home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава XI ПОМОЙКА РАЯ

Но оказалось, что это был вовсе не Санкт-Петербург. В самом деле, ну откуда взяться Питеру на берегах Карибского моря?..

Это был Сент-Питерсберг. Но не тот, что находится в американском штате Флорида, а тот, что находится на острове Сан-Суси, недалеко от Кубы.

Пока ребята сушили одежду, словоохотливый бомж рассказывал:

— Название острова мы у Гаити украли. Есть у них там такой городок — Сан-Суси. А название Сент-Питерсберг мы у америкашек свистнули… Здесь все ворованное. Есть и свой Бродвей, и свой Манхэттен…

— А Невского проспекта нет? — спросил Лешка, сидя на трубе в одних плавках.

— Есть и Невский. Во-он там, — показал бомж грязным пальцем. — Сразу за Пейнтер-стрит. В Русском квартале… Нашего брата русского тут полным-полно. И не только нашего. Здесь живут и немцы, и французы, и итальянцы… — Бомж сунул в зубы сигарету, найденную на помойке, закурил и, взглянув на Джейн, добавил по-английски: — Короче, всякого сброда хватает.

— Сброда? — повторила девочка.

— Да, золотко, сброда. Сент-Питерсберг — такое местечко, где можно запросто получить пулю в лоб или нож в спину. Недаром этот город пираты основали. С тех самых пор всякая шантрапа сюда и слетается со всего мира.

— А вы сами откуда приехали? — поинтересовался Толстиков.

— Я из Ростова-на-Дону, парень. Мне там не подфартило. Пошел на дело. Менты замели. Ну, я срок отмотал и решил в Штаты податься. Прилетел в Нью-Йорк. Пошел на дело. На этот раз копы замели…

— Кто? — не понял Лешка.

— Менты по-нашему. А по-ихнему — копы. Ну, я срок отмотал и сюда подался. На дело я уже стар ходить. Вот и бомжую помаленьку. Тут, конечно, кругом рай. Багамы, Ямайка… А у нас помойка рая. Ведь в раю тоже должна быть помойка. Верно?..

Бомж докурил сигарету, выкинул окурок в море и ушел.

Одежда высохла. Ребята оделись.

— Ну что, пойдем в полицию, — сказал Толстиков.

— В полицию, — скептически повторила Джейн. — Я думаю, нам не стоит соваться в полицию.

— Почему?

— А как ты думаешь, что сделает полиция?

— Арестует Кука.

— Ну арестует. А он скажет: я этих ребят первый раз вижу. И нас отправят к родителям. Тебя на Ямайку. А меня в Лос-Анджелес.

— Так это же хорошо.

— Ничего хорошего. Особенно для меня. Ты что, забыл про человека со шрамом и золотыми зубами?

— Ах да…

За бурными событиями прошедших суток Лешка и правда забыл о грозящей Джейн опасности.

— Тебе тоже нельзя к родителям возвращаться, — продолжала девочка. — Сейчас мы от всех убежали. Я — от человека со шрамом. Ты — от неизвестных бандитов. Здесь мы в полной безопасности.

— Ну в безопасности, — согласился Толстиков. — И что дальше?

Джейн пожала плечами.

— Не знаю. Надо что-то придумать.

— Я бы придумал, — сказал Лешка. — Но мне надо закусить.

— Можно в ночлежку пойти, — предложила девочка.

— В какую ночлежку?

— У нас в Штатах во всех крупных городах имеются ночлежки для бездомных. Там бесплатно кормят. И здесь, наверное, такая же где-нибудь есть.

Толстиков сразу взбодрился.

— Так пошли, пожрем за бесплатно.

Они вышли с набережной на какую-то улицу и спросили у толстой негритянки, есть ли тут ночлежка.

Оказалось, что есть.

— Идите, птички, по Седьмой авеню до моста Мирабо, — стала объяснять негритянка, — потом свернете на Даунинг-стрит и за Красной площадью увидите «Приют Армии спасения». Вам туда.

— И правда, все названия ворованные, — сказала Джейн, когда они двинулись по указанному маршруту. — Седьмая авеню — в Нью-Йорке, мост Мирабо — в Париже, Даунинг-стрит — в Лондоне… Вот только не знаю, где Красная площадь.

— В Москве, — подсказал Лешка. Разговаривая, ребята шли по улицам Сент-Питерсберга. Вечерело. По дороге двигался поток машин. По тротуару — поток пешеходов.

Толстиков с любопытством глядел по сторонам.

— Город как город. И люди как люди. С чего это бомж взял, что тут один сброд?

— Да он просто озлобленный тип, — ответила Джейн и прочла вслух табличку на одном из домов: — «Альберто-стрит». Кажется, мы не туда идем.

Лешка втянул ноздрями воздух.

— Жареными бифштексами пахнет, — глотая слюнки, сказал он. — С лучком.

Ребята как раз проходили мимо итальянского ресторанчика. В витрине был выставлен большой плакат:

СУПЕРКОНКУРС ПОЕДАТЕЛЕЙ

СПАГЕТТИ С БИФШТЕКСОМ!

В КОНКУРСЕ УЧАСТВУЮТ

ТОЛЬКО ТОЛСТЯКИ!

ПРИЗ — 1000 ДОЛЛАРОВ!

Джейн схватила Толстикова за руку.

— Смотри, как раз для тебя!

— Да ну, — поморщился Лешка.

— А что? Выиграешь тонну баксов!

— А если не выиграю?

— Тогда просто поешь. Идем! Толстяков почесал макушку. Вообще-то звучало заманчиво.

