home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



14

Боевой Крейсер КВС Невидимая Истина

Зенитная Прыжковая точка, Дефианс

Пограничная Область Крукус

Федеративное Содружество

01 мая 3059 0800 часов


— Командующий на Палубе.

Фраза, относящаяся к первым организованным плаваниям по голубой воде Терры, пронеслась по мостику. Инстинктивно Морган выпрямился и оглянулся, ища офицера, чьё прибытие было провозглашено. Потом, чувствуя себя немного по-дурацки, он понял, что офицер Ком Гвардии, выкрикнувший команду, имел в виду его.

Как командир Экспедиционного Войска Змей, войска, которое стало частью вновь организованного Оборонительного Войска Звёздной Лиги, Морган сохранил свой титул Маршала, а не принял старый чин ОВЗЛ Командующего Генерала. Все подразделения под его командованием также сохранили свои первоначальные командные структуры, причём Морган производил все приказы на уровне операции. Команды шли из офиса Моргана к командирам отдельных подразделений и дальше по командной цепочке. Однако Морган знал, что истинное превращение экспедиционного войска в единую армию заняло бы куда больше времени, чем эдикт коронованных глав Наследных Государств. Многие офицеры и люди различных подразделений все ещё рассматривали себя, частью военной машины их собственных Наследных Государств. Потребуется много работы, аргументов, компромиссов и доверия для них, чтобы стать одной армией. Без интеграции экспедиционное войско развалится в битве, и Ягуары съедят их живьём.

У меня был год, чтобы поработать над этим, произнёс Морган себе, вступая на мостик боевого крейсера. Между тем в данное время другие вещи были даже более важными. Проблема такая, как отправка его огромного войска из системы Дефианса, когда они начали свой долгий путь чрез звезды.

Мостик Невидимой Истины не был похож на те, которые Морган видел до этого. Будучи солдатом большую часть своей взрослой жизни, он был на мостиках каждых типов Прыжковых Кораблей. Ему даже была дана привилегия путешествовать по прототипу корвета класса Фокс, в то время как он все ещё строился в вервях Галакса.

Истина отличалась от всех других. Там, где транспортный корабль должен был бы иметь четыре или пять станций на мостике и корвет не больше десяти, Истина несла пятнадцать консолей для персонала мостика. Центр просторной контрольной палубы был занят голотанком высокого разрешения. Морган уже видел подобные устройства прежде, но всегда меньших размеров. Трехмерная сгенерированная лазером картина экспедиционного войска, его кораблей, совершающих вращение в космосе вокруг солнца Дефианса, была шести метров в диаметре. Окружая приподнятую платформу танка, находились много меньших экранов и трехмерных мониторов, отображающих все что угодно от тактической ситуации в данный момент до статуса прыжкового паруса. Вторая батарея панелей инструментов бежала вокруг стен мостика. Эти были оккупированы техниками КомСтара, исполняющими свои повседневные обязанности от мониторинга радио эфира до проведения Шаттлов Ком Гвардии до их стыковочных узлов.

В центре голотанка стояла довольно невпечатляющая фигура. Его лёгкое сложение, рост и тонкие, когда-то коричневые, теперь уже седые волосы создавали впечатление низкоуровневого клерка, а не командира одного из наиболее могучего когда-либо созданного флота боевых кораблей.

При крике старшины человек отвернулся от картины Лиранского корабля Монолит и спустился по краткому пролёту ступенек, ведущих в танк.

— Маршал, добро пожаловать на борт КВС Невидимая Истина. — Серебряная звезда, прикреплённая к правому плечу белого прыжкового костюма, была симметрична звезде Камерона на левом. — Простите, что я не встретил вас лично, но я был немного занят здесь.

— Все в порядке, Командор Бересик. Я... — Морган так и не закончил свою фразу.

— Прецентор, ух, Командор, — техник Ком Гвардии запутался в изменённых чинах. — Этот Кабот вызывает опять.

Бересик немедленно забыл о Моргане, повернувшись ответить. — Ты сказал Маршаллу Брайон, что я не хочу слышать более извинений. — Огрызнулся Бересик на расстроенного техника. — Нет, лучше я сам скажу ей об этом.

