home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 5

– Вас спрашивает сэр Говард Дингли.

Голос Лэндера вывел Роберта из задумчивости, и он резко обернулся.

– Сэр Говард?

– Да, сэр. Прикажете впустить?

– Кто он?

– Сэр Говард Дингли из Дингли-Корта, – пояснил Лэндер таким тоном, каким учитель говорит с нерадивым уче ником. – Он эсквайр и местный судья. И приходил к вам уже три раза. – Лэндер откашлялся и виновато добавил: – У него семь дочерей, сэр.

Роберт вспомнил, что уже несколько раз отказывался принять соседа, ссылаясь на нездоровье. Бог свидетель, он и впрямь был нездоров – в то время ему было не до визитов эсквайра, который наверняка оказался бы розовощеким джентльменом, любителем охоты на лис и породистых лошадей.

– Просите его! – заявил Роберт.

– Сэр? – удивленно переспросил Лэндер.

– Проведите сэра Говарда в гостиную, – приказал Роберт, оскалив зубы в хищной усмешке.

– Слушаю, сэр. – Дворецкий больше не медлил и тотчас пропустил в комнату худощавого джентльмена. Осанка выдавала в нем человека военного. Волосы он не пудрил, по-видимому, совершенно не переживая по поводу первых седых прядей у висков.

– Сэр Говард, – произнес Роберт, протягивая ему руку. – Прошу меня извинить – я не мог принять вас по причине нездоровья.

Сэр Говард пристально посмотрел ему в глаза и потер подбородок.

– Нездоровье, как же! Хитрый притворщик! Простите за прямоту – это жена послала меня к вам. Что поделать, у нас ведь дочери! А это такая обуза, уж поверьте!

– Пообедайте с нами сегодня вечером, – предложил Роберт.

– Пообедать? – удивился сэр Говард.

– Да, окажите мне честь.

– Ну что ж, я… – На загорелых щеках сэра Говарда проступил румянец. – Конечно, как вам будет угодно! – Он бросил на Роберта недоверчивый взгляд.

– Вот и прекрасно. Мои гостьи – миссис Гамильтон и мисс Мелинда, опекуном которой я являюсь, будут очень рады познакомиться с вами.

Сэр Говард смущенно поклонился.

– Леди? Ах, ну да, у вас в гостях дамы.

– Да. Миссис Гамильтон и моя подопечная. – Роберт позвонил. – Не выпьете мадеры, сэр Говард?

Гость немного оживился:

– Это с удовольствием. Премного благодарен за приглашение, сэр. А как вам погодка? Весна выдалась довольно дождливая, но бывает и хуже.

Роберт кивнул, делая вид, что ему безумно интересна эта тема, и попытался настроиться на светскую беседу.


Предстоящий обед в обществе хозяина дома совершенно не радовал Фоли. Чтобы избежать разговоров с Мелиндой, она поручила ей вместе с Салли перебрать наряды, которые они собирались взять с собой в Лондон. Уловка удалась – в ближайшие несколько часов падчерица не станет терзать ее вопросами о предстоящем лондонском сезоне.

Фоли сидела у окна в уютной спальне, выдержанной в желтых тонах, и сжимала в руках книгу, в которую даже не заглянула. Роберт хочет, чтобы они отказались от поездки в Лондон? Немыслимо! И сидеть в этом доме, как в тюрьме? Безумие!

Этот человек, этот суровый незнакомец имеет полное право распоряжаться их судьбой: наследство, доставшееся ей от Чарлза, приданое Мелинды – все в его руках. Нет, он не оставит их без гроша – это противоречило бы завещанию покойного Чарлза, – но решать, где им жить и сколько тратить, – в его власти. Роберт Кэмбурн даже пригрозил, что лишит их содержания, если они покинут его дом. Но почему? Господи, почему?

«Ты не Роберт, – думала Фоли. – Ты не тот, кого я так любила. Роберт не был жестоким».

