, потом спросила у представителей Голливуда, откуда они вообще узнали о моем существовании. Неужели у них крутят рекламу японских средств для ухода за волосами, в которой я снималась? Про отечественные шампуни я даже не спрашивала.

– О, нет! – воскликнул один из американцев. – Мы видели ваши съемки в естественной обстановке. Когда вы не знали, что вас снимают. Когда на вас не было профессионального грима. И вы без всего этого, без нужных ракурсов все равно смотритесь очень хорошо. После того как мы оденем вас, как нужно, с вами поработают наши гримеры, а наши операторы будут снимать вас под самым выгодным углом, вы станете великолепны. Прочитайте условия предлагаемого нами контракта. Обсудите его с вашим юристом. У нас еще есть дела в России, и мы хотели бы получить ваш ответ в понедельник.

Мы разговаривали в четверг.

Несколько прибалдевшая, я отправилась домой с контрактом. Предлагаемая сумма казалась мне баснословной. С чего бы это они так расщедрились?

Вечером позвонил Лассе и попросил разрешения заехать в гости. Забыв о гордости и своих обещаниях самой себе отказать ему, если все-таки позвонит, я согласилась. Я сказала себе, что посоветуюсь с Лассе насчет контракта. Я считала, что он может дать мне в данном вопросе лучший совет. И вообще если я уеду в Америку… Я должна сделать самой себе прощальный подарок!

Он опять выглядел шикарно. Он принес мне цветы, вино, конфеты. Я вела себя как ни в чем не бывало, словно мы расстались вчера или позавчера. Может, в Америке я о нем забуду? В Голливуде же много шикарных мужиков…

– Чем занимаешься? – спросил он.

– Изучаю условия контракта. Меня зовут в Голливуд.

– Неудивительно, – невозмутимо заметил Лассе. – Реалити-шоу имело там огромный успех, а канал, по которому его демонстрировали, совершил рекордный скачок в рейтинге. Сейчас там идет повтор.

– Какое реалити-шоу? Я не снималась ни в каких реалити-шоу. По крайней мере пока.

– Снималась, Марина. И я снимался. Хорошо хоть в гриме, иначе пришлось бы ложиться под нож пластического хирурга. Или искать другую работу.

Я в непонимании уставилась на Лассе.

– Ты вообще о чем говоришь?

– Американцы тебе не объяснили? А я как раз привез тебе диски. Компьютер у тебя есть? Или мне за своим ноутбуком в машину сходить?

– Ты оставил ноутбук в машине?! Давно не был в России? Конечно, иди за ним. В нашем городе только последний идиот оставляет ноутбуки в машине, как, впрочем, и все остальное, – добавила я, потом сказала «Ой!» и закрыла рот рукой.

Лассе только усмехнулся, ушел из моей квартиры и все-таки вернулся, хотя я не исключала, что он покинет ее навсегда. Как я могла назвать его идиотом? Как у меня это вырвалось?

Но вскоре я забыла про свои переживания, я забыла про ужин, я забыла про все на свете. Лассе что-то готовил и подносил мне. Я механически отправляла пищу в рот.

Я смотрела, как Вова с Геной подъезжают к дому Верещагина на своем «каблуке», как из задней части выходит Валера из Новосибирска, которого я никогда не видела живым, как они поднимаются по лестнице. Гена быстро открывает дверь квартиры. Валера восхищается мастерством друга, а Колобок стоит с кислой миной.

Они разговаривали по-русски, но русская речь была приглушена (хотя и различима), и сопровождалась переводом на английский язык.

Потом за ребятами захлопываются решетки, они приходят в ужас, осматривают квартиру. Вот первый кадр со мной. Я лежу на кровати, волосы раскиданы по подушке и частично закрывают лицо, видна обнаженная грудь…

Ребята заглядывают в другие комнаты, появляется Ник Хаус, Валера прячется в кладовке. Вова, Гена и Ник падают без сознания – и их падение сопровождается появляющимся на экране словом «Газ!». Некий тип в противогазе, взявшийся невесть откуда, извлекает SIM-карты из телефонов ребят и быстро покидает квартиру. Решетки опускаются на место.

– Это ты потом, если захочешь, посмотришь в подробностях, – сказал у меня над ухом Лассе. – Я хочу, чтобы ты сейчас посмотрела…

– Как убивают?

