home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



7

Домой вернулись по плану. И даже внесли в него усовершенствование. Машину оставили у соседнего дома, вызвали по телефону мужа Татьяны, и он добросовестно погнал ее ставить в «ракушку». Но тут Наталья узрела спешащую домой Зойку – мою соседку по лоджии. Стеклили их нам одни и те же мастера и внутреннюю перегородку, так же как у Натальи, заделывать до конца не стали. С нашего обоюдного с Зоей согласия. С недавних пор начали накапливаться минусы. Толстый персидский кот соседки регулярно наведывался к нам в гости: опробовать съестные припасы – в гостях, как известно, тоже хорошо. Но продовольственная любовь грозила перерасти в душещипательные страдания. Элька кокетливо помахивала за стеклом ценным хвостом и медленно прищуривала глаза, изучая нахала. Не за горами март. Стоит только пережить зиму. Зойка собиралась кота кастрировать, прозрачно намекая мне, что груз вины за такое зверство ложился на плечи моей семьи. Наташке все это было по барабану. Она боялась слежки в подъезде.

– Зоя, выручай! – Подруга остановила соседку и для верности отняла у нее пакет с продуктами, передав его мне со словами: «Не урони!»

Надо сказать, Зоя хоть и оторопела, но пакет отдавать не собиралась, отбиваясь и руками и ногами, пока нас не признала окончательно. А признав, радостно улыбнулась, предчувствуя, что с нами случилась интересная мерзопакость. И даже осмелилась обругать парики и дать совет:

– Если уж решили от своих тайком гульнуть, надо лица поприличнее нарисовать. Страх смотреть!

– Мы ключи от квартиры в Иришкиной квартире захлопнули, а у нас там утюг включен. – Зойка ахнула. Наташка опомниться ей не дала: – Можно мы от тебя к себе перелезем?

Ответить Зое также не пришлось. Не дожидаясь согласия, подруга поволокла ее налегке к ее же подъезду. Сзади с сумками семенила я.

Перемещение на лоджии прошло легко – со стороны Зои Сергеевны по легкой лесенке-стремянке прямо на наш старый письменный стол, служивший памятью о чудесных школьных годах Славика и Алены. Сначала ни у кого не доходили руки избавиться от этого доперестроечного шедевра, потом я обнаружила, что лучшего места для размещения весной рассады не найти.

Мы с Натальей были очень довольны результатом марш-броска, даже с учетом негатива от вчерашнего отдыха. Зойка – нет. По рассеянности, я прихватила ее пакет с продуктами с собой и через минуту была уличена сначала в воровстве, потом – в терроризме: за оставленный без присмотра утюг. Под занавес мне рекомендовали не искать приключений на стороне, а крепче держаться за собственного мужа, способного вынести подобную растяпу-жену.

Все бы ничего, да только я, оказавшись на своей территории, первой ринулась в родные места. Открыла пошире форточку и сразу закинула в нее все сумки, включая Зойкину. Пока Наташка уговаривала Зою Сергеевну не орать, я, не раздумывая, сняла куртку, соорудила пирамиду из всякого хлама, подтянулась и предприняла попытку пролезть через форточку вперед головой. Протиснувшись по пояс, поняла, что голове лучше находиться с обратной стороны, ибо тормозить ею об пол, пусть даже и покрытый ковролином, страшно, – другой-то в запасе нет. Зойка, стоя на стремянке и наблюдая со своей территории за этим зрелищем, советовала не беспокоиться, поскольку, по ее личному мнению, голова – потеря для меня небольшая. Вполне можно прожить чужим умом. Наташка рьяно принялась меня защищать, ехидно напомнив Зойке, сколько раз той приходилось обращаться за помощью именно к моей голове. В тот момент Зоя что-то не осмеливалась хамить…