Морган оставил Командора Бересика заниматься организацией столь большого флота в единое целое для приготовления к прыжку из системы. Морган поднялся по ступенькам на платформу к голотанку. Вблизи голографическая модель системы Дефианс была столь же смущающая, как и при виде через всю комнату. Тонкие прыжковые корабли, застывшие вниз носом над единственной звездой Дефианса. Маленькие точки света, представляющие Шаттлы и аэрокосмические истребители, двигались между миниатюрными звёздными кораблями. Каждая сгенерированная лазером точка была помечена коротким цифровым и буквенным кодом, который идентифицировал судно. Заняло несколько дней, последовавших за окончанием предварительного брифинга, чтобы собрать роботов экспедиционного войска, установки и солдат, не считая техников и вспомогательный персонал и погрузить их на транспорты, которые они будут занимать на долгом пути к Хантрессу. Каждый Прыжковый Корабль и Шаттл лежал перед ним на легко дрожащей миниатюре. Одна из этих картинок, подписанная ЛС0057-КБТ, была подсвечена легко сияющим облаком. Кабот.

Морган оглядывал контрольные пульты, до тех пор, пока не заметил один, подписанный «Контроль Голотанка». Техник сидящий за этим пультом имел белый квадрат с зелёными углами, прикреплённый к его правому плечу, и именную табличку «Даум».

— Мистер Даум. — Техник взглянул вверх, отвечая на зов командующего офицера. — Могу ли я увидеть карту половины Внутренней Сферы, включая Оккупационную Зону Кланов?

Техник нажал несколько клавиш, перед тем как взглянуть. — Вертикально или горизонтально.

— Вертикально, пожалуйста, и поместите Терру внизу экрана.

— Да, сэр.

Ещё несколько щелчков послышались от пульта контроля танка, и картина системы Дефианс исчезла, чтобы её заместила плоская картина сердца Внутренней Сферы.

— Оттяните немного назад, чтобы я сумел увидеть Дефианс.

Техник, приняв команду, и изображение сместилось. Не спрашивая, Сеаман Даум подсветил Дефианс красным на золотом поле Федеративного Содружества.

В течение долгих секунд Морган изучал голографическую карту, теребя подбородок правой рукой. Глазами он отслеживал маршрут своего войска. От Дефианса они должны были идти в систему Уелдон. Оттуда прыгать на Висент, Тсамма и Пальмира. Серия прыжков, покрывающих по тридцать световых лет максимум, которые мог преодолевать Прыжковый Корабль от звезды к звезде, скоро отправит экспедиционное войско через Федеративное Содружество во Внешние миры Альянса Периферии. К концу июня экспедиционное войско должно выйти из Периферии, направляясь в неисследованный космос. Из-за времени, необходимого для перезарядки двигателей прыжковых кораблей, они едва-едва успеют выполнить это.

По мере того, как он изучал запланированный для экспедиционного войска маршрут выхода из Внутренней Сферы, Морган начал ощущать груз ответственности, лёгший на его плечи. До этого момента все тренировки, интеграционные упражнения, встречи, стратегические заседания, все это было только проектом, чем-то, что будет выполнено в своё время. Теперь это БЫЛ тот самый момент. Через некоторое время Моргана попросят дать команду запустить наиболее важную военную операцию со времён Исхода.

Боже мой, ИСХОД Мысль пронеслась в его голове как звон колокола. Каким-то путём это никогда по-настоящему не встречало его до этого момента. Путь Исхода был тем самым маршрутом, которым Керенский увёл Кланы из Внутренней Сферы, и Экспедиционное Войско последует почти этой дороге через космос. Он и эти тысячи воинов, вспомогающего персонала и команды кораблей отследят маршрут, который прошёл Керенский почти три сотни лет назад.

