home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Развязка


Властительская любовь оказалась нечаянным и малоприятным подарком, потому как чувствовал он не восхищение, а скорее недоумение.

Каждый раз, завидев Властителя на улице, я старалась спрятаться в какой-нибудь переулок, но он замечал меня даже через спины окружающих его стражников, и у него екало сердце, а потом наваливалось недоумение. Он пытался выискать в заурядных чертах моего лица нечто особенное, что привлекает его, и с разочарованием ничего не находил.

Я злилась и понимала, что внезапно вспыхнувшая любовь Властителя ничто иное, как побочный эффект после отворота. Но где-то глубоко внутри тоненький несмелый голосок вопрошал: «А может, нет? Может, он влюблен в тебя по-настоящему?»

Через три дня после памятных событий, произошедших на площади, случилась новая неожиданность: Арман Ненэлия со своими Советниками посетил Фатию. Встречать их стянулся весь город; Мария и Гарий поспешно собирались к городским воротам, дабы увидеть красавца Армана еще на въезде. Мы же с Ваней забились в самый дальний угол сада, уверенные, что там не встретим непрошеного гостя.

А на следующий день, рано по утру, мы с Петушковым устроили дикие скачки на подъездной к городу дороге. Поднимая пыль и загоняя коней, мы носились на перегонки, когда случайно столкнулись и с Ненэлией, и с сопровождающим его Арвилем. Я с трудом удержала коня, шутовски поклонилась им и, стараясь не обращать внимания на два пожирающих меня взгляда, осторожно объехала. Стоило Властителю завидеть Петушкова, как он почувствовал уже знакомую мне жгучую волну презрения. И я вдруг поняла: это не презрение – это ревность к нему... и злость на меня. Всегда были лишь ревность и злость.

Мне стало противно: словно, я копалась грязными руками в чужом чистом белье, пачкая его и разрывая на лоскуты, а хозяин белья стоял в сторонке и наблюдал за сим не в силах изменить происходящее.

В этот вечер Фатиа впервые пришел на постоялый двор открыто перед сгорающими от любопытства соседями, обомлевшими хозяевами и испуганным Ваней. Арвиль, хмурый и серьезный, стоял посреди двора. Я же словно жертва заклания, спаслась трусливым бегством через огород и спряталась в саду. Ваня, не умеющий врать, а потому волнующийся и заикающийся, развлекал его до ночи, пока Властитель ни убрался восвояси, не солоно хлебавши. А я сидела в заново подвешенном между яблонями гамаке и плакала навзрыд, кусая губы, чтобы не заорать, чем окончательно сконфузила и без того запутавшегося в обстановке Петушкова.

Я прорыдала полночи, пока уставшая от слез ни забылась неспокойным сном.

Эти были чьи-то едва слышные шаги, шумное дыхание: вдох – выдох – вдох – выдох. Я испуганно села на кровати, сердце бешено забилось, в висках застучала кровь.

ВИЛЬ!

В тот момент, когда я одним прыжком достигла двери, раздался звон разбитого стекла. В узком проеме окна лунный голубоватый свет очертил контуры темного сгорбленного тела ощетинившегося оборотня.

Я с ужасом смотрела на него и не видела ничего, кроме матово-белых клыков и горящих красным пламенем волчьих глаз. Я отступила на шаг и прижалась спиной к двери.

Полуволк-получеловек спрыгнул с подоконника на кровать, та прогнулась под его весом. Потом чудовище, неотрывно следя за мной, с грохотом опустилось на пол и сделало шаг в мою сторону. Меня трясло, в ушах стоял постоянный, непрекращающийся звон.

–Уходи, Виль! – тихо прошептала я. – Я буду защищаться, ты знаешь, я могу защищаться! Ты ведь этого хочешь, чтобы она победила меня?

–Что ты несешь, девочка? – проревел вурдалак, на меня пахнуло смрадом.

Я судорожно сглотнула и прошептала:

–Уходи, слышишь!

Виль приближался, шаг, еще шаг. В неровном лунном свете, падающем из разбитого окна, светилась вздыбленная на холке шерсть.

–Я пытался догнать вас, – через звериный рык с трудом различался человеческий голос, – но по запланированному маршруту вы не проезжали.

Я испуганно отскочила от двери и заорала, вложив в крик весь свой ужас:

–Ваня!

Казалось, Петушков только и ждал под дверью, когда я позову его спасать мою несчастную жизнь. Он ворвался в комнату в полосатых подштанниках, но с мечом на изготовку, и буквально налетев на превратившегося в чудовище Виля, по-девичьи взвизгнул и шарахнулся обратно в коридор.

Мы переглядывались: Виль – Ваня – я, замкнутый треугольник, трехстороннее противостояние. Петушков отбросил меч, тот, звякнув, ударился о деревянные доски пола, вновь наступила гробовая тишина, нарушаемая лишь нашим судорожным дыханием.

