home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



СКАЗКА О ПОТЕРПЕВШЕМ КОРАБЛЕКРУШЕНИЕ

Спокойна Великая Зелень. Чист лазурит небес. Небо смотрится в море, как в ясное зеркало.

По бирюзовым волнам птицей несется корабль. Весла с его бортов взлетают, подобно крыльям. Бьется на крепких реях ветром наполненный парус.

Полотнище паруса так велико, что им управляют четверо. Два рулевых поворачивают руль-кормило. А всего на борту сто двадцать один человек: посланец фараона, — да будет он здрав, силен и благополучен, — и моряки. Все они люди бывалые и отважные — отборные матросы. Видали они землю, видали они и небо, храбры были их сердца более чем у львов. Встретиться с бурей им нипочем. И корабль также крепок и велик. Длина его сто двадцать локтей, а ширина сорок.

— А ну, торопись, а ну, торопись! — кричит на корме надсмотрщик, и ременная треххвостая плеть рассекает прозрачный воздух.

Гребцы все вместе откидываются назад. Весла взлетают и падают в воду. Соленые брызги бьются о волнорез.

Куда несется быстрый корабль? В какую даль смотрят два глаза, нарисованные на борту?

Есть за краем Египта угрюмые скалы. Ни трава, ни кусты не растут по обрывистым склонам. Птицы там не щебечут, звери голоса не подают. Лишь лязг цепей да грохот кувалд разносит гулкое эхо. Это рабы в цепях и колодках бьют и дробят породу, добывая для фараона золото.

Вот уже скрылась из виду земля. Вышел корабль в открытое море. Моряки посмотрели на небо: чист лазурит небес. Посмотрели они на воду: спокойно Великое Зеленое море.

— Бури не должно быть, — сказали все как один.

Но только успели вымолвить, как стало хмуриться небо, рев прокатился по морю. Примчался ветер, завыл, засвистал. Поднялись огромные волны, стеной пошли на корабль. Первая волна ударила с носа, и на бортах не стало обшивки. Вторая волна упала на палубу, и мачта переломилась словно тростник. Третья волна поднялась на восемь локтей и накрыла корабль. И вот самого корабля не стало. Он был разбит и затонул.

Все моряки погибли в бушующем море. Спасся один фараонов посланец. Ухватился он из последних сил за проплывавшее бревно — волна понесла и выбросила его на берег пустынного острова.

Ветер скоро утих. Великая Зелень свернула волны. Бури словно и не бывало.

Три дня провел мореплаватель на берегу в одиночестве. Собственное сердце было ему вместо товарища. Тень сикомора заменяла дом. На четвертый день силы к нему вернулись, он встал и пошел вглубь острова поискать для себя еды.

Нашел он там смоквы и виноград, чеснок, прекрасные плоды кау и некут, огурцы[23] какие только бывают, разных рыб и птиц. И было на острове все, что только можно себе представить.

Насытился человек и положил еще на землю, ибо слишком много было на его руках.

«Чудо дивное, диво дивное этот остров», — подумал про себя мореплаватель, однако долго дивиться чуду не стал, изготовил огниво и принялся разводить костер.

Вдруг загудело вокруг, загромыхало. Дрожь прошла по Великой Зелени. Забились волны о берег. Затряслась, как в лихорадке, земля. Задрожали цветы, закачались деревья. Расступились по обе стороны, и появился огромный чешуйчатый Змей. Борода длинная, брови торчком. Каждая чешуйка золотом переливается, брови и борода лазуритом сверкают. Случалось кому-нибудь видеть подобное?

И было в том змее тридцать локтей длины, а его борода больше двух локтей.

Понял фараонов посланец, что перед ним сам владыка острова.

Вышел Змей из рощи, повел глазами по сторонам, зашипел, засвистал страшным свистом и двинулся на незваного гостя. Он двигался, как человек на ногах. Золотые ступни тяжело проминали траву. Золотое тело вилось огромными кольцами.

Помертвел от страха мореплаватель. Рухнул на землю ни жив ни мертв. Руки лишились силы, ноги утратили крепость. Глаза открыть — и то мочи не стало. Один слух сохранился. Слышит мореплаватель — разнесся по острову голос, подобный раскатам грома.

