home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

Loading...


20

В 11.25 я уже сижу в зеленой комнате. На мне иссиня-черный костюм от Джаспера Конрана, колготки телесного цвета, замшевые туфли на высоком каблуке. Добавьте сюда необыкновенный макияж и классную укладку, и вы поймете, что я в жизни не выглядела замечательнее, чем сейчас. Но я не могу насладиться своей внешностью. Не могу порадоваться тому, как я выгляжу. Единственное, о чем я сейчас думаю, – через пятнадцать минут мне предстоит пересесть на диван в студии и в прямом эфире начать энергичный спор о финансах с Люком Брендоном.

От одной этой мысли мне хочется плакать. Или смеяться. Понимаете, это какая-то злая шутка. Я – против Люка Брендона. Против его фантастического IQ и фотографической памяти. Да он меня раздавит, как жука. Я буду умирать долго и мучительно.

– Милочка, съешь круассанчик, – говорит Элизабет Пловер, которая сидит напротив меня и пожирает круассан с шоколадом. – Просто тают во рту. Каждый кусочек словно луч яркого солнца Прованса.

– Спасибо, не хочется.

Не понимаю, как она может есть. Меня от страха того и гляди вырвет. Как люди могут работать на телевидении каждый день? Как Фионе Филлипс это удается? Понятно, отчего они все такие худые.

– Сегодня! – доносится голос Рори из телемонитора в углу зала, и мы вскидываем головы. На экране появляется картинка – пляж на закате. – Что такое жить с гангстером, а потом, рискуя жизнью, предать его? Наша следующая гостья написала горячий роман на основе собственного опасного и темного опыта…

– …Также сегодня мы начинаем новую серию глубоких дискуссий, – вливается голос Эммы. Картинка на экране сменяется дождем падающих на пол монет, и я съеживаюсь от ужаса. – «Утренний кофе» освещает скандал в финансовом мире, и вы увидите жаркие дебаты двух ведущих экспертов в этой области.

Это что, про меня? Господи, я не хочу быть ведущим экспертом. Я хочу домой, под одеяло.

– Но сначала, – энергично говорит Рори, – посмотрим, что нам приготовил на кухне Скотт Робертсон!

Тут же на экране появляется улыбающийся мужчина в поварском колпаке, размахивающий паяльной лампой. Я несколько секунд смотрю на него, потом снова опускаю глаза, крепко-накрепко стискиваю руки. С трудом верится, что скоро я тоже буду на экране. Буду сидеть на том диване и из кожи вон лезть, чтобы сказать нечто умное.

Дабы отвлечься, разворачиваю мятый листок и в тысячный раз перечитываю свои жалкие заметки. Может, все пройдет не так плохо, с надеждой думаю я, снова и снова вчитываясь в строчки. Может, я зря волнуюсь. Вряд ли мы выйдем за рамки обычной беседы. И наверняка будем вести себя дружелюбно. В конце концов…

– Доброе утро, Ребекка.

В дверях стоит Люк Брендон. Безупречного кроя темный костюм, волосы блестят, лицо отливает бронзой – ему тоже наложили грим. И в выражении его бронзового лица нет ни тени дружелюбия. Челюсть напряжена, глаза жесткие. Когда его ледяной взгляд встречается с моим, Люк даже не мигает.

Несколько секунд мы смотрим друг на друга и молчим. В ушах отдается стук сердца, к лицу приливает кровь, я чувствую это даже под слоем макияжа. Потом, собрав воедино все свои внутренние резервы, вежливо произношу:

– Здравствуйте, Люк.

Он входит в комнату. Воцаряется гнетущая тишина. Даже Элизабет Пловер заинтригована.

– Мне знакомо это лицо, – говорит она, подаваясь вперед. – Знаю-знаю. Вы актер, да? Играете Шекспира, конечно. Кажется, я видела вас в «Короле Лире» три года назад.

– Это вряд ли, – кратко отвечает Люк.

– Вы правы! – Элизабет хлопает ладонью по столу. – Это был «Гамлет». Теперь я точно вспомнила. О, эта боль, это отчаяние, раскаяние, финал трагедии… – Она скорбно качает головой. – Я ваш голос не забуду никогда. Каждое слово как нож в сердце.

– Печально это слышать. – Люк смотрит на меня. – Ребекка…

– Люк, вот последние цифры, – прерывает его Алисия, бесцеремонно врываясь и вручая ему лист бумаги. – Привет, Ребекка, – добавляет она с ехидной улыбочкой. – Вы готовы?

– В целом, да, – отвечаю я, комкая свою бумажку. – Вполне.

– Рада за вас. – Алисия вздергивает брови. – Интересная будет дискуссия.

– Не сомневаюсь, – с вызовом соглашаюсь я. Какая она все-таки стерва.

– Я только что говорила по телефону с Джоном из «Флагстафф», – сообщает Алисия Люку вполголоса. – Он очень настаивал, чтобы вы упомянули о новой серии сберегательных вкладов. Я, конечно, сказала ему…

– Это попытка смягчить удар, – отрывисто отвечает Люк, – а не рекламная акция. Пусть считает, что ему повезло, если нам удастся… – Он кидает на меня взгляд, и я отворачиваюсь, как будто мне ни капельки не интересно, о чем они там шепчутся.