Что ж, по крайней мере не стоит опасаться, что она снова в него влюбится. Вся ее любовь как по волшебству превратилась в жгучую ненависть к этому холодному, бессердечному, властному человеку. Он распоряжается ими так, словно они – его собственность! Правда, были минуты, когда ей показалось, что…

Нет, это всего лишь воображение. Однажды оно уже сыграло с ней злую шутку: она решила, что ей удастся его понять и проникнуть в его душу.

И все равно ее тянет к нему, несмотря ни на что. Она вспоминала его последнее письмо и то, как он улыбнулся ей, – едва заметно, но так тепло.

Да, он снова ее околдовал. Сейчас она напоминает пташку, оцепеневшую под ледяным взглядом змеи. Нет, она уже слишком стара для таких потрясений – для любви, ненависти и прочей чепухи. Надо было взять с собой миссис Кауч – советчица из нее никудышная, зато прекрасная компаньонка.

«Для любви – стара, на роль матери взрослой дочери тоже не гожусь», – с грустью думала о себе Фоли.

В дверь постучали, и она решила, что это Мелинда.

Но в дверях появилась горничная и, почтительно присев в реверансе, подала ей письмо и тут же удалилась.

«Сэр Говард Дингли и леди Дингли сегодня оказали нам честь и будут у нас обедать. Надеюсь, это вас развлечет. Роберт».

– Потрясающе! – хмыкнула Фоли. – Лучше бы отпустил нас в Лондон – других развлечений нам не надо!

Одно хорошо – это немного развеселит Мелинду. Фоли достала из шкатулки жемчужные украшения, которые падчерица давно просила дать ей поносить.

Они вошли в гостиную. Мелинда что-то щебетала про ленточки для новой шляпки, Фоли кивала и улыбалась. Мелинда выглядела потрясающе, как всегда: сияющие глаза, жесты и походка исполнены грации. Фоли смотрела на падчерицу с восхищением и затаенной грустью. Нет, нельзя допустить, чтобы Мелинду лишили сезона. Надо преодолеть все препятствия на пути в Лондон.

Роберт ждал их, стоя у камина и заложив руки за спину. Элегантный черный фрак придавал ему светский вид, но глаза – серые, обрамленные темными ресницами, – смотрели с холодно-бесстрастным интересом охотника.

Встретившись с ним взглядом, Мелинда осеклась на полуслове.

– Добрый вечер, сэр, – промолвила девушка, присев в реверансе.

– Добрый вечер, мисс Мелинда, – радушно поприветствовал он и перевел взгляд на Фоли, которая слегка склонила голову и опустила глаза. – Добрый вечер, мадам.

Он поднес ее руку к губам, но не поцеловал, а только слегка сжал ее пальцы и вложил в ладонь бутон желтой розы.

Мелинда ахнула. Фоли не знала, что сказать, и обрадовалась появлению Лэндера, который объявил о приезде гостей.

Сэр Говард сразу понравился Фоли: он напомнил ей Чарлза – сухопарый, подтянутый, но одет немного неряшливо. И все же выглядит импозантно – на вид ему чуть больше сорока, несмотря на седину в каштановых волосах. Она приветливо улыбнулась ему и сделала книксен. В ответ он подмигнул ей и добродушно усмехнулся – такое впечатление, что они знают друг друга всю жизнь. Леди Дингли с ним не было.

– Она приносит свои глубочайшие извинения, – весело объявил сэр Говард. – Ей нездоровится. Жалуется на головную боль.

Фоли и Мелинда выразили приличествующее случаю сожаление, но сэр Говард их перебил:

– Ничего особенного – погуляет на свежем воздухе, и все пройдет. Так я ей и сказал, а она надулась.

– Конечно, если вы так грубы с ней, – заметила Фоли. – Дамы любят, когда им сочувствуют.

– Груб! Ха!

– Удивляюсь, как джентльмены не могут этого понять, – покачала головой Фоли. – А вы, мисс, чересчур дерзкая особа для своих лет.

– Благодарю вас, сэр! Вы очень любезны! – кокетливо улыбнулась Фоли.

Роберт наблюдал за Фоли, стоя у камина. Ее невинный флирт привел его в бешенство, но, глядя, как искрятся смехом ее глаза, он почувствовал, что сердце забилось быстрее.