Морган вздрогнул, представив, что происходило века назад в контрольном центре Гордости МакКенна, боевого корабля, нёсшего Генерала Александра Керенского через туман времени и мифов. Что чувствовал Керенский, и как он смотрел через экран на чёрную пустоту впереди? Боялся ли он за мужчин и женщин, находящихся под его командованием? Ожидал ли он возвращения? Переживал ли он потерю того единственного дома, который он когда-либо знал? Эти вопросы задавались тысячи раз историками, писателями, политическими комментаторами и обычными людьми, но не было удовлетворительного ответа. До этого момента.

В то время, как Морган стоял в центре голотанка Невидимой Истины, вспышка озарения встряхнула его. Он переживал в точности то, что должен был ощущать Керенский так давно. Страх и возбуждение, сожаление и гордость, потерю и ужас; это были те самые эмоции, что текли через Генерала, когда тот стоял на краю неизвестности, имея только примерную карту, запрограммированную в навигационных системах корабля. Чувство страха и восхищения овладевали Моргана, по мере того как он обозревал прошлое. Керенский оставил все позади, чтобы спасти человечество от самого себя. Теперь Морган должен был последовать шагам легендарного Керенского, пытаясь спасти человечество от наследия Генерала.

— Любуетесь нашей маленькой игрушкой?

Морган подпрыгнул, ощущая, что его сердце тоже подпрыгнуло до самого горла, когда его мысли вернулись к реальности. В течение короткого момента он даже не был полностью уверен, где он находится.

— Что?

— Я спросил нравится ли вам наша новая игрушка. — Командор Бересик присоединился к Моргану в голотанке.

— Очень. — Встряхнув головой, чтобы избавиться от картин давно ушедшего прошлого, Морган отвернулся от карты и встретил Бересика. — Я и не подозревал, что Ком Гвардия обладает кораблями подобного класса.

Бересик усмехнулся, выглядя гордым отцом. — Насколько нам известно, а известно нам многое, Невидимая Истина является последним кораблём этого типа. Однажды мы имели два Камерона: Леди Сандра и Электа. Ранние миссии Корпуса Исследователей нашли их законсервированными на мирах глубокой Периферии. Мы до конца не уверены, почему флотилия Исхода оставила два превосходных боевых крейсера, но они были там.

Морган послал Командору насмешливый взгляд, но не сказал ни чего. Бересик также пропустил выражение глаз Маршалла «это-не-вся-история» или не озаботился, верит ли Морган ему или нет. Мужчина просто продолжал рассказывать.

— Как только корабли оказались в наших руках мы переименовали их в Невидимую Истину и Звёздный Меч. За годы, века, ветров и слез было слишком много для этих старых девушек. КомСтар решил разобрать Звёздный Меч, чтобы сохранить Истину.

По мере того как Бересик описывал разборку гордого старого корабля, чтобы сохранить его брата в боеспособном состоянии, туманное, мечтательное выражение пронеслось по его лицу. Морган никогда по настоящему и не думал о том, как полна боли может быть потеря корабля для моряка. Он неожиданно понял, что их путешествие через неисследованный космос к Хантрессу будет для него чужой землёй. На поверхности планеты Морган был в своей среде. Его малейший приказ мог привести большие армии в движение, мог нарушить баланс между поражением и победой. Но он не был космонавтом. На борту Невидимой Истины, несмотря на то командир он экспедиционного войска или нет, он будет зачастую не большим, чем обычный пассажир.

— Я слышал, что вы говорили с Брайон минуту назад, — произнёс Морган. — В чем её проблема?

— Ах, — тон Бересика выдал его раздражение Маршалом Лирана. — Она все ещё бесится от того, что Шаттлы Сент. Ива находятся на её прыжковом Корабле.

Морган фыркнул. Шарон Брайон была фанатичным членом фракции Катрины Штайнер. Во время планирования операции она не раз заявляла, что ни одно подразделение не лояльное Штайнеру не будет транспортироваться на борту судов Лирана. С тех пор, как Договор Сент. Ива был установлен в основном усилиями дяди Моргана, Принца Ханса Дэвиона, Брайон считала группы Сент. Ива пешками Федеративного Содружества. В её воображении они были не многим лучше шпионов.

