home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



1

В сущности, все дело тут было в размере пая. Капитан Дрейк купил и обставил со своей доли после плавания 1572-1573 года большой каменный дом, один из лучших в Плимуте, и купил три больших корабля. В доме все, за исключением двух комнат, было на вкус Мэри. Только к убранству своей «каюты» — личного кабинета — Фрэнсис запретил не то что прикасаться, но и в помыслах сего не иметь жене. И еще была одна, как тогда говаривали, «почетная спальня», совсем не на ее вкус. