home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 1

Этот город основали двести шестьдесят с лишним лет назад люди, бежавшие от нетерпимости своих родных стран. Расположился город в самом устье реки — камнем добросить до той огромной бухты, что первая гостеприимно встретила поселенцев, явившихся в этот странный и новый мир. Близость города к воде вылепила его будущее, как детство лепит судьбу человека.

С самых первых дней судьбу города определяли паруса — и люди, которые бороздят волны. Ко временам Американской революции тут уже был морской порт и верфи, на причалах и улицах шла торговля, законная и не слишком. Торговые компании оседлали береговую линию, вывозя табак, муку, индиго и рыбу в Европу, а ввозя темный человеческий груз с Золотого Берега и его окрестностей.

Шли годы, и жизнь города еще теснее привязывалась к морю и впадающим в него рекам, время от времени грозящим поглотить постройки людей. Шло время, и корабли уже делались не только из дерева, а потому понадобились сталелитейные и нефтеперегонные заводы, строились броненосцы и сухогрузы паровой эры.

Шли годы, складываясь в десятилетия, в века, и город — поначалу первобытный и грубый, как все порты, — приобретал космополитический лоск. Взрослея, он приобретал вкус к более утонченным удовольствиям, рождая оперы, музеи, стадионы. От семинарии пошел выводок колледжей, потом университетов. Бывали у города взлеты и падения — пожары, наводнения, рецессии и инфляции, — но он всегда выздоравливал, как выздоравливает от лихорадок и болезней тело человека.

Паразиты-симбионты, считающие город плодом собственного успеха, порождали звезд спорта, философов, хирургов, газетчиков, государственных деятелей и поэтов. Колеса прогресса, промышленности и экономики вертелись в такт, не заедая, не скрежеща зубчатыми передачами. У города было и прошлое, и будущее.

Но тут пришло настоящее.

Сорок лет назад обитатели внутреннего города стали покидать булыжные мостовые и грубые дома своих предков ради просторных и зеленых обиталищ в его пригородах. И вскоре остались лишь те, кто был слишком беден или бездеятелен, чтобы съехать. Район стал загнивать, и рабочий класс сменился рабочей беднотой.

Прошло еще десять лет, и колеса прогресса и промышленности провернулись снова. Прогресс технологий снизил необходимость в грубой силе. На верфях появилась механизация, не отстали от них сталелитейные и нефтеперегонные заводы. Все меньше становилось работы для необразованных и неквалифицированных.

Двадцать лет назад нефтяное эмбарго взметнуло цену на нефть от двух до тридцати двух долларов за баррель. Американцы, не имея возможности позволить себе и дальше ездить на жрущих бензин детройтских машинах, набросились на импорт. Резко упал спрос на отечественную сталь. Смазка для колес прогресса высохла, и шестерни оглушительно заскрежетали, рассыпая снопы искр. Докеров и кораблестроителей, сталеваров и нефтяников увольняли пачками. Даже образованным стало трудно найти себе достойную зарплату, когда инфляция приравняла диплом колледжа к свидетельству об окончании средней школы. Целые кварталы города пустели и рассыпались.

Пятнадцать лет назад федеральное правительство урезало помощь для бедных и необразованных жителей, застрявших в городах. Город бросили — пусть сам разбирается с грядущими годами запустения коммунальных служб, забытых и заброшенных. Экономика, бывшая индустриальной, сменилась экономикой услуг. Выпускники колледжей оглядывались по сторонам в поисках работы по специальности, а тем временем стряпали гамбургеры и меняли скатерти. Нищие и безработные угрюмо смотрели на «вольво» и «БМВ» биржевиков, банкиров и риэлторов, заезжающих к ним в трущобы в поисках кокаина. Уровень преступности взлетел до небес. Коррупция проникла всюду. Банды росли, расширяли свои территории, и все ожесточеннее становились войны за землю. И где-то в этих жарких битвах гангстеров с автоматами получил смертельную рану сам город.

Города — они живые. Они рождаются и растут, мужают и стареют. Иногда даже умирают. Но они в отличие от органических существ, созданных из плоти и крови, жил и костей, не знают, что мертвы. Симбионты, кишащие в трупе, зачастую твердо намерены продолжать подобие жизни, когда сама жизнь города давно отлетела.

И Город Мертвых стал самым крупным из червяков, кормящихся останками.

Мало кто из живущих в городе людей знает, что есть такой сектор, которого — по мнению избранных руководителей — просто нет. Его нет на карте города. Ни патрульные машины, ни пожарники, ни «скорая» не заезжают в заброшенный район возле реки. Из темных переулков и кривых улиц часто слышны призывы о помощи, но редко кто на них откликается — и не без причины, потому что здесь — гниющее сердце живого когда-то города. И где же еще собираться детям ночи, как не в городе, который сам уже стал живым трупом?


Город смерти | Дюжина черных роз | * * *