Морган, Бересик и другие пытались заставить её увидеть свет, но бесполезно. Наконец Моргану пришлось испытать свой авторитет, приказав Брайон принять Вторых Улан Сент. Ива, как пассажиров на борту её кораблей. Брайон согласилась неохотно. Подобные аргументы замедляли погрузку, которая уже продолжалась три дня с момента последней предварительной встречи.

— Какие-нибудь ещё проблемы?

— Множество. Хотите в алфавитном или хронологическом порядке? — Бересик подавил удивление Моргана. — Послушайте, сэр, любая операция подобного размера будет иметь проблемы, множество проблем, но ничего из того, что не может быть выполнено. Я бы не беспокоился слишком сильно. Мы выпрыгнем из системы вовремя.

Морган знал, что он мог бы все ещё волноваться, несмотря на то, что это было бы бесполезно. Он был тем, кто должен отдать приказ к прыжку, но все остальное было не в его руках. С этого момента и до тех пор, пока они не достигнут Хантресс, его жизнь очень, очень изменится.

Командор Бересик был верен своему слову. Уже через три часа последний Шаттл, Леопард, приписанный к контингенту Республики Рассалхаг, Четвёртым Драконам, пристыковался к Прыжковому кораблю КомСтара Астуриасу, последнему носителю, который должен был сделать это.

По команде Бересика техник корабля открыл коммуникационный канал.

— Всем командам это Волчок. Сообщить о готовности.

Один за другим начиная с командного корабля Лёгкой Кавалерии Эридана, Геттисбурга, корабли флотилии сообщили о готовности. Каждое сообщение было вариацией на тему «Все работы завершены, мы готовы к прыжку».

Как только последнее судно отозвалось, Бересик повернулся к Моргану. В соответствии с важностью момента Прецентор, ставший Командором, весь обратился во внимание, отсалютовал и произнёс, — Все сообщения станций получены, готовы, сэр.

Морган глубоко вздохнул и задержал дыхание на секунду, выдохнул и кивнул один раз.

— Ну что ж пора вступить на наш путь.

Команда Моргана была почти вопросом. Бересик был более чёток.

Он отдал другой салют и начал выкрикивать команды в стиле более подходящем капитану парусного фрегата прошедшей эпохи. Левой рукой, сжимая поручень, идущий вокруг голотанка, Бересик выдавал свои команды.

— Всем командам: инициировать прыжковые процедуры. Мистер Хивлан вводите курс в навигационный компьютер, Мистер Нг, запускайте К-Ф двигатель.

Напряжение повисло в воздухе. Напряжённые мужчины и женщины сидели неподвижно за своими консолями. Морган видел, что сияющая испарина появилась на высоком лбу Бересика. Как можно незаметнее он потянулся, чтобы вытереть свою собственную бровь. Вернувшись, его рука была мокра от пота, который он вытер о брюки своей униформы.

Точные команды давались и повторялись, по мере того, как различные системы включались в работу. Некоторые из ответов накладывались друг на друга, когда матросы готовили корабль к прыжку, из-за чего приходилось повторять сообщения.

— Курс проложен и введён.

— К-Ф двигатели заряжены и работают, сэр.

Наконец главный офицер Истины отвернулся от его контрольной панели, повернулся к Бересику и отсалютовал

— Сэр, все системы работают. Корабль готов к прыжку.

— Включить сирену.

В ответ на приказ Командора грубый звон пронёсся через Корабль Войны. Ещё дважды клаксон терзал уши пассажиров и команды корабля.

В миниатюрном мире голотанка пятно огня вспыхнуло и исчезло меньше чем за секунду, заставляя глаз видеть эту картину ещё несколько мгновений. Ещё больше точек засияли на карте, по мере того, как могущественные компьютеры Невидимой Истины переводили электромагнитные импульсы отправляющихся Прыжковых Кораблей в видимый свет на дисплее.

— Маршал, мы готовы к прыжку, — сказал Бересик.

Морган опять кивнул и с дрожью в голосе, появившейся впервые со времени прибытия на Невидимую Истину, произнёс единственное слово. — Прыжок.

— Да, сэр. Прыжок, — повторил Бересик. Поворачиваясь к главному инженеру, он приказал. — Мистер Нг, активируете активатор поля. Прыжок.