Пока велись дебаты, я балансировала взад-вперед, пытаясь найти опору для ног и с ужасом слушая жалобное мяуканье Эльки, раздававшееся откуда-то снизу. Видимость была ограничена узким подоконником и узорным рисунком тюлевой занавески, которую дала слово сразу же постирать в случае удачного приземления. Парик окончательно съехал на лоб и скрыл приятные черты моего лица. В голове возникло четкое видение: муж Ольги, как в замедленной съемке, падает вниз головой в забетонированное дно бассейна…

Из глубины комнаты послышался испуганный крик. Я с ужасом поняла, что съезжаю внутрь и через пару секунд сделаю стойку на ушах на раздавленной кошке. Но именно этих секунд Алене хватило, чтобы метнуться ко мне и не дать столь низко пасть. Кое-как с ее помощью я, исполнив авторский акробатический этюд, плавно улеглась на пол, простонав, что тете Зое надо отдать черный пакет с продуктами, который она, хамка, с нетерпением ждет на стремянке по ту сторону лоджии…

Наталья, окончательно напугав кошку, влетела в комнату через открытую Аленой дверь лоджии с чувством негодования на румяном лице и решимостью никогда больше не здороваться с Зоей Сергеевной. Тем более не пользоваться ее лоджией, даже если та на коленях попросит. Зойка демонстративно проверила содержимое своего пакета и громко спросила у Алены, сколько она должна за доставку. Вопрос остался без ответа – дочь уже заскочила обратно.

– Маменька, что случилось? Готовитесь стать участницами «Фактора страха»?

– Ты почему не на занятиях? – прошептала я с пола, не зная, что ответить.

– Интуиция сработала! У преподавателя – не у меня. Одну пару отменили – он не пришел. Интересно, как этот доцент догадался, что ты повиснешь на волоске? Ты хоть понимаешь, что могла позвоночник сломать?

Я ничего не понимала и не хотела понимать. Мне просто нравилось ощущать себя дома, пусть даже и опустилась до такого состояния – ниже некуда. Накатила дикая слабость, а заодно забытая со страху боль в мышцах. Вставать не хотелось.

– Ленусик, налей-ка мамочке горяченького бульончика да подай прямо сюда… в постель, так сказать. – Наталья уже успела раздеться, снять парик и удалить следы безумной косметики. – Попозже, деточка, тебе все объясним. Сейчас просто и соврать нечего.

К тому моменту, когда Алена вернулась, я уже успела сложиться пополам. Ошеломленная дочь принесла в бокале супчик и столовую ложку. Перед глазами опять нарисовалось лицо Ольгиного мужа, повернутое на сто восемьдесят градусов, – уже на дне бассейна. Меня передернуло от отвращения. И Алена, обращаясь к Наталье, растерянно сказала:

– Она почему-то не хочет…

– Еще не оттаяла, – деловито пояснила подруга. – Давай отнесем ее в родные места, на кухню. Мигом оклемается…

По пути я начала проявлять признаки жизни и попросила кофе с молоком. А на кухне вообще разоралась, что хочу на работу.

– «Не нужен нам берег турецкий», – вздохнула дочь. – Да и Африка нам тоже на фиг не нужна.

Мысленно я с ней согласилась и отправилась в ванну, где нечаянно уснула под шум льющейся воды. И если бы не бдительность Алены, кто его знает, чем бы закончилось приятное сновидение, в котором я на надувном матрасе гребла руками в сторону турецкого берега…

Часа через полтора я окончательно отбросила в сторону эмоциональную окраску событий сегодняшнего дня. Следовало обдумать дальнейшие действия. Едва ли «купавинцам» и «пантеровцам» придет в голову, что в гости к Ольге Григорьевне наведывались именно мы. О соседе я не думала: Владимир ведет совсем иную игру. И слежку за нами установил отнюдь не из-за боязни, что заложим его за хранение наркотиков. Кого он там собрался пришлепнуть – непонятно. Возможно, тех, от кого прячет жену и прячется сам. Но скорее всего… Ладно. Главное – не нас. И это радует… Завтра следует посетить коттеджный поселок у большого водного массива Зеленая поляна. Заказчик дизайн-проекта и работ Мелков Юрий Федорович…

Я загрузила хлебопечку продуктами для теста и весело поинтересовалась у дочери, что испечь – пирожки или булочки? Алена молчала. Не ответила она и на дубликат вопроса с настойчивой интонацией. Обиделась!

