home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 24

— Это правда? — Взгляд девушки внимателен и серьезен.

— Чистая.

— А… Почему?

— Что — почему?

— Почему не знаешь? Пожимаю плечами.

— Так ты не из газпромовского пансионата?

— Милая барышня, я понятия не имею, откуда я!

— Честно?

— Знал бы прикуп — жил бы в Сочи! А то и на Мальдивах или где там.

Девушка смотрит на меня недоверчиво.

— Не хочешь говорить — не говори. — Оглядывает лежащих бандитов:

— А с этими что? Они ведь в себя придут?

— Ага. Оклемаются минут через десять. С легким сотрясением мозгов.

— С легким?.. — хмыкает Лена.

— Ну. Мозгов-то немного. Сядут за руль и поедут своей дорогой.

— Думаешь?

— Уверен. Их дело — этот «катафалк» перегнать пахану в цельности и сохранности. А дорожные приключения шестерок паханов не волнуют.

— А если они…

— Нет. Не та масть. Не вернутся. Нас искать не будут: не их территория.

Кто, как, с кем здесь повязан — они не знают.

— А все-таки…

— Транзит — он и в Африке транзит.

— А… А пистолет?

Вообще-то «пушка» классная. И — чистая. Очень хочется забрать как приз.

Презент. Сувенир. Но «пушка» — тоже паханова. И с ребятишек за нее спросят.

Хотя мне и глубоко начхать, что их в «угол поставят» или с понижением на жарку шашлыков из «жучек» переведут за такое упущение, но пистоль возвращаю на положенное место: в бардачок. Поскольку мыслительный процесс у отморозков затруднен по причине атрофии аппарата мышления, а все энергетические силы организмов уходят на переработку приятной пищи, резонно опасаюсь, что отсутствие «дуры» заставит их задержаться в станице… А на кой нам такие коленкоры, как сказал бы Михеич? Впрочем, щедрость должна быть разумной: пистоль разряжаю, вытряхиваю «маслята» из обоймы. Ибо отморозья душа — потемки.

А зимняя ночь почти в Гаграх — сродни полярной. Беспросвет.

— Милая барышня, по-моему, мы застоялись. Бежим? А то холодно.

— У тебя порез на груди.

— По касательной. Не смертельно.

— Да это я вижу.

— Разбираешься?

— Я на фельдшера училась. И даже практику прошла. Все же порез приличный, но рука — хуже. Больно?

— Терпимо. Лен, поговорим на бегу, а? А то ведь околею от кровопотери.

Рванули?

— Рванули. А куда?

— Вперед!

— «Я на длинной дистанции помру, не охну, пробегу, быть может, только первый круг — и „сдохну“… — напела Лена вполголоса.

— »…Но сурово этак тренер мне: мол, надо, Федя! Главное — чтоб воля, говорит, была. К победе», — поддержал я. Если бы еще знать — в чем она, эта победа…

— Слушай… А ты не шутник? — спрашивает девчонка.

— В чем?

— Я насчет твоего беспамятства.

— Нет.

— То есть ты что, вообще ничего не помнишь?

— Я ничего не помню о своей жизни. Только какие-то картинки, больше похожие на сны…

— Знаешь, ты не отчаивайся. Ты вспомнишь.

— И я так думаю. А пока, как нас учит «Молинекс», великий и мудрый, — надо жить играючи…

— Сережа… А серьезно?

А серьезно… К ситуации я отношусь серьезнее не бывает. Ведь только что я именно играючи отметелил двух бугаев самой противной наружности. Так — кто я?

Дядька из спецназа, заброшенный в море с парашютом с целью выяснить намерения плывущих от берегов Турции рыбных косяков и тем самым вычислить милитаристские планы этого члена НАТО относительно мирных греков-киприотов?.. Бред! Стоп.

Кипр. Что-то очень знакомое… Двухэтажный особняк, бассейн, оливковая рощица, сосед — улыбчивый круглолицый парниша из Красноярска, с какого-то очень металлоемкого предприятия… Что еще?.. Нет, не помню.

А серьезно?.. Мужчина должен относиться к себе очень серьезно. Но — внутри. Слишком многие, дующиеся от серьезности целей, эпохальности намерений и громадья планов, так и остались ничем по жизни. Или — лопнули радужными мыльными пузырями, но, в отличие от настоящих, никому из детворы радости кратким своим существованием не доставив. Помнится, Оскар Уайльд выразил это пьесой:

«Как важно быть серьезным». Потому его герои всю жизнь «берберировали»: валяли дурака, учились жить, абсолютно ничего не делая и стараясь занять время… И это при том, что Великобритания была империей, расположенной равномерно по всему земному шарику.

«Надо жить играючи…» Как? Угадать мелодию? Или — назвать все слово? Или — выбрать приз? «Я давал ему восемь миллионов, а он?..» Если в России что и получалось играючи — так только умирать! А жить надо счастливо! Хочешь быть счастливым — будь им!

— Лена, пойдем в гости? Это серьезно.

— В гости?

— Ага.

— Прямо сейчас?

— Конечно.

— К кому?

— Ко мне.

— Так ты в станице живешь?

— Сейчас — да. У Ивана Михеевича Петрова. Мудрый старикан. И умный. В настоящее время он занят ловлей пелингасов.

— Кого?

— Рыба такая. А испеченный в углях пелингас — это, я вам скажу, милая барышня, деликатес. Ну как?

— А Иван Михеич — это такой же, как ты, беспамятный бедолага, только с бриллиантом на пальце?

— Не. С памятью у Михеича — все путем, несмотря на возраст, и бриллиантов нет.

— А жаль.

— Не в бриллиантах счастье.

— Угу. А в их количестве и качестве. Сереж, а ты — резонер. Кстати, как твоя фамилия?

— Хм… Вот это мне тоже еще предстоит выяснить.

— Ну надо же… А знаешь… Может быть, так лучше?..

— Как?

— Не помнить прошлого. Жить — сейчас. И думать о будущем.

— Может быть… Только… Зло из прошлого может настичь тебя в будущем. А удар лучше встречать с открытыми глазами.


Глава 23 | Банкир | * * *