на главную | войти | регистрация | DMCA | контакты | справка |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


моя полка | жанры | рекомендуем | рейтинг книг | рейтинг авторов | впечатления | новое | форум | сборники | читалки | авторам | добавить
фантастика
космическая фантастика
фантастика ужасы
фэнтези
проза
  военная
  детская
  русская
детектив
  боевик
  детский
  иронический
  исторический
  политический
вестерн
приключения (исторический)
приключения (детская лит.)
детские рассказы
женские романы
религия
античная литература
Научная и не худ. литература
биография
бизнес
домашние животные
животные
искусство
история
компьютерная литература
лингвистика
математика
религия
сад-огород
спорт
техника
публицистика
философия
химия
close

реклама - advertisement



2. Бракосочетание Феофано с Оттоном II в Риме. – Бенедикт VI, папа, 973 г. – Смерть Оттона Великого. – Волнения в Риме. – Род Кресцентиев. – Cabali Marmorei. – Римские прозвания того времени. – Crescentius de Theodora. – Падение Бенедикта VI. – Возведение в папы Ферруция под именем Бонифация VII. – Его внезапное бегство. – Неизвестная кончина Кресцентия

Исполнить то, в чем отказал императору Оттону Никифор, изъявил согласие его преемник. Ровно год спустя после своего отъезда из Константинополя оскорбленный Лиутпранд мог с удовольствием узнать, что могущественный властитель Восточной империи пал под мечами убийц. На греческий престол в Рождество 999 г. вступил Иоанн Цимисхий, которым убийцы были введены во дворец. Иоанн дружески принял послов Оттона, явившихся с пожеланиями благополучного царствования, и дочь младшего Романа была помолвлена с Оттоном II. В свои юные годы эта принцесса пережила в родительском доме ужасные трагедии; она видела, как умирал ее отец, отравленный ее же матерью, императрицей Феофано, как затем мать ее стала женой Никифора и далее перешла в объятия его убийцы Цимисхия, который, возложив на себя окровавленную корону, заточил эту пленительную по своей красоте женщину в армянский монастырь. Выросшая под небом Востока, свыкшаяся и с греческим языком, и с греческим искусством, юная Феофано последовала на Запад, волнуемая тревожными сомнениями; ей предстояло там жить среди суровых воинственных саксов в городах, на которых климатом и отсутствием культуры была положена печать варварства.

Императорская невеста следовала в сопровождении Геро, архиепископа кельнского, двух епископов и многих графов и герцогов; она высадилась в Апулии и вступила в Рим 14 апреля 972 г., где была встречена своим женихом. Юному цезарю было 17 лет; имея привлекательную наружность, он выглядел совсем еще юношей, но был высокообразован, смел и обладал большими способностями; в его небольшом теле жила душа героя. Юная невеста, которой было едва ли больше 16 лет, отличалась и умом, и красотой. В руки этих двух людей отдал состарившийся Оттон будущее империи. Иоанн XIII короновал Феофано 14 апреля и одновременно повенчал ее в присутствии знатных лиц Германии, Италии и Рима, после чего последовали блестящие празднества. Казалось, что Восток примирился с Западом, когда совершался этот происходивший в первый раз брак императора Запада с византийской принцессой. Тем не менее в действительности этот блестящий брачный союз не дал никаких положительных результатов; плодом его был замечательный ребенок, который был преисполнен почти болезненной по своей страстности любви ко всему греческому и римскому и презирал свою собственную родину. После свадебных празднеств императорская фамилия удалилась в Германию, и вскоре, 6 сентября 972 г., умер Иоанн XIII.

Его преемником был Бенедикт VI, сын Гильдебранда, римлянина германского происхождения, бывший раньше диаконом VIII округа; последний уже не назывался больше Forum Romanum, a Sub Capitolio. За дальностью расстояния императорское утверждение было получено нескоро, и Бенедикт VI был посвящен только 19 января 973 г. С провозглашением Бенедикта папой возникли снова внутренние раздоры, так как римляне, несмотря на утрату ими избирательных прав, все-таки продолжали выставлять кандидатов. Императорская партия предложила Бенедикта, но национальная партия стояла за Франко, сына Ферруция. Пока старый император был жив, его властная рука держала римлян в страхе, и Бенедикт был про. возглашен папой; но великий монарх, сделавший германцев господствующим народом в Европе, умер 7 мая 973 г., и римляне немедленно восстали против Бенедикта и заместили его своим кандидатом. Юность Оттона II, необходимость для него остаться в Германии, чтобы обеспечить там свою власть, и затем обещания помощи со стороны византийских правителей Южной Италии – все это давало надежду римлянам на то, что действия их останутся безнаказанными. И казалось, что теперь наступил момент, когда древние права, а может быть, и вообще независимость от чужеземной власти снова могут быть достигнуты.