— Активатор активен, Капитан. — Маленький человек с приятными азиатскими чертами послал свои пальцы в пляс над контрольной панелью. — Прыжок через пять... четыре... три... два... один... Прыжок!

Последний возглас Нг смазался, как будто произнесённый магнитофоном, внезапно лишённым энергии. Активатор поля, массивная система электроники и сложной механики, спрятанная в корпусе Истины, оттянула энергию от двигателей корабля и сфокусировала её через двигатель Керни-Фушидо, превратила её в расширяющееся поле энергии, которое вскоре поглотило корабль. В поле электромагнитной и тахионной радиации ворота закрылись, когда Корабль Войны материализовался в надирной прыжковой точке системы назначения примерно в тридцати световых годах оттуда.

Чувства Моргана быстро пришли в себя, отбрасывая дезориентирующий эффект от проноса через пустоту между звёздами. Голотанк все ещё мигал, яркими красными вспышками, объявляя прибытие остальной части экспедиционного войска.

ЕГО экспедиционное войско. Впервые со времени, когда саммит выбрал его для этой опасной миссии, громадность этой работы обрушилась на него. Пятьдесят пять тысяч мужчин и женщин, больше тысячи роботов, аэрокосмических истребителей и бронированных машин, тридцать четыре Шаттла и тридцать звёздных кораблей под его командой. Но не размер войска потрясал его, а миссия, которую они взяли на себя. Он вёл одну из самых больших военных операций со времён падения Звёздной Лиги, чтобы запустить атаку на мир врага, который перевернул половину Синдиката Дракона, так же легко, как человек переворачивает ковёр.

Здесь, среди самых дальних звёзд Периферии, когда-либо нанесённых на карту, они будут одни, отрезаны от дома, поддержки и пополнений. Удача или падение, ответственность будет только его.

В нескольких километрах от этого места на борту Прыжкового Корабля класса Захватчик Церка Полковник Сандра Барклай не имела нужды в увёртках. Она находилась на одной из гравитационных палуб корабля Церка на встрече с командным составом полка, когда прозвучал предупреждающий клаксон. Она была чувствительна к болезненным ощущениям от прыжка с первого раза, как попала в космос, и никогда не преодолевала свою чувствительность к этой экстрафизической аномалии.

Многие доктора верили, что Дезориентационный Синдром Перемещения, обычно просто называемый прыжковым синдромом, был неким сортом психоматической реакции на прерывистый и полностью ненатуральный процесс мгновенного перемещения на тридцать световых лет. Большинство людей чувствовали моментальный дискомфорт, как пребывание на экскаваторе, сделавшем неожиданную и быструю остановку. Даже обычно здоровые люди, которые никогда не страдали от болезней при движении, могли неожиданно оказаться больными, когда корабли, на борту которых они находились, проносились через гиперкосмос

Немногие, Сандра Барклай среди них, были подвержены болезненной и часто ослабляющим спазмам в животе, ослепляющим головным болям и глубоко сидящей, раскалённой боли в суставах в течение тридцати минут после прыжка. Обычно эти симптомы могли контролироваться или, по крайней мере, облегчены медикаментами. Хирург полка прописал синтетический аналог меклизина, который снижал эффект прыжкового синдрома Барклай к уровню, испытываемому большинством других людей, которые страдали от этого состояния. Будучи благодарной облегчению симптомов, она в то же время ненавидела сухость во рту и сонливость, что сопровождала облегчение.

Несмотря на медикаменты, в момент, когда Церка появилась на Уелдоне, волна слабости ударила Барклай, её обычно красивый цвет лица стал серым, когда кровь отхлынула от головы. Странная икота перехватила её дыхание, заставляя ей прерваться на середине предложения.

— Полковник? — Темно-коричневые глаза Капитана Даниеля Умсонта были полны беспокойства.

— Я в порядке, Ден. — Барклай сделала несколько глубоких вдохов, её правая рука сжалась напротив живота. — Давайте сделаем перерыв, О`кей?