– Елена! Ты – взрослый человек. Почему вынуждаешь меня рассказывать о том, в чем я и сама пока не разобралась. И в конце концов, могут у меня быть свои тайны? – Произнося эту тираду, мысленно соображала, стоит ли мне тоже корчить из себя обиженную?

– Нормальные взрослые люди, имея ключи от входной двери, не ломятся домой через форточку волосатой головушкой без малейших признаков лица, намереваясь изменить фигуру родной кошки до состояния лепешки. И я еще не говорю о том, что ты входишь и выходишь из чужого подъезда, беря приступом барьер перегородки между лоджиями и… чужие вещи. Зоя Сергеевна вопила так, что сохранить этот эпизод твоей жизни в тайне удастся только на Крайнем Севере. И то – ненадолго…

В принципе, дочь не во всем, но права. Именно она навела меня на мысль, заставившую изменить планы на завтра, и я ее машинально поблагодарила.

– Это что же получается? Да у меня просто мания величия. По прибытии в коттеджный поселок Зеленая поляна нас вполне могут если не встретить, то уж проводить непременно заботливые сотрудники враждебных фирм. Наверняка их бывшие клиенты уже оповещены о возможном нежелательном визите… Нет, хорошо, что этот год не високосный… Никуда мы не поедем! – завопила я так, что Алена, продолжавшая интеллигентно развивать тему непутевой матери, запнулась и закашлялась, а Элька, из жалости слонявшаяся восьмеркой между моих ног, взвыла и отскочила в сторону.

– Вот! Даже у кошки нервы сдают! А она еще не весь русский язык знает, – сквозь приступы кашля выдавила Алена, и мы разом обернулись к входной двери. Там стояла улыбающаяся Наталья в дубленке:

– Я в магазин – за хлебом. Вам не надо?

– Пожалуйста, проходите, – посторонилась Алена.

– Зачем? – Улыбка на лице подруги неуверенно стала гаснуть.

– Как – зачем? Вы же теперь усовершенствовали вход и выход из дома. Лоджия – все там же. Еще не обвалилась. – Красноречивый жест перста указующего подкрепил слова дочери, и ничто на ее лице не говорило о том, что она шутит.

Но Наташка все равно расхохоталась.

– Никуда мы не поедем! – опять завелась я, и Наталья притихла, хлопая глазами.

– У маменьки сегодня тяжелый день, можно сказать критический. Только это слово сейчас все чаще воспринимается в другом смысле. Мало того что вы с ней хорошо покуролесили, так напоследок она еще чуть в ванне не утонула. С тех пор и сообщает, что никуда вы не поедете. Заклинило! Кстати, Наталья Николаевна, вы бы пришили к дубленке плечики. Они прямо напрашиваются. Забыли про них?

– Я никогда и ничего не забываю. Плечики мне дали вместе с дубленкой – при покупке, но не помню, куда они положились. А дубленка – не очень удачная. Один бок как будто толще другого. Смотрите сами… – Наталья раскинула руки в стороны, и мы действительно заметили этот недостаток.

– Может, ты так поправилась? На один бок, – с сомнением произнесла я.

Дочь же расстегнула пуговицы на Наташке, птицей застывшей в несостоявшейся попытке взлететь, и отогнула полу наизнанку.

– А вот и плечики! – радостно сказала Алена. – Соединены липучками и приляпаны к концу кармана!

– Дитя мое, – умилилась Наташка, – ты истинное продолжение своей матери. Только более догадливое. Я дубленку уже месяц таскаю и все вспоминаю, куда дела эти запчасти? – Подруга лучилась счастьем. – Теперь утру нос мужу. Говорила же, что никогда ничего не теряю… Ну ладно. Я побежала, потом поговорим…


предыдущая глава | Капкан со всеми удобствами | cледующая глава