— Ну ладно.

Они вошли в холл ресторана.

— Эй, вы куда? — окликнул их охранник.

— На конкурс, — ответил Лешка, похлопав себя по животу. — Разве не видно?

— Тогда поторапливайся, парень. Конкурс уже начинается.

Ребята прошли в ресторанный зал. Посредине зала стоял самый настоящий боксерский ринг. А на ринге за столиками сидели толстяки. Вокруг ринга собралась толпа зрителей.

Высокий человек, по виду типичный итальянец — жгучие глаза, тонкие усики, — кричал в микрофон:

— Синьоры и синьориты! Я Джанни Джироне, хозяин этого ресторана! Итак, мы начинаем наш конкурс толстяков! Кто съест больше всего бифштексов? Кто получит тысячу долларов? Скоро мы это узнаем… — Итальянец оглядел толпу. — Может, среди вас найдутся еще желающие принять участие в конкурсе?

— Найдутся! — закричал Лешка и начал протискиваться к рингу. — Я желаю!

— О, такой молодой и уже такой толстый, — одобрительно сказал Джанни Джироне. — Как тебя звать, обжора?

— Алекс, — ответил Толстиков.

— Поприветствуем Алекса, дорогие синьоры и синьориты!

Толпа зааплодировала.

— Занимай место на ринге, парень, — хлопнул Лешку по плечу Джанни Джироне. — И покажи нам, как ты умеешь обжираться!

Толстиков влез на ринг и сел за столик. Перед ним тут же появилась тарелка со спагетти и бифштексом, густо политыми кетчупом. Лешка даже зажмурился от удовольствия, предвкушая, как он сейчас будет есть.

Джанни Джироне ударил в гонг.

— Начали!

Толстиков набросился на еду. Остальные толстяки только-только успели прожевать первый кусок бифштекса, а Лешка уже очистил всю тарелку. Перед ним тотчас возникла новая тарелка со спагетти и бифштексом. Лешка и ее очистил.

А дальше пошло-поехало!

Третья тарелка… четвертая… пятая… шестая… Толстиков краем глаза видел, как участники конкурса один за другим покидают ринг. Некоторых из них уносили на руках. Джанни Джироне кричал в микрофон:

— Полный нокаут, синьоры и синьориты! Полный нокаут!..

Наконец на ринге осталось всего два участника. Лешка Толстиков и итальянец по имени Марио.

В зале было полно итальянцев. И все они шумно болели за «своего».

— Ма-ри-о! Ма-ри-о!.. — дружно скандировал зал.

А Лешка уже начинал понемногу сдавать. И немудрено. Ведь он съел двадцать пять бифштексов, не считая спагетти! И сейчас с трудом запихнул в рот двадцать шестой.

— Ма-ри-о! Ма-ри-о!.. — скандировали итальянцы.

«Все! Я проиграл», — подумал Толстиков, чувствуя, что двадцать седьмой бифштекс ему уже не осилить.

И тут он услышал знакомый голос.

— Ле-шка! Ле-шка! — звонко кричала Джейн. — Давай! Сделай его!..

Как у спортсменов открывается второе дыхание, так у Толстикова открылся второй аппетит. Он набросился на двадцать седьмой бифштекс, потом на двадцать восьмой, затем на двадцать девятый и с ходу — на тридцатый!

Это была победа!

Джанни Джироне поднял Лешкину руку.

— Алекс — чемпион! — провозгласил хозяин ресторана и вручил Толстикову пачку долларов: — Держи приз, парень, ты его выиграл в честной борьбе!

На ринг выскочила счастливая Джейн и, повиснув у Лешки на шее, расцеловала его в измазанные кетчупом щеки. Вот это была настоящая награда!

А потом Лешка заказал для Джейн ужин. Все те же спагетти все с тем же бифштексом.

— М-м, как вкусно, — причмокивала девочка от удовольствия. — В жизни не ела такой вкуснятины.

Толстиков сидел рядом с Джейн и старался не смотреть в ее тарелку. Его мутило от одного вида спагетти и бифштекса. Но зато у него в кармане лежала куча баксов. Первый раз в жизни Лешка заработал такие большие деньги. И хоть его желудок распирало от тридцати бифштексов, самого Толстикова распирало от гордости, что он оказался крутым парнем.

Лихо расправившись с едой, Джейн вытерла салфеткой губы.

— Ну что, Лешка, — спросила она, — клевая идея еще не появилась?

Толстиков ненароком икнул.

— Ой, прости, Джейн… По-моему, я малость переел.

— Пустяки. Главное, что у нас теперь есть баксы. Сейчас мы снимем номер в отеле, а завтра на свежую голову решим, что делать дальше. Как говорят у вас в России: «Утро вечера мудренее».

Толстиков опять икнул. Теперь уже от удивления.

— Откуда ты знаешь, что у нас так говорят?

— Это любимая папина поговорка. — Джейн встала. — Ну что, пошли?

— Ты думаешь, нам сдадут номер в отеле?

— Конечно, сдадут.

— У нас в России детям номера в гостиницах не сдают.

— Но мы же не у вас в России. О'кей?

— О'кей, — сказал Лешка. И они пошли к выходу.

— Чао, синьор Джироне, — помахала девочка на прощание хозяину ресторанчика.

Итальянец засиял.

— Чао, синьорита, чао, — стал посылать он вслед уходящей Джейн воздушные поцелуи.

Ребята вышли на улицу.



Глава X «КИС-КИС КИС» | Операция "Спящая красавица" | Глава XII НЕГРИТЕНОК ХЭТ