— Кто принес тебя сюда, кто принес тебя, человечек? — грозно спрашивал Змей. — Кто доставил тебя на пустынный остров, спрятанный в водах Великой Зелени?

У мореплавателя со страху язык отнялся. Он жизнь от смерти не отличает. Где ему Змею ответить?

Разгневался Змей, раскрыл свою пасть, схватил мореплавателя, но умерщвлять передумал. Поставил его невредимым на землю и снова стал вопрошать:

— Кто принес тебя, маленький человечек? Если будешь молчать и не скажешь, как попал ты на остров, спрятанный в волнах, я уничтожу тебя, сожгу, как траву. От тебя останется только горсть пепла, и станешь ты невидим в этом мире.

Понял мореплаватель, что дело идет о жизни и смерти. Собрался он с духом и заговорил:

— Послали меня проверить работу на рудниках фараона, — да будет он здоров и благополучен. Спустился я к морю, сел на корабль со ста двадцатью гребцами. Один отважней другого были все моряки. Такие пройдут сквозь землю и небо. Справиться с бурей им нипочем. И был корабль большой и крепкий сто двадцать локтей в длину и сорок в ширину. Но буря пришла, о какой и не слыхивали. Вздыбились волны и стеной пошли на корабль. Рухнула мачта, слетела с бортов обшивка. И была волна восьми локтей высоты. И вот корабль разбился и затонул. Все погибли в бушующем море. Спасся лишь я. Схватил я бревно, подхватила меня большая волна, понесла и выбросила на берег. Вот кто принес меня на этот остров, со всех сторон окруженный волнами, вот кто доставил меня.

Выслушал мореплавателя Змей, покачал головой, потом сказал:

— Не бойся меня, человечек, прогони из сердца страх. Ничего дурного с тобой не случится. Ты потерпел кораблекрушение, но чудом спасся и пребываешь на острове, где вдоволь всего, чего душа пожелает. Ты проживешь здесь месяц за месяцем, не зная ни бед, ни забот. И вот на исходе четвертого месяца приплывет по морю корабль. Приведут его моряки, тебе хорошо знакомые. Вместе с ними отправишься ты в Египет и будешь жить-поживать в благоденствии, пользуясь милостью самого фараона, — да будет он здрав, силен и могуч! О своих теперешних злоключениях ты и не вспомнишь. Со мной же случилась беда, которую мне не забыть вовеки.

Змей вздохнул — и с деревьев посыпались листья, второй раз вздохнул и облетели лепестки у цветов.

— Жил я здесь не один, а с дружной семьей, — заговорил он снова. Было нас семьдесят пять Змеев и еще одна Змейка, моя младшая дочь. Она была такая ласковая и веселая, что ее я любил больше других. И вот, когда я уплыл в открытое море, с неба сорвалась звезда и рухнула прямо на остров. Загорелись деревья, запылали кусты. Весь остров стал огромным костром, и спрятаться было некуда. Никто не вышел живым из огня. Резвая Змейка сгорела вместе со всеми.

Из Змеевых глаз выкатились две большие слезы. Они упали на землю и превратились в два золотых самородка.

— Что твое горе рядом с моей бедой? У меня чуть сердце не разорвалось, когда я вернулся на остров и никого там не нашел. Ты обнимешь своих детей и поцелуешь свою жену и увидишь ты свой дом, а это лучше всех вещей.

Плохие дни пройдут, словно сон. Ты достигнешь столицы и будешь жить в ней до конца своих дней среди своих братьев. Ради этого стоит быть мужественным и перенести выпавшие невзгоды.

Мореплаватель упал на колени, поцеловал землю между ладонями и сказал:

— Я расскажу его величеству фараону, — да будет он здрав, силен и могуч! — о твоей доброте, поведаю ему о твоем могуществе. Он прикажет доставить тебе благовония, прекраснее которых нет в целом мире. Я прославлю твою силу перед вельможами, и они повелят заколоть для тебя быков и забить птиц. Поплывут к твоему острову корабли, груженные всем, чем богат Египет.

Змей в ответ рассмеялся. Гулко и звонко понесся смех, словно бронзовые кувшины раскатились среди камней.