Не дожидаясь ответа, Барклай отставила стул и быстро покинула комнату. На не держащих ногах она прошла по прямой к ближайшему выходу.

Брови Умсонта сошлись вместе, а его лицо выражало озабоченность, когда он наблюдал, как его товарищ удаляется.

— Она будет в порядке, Ден. — Капитан Бриан Форнал, главный хирург полка, положил ладонь на руку Умсонта. — Дезориентационный Синдром Перемещения.

Умсонт немного расслабился. Он был с Лёгкой Кавалерией уже восемь лет, последние три года, как адъютант Полковника Барклай. Но, все это время он никогда не был рядом с ней во время гиперпрыжка. В целях военной вежливости она всегда тщательно хранила подчинённых от беспокойства о дезориентации.

Через несколько секунд Барклай вернулась к встрече. Её походка выправилась, и даже немного краски вернулось к её лицу, но все ещё была видна усталость вокруг её голубых глаз.

— Простите, парни. — Её голос был крепок и чист, но слышалась в нем нотка смущения. — Мне кажется, что такое может случиться и с лучшими из нас.

— Оу, забудьте, полковник. — Катя Луккен, командир Одиннадцатого Батальона, отбросила в сторону извинения Барклай. — Следующий раз держитесь в стороне от тяжёлых вещей. Похмелье и гиперкосмос это плохая комбинация.

Барклай тонко улыбнулась на попытку Луккен смягчить обстановку, принимая её попытки отвлечь внимание от её состояния.

— Правильно, Босс, — вмешался Даллас Белл, добавляя свою собственную часть юмора висельников к общей смеси. — Слушайте Майора Луккен, она знает, о чем говорит.

Луккен скривилась и кинула пустой пластиковый стаканчик из-под кофе в офицера бронированной пехоты, который легко уклонился от безвредной ракеты.

— Все в порядке. — Барклай подавила желание рассмеяться от шалостей её подчинённых, зная, что каждый из них вёл себя, как кадет первогодка, чтобы отвлечь её от её собственного дискомфорта. — Ну, наконец, можем мы вернуться к делам?

До того, как встреча могла продолжиться, гулкий гудок пронёсся по гравитационной палубе. Секундой позже Капрал Уфко, её техник по связи, протянул Барклай коммуникационную трубку.

— Это Генерал Винстон.

— Генерал? Барклай.

— Как держитесь, Полковник? — Металлический отзвук в наушниках придавал деловому тону Винстон пугающее, чужое звучание.

— Нормально, Генерал. — Барклай снова начинала чувствовать себя, как обычно. — Что-то не так?

— Нет, полковник, все в порядке. Я желаю, чтобы вы собрали информацию по своему полку, показывающую, кто из них подвержен прыжковой болезни. — Винстон сделала паузу, что создало у Барклай впечатление, что она просматривает какие-то данные. Я знаю, что это только первый прыжок из многих, но я бы хотела отследить, как много из ваших людей выбывают из строя, как только мы прыгаем. Это не влияет сейчас, но я уверена, что повлияет в будущем. Я бы предпочла не ждать до тех пор, пока мы впрыгнем в центр боевой флотилии Клана, чтобы выяснить, что половина пилотов истребителей недееспособны.

— Хорошо, Генерал. Я направлю моих подчинённых на это дело. — Живот Барклай сделал медленный прыжок в ответ на напоминание о прыжковом синдроме.

— Хорошо. — Генерал Винстон помедлила секунду. — И как ТВОИ дела, Санди?

— Не столь плохо, мэм. Я слегка поборолась с зеленой тошнотой, но прихожу в себя.

— Хорошо, — повторила Винстон. — Ты одна из офицеров, которых я боюсь потерять, когда события начнут разогреваться. Приготовьте рапорт как можно скорее, полковник. Винстон связь закончила.

Коммуникационная линия отключилась.

Барклай вздохнула, передавая трубку назад своему технику. Возвращаясь за стол она тяжело упала на свой стул и начала объяснять запрос Генерала своему персоналу.