– Надеюсь, ваши дочери здоровы, сэр Говард? – холодно осведомился он.

– Здоровы, здоровы! – ответил гость. – Чтоб они все улеглись в постели с головной болью!

– Сколько же у вас детей, сэр? – со смехом спросила Фоли.

– Поверите ли? Семь дочерей! – воскликнул сэр Говард.

«Неудивительно, что леди Дингли притворилась больной», – подумала Фоли. Она покосилась на Роберта, взгляды их встретились. По губам его промелькнула плутоватая улыбка, совершенно преобразившая его лицо.

– Ах, как хорошо! – сказала мисс Мелинда. – Будь у меня столько сестер, я была бы счастлива!

– Да берите хоть всех, – предложил сэр Говард. – У нас их с избытком.

Вошел Лэндер и пригласил всех к столу. Роберт подошел к Фоли, но сэр Говард опередил его и предложил ей руку, весело заметив мимоходом, что мистер Кэмбурн не будет на него в обиде и позволит сопровождать миссис Гамильтон в столовую. Фоли приняла предложение с радостью и, проходя мимо столика, положила бутончик розы.

Роберт взглянул на розу, потом поднял глаза и увидел, что мисс Мелинда смотрит на него с любопытством. Он предложил ей руку и повел в столовую.

Когда дамы заняли свои места, сэр Говард уселся в кожаное кресло и осмотрелся.

– И кто только вырезал этих тварей? – заметил он, разглядывая драконов. – Я бы рядом с ними и дня не прожил!

– Мы не осмеливаемся обсуждать убранство комнат, сэр Говард, – с улыбкой ответила Фоли. – Нашему хозяину драконы не нравятся. А я в восторге от Ксеркса и Босуэлла.

– Мама! – укоризненно промолвила Мелинда.

Сэр Говард откашлялся и обратился к хозяину, восседавшему на противоположном конце стола:

– Вы охотитесь, сэр?

– Нет. Я был на охоте всего несколько раз, – ответил Роберт.

– Жаль, жаль… У меня неплохие гончие. Думал, вам будет интересно на них посмотреть.

При мысли о том, что ему надо покинуть дом, Роберт похолодел.

– У вас большая свора? – спросил он, чтобы переменить тему.

– Около двадцати пар гончих. Количество взамен качества – так, кажется, говорят, миссис Гамильтон? А вы любите собак?

– Ну конечно, – ответила Фоли. – Но после смерти нашего любимца я больше не заводила животных.

– Брэнди был самым умным псом на свете, – заявила Мелинда.

– Да что вы? – усмехнулся сэр Говард. – Быть этого не может! Моя Мэгги была лучше всех. Она могла привести домой заблудившегося барашка из соседнего графства, спасти тонущего ребенка, а потом выловить в пруду его тапочки! Скажите, был ли способен на такое ваш Брэнди?

Фоли и Мелинда рассмеялись.

– Нет, наш Брэнди был не таким талантливым, – улыбнулась Фоли. – Но он клал свою лапу мне на колено и заглядывал в глаза, как бы говоря: «Сейчас я скажу тебе что-то хорошее». Его все очень любили.

– Да, – неожиданно промолвил Роберт, и все обернулись к нему. – У меня тоже была собака, – добавил он, заметив обращенные на него изумленные взгляды.

– А у нас дома их полно, – сказал сэр Говард. – Не доверяю я тем, кто не любит собак.

Фоли взглянула на Роберта. Он смотрел прямо перед собой и почти не дышал.

«Не думай об этом. Не думай, не думай!» – мысленно твердил он себе.

– А лошадей вы держите? – продолжал расспрашивать хозяина сэр Говард. – В Камдене продаются две лошадки серой масти – может, вам они подойдут? Запряжете их в фаэтон, к примеру.

– Благодарю вас, – сдержанно промолвил Роберт. – Я об этом подумаю.

– Мисс Гамильтон, меня попросили узнать, сколько вам лет! – воскликнул сэр Говард, стукнув кулаком по столу. – Меня на порог не пустят без этого.

– В июне мне исполнится девятнадцать, сэр, – ответила Мелинда.