Во главе национальной партии в то время стоял могущественный род Кресцентиев. Предки этого рода так же, как и родоначальники Альберика, неизвестны; но род этот был древний, так как имена Кресцентий и Кресцент были известны уже при императорах, хотя и не раньше III века. В первый раз имя Кресцентия упоминается в placitum Людовика III в 901 г.; затем мы встретили вельможу этого имени при Альберике; далее, мы упоминали о Кресцентий a Caballo Marmoreo, присутствовавшем на ноябрьском соборе Оттона I, и, наконец, в книгах Фарфы, как мы видели, отмечено, что дочь этого Кресцентия, Теодоранда, была повенчана с Бенедиктом, племянником Иоанна XIII. Затем сын того же Кресцентия, Иоанн, в 966 г. руководил контрреволюцией.

Прозвание a Caballo Marmoreo – одно из самых замечательных римских прозваний. Под caballo marmoreo подразумевались два колоссальных изображения коней с их укротителями. Эти знаменитые произведения древнего искусства так же, как и три статуи Константина и его двух сыновей, находящиеся в настоящее время на площади Капитолия, стояли тогда на Квиринале перед термами Константина и о них-то, вероятно, создалась та замечательная легенда, которая приведена в Mirabilia. Невежественные пилигримы с изумлением смотрели на голых великанов и, прочтя на пьедесталах имена величайших афинских ваятелей, решали, что эти имена относятся к самим укротителям лошадей. Придя к такому заключению, пилигримы рассказывали дальше так: «Некогда двое молодых философов, Пракситель и Фидий, пришли к императору Тиберию. Заметив, что они голые, император удивился и спросил их об этом. Они отвечали: мы голы потому, что перед нами все обнажено и открыто и мир для нас ничто; мы можем до слова повторить тебе даже то, о чем ты размышляешь в своей опочивальне в ночной тиши. Тогда Тиберий сказал им: если вы это можете, я награжу вас так, как вы пожелаете. Они отвечали: деньги нам не нужны; мы хотим чтобы нам был воздвигнут памятник. Когда на следующий день философы действительно изложили императору его самые сокровенные мысли, он приказал поставить им памятник, т. е. диких, попирающих землю коней – символ могущественных властителей мира. Но придет время, когда явится более могущественный царь, который укротит коней, т. е. обуздает власть государей мира. Возле лошадей стоят полуобнаженные люди с поднятыми руками и сжатыми кулаками; эти люди предсказывают будущее, и так как они сами обнажены, то и их знанию открыто все. Сидящая тут же женщина, обвитая змеями и держащая перед собой чашу, означает Церковь с ее множеством писаний Но постигнуть их может только тот, кто окунется в эту чашу». Таково предание о Caballi Marmorei. По – видимому, рядом с изображениями укротителей коней стояла в то время еще статуя Гигиен со змеей, пьющей из чаши; и эта статуя в представлении народа являлась символом церкви.

Таким образом, Кресцентий прозывался a Caballo Marmoreo по месту своего жительства и это прозвание сохранялось у римлян еще в позднейшее время. Нет сомнения, что члены семьи, принадлежавшей к роду Кресцентиев, построили себе замок на развалинах терм Константина, – может быть, на том самом месте, где стоит ныне дворец Rospigliosi. Многие римляне носили прозвище по месту своего жительства, и так как местность часто называлась по имени находившегося в ней памятника то мы встречаем в Л веке римлян с прозваниями, звучащими очень странно. Эти прозвища приковывают к себе наше внимание, воскрешая в нашем представлении древние памятники, все сведения о которых иногда исчерпываются такого рода прозвищами. Так, нам известны Роман и Григорий a Campo Martio, Иоанн de Campo Rotundo, Серий de Palatio, Бенедикт a Macello sub Templo Marcelli (с рынка у театра Марцелла), Дурант a Via Lata, Ильдебрандо a Septem Viis, Грациан a Balneo Miccino, Иоанн a S.-Angelo, Франко a S.-Eustachio, Риккардо а Sancto Petro in Vincula, Петр de Cannapara, Bonizo de Colossus, Андрей de Petro, получивший свое название от переулка у Колизея. Из таких прозвищ создавались иногда родовые имена у знати, как, например из S.-Eustachio – Santo Statio. Но народ уже давал прозвища некоторым лицам так же по их особенностям, и из таких прозвищ действительно произошли собственные имена; так, например: Кресцентий Пятизубый, Адриан Короткошея, Бенедикт Баранье Рыло, Иоанн Сто Свиней, Лев Короткие Штаны. Тем не менее сохранялось также и обычное обозначение сына по имени отца или матери: Стефан de Imiza, Leo de Calo Johannes, Azone de Orlando, Бенедикт de Abbatissa, Иоанн de Presbytero, Кресцентий de Theodora.