Смотрю на свои часы и опять чувствую приступ паники. Десять минут. До шоу осталось десять минут.

В этот момент в комнату входит Зелда.

– Так, Элизабет, ваша очередь.

– Прелестно. – Элизабет торопливо запихивает в рот остатки круассана. – Я ведь хорошо выгляжу? – Она встает, и с ее юбки осыпается целая куча крошек.

– У вас в волосах застрял кусочек круассана, – говорит Зелда. – А так все в порядке. – Она бросает на меня взгляд, и я едва могу удержаться от смеха.

– Люк! – В комнату влетает деловой херувим, размахивая мобильником. – С вами хочет говорить Джон Бейтсон. И еще прибыло два конверта.

– Спасибо, Тим. – Алисия берет конверты, вскрывает, вытаскивает бумаги и начинает их быстро просматривать, то и дело что-то отмечая карандашом на полях.

Тим достает ноутбук и с головой погружается в работу.

– Да, Джон, вижу я, к чему вы, на хрен, клоните, – тихим и жестким голосом говорит Люк. – Но если бы вы выслушали меня…

– Тим, – Алисия отрывается от бумаг, – можешь быстренько вывести доход по пенсионным вкладам «Флагстафф» за последние три, пять и десять?

– Не вопрос. – Тим еще ожесточеннее принимается колотить по клавиатуре.

– Тим, срочно распечатайте макет пресс-релиза по новому вкладу «Флагстафф», – распоряжается Люк.

Глазам своим не верю. Да они тут свой офис развернули. С компьютерами, модемами и телефонами. Вся компания Люка Брендона против меня и моей скомканной бумажонки.

И вот я смотрю, как из портативного принтера Тима выползают страницы, как Алисия относит их Люку, и меня охватывает неприятнейшее чувство. В общем, давайте по-честному. Мне никогда не одолеть эту команду. У меня ни малейшего шанса. Мне лучше отступить прямо сейчас. Прикинуться больной или что-то придумать. Сбежать домой и забиться в угол.

– Все готовы? – заглядывает в дверь Зелда. – До эфира семь минут.

– Хорошо, – откликается Люк.

– Хорошо, – нетвердо вторю я.

– Кстати, Ребекка, вам посылка. – Зелда входит в комнату и вручает мне большую квадратную коробку. – Я вернусь через минуту.

– Спасибо, – удивленно говорю я и с внезапным воодушевлением накидываюсь на коробку. Понятия не имею, от кого это и что там. Но наверняка что-то полезное, да? Может, срочная информация от Эрика Формана. Таблицы с какими-то цифрами, которые я могла бы представить в критический момент. Или секретный документ, о существовании которого не знает Люк.

Боковым зрением вижу, что брендониты побросали свои дела и наблюдают за мной. Вот я им сейчас покажу. Не только им приносят посылки перед эфиром. Не только у них есть свои тайные источники информации. Наконец мне удается справиться с липкой лентой, и я открываю коробку.

У всех на глазах оттуда вылетает большой красный шарик с надписью «Желаем удачи!», наполненный гелием, и устремляется к потолку. К веревочке привязана открытка. Не глядя ни на кого, я открываю открытку.

Лучше бы я этого не делала.

«Удачи желаем, удачи тебе, всегда во всем и везде!» – поет тоненький электронный голосок.

Я захлопываю открытку, готовая со стыда провалиться сквозь землю. С другого конца комнаты доносится хихиканье. Поворачиваюсь и вижу, как Алисия что-то шепчет на ухо Люку и по его лицу расползается ухмылка.

Да он смеется надо мной. Они все смеются надо мной и моим поющим шариком. Несколько секунд я не могу пошевелиться – такое унижение. В горле стоит жаркий ком, щеки пылают – какой уж тут ведущий эксперт…

Потом Алисия тихо говорит какую-то гадость и прыскает со смеху. И тут внутри меня что-то переворачивается. К черту их всех, вдруг думаю я. Им же просто завидно. Им-то никто шарики не присылает.

Я демонстративно открываю открытку.

«Удачи тебе, пытайся. Не бойся и не стесняйся. Возьми удачу с собой и помни, что мы с тобой», – пищит веселый голосок. А внутри написано: «Дорогая Бекки. Спасибо тебе за все, что ты для нас делаешь. Мы гордимся тобой и любим тебя. Твои друзья Дженис и Мартин».


Я смотрю на открытку, снова и снова перечитываю эти слова и чувствую, как подступают слезы. Дженис и Мартин действительно были моими друзьями долгие годы, пусть даже их сын слегка туповат. Они всегда были добры ко мне, даже когда своим дурацким советом я ввела их в заблуждение. Я обязана сделать это ради них. Я не могу их подвести. И не подведу.

Незаметно моргаю, делаю глубокий вдох и, подняв голову, натыкаюсь на непроницаемый взгляд Люка Брендона.

– Друзья, – спокойно говорю я, – желают мне удачи.

Аккуратно кладу открытку на стол – не закрывая, чтобы она продолжала петь, – шарик привязываю к своему стулу.

– Итак, – подает голос Зелда. – Люк и Ребекка, вы готовы?

– Еще как готовы, – невозмутимо отвечаю я и прохожу мимо Люка к двери.


Что можно купить на 20 000 фунтов | Тайный мир шопоголика | cледующая глава







Loading...