Внезапно, комната пришла в движение. Над моей головой вспыхнула и погасла энергетическая молния, от яркого света ослепило. Тут же я почувствовала на своем горле прикосновение острых звериных когтей, и ко мне прижалось к поросшему жесткой шерстью тело оборотня.

Я затаила дыхание, крик застрял в горле.

–Опусти руки, маг, – прорычал у меня над ухом Виль, – иначе я убью ее!

У меня остановилось дыхание, а сердце яростно забилось, кровь застучала в висках. Иван разъединил ладони, но я видела, как по кончикам его пальцев все еще пробегают голубые искорки боевого заклинания.

–Виль, не делай глупости! – прохрипела я, с ужасом ощущая прикосновение острых, словно острие клинка, когтей. – Отпусти меня!

–Я не отпущу тебя, ведьма, пока мне не скажут, что здесь происходит!

От напряжения я закрыла глаза и красный Ванин силуэт. Больше не стало страха, только спокойствие, я со всей силы, на которую была способна, ударила Виля локтем в живот; от неожиданности он разжал пальцы, слегка поцарапав шею, и отлетел через всю комнату к стене. Кровь из раны на шее начала сочиться на ворот ночной рубашки, я дотронулась до пореза, ощутив неприятное жжение. Внезапно на меня накатила такая ярость, что захотелось по-звериному зарычать, в руках из жидкого расплавленного воздуха появился Фурбулентус. Я резко повернулась к Вилю, тот, неотрывно следя за мной, стал отползать.

–Вурдалак, – произнес за меня мой голос, – ты на кого поднял лапу, вурдалак?

–Ася! – где-то вдалеке заорал Ваня. – Ася, нет!

Я обернулась. Ваня отрицательно качал головой, его лицо исказила гримаса страха. Я остановилась, почувствовала, как закружилась голова, в глазах потемнело, и рухнула на пол, тяжело дыша. Виль, принявший человеческую ипостась, лежал на полу, прислонившись к стене. От сильного удара изо рта у него шла кровь, он сплевывал ее на пол, вытирал губы и смотрел на меня взглядом полным необъяснимой ненависти.

–Что это? – подал голос адепт.

Я молчала, сил не было даже подать голос.

–Бабочка, и она еще не знает, как ей управлять, – ответил за меня перевертыш.

–Виль, – я перевернулась на спину, от пережитого тряслись руки, – что ты говорил про маршрут?

–Вы не появились там, где должны были быть, я не могу догнать того, кто не едет впереди меня!

Почему-то сразу все стало на свои места. Не зря мы проехали все «сточные канавы» Словении, не случайно встретили Неаполи, и гном тоже исчез не вдруг. Иван от бессилия рухнул на стул, горестно опустив руки и уставившись в крашеные доски пола.

–Ваня, ты теперь догадываешься, кто был в нашем стане врагом? – тихо поинтересовалась я.

Петушков хмыкнул и тяжело вздохнул.

–Как там твой упырь? – почему-то вспомнила я.

–Упыриха, – поправил вурдалак, – она была дамой, нежной и ранимой, а потому жрущей всех подряд, – он помолчал. – Была. С вами, бабами, можно только силой договориться.

Я посмотрела на него и, почувствовав приступ истерического смеха, хихикнула. Виль широко ухмыльнулся, в конце концов, по полу катались три скрюченных от смеха тела.

Виля было решено спрятать здесь же в пансионате, в самом надежном месте – Ваниной комнате. Адепт долго возмущался, вурдалаков он боялся до коликов, и в тайне ждал нападения на него сонного с целью употребления его крови и не только. Он долго и натужно пыхтел, глядя на меня, подавая знаки за спиной у Виля, имея в виду, что если я такая смелая, то и укладывала бы его у себя, скажем, на коврике у двери. В конце концов, жесты свелись к демонстрации способов моего умерщвления, которые заметил изумленный вурдалак. Я разозлилась и выставила их обоих за дверь.

Я не знаю, отчего так получилось, но руки сами потянулись к «Приключениям ведьмы». Сгорая от нетерпения, я листала книгу: «Где, где оно? Вот!»

«...Замки загромыхали, я повернула голову; в дверях застыли два стража. Меня развязали и вытолкали в темный коридор с низким потолком, а потом и на улицу. Площадь гудела, при моем же появлении толпа и вовсе взвыла...»

Черт возьми! Что же это такое делается? Еще пару дней назад я читала о том, что героиню из темницы вытащил Властитель, а сейчас ее практически сожгли. Что же это за книга такая?

Дрожащими руками я быстро перелистнула страницы.

"...-Виль, не делай глупости! Отпусти меня! – меня колотило от страха, острые звериные когти вурдалака, впивались в горло.