– Этого нет.

– У тебя нет?

– В шоу это не показали. Запись смонтирована. Удалены определенные куски, в частности все убийства. Зрителям, кстати, предлагалось определить, кто убийца. Это «реалити-шоу-загадка». Так было в анонсе.

– И кто убийца, по мнению американских зрителей?

– Я занял первое место. Второе Ксения.

– А я?

– Ты в конце списка. Перед Иваном Васильевичем, Агриппиной Аристарховной и Шедевром. Результаты голосования тоже на диске. Я оставлю его тебе на память. Тут, кстати, записано, как мы все оказались в той квартире.

Я увидела себя, голосующую на дороге. Голос за кадром сказал:

– Может, взять еще одну женщину? Женщин у нас маловато. А эта симпатичная и с хорошей фигурой. Украсит шоу. Берем!

В машине снимали в основном меня, Константин появлялся только мельком. По этим кадрам его не узнать. Потом мы в квартире, я пью вино и засыпаю в кресле. Мужчина, снятый со спины, раздевает меня и укладывает в постель.

Ксению увели в хлам пьяную с вечеринки и фактически доставили багажом. Ляльке дали уколоться и привели без труда. Агриппине Аристарховне стало плохо в парке, ей сделали какой-то укол, доставили в квартиру и поудобнее устроили в кресле. Лассе с Юрки забрали с детской площадки, как он мне и рассказывал.

Лен забрали в парке, оставив на скамейке мужчину, с которым она в тот вечер ужинала. Ника подобрали в кустах у ресторана, где он лежал после получения в глаз. Ивана Васильевича вытащили из подвала, где, оказывается, находились мумии. Это были трупы бомжей, на которые организаторы шоу натолкнулись случайно, подыскивая место для установки техники неподалеку от квартиры Верещагина. Только Иван Васильевич понятия не имел про такое соседство. Мумии были до поры до времени припрятаны.

Они лежали в так называемом нижнем подвале – в некоторых дореволюционных домах такие имелись. В большинстве случаев теперь подвалы закрыты, попасть туда невозможно. Но при желании… Возможно, помещение когда-то намертво закрыли, не проверив, не остались ли люди. Организаторы шоу нашли вход и явно решили, что мумии оживят представление.

А Иван Васильевич спал в верхнем подвале.

– Но его же вроде бы взяли в другом месте! – воскликнула я. – Он сам говорил…

– А ты уверена, что он все правильно помнит? Судя по всему, его взяли рядом с домом Верещагина. Вероятно, старик просто забыл, как там оказался. Может, пил с кем-то из товарищей… Может, от облавы уходил и заснул. Я склонен верить записи, – сказал Лассе. – Ивану Васильевичу не посчастливилось выбрать подвал, где лежали мумии.

– Наоборот, посчастливилось, – заметила я.

Лассе улыбнулся.

Ипполита взяли абсолютно пьяного. Он полз куда-то вдоль стены дома и что-то бурчал себе под нос про левый торпедный аппарат. Где-то заклинило. Кирилла Петровича, как и меня, подобрала машина, из которой его вынесли за руки и за ноги.

– Но Кирилл же… – воскликнула я. – Или ты не знаешь?

– Я все знаю, – ответил Лассе. – Но ведь кто-то из организаторов должен был находиться в квартире, чтобы контролировать процесс?

– Убивал он?

– Да. Больше некому.

– Для шоу?!

Лассе кивнул.

– А газ? Видения? Это тоже все он?

– Тут или он давал сигнал сообщникам, или они следили за происходящим по мониторам. Я думаю, что и то, и другое.

– А где они находились? В подвале?

– Если ваши правоохранительные органы захотят, то найдут место. Правда, я считаю, что там уже ничего не осталось. Все демонтировали в первую же ночь после нашего освобождения. Ваши правоохранительные органы просто опечатали дверь и не подумали оставить внутри охрану. Квартиру мы с коллегами осматривали в понедельник и ничего не нашли. Санкций на осмотр помещений вокруг у нас не было. Сообщники Кирилла Петровича также могли сидеть в каком-нибудь отсеке подвала, который и не заметишь сразу… А оттуда нажимали нужные кнопки. Строение дореволюционных домов непредсказуемо. А у братцев-разбойников, не исключено, имелся план всего дома.