Приказ приготовить список персонала подверженного прыжковому синдрому пришёл на самом деле не от Арианы Винстон. Он был подписан Морганом Хасек-Дэвионом. Когда он получил конечный рапорт четырьмя часами позже, он узнал, что меньше чем два процента солдат под его командованием были подвержены побочным явлениям от прыжка.

Сидя в большом стуле с синтетической обивкой за рабочим столом Командора Бересика, Морган использовал электронную ручку, чтобы поставить свою подпись в низу компьютерного экрана, отображающего сообщение.

— Ну что ж Алайн, что вы думаете?

Бересик, также видевший рапорт, усмехнулся. — Два процента? Это не так и плохо. Среднее количество основного населения подвержено где-то на девять пятнадцать процентов, так что у нас довольно хорошее положение.

Командор проверил свою копию данных, которую его помощники собрали из различных рапортов, полученных им.

— Оказалось, что основная сфера действия Дезориентационного Синдрома проявляется среди техников и вспомогательного персонала. Наименее вероятно, что под удар попали команды кораблей и пилоты истребителей. Наверное, это связано тем, что они воины.

Если бы пришло из какого-нибудь другого источника, то это утверждение звучало бы бездушным и самохвалящим. Из того, что Морган знал о Алайне Бересике, этот человек не имел и грамма самомнения о своём собственном теле. Бересик имел в виду то, что заставляет некоторых людей желать заковать себя в двадцать или больше тонн бронированной стали, или высокоскоростного истребителя, или в подавляющий психику Прыжковый Корабль и выложить и машину, и себя на предел того, что она позволит, даже если это значит смерть. Каждый знал высокомерно ступающих Воинов или пилотов истребителей из бесчисленных сериалов и голошоу. Само собой разумеется, что были некоторые воины, которые подходили под этот стереотип, но ни они, ни их самомнение не переживали их первой большой битвы. Большинство профессиональных воинов независимо от того, пилотируют они БоевогоРобота, истребитель или ползут по грязи, были вежливыми, тихими мужчинами и женщинами, с точной самооценкой и настоящим ощущением собственной смертности.

Бересик предположил, что чтобы то ни двигало такими людьми рисковать их жизнями в битве, это, возможно, и был тот самый фактор что предохранял их от эффектов Дезориентационного Синдрома Перемещения. Конечно, эта теория не отвечала на вопрос, почему некоторые солдаты, как Полковник Барклай, страдали более сильно, чем обычный человек.

Хорошо, Командор, мы задержимся здесь и сделаем нормальную перезарядочную остановку. Это даст нам время для полной перезарядки прыжковых двигателей и даст парням восстановиться, — произнёс Морган, возвращаясь к рапорту.

— Отлично, — кивнул, соглашаясь, Бересик. — Я бы не стремился и сам отложить это. Двойные прыжки, быстрая зарядка, горячая загрузка — все это плохо для движков. Эта миссия довольно рискованная даже без нагрузки движков.

Один из лидеров, не имевший список здоровья своего войска, возможно, был наиболее обеспокоен. Пятьдесят процентов из его подразделения были полностью подвержены прыжкам. Хотя они восстанавливались также быстро, как и любой член экспедиционного войска, Румико Фокс и Киежи Сендай были слишком важны для успеха миссии Кажугай Хатсуми, чтобы пропустить их болезнь слишком легко. Эффект от потери Фокс и Сендай для команды умножался от факта, что вся команда не была приписана к одному кораблю. По причинам, известным лучше всего их нанимателю, он был погружён на борт Невидимой Истины, в то время как остаток его команды был приписан к Банбриджу. Хатсуми пожал плечами и проклял тех, кто разделил его команду, послав их в низшие круги Христианского ада за их глупость.

Используя медикаменты которые были под рукой, вместе с теми, что они могли собрать в медицинских блоках, ниндзя лечили своих больных товарищей, насколько могли хорошо. Хатсуми думал о своей миссии все время. Если бы они должны были быть призваны на их миссию сразу после прыжка или хуже, двойного прыжка, двое из ниндзя были бы небоеспособны, делая их работу более сложной.


предыдущая глава | Сумерки Кланов-3: Охотники | cледующая глава