– Прекрасно, прекрасно! – заметил сэр Говард, положив себе баранины. – Одной из моих дочек тоже девятнадцать. Я купил ей гнедую лошадку. Мои девочки – отличные наездницы! А мисс Гамильтон нравится ездить верхом? – обратился он к хозяину дома.

Роберт в замешательстве уставился на гостя, как будто тот говорил на иностранном языке и требовалось время, чтобы осмыслить его вопрос.

– Не знаю. Я не интересовался.

– Ваши дочери поедут в Лондон, сэр Говард? – спросила Мелинда.

– Ха! Их матушка непременно своего добьется – она большая мастерица по части семейных сцен.

– Надеюсь, там мы с вами и встретимся, – сказала Мелинда.

– А вы тоже туда едете? – спросил сэр Говард у Фоли с явным интересом, который Роберт не мог не заметить. Фоли обратила на сэра Говарда печальный взгляд.

– Нет, – сухо ответил за нее Роберт. – В город они не поедут. Миссис Гамильтон и мисс Мелинда будут жить здесь.

Мелинда побелела как полотно и испуганно взглянула на Фоли.

– Обсудим это позже, – сказала та.

– Так мы никуда не поедем? – воскликнула Мелинда.

– Поговорим об этом потом, дорогая, – спокойно повторила Фоли.

– Нет, я хочу знать сейчас! Мы едем или нет?

– Мелинда…

– Значит, не едем! Я все поняла!

– Дорогая, послушай…

– Не может быть! – задохнулась Мелинда. – Ты позволила ему себя убедить? Просто не верится!

– Я тебе все объясню потом, дорогая.

– Что тут объяснять? Что мы не едем?

Фоли выразительно склонила голову в сторону сэра Говарда, но Мелинда уже не воспринимала никаких намеков.

– Я так и знала! – прошипела падчерица. – Он тебя уговорил! И ты согласилась – из-за сорока тысяч фунтов!

– Мелинда! – Голос Фоли дрогнул.

– Мне все равно! Пусть все слышат! Это жестоко, несправедливо! Ненавижу тебя!

– Это я так решил, – холодно промолвил Роберт. – Ваша матушка ни при чем.

Мелинда повернулась к нему и вперила в него горящий ненавистью взгляд.

– Какое вы имеете право вмешиваться в мою судьбу? – выкрикнула она. – Где вы раньше были? В Индии! Жили во дворце, как набоб! Вам нет до меня никакого дела! И на всех вам наплевать, кроме самого себя!

Она вскочила, размахивая руками, и нечаянно опрокинула бокал с вином. Бокал стукнулся о подсвечник, разбился, и его осколки разлетелись во все стороны, а по скатерти растеклось темно-красное пятно.

Роберт резко встал из-за стола. Руку саднило, и пальцы его сжались в кулак.

– Вот! – кричала Мелинда. – Мне все равно! Ненавижу вас всех, ненавижу! – И расплакалась.

– Мелинда, сядь, прошу тебя! – уговаривала ее Фоли.

– Нет! – продолжала выкрикивать сквозь слезы падчерица. – Ненавижу, ненавижу! – Она взглянула на Роберта с неприкрытой злобой. – Не нужны мне ваши деньги! Ненавижу вас! Лучше бы мне умереть! – рыдала она.

– Довольно, мисс!

Это произнес сэр Говард, и все разом умолкли. Мелинда прерывисто всхлипнула – жалобно, как ребенок.

– Мы не едем, – пролепетала она, давясь слезами.

– Просите прощения у вашей матушки и мистера Кэмбурна, – приказал сэр Говард тоном, не терпящим возражений. – И сядьте на свое место.

Мелинда захлопала ресницами. Губы ее дрожали, слезы текли по щекам, но было видно, что она понемногу приходит в себя.

– Просите прощения, – повторил сэр Говард.

– Да, сэр.

Мелинда прикусила губу и направилась к Роберту. Он словно окаменел и почти не слышал ее извинений. Ему понадобилось все его самообладание, чтобы не вздрогнуть, когда она коснулась его руки. Перед его мысленным взором стояла Филиппа – это ее крики звенели у него в ушах. Он молчал – говорить сейчас он просто не мог.