– Наверное, они сидели в нижнем подвале, если он есть в том доме. Или он не в том?

– Стены больно толстые… – медленно произнес Лассе. – Хотя, судя по использовавшейся высококлассной технике, могли и в нем. Я лично считаю, что основной сигнал принимали в каком-то из соседних домов. Из подвала, возможно, пускали газ. Например, через дымоход. Там вполне мог быть временно протянут провод.

– Но когда они установили все оборудование в квартире Верещагина? Когда ставили решетки по заказу депутата?

– Нет, позже. Сейчас найду.

Он нашел место на диске, где жена Верещагина, которую я видела только на фотографиях, просит любовника собрать на мужа доказательства неверности. Он предлагает ей поехать отдохнуть, а на время отсутствия установить в квартире записывающую аппаратуру. Она с радостью соглашается.

– А ее-то как записали? – спросила я. – Значит, уже была камера?

– Как видишь. А на остальное получили ее санкцию. Только она ведь не знала, какую именно аппаратуру они ставят.

– И таким образом она подписала себе смертный приговор?

– Не знаю, планировали ли они убивать ее изначально. Может, и нет. Но потом решили на всякий случай избавиться. Ведь убийство депутата они не планировали!

– А ты откуда знаешь?

– Это есть на пленке. Все так прямо и объясняется. Изначально нас хотели собрать без трупа депутата, просто в чужой пустой квартире, и держать до приезда хозяина. Депутат должен был появиться в понедельник. Но потом организаторы поняли, что убийство хозяина придает дополнительную пикантность ситуации, и решили мгновенно запустить процесс.

– Ничего себе пикантность!

– Более того, они ведь не знали, как будут дальше развиваться события. Отказаться от проекта? Но ведь в него уже были вложены деньги. Наверняка ждал заказчик. Сообщить вдове? Она расскажет правоохранительным органам про записывающую аппаратуру, братцев будут таскать на допросы, какие съемки шоу? А уже подобраны люди, Паскудников «заказал» Лен…

– Убийство депутата записано? – спросила я.

Лассе кивнул и с усмешкой пояснил, что эту запись прислали ему в подарок, пока он находился в США. На пленке «Реалити-шоу» убийства нет, только готовые трупы. Лассе достал очередной диск и вставил в дисковод.

Я увидела двух киллеров без масок. Я услышала их слова, последний крик Верещагина и актрисы, падающей на колени и умоляющей не убивать ее.

Депутата убили за «лесные» дела.

– Эти кадры переданы в ваши правоохранительные органы, – сообщил Лассе.

– Зачем они прислали это тебе? – спросила я, не уточняя, кто такие «они».

Он пожал плечами.

– Возможно, чтобы не лез в это дело. И ваши органы не лезли в «Реалити-шоу», а удовлетворились киллерами. Ведь ваших на самом деле больше всего интересует убийство депутата, а не, например, наркоманки-проститутки.

– А тайник? – спросила я.

– Неизвестно. Про него на диске ничего нет.

– Но зачем все-таки было убивать? – покачала головой я. – Ну пусть бы заперли нас в этой квартире…

– Во-первых, как я и сказал – для оживления шоу. Во-вторых, Паскудникову нужно было избавиться от Лен. Она видела бриллианты. Он обратился к своим знакомым в криминальных кругах. Каким-то образом «заказ» дошел до организаторов реалити-шоу. Вообще-то тут была проведена очень большая организационная работа. Кандидатов явно выбирали заранее. Но ты, например, попала случайно. Мы с Юрки были запланированы. Ивана Васильевича взяли, поскольку оказался рядом с мумиями. И типаж хороший. К Агриппине хотели залезть, как и к Ксении. Каким-то образом братцы-разбойники выяснили, что у старой балерины много дорогих ювелирных украшений, подаренных поклонниками. Вероятно, от скупщика, который сам пострадал. Кстати, знаешь, кто к Ксении забирался? Паскудников собственной персоной. Его какие-то соседи видели в тот вечер. Естественно, они не подумали, что он идет грабить. Теперь он уже сам признался и в воровстве, и в желании убить бывшую жену, а вначале только и повторял: «Я курьер! Я курьер! Больше ничего не знаю».

– Но ключи! Ведь двери же открыли «родными» ключами!

