home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



И ДЕТСТВО БЫЛО

Мой собеседник-человек совершенно нормальный, далеко не дебил, в его жизни не просматривалось ни идей, ни сколь-нибудь серьезных духовных устремлений, ни четкого следования элементарным нормам бытия, сосредоточенным, скажем, в десяти заповедях. Просто он занимался своими семейными делами и подрабатывал, чтобы как-нибудь прожить еще один день, просто стремился спокойно существовать, не загадывая наперед, не планируя, пытался жить, согласуясь с тем, как сложатся обстоятельства.

Большинство людей его «профессии» живут не намного дольше, чем их жертвы, а при жизни практически никогда не «раскрываются».

Собственно, заказные убийства как явление, а не отдельный эпизод, не проявляют пока тенденции к искоренению главным образом потому, что исполнители стараются остаться в тени или же их в вечную тень отправляют заказчики, нанимая для этого следующих исполнителей.

Итак, Петр Анкудинов, легендарный киллер.

Список убиенных, дерзость исполнения заказов, отработанный почерк свидетельствовали, что работает профессионал, которому, несмотря на видимую открытость действий, удавалось почти два года успешно избегать встреч с правоохранительными органами.

И это при том, что его видели десятки людей, а сам он, как оказалось, житель Симферополя, и все убийства совершались именно в том районе, где он вырос и жил.

Тем не менее никто не мог описать его подробно. Шок от увиденного охватывал людей. Они помнили только грохот выстрелов и кровь, много крови. И еще страх, желание спрятаться, скрыться, не видеть, не помнить.

Воображение рисовало этакого крымского Александра Солоника. Никак не меньше. Но реальность, как всегда, оказалась сложнее.

Идею встречи поддержал Михаил Корниенко, в то время начальник крымской милиции. Сам позвонил генеральному прокурору, Владимиру Шубе, и согласовал этот визит. Но в коридорах прокуратуры позднее что-то не сработало, и встреча была отложена почти на год.

И вот — коридор СИЗО-1 города Симферополя. Открываются тяжелые решетки, и в небольшой комнате, скудно обставленной привинченной к полу мебелью, ждем встречи.

Он входит не спеша, с улыбкой, молодой, начинающий слегка лысеть парень, ничем не похожий на преступника. Худощавый, спортивный, с тонкими пальцами музыканта. В глазах — интеллект и никакого удивления и закрытости. Только едва уловимая досада, что жизнь сложилась именно так и шансов, что приговор не будет исполнен, у него, скажем так, пятьдесят на пятьдесят.

Представившись, достаем приготовленную пачку сигарет, закуриваем. Похоже, он рад возможности пообщаться, хотя наручники, приковавшие его к табурету, стесняют движения.

Петр Анкудинов родился в 1971 году в городе Железногорске Тюменской области. Затем его семья переехала в Симферополь. Родной брат Анкудинова по матери, Андрей Дрожжин, входил в бригаду, которой руководил сейлемовец-казиновец Валерий Любич, являвшийся по совместительству директором фирмы «Аудит-резерв».

Согласно уставу, фирма могла заниматься чуть ли не чем угодно: хорошие юристы, собранные в «Сейлеме», умело использовали специфику законодательства при составлении учредительных документов. Здесь был и собственно аудит — весьма удобное средство контролировать состояние дел потенциальных «дойных коровок», — и всевозможное посредничество, и легальный игровой бизнес, и нелегальный наркобизнес. Но главным было всетаки другое.

Фирма занималась отстрелом кредиторов и должников, «недобросовестных», с их точки зрения, партнеров, отстрелом конкурентов и всех прочих, кто мешает работать. Воспитанники Хавича, братья-разбойники, брали на фирму самые черные дела — лишь бы прибыль была высока, и старались устранить всякого, кто «мешал работать». Полагают, что в числе устраненных «помех» в свое время оказался и главный работодатель Вишняков.

По слухам, фирма принимала и просто заказы на ликвидации; точно об этом могли бы сказать сами Любичи, но в нашем мире показаний от них уже не получить. Только косвенно они говорят «да» — фактом своей нелегкой кончины.

— Говорят, что все мы родом из детства. Каким вы были в детстве? Было ли оно счастливым? — спросил я Анкудинова.

— Ничего особенного. Родился я в Тюменской области. Здоровье у меня было неважное. Маме сказали, что я могу умереть, если она не переедет куда-нибудь на юг. Мы приехали в Симферополь. Здесь все наши родственники жили. Родной отец жив и здоров, но я его никогда и в глаза не видел. Воспитывал меня другой человек. Отчим.

В школе я был твердым троечником. Занимался легкой атлетикой, увлекался футболом. Мог и подраться, когда приходилось доказывать свою правоту.

— Маме хлопот много доставляли?

— У меня очень хорошая мама. Она пыталась сделать все, чтобы и я вырос хорошим человеком. Отчим также порядочный человек.

— Вы один в семье?

— Нет, у меня был старший брат. Андреем звали…

Андрей Дрожжин, в течение нескольких лет — охранник, помощник и телохранитель Валерия Любича. Убит в 1995 году.

— Как все старшие, он любил, чтобы ему подчинялись. А я не такой. Подчиняться кому-либо не могу. Частенько с ним дрался из-за этого.

— У вас с братом разные фамилии. Почему?

— У нас отцы разные. Ни того, ни другого мы не знали.

— А брат как-то влиял на вас?

— Постоянно. Если честно сказать, все из-за него, это он научил меня пить, курить «план», колоться. Нет, он меня не заставлял. Я смотрел на него и думал: «А что я, не мужик, что ли?» Андрея я уважал. В футбол вместе часто играли… После восьмого класса я пошел учиться в 26-е ПТУ на газоэлектросварщика. Потом в армию ушел, а когда вернулся, то узнал, что он работает в казино. Было такое на Набережной, в помещении шахматно-шашечного клуба. В армии я служил в стройбате, специальностей много приобрел, но на гражданке найти хорошую работу так и не смог, а пахать за копейки не хотелось. Андрей говорил, что работает крупье. Смотрю, вроде ничем не занимается, а деньги постоянно есть. Он мне и предложил пойти работать охранником в казино. Пару дней поработал, понравилось. Работа непыльная, негрязная. Если кто-то начинал буянить, помогал девчонкам, выводил бунтаря на улицу. В казино работали все знакомые ребята, с некоторыми в одной школе учился…

Свое название группировка «Казино» получила от первого с Симферополе заведения подобного рода, открытого в самом начале девяностых годов в помещении шахматно-шашечного клуба на набережной реки Салгир. Это заведение стало своего рода клубом, который посещали связанные общими интересами джентльмены. Неофициальным руководителем казино был Евгений Хавич — директор ТЗК «Ай-Петри».

Среди завсегдатаев казино были многие не менее выдающиеся, хотя и более молодые лидеры криминалитета, например, помимо упомянутых уже братьев Валерия и Олега Любичей, один из учредителей «Сейлема» Александр Вишняков (Вишня), С. Мешак, С. Благодатский (Гасконец).

Группировка, выросшая из завсегдатаев, руководителей и охранников казино, контролировала игорный бизнес, торговлю наркотиками и весьма немалую часть автосервиса.

Хавича, как мы уже упоминали, связывали дружеские отношения с сейлемскими, и поэтому очень часто его группировку считали просто частью «Сейлема». Это так, но только в определенной степени.

Казиновцы не упускали случая подчеркнуть свою особость.


РОЖДАЕТСЯ СТРУКТУРА | Крым бандитский | «ЕСЛИ НАДО — УБЬЮ»