Мелинда подошла к матери и сделала книксен. После первых же слов она снова начала всхлипывать. Фоли порывисто обняла падчерицу.

– Прости меня, мама, прости! – рыдала Мелинда. – Я не хотела…

– Ничего, ничего, дорогая, – приговаривала Фоли, гладя ее по голове. – Все будет хорошо, обещаю тебе. Все как-нибудь уладится. – Она взглянула на Роберта с откровенной враждебностью.

Он стоял и молчал. Голос разума твердил ему, что ее надо отпустить – пусть едет в Лондон. Не собирается же он держать ее здесь в заточении. Но если она уедет, то больше никогда не вернется – останется в Лондоне, там, где жизнь, свет, другие люди. Он этого не вынесет – это еще хуже, чем детские истерики ее падчерицы.

– Я должен идти, – сказал он и, не глядя ни на кого, вышел за дверь.


Фоли подумала, что Роберт вряд ли чувствовал боль в пораненной руке. Она тяжело вздохнула и обратилась к гостю:

– Сэр Говард…

– Ни слова больше! – грубовато перебил он ее, вставая. – А вам, мисс, – заявил он Мелинде, – не то что в Лондон ехать, а классную комнату покидать еще рано!

– Да, да, – покорно соглашалась Мелинда. – Простите меня, сэр Говард! Я вела себя просто отвратительно.

– Вот именно! Будь вы моей дочерью, я бы отправил вас спать без ужина!

Фоли хотела было возразить, но Мелинда затрясла головой.

– Нет-нет, мама! Я и так есть не хочу. Прошу тебя, проводи меня наверх…

Тут Фоли заметила, что в комнате находится Лэндер. Он молча стоял у двери в ожидании приказаний. Лицо его хранило бесстрастное выражение.

– Отведите девочку в ее спальню, пока убирают со стола, – распорядился сэр Говард.

– Может, мистер Кэмбурн вернется, – неуверенно промолвила Фоли, но сэр Говард бросил на нее выразительный взгляд, говоривший: «Вряд ли». – Да, конечно, – смущенно продолжала она. – Примите мои глубочайшие извинения, сэр Говард.

Мелинда сделала книксен, сбивчиво попрощалась с сэром Говардом, снова и снова прося у него извинений. Он нетерпеливо кивнул – по-видимому, ее хорошенькое заплаканное личико нисколько его не разжалобило. Когда Фоли проходила мимо него, сопровождая Мелинду, он слегка коснулся ее локтя и тихо произнес:

– Спуститесь потом вниз. Я должен сказать вам несколько слов.

– Хорошо, – кивнула Фоли. – Я буду ждать вас в гостиной.

– Дорогая моя, – начал сэр Говард, когда Фоли вошла в гостиную. Мелинду она поручила заботам Салли. – Я не имею права давать вам советы, но не могу не заметить, что меня сильно встревожило то, чему я сегодня был свидетелем.

Она прерывисто вздохнула. Сэр Говард так напоминал Чарлза! Ей не верилось, что она познакомилась с ним всего несколько часов назад.

– Я с радостью приму ваш совет. Мне это необходимо.

– Что у вас тут происходит, дорогая? – участливо спросил сэр Говард.

– Мистер Кэмбурн – мой попечитель и опекун мисс Мелинды. Он настаивает на том, чтобы мы жили в его поместье, и не отпускает Мелинду в Лондон, хотя мы планировали эту поездку не один год. И вот вы видели, к чему это привело. Не знаю, почему он так упорствует.

Сэр Говард нахмурился:

– Странный он какой-то. До сегодняшнего дня отказывался меня принять, а тут вдруг пригласил на обед! Хотелось бы узнать о нем побольше. Как давно вы здесь живете?

– Неделю – не больше.

– А раньше вы были с ним знакомы?

– Нет. Лично по крайней мере. Мы… мы переписывались.

– Простите мне мою дерзость… он не объясняет, почему вы должны здесь жить? За девочкой нужен надзор? Или вы стеснены в средствах?