Имя Кресцентия встречалось в X веке так же часто, как и женские имена: Стефания, Феодора, Марозия. Как один из Кресцентиев прозывался a Caballo Marmoreo, так другие назывались: de Bonizo, de Roizo, de Duranti, Raynerii, Кресцентий Cannulus, Кресцентий Stelluto, Sub Janiculo, de Polio или Musca Pullo, de Flu-mine, de Imperio, a Puteo de Proba (от источника de Proba) и Squassa Casata (от разрушенного дома). Очень невероятно, чтобы Кресцентий a Caballo Marmoreo и кресцентий de Theodora, глава римских заговорщиков, были одно и то же лицо. Лроника Фарфы различает лиц этих двух прозвищ; в одном месте говорится только о Кресцентий a Caballo Marmoreo; в другом месте говорится о главе возмутившихся против Бенедикта римлян, и этот глава называется только именем Кресцентия de Theodora; в то время очень точно различали такие прозвища. Точно также нет основания видеть в Феодоре знаменитую senatrix и считать отцом ее сына, Кресцентия, Иоанна X. Ни один документ не дает таких указаний. Кресцентий de Theodora принадлежал, однако, к знаменитому роду патрициев и происходил, несомненно, от того Кресцентия, который был упомянут нами, когда мы говорили о Людовике III. Этому роду принадлежали в Сабине богатые имения, и уже в 967 г.

Кресцентий упоминается как граф и ректор сабинской земли. Когда Кресцентий поднял восстание, римляне схватили Бенедикта VI, заключили его в замок Св. Ангела и здесь в июле 974 г. задушили; на престол Петра был возведен под именем Бонифация VII сын Ферруция, диакон. О возведенном в сан папы такими насильственными мерами Бонифация сообщается, что он был римлянин; но неизвестно, из какого он был рода. У Бонифация было еще прозвание Франко; поэтому полагали, что он мог принадлежать к франкскому роду этого имени, часто упоминаемому в актах X века. Бонифаций вступил на папский престол, когда Бенедикт был еще жив или только умирал. Современники изображают его чудовищем, «monstrum», и говорят о нем, что он был запятнан в крови своего предшественника. К сожалению, мы располагаем только самыми скудными сведениями о событиях в Риме. За сообщением о провозглашении Бонифация папой следует немедленно сообщение о его низвержении. Через месяц и 12 дней новый папа поспешно забрал церковные сокровища и бежал в Константинополь, где, как и все другие претенденты, он нашел для себя поддержку. Это обстоятельство позволяет думать, что провозглашение Бонифация папой находилось в связи с политикой греческого императора, который именно тогда прилагал старания к тому, чтобы ослабить германское влияние и в Салерно. Изгнание антипапы могло быть делом только снова одержавшей победу германской партии в Риме, главой которой на юге все еще оставался храбрый Пандульф Железная Голова.

Затем Кресцентий уже не играет больше никакой исторической роли. Он не провозглашал себя патрицием и после победы, одержанной противной партией, даже продолжал спокойно оставаться в Риме. Так, в одной грамоте 977 г. упоминается Кресцентий Illustrissimus, по прозванию de Theodora, как мирный вассальный властитель замка у Веллетри. Другой документ, помеченный 15 октября 989 г., говорит о Кресцентии как уже умершем, называет его бывшим некогда консулом и герцогом, супругом светлейшей Сергии и отцом Иоанна и Кресцентия. Наконец, мы видим его искупающим свои грехи монахом монастыря Св. Алексея, где он умер 7 июля 984 г. Завершение жизни поступлением в монастырь было в нравах того времени. «Здесь покоится, – гласит надгробная надпись, имеющаяся в названном монастыре, – знаменитый Кресцентий, знатный римский гражданин и великий герцог; от славных родителей происходит славное потомство; его отец Иоанн и его мать Теодора озарили его блеском. Христос, милостивый Спаситель душ, снизошел к нему, и он, отрекшись от мира, пал ниц у порога св. мученика Бонифация, облекся в монашеское одеяние и посвятил себя на служение Богу. Он одарил этот храм богатыми дарами и многими землями. Читающий это, молись за него, дабы простились ему его грехи. Он умер 7 июля в 984 г. по Рождестве Господнем».


Глава IV 1. Коронование Оттона II. – Посольство Лиутпранда в Византию. – Пренесте или Палестрина. – Передача этого города в ленное владение Стефании senatix в 970 г. | История города Рима в Средние века | 3. Бенедикт VII, папа, 974 г. Он содействует Клюнийской реформе. – Он восстанавливает церкви и монастыри. – Монастырь Св. Бонифация и Алексея на Авентине. – Легенда о св. А