– Слепки явно сделали, когда мы все оказались в квартире. К Агриппине, наверное, ходил кто-то из братьев. А Паскудников заплатил за смерть Лен украденными у Ксении драгоценностями. Ему сказали, что Ксении и всех ее родственников точно не будет. Видимо, там тоже стояла прослушка, и старица Авдотья была нанятой актрисой.

– Платить украденными у Ксении, своей коллеги, драгоценностями за смерть бывшей жены?! Какой кошмар! – воскликнула я.

– Паскудников боялся за свою жизнь, Марина, и всеми способами пытался замести следы. Он по натуре трус. Если бы бриллиантовые короли узнали, что он засветился, а еще хуже – крысятничает, ему бы не сносить головы. Они, правда, и так узнали, поэтому он активно сотрудничает со следствием и умоляет не депортировать его в Россию. Кстати, ты так и не прислала мне фотографии комплектов Ксении и Агриппины Аристарховны. Забыла?

Я неопределенно пожала плечами.

– Если все-таки сможешь, я проверю еще одну версию. Конечно, лучше бы иметь оригиналы, но на это надеяться на приходится.

– Какую версию?

– Мог быть особый заказ на изделия определенного ювелира. Поэтому и брали Ксению с Агриппиной Аристарховной, а не найдя нужного комплекта у Агриппины, отправились к скупщику. Ребята просто хотели заработать дополнительные деньги. Или это было обязательным условием. Если честно, я поражен и восхищен тем, как все было организовано, запущена информация для Вовы с Геной, и для Шедевра…

– Но Вова говорил, что они должны были прийти на день раньше! Что они опоздали из-за Валеры из Новосибирска. Гена его встретил, и они отложили поход к депутату.

– Возможно, организаторы хотели записать двух сходящих с ума в квартире воров, – пожал плечами Лассе. – Потом пустить газ, усыпить их и добавить остальных. Возможно, поэтому и записалось убийство депутата. Камеры уже работали. Только Вова с Геной не пришли и появились на следующий день. Организаторы и тут мгновенно сориентировались.

– Веревку Шедевра убрал второй брат?

– Кто-то из группы. Я не думаю, что тут действовали только Кирилл Петрович с Константином. Да ведь и Кирилла в квартиру заносят вдвоем – за руки и за ноги. Ребята – молодцы, если бы только не убивали… Я всегда восхищаюсь талантливыми людьми, – сказал Лассе. – А шоу сделано талантливо. Ты просмотри его на досуге с первой до последней серии – как оно шло в Америке. По-настоящему захватывает.

– Но неужели американцы – в смысле власти – смотрели на это сквозь пальцы?

– Это же Россия, – пожал плечами Лассе, кивая на экран. – Да, у хозяев телеканала поинтересовались, откуда они это взяли. Те сказали, что пришли русские и предложили купить готовый продукт. Они посмотрели и купили. Хозяева телеканала – тоже бывшие ваши граждане. И их юристы – бывшие ваши. На пленке не записано, как убивают участников реалити-шоу, Марина! Там просто появляются трупы. Запись убийства депутата прислали лично мне. В шоу нет сцен насилия, жестокости. Трупы есть, так они и в фильмах есть. С другой стороны, где доказательства, что это трупы? Может, это просто розыгрыш! Шоу! Может, все подстроено. Публику забавляли.

– Но наши-то органы нашли трупы!

– А кто с нашими связывался из Америки? И вообще сейчас в мире большой спрос на реалити-шоу. Люди ведь здесь не играют, а ведут себя естественно. Здесь записаны настоящие эмоции. На это интересно смотреть.

– Тогда где логика? Интересно смотреть на эмоции, а трупы – розыгрыш?! Тогда какое реалити-шоу?! Лассе, я не понимаю, почему правоохранительные органы Америки не занялись этими убийствами! Ведь это убийства!!!

Лассе удивленно посмотрел на меня.

– А с какой стати им заниматься этими убийствами? Своих хватает. Пойми: им нет дела до того, что где-то в России кого-то убили, а кого-то не убили. И вообще, все могло быть разыграно, но не профессиональными артистами, а людьми с улицы. Было первоклассное шоу, его интересно смотреть. Все! Я отдал копии шоу и записи убийства Верещагина генералу Ерепенникову. Если ему удастся что-то сделать, я буду рад. Но я не особо на это рассчитываю.


* * * | Путь к сердцу мужчины | Эпилог