— Много ль благовоний у тебя, человечек, что ты хочешь со мной поделиться? На моем же острове душистых смол больше, чем во всем мире. Выходит, ты собираешься меня одарить тем, чем я владею) с избытком. Поистине, это смешно. Не нужно мне смол, не нуждаюсь я в золоте, не испытываю нехватки лазурита и малахита. Да и острова больше никто не увидит. Как только скроется твой корабль, я опущу остров под воду.

— Ты оказал столько милостей потерпевшему кораблекрушение вдали от родных берегов. Чем отплатить тебе за твою доброту?

— Расскажи обо мне сыну и дочери, расскажи всем людям твоей страны: пусть обо мне узнает и стар, и млад. Расскажи его величеству фараону, — да будет он здрав, силен и могуч! Вот что ты можешь для меня сделать. И не для этого ли большая волна принесла тебя на мой остров?

— Сделаю все, как ты велишь.

Побежали дни один за другим. Незаметно промчались три месяца. Вот уж четвертый спешит к концу. Вдруг вдали показался корабль. Весла с его бортов взлетали, подобно крыльям.

Мореплаватель бросился к сикомору, росшему на берегу. Как кошка вскарабкался он на вершину и глазам своим не поверил.

Тот самый корабль, что вез его к рудникам, несется по бирюзовой воде. Цел он и невредим. И мачта на месте, и парус не сорван, а бьется на крепких реях. Глаза, нарисованные на борту, смотрят на берег острова.

Случалось ли в мире большее чудо?

А кто на корме поворачивает кормило, кто управляет парусом, поднимает и опускает весла? Живы отважные мореплаватели! Недаром шла о них слава, что пройдут они небо и землю, что справиться с бурей им нипочем.

Не помня себя от радости, мореплаватель бросился к Змею. Но тот лишь рассмеялся в ответ:

— Разве я не сказал, что корабль придет с моряками, тебе хорошо знакомыми?

— Все так и вышло, о великий Змей!

— Возвращайся на берег, человечек, встречай моряков и отправляйся в путь. Через два месяца окажешься ты на родине, обнимешь жену и детей и будешь с ними жить-поживать во дворце самого фараона, — да будет он здрав, силен и могуч!

На прощание Змей приказал загрузить корабельные трюмы пахучими смолами и благовонными травами, привести на палубу обезьян и доставить быстрых собак для фараоновой охоты. К этим дарам он прибавил много других.

— Спасибо тебе, владыка острова, — кланялся мореплаватель.

— Пусть будет жизнь твоя вечна, как небо, — кланялись Змею все моряки.

Потом пришло время, и корабль отплыл на север. Фараонов посланец стоял на корме и смотрел на удалявшийся берег. Над островом плыли золотые тучи. То ли солнце сияло с особой силой, то ли светился владыка острова — Змей. Вдруг все исчезло. И сколько ни вглядывался фараонов посланец, он видел одно безбрежное море.

Плавание длилось ровно два месяца. И все это время Великая Зелень пребывала в покое. Ни единое облако не затемняло лазурита небес. Небо смотрелось в воду, как в ясное зеркало.

Наконец показалась родная земля. Был брошен канат и обмотан вокруг причала. На пристань сбежались люди. Радостно приветствовали они тех, кого считали погибшими. Мореплаватель обнял жену и детей и поспешил во дворец. Мог ли он медлить, выполняя наказ, данный Змеем?

— Прекрасен пустынный остров, — сказал он, когда провели его к фараону. — Благороден его владыка великий Змей.

Рассказав обо всем, мореплаватель сложил возле трона благовония и другие дары. От себя он прибавил два золотых самородка, каждый величиной с кулак. Змей разрешил мореплавателю взять их с собой.

Фараон немало дивился приключениям своего посланца. Потом сказал:

— Этот человек ни разу не потерял мужества: ни в бурю, ни на пустынном острове. Повелеваю назначить его в нашу свиту и поселить в нашем дворце. Повелеваю также наградить его золотыми кольцами без числа.

Все так и вышло, как сказал Змей. Много бед пережил мореплаватель, зато к земле причалил он счастливо. И похвалу заслужил, и награду. И жить-поживать вместе с женой и детьми стал не где-нибудь, а во дворце фараона.


ФАРАОН И ВОЛШЕБНИКИ | Мифы и сказки Древнего Египта | СКАЗКА О ПРАВДЕ И КРИВДЕ