–Я не отпущу тебя, ведьма, пока не дознаюсь правды..."

Я с сомнением захлопнула том, посмотрела на кожаную обложку и обомлела. На белой тесненной коже высвечивались неизвестные мне черные буквы. По спине побежали мурашки; это были данийские буквы. Я с ужасом открыла ее заново, страницы оказались пусты – текст исчез сам собой.

«Что это?» – я осторожно переворачивала лист за листом и видела лишь чистые желтоватые страницы.

Буквы стали проявляться неохотно, сначала едва заметно, потом все ярче и ярче, они занимали свои места, сплетались в слова, слова в предложения.

«...Когда погиб наш мир, мы пришли сюда. Огромные ворота – белоснежная арка посреди пустыни. Мы не были воинами, мы были земледельцами, но новый мир боялся принять нас такими, какие мы есть...»

Я шмыгнула носом, осознавая, что от волнения по щекам катятся слезы.

Дракон! Али должен все знать, он просто обязан объяснить мне, что за книгу я обнаружила в маленьком постоялом дворе на пыльной полке. Я сунула том, на котором вновь начерталось «Приключения ведьмы» под кровать, и выскочила в коридор.

К моему изумлению, на коврике в коридоре лежал Ванятка. Удар дверью пришелся ему точно в лоб, и на его побитом в очередной раз челе начала наливаться свежая шишка. От неожиданности он вытаращил глаза и резко сел.

–Вань, ты чего? – протянула я.

–Ничего! – буркнул тот, потирая ушибленный лоб. – Подселила ко мне квартиранта, я глаза боюсь закрыть, думаю, что он отожрет у меня печенку!

–Вань, он цивилизованный перевертыш, к тому же опечатанный. Кажется, – добавила я после короткой паузы.

–Он вурдалак! – промычал Петушков. – А опечатанный или нет, это еще бабка надвое сказала! Вон, какие кренделя у тебя в комнате выделывал! Что-то я не помню, чтобы опечатанные могли трансформироваться! А ты не будешь сегодня больше спать?

–А что? – насторожилась я.

–Можно я у тебя покемарю, – заискивающе посмотрел мне в глаза Ваня, – у тебя все равно бессонница, а мне на коврике вроде как не пристало, я все-таки маг четвертой степени.

Благословив его на счастливый сон на моей кровати, я кинулась через город, к полю, забыв, что можно взять из конюшни лошадку.

Уже наливался красный рассвет, восходящее солнце огромным расплавленным кругом поднималось над Фатией, окрашивая деревья и крыши домов цветом червонного золота. Просыпались первые птицы, оглашая округу разноголосым перезвоном. Я бежала по полю.

–Али! Али! – дракон не появился.

Я насторожилась, может им нельзя появляться на рассвете? И тут я услышала музыку, тихую, чарующую, как будто кто-то далеко играл на флейте, я резко повернулась к источнику звука. Песня лилась от солнца, от облаков, от света. И тут я увидела то, что заставило меня солнцу, и первые косые лучи уже освещали его расставленные руки, высвечивали прекрасные воздушные крылья. Еще секунда, обрывистый вздох, взмах руками – крыльями, и он, оттолкнувшись от земли, полетел вниз, а потом подхваченный потоком прохладного утреннего воздуха воспарил. Он поднимался все выше и выше к солнцу, потом падал камнем вниз, кружил над полем, над горой. Я с восторгом и благоговейным страхом смотрела на Властителя, как он играет с потоками, скользит все выше к облакам, кружит вместе с ястребом.

«Неаполи – вдруг поняла я, и мои глаза расширились от ужаса – Леон Неаполи – Властитель. Но это просто невозможно!»

К Дому Властителей я бежала быстрее любого эльфийского скакуна. Вот еще поворот и будет площадь. Внезапно, от резкой боли в груди подогнулись колени, и я рухнула на дорогу лицом в пыль. Потом нарастающая спираль боли в животе, я согнулась пополам, в глазах потемнело. «Арвиль, – мелькнуло в голове, что-то случилось с Арвилем!» Через секунду боль прошла, но я его больше не чувствовала, его опять не было внутри, моего Властителя. Его убили!

Я вскочила, поминутно спотыкаясь, едва не падая, кинулась к Дому. Рядом с телом убитого охранника, облокотясь на деревянный бок будки, стоял гном

–Пан?! – я воззрилась изумленными глазами на гнома. – Да, как ты посмел явиться сюда наемник?

Я почувствовала накатывающуюся ярость.

–Не ожидала меня увидеть Бабочка? – оскалился он, и только тут я заметила в его руках вытащенный мной из дерева меч.

–Но как?

Гном захохотал, в следующее мгновение кто-то ударил меня по затылку, все потемнело, звуки ушли на второй план, и я упала, потеряв сознание.



* * * | Приключения ведьмы | * * *