– Нет, ни то ни другое, уверяю вас! Наше финансовое положение не так уж плохо, и мне даже удалось скопить небольшую сумму – достаточную, чтобы провести сезон в Лондоне. А мисс Мелинда… – Фоли беспомощно пожала плечами. – Такие истерики случались у нее в далеком детстве. Сейчас это вполне благовоспитанная девушка, милая и покладистая, хотя вы вправе не верить мне после сегодняшней сцены за столом.

– О, я привык к девичьим капризам, – отмахнулся сэр Говард. – Они слушаются твердой руки, но и самая покладистая взовьется на дыбы, если ей под седло попадет репейник. К тому же лишить девочку сезона жестоко. Правда, на вашем месте я бы не потворствовал ее капризам, а то она совсем избалуется.

Фоли согласно кивнула, хотя наказывать Мелинду не входило в ее планы.

– Вы говорили, что собираетесь в город?

– Да, мы хотели выехать первого марта, но дом, который мы будем снимать в Лондоне, мне не очень нравится. От соседки я узнала, что он находится в дешевом квартале, где небезопасно. Я надеялась, что мистер Кэмбурн позволит нам остановиться в его лондонском особняке, но…

– Теперь мне понятно, зачем вы здесь, – улыбнулся сэр Говард.

– Мистер Кэмбурн – опекун мисс Мелинды, – возразила Фоли.

– Не оправдывайтесь! Я вас прекрасно понимаю. Боже правый, чего мне стоило добиться от него аудиенции! Но такова жизнь, моя дорогая. Я не осуждаю вас за то, что вы ради будущего мисс Мелинды согласились терпеть общество этого человека.

– Все так неудачно складывается. Я должна была предвидеть!

– Предвидеть? Как можно предвидеть такое странное поведение? Не нравится мне, что вы остановились здесь без пожилой компаньонки.

– Да, и я тоже об этом думала, – с несчастным видом согласилась Фоли. – Я решила, что жена мистера Кэмбурна еще жива. Но… он опекун Мелинды, а я – почтенная вдова. Нам ничто не угрожает.

– Почтенная вдова! – усмехнулся сэр Говард. – Вы послушайте! Да вы сами только-только из классной комнаты. Почтенная вдова! Ха! Нет, миссис Гамильтон, я вам вот что скажу: не следует вам здесь с ним оставаться. По-моему, он немного не в себе.

– И я того же опасаюсь! Думаю, он сумасшедший.

– Сумасшедший? – удивленно переспросил сэр Говард.

– Ах, мне не следовало так говорить, – виновато заметила Фоли.

Сэр Говард задумчиво потер подбородок.

– Нет-нет, кажется, я понимаю, что вы имеете в виду. В нем есть что-то странное…

Фоли потупилась, и взгляд ее упал на столик, на котором до сих пор лежал бутон желтой розы. Подарок от ее Роберта. Он помнил, какой у нее самый любимый цветок.

– Мне надо идти – проведать мисс Мелинду. Я бы хотела завтра нанести визит леди Дингли – если к тому времени ее самочувствие улучшится.

– Надеюсь, что да, моя дорогая. Для вас у нее непременно найдется время! – По тому, как он произнес последнюю фразу, Фоли поняла, что миссис Дингли ее непременно примет или ей придется горько об этом пожалеть. Фоли слегка улыбнулась. – А сейчас позвольте откланяться. Похоже, наш хозяин не намерен со мной прощаться. Вам ничто не угрожает?

– О нет, – сказала Фоли, беря со столика свечу. – Лэндер проводит меня наверх.

Сэр Говард склонился над ее рукой и слегка подмигнул.

– Счастлив познакомиться с вами, миссис Гамильтон. И при таких обстоятельствах!

Фоли улыбнулась и присела в реверансе.

– Я тоже рада познакомиться с вами.

Сэр Говард вышел из комнаты. Фоли смотрела на захлопнувшуюся дверь. Щеки ее горели. Она не привыкла выслушивать комплименты – вот и все.


Глава 4 | Мой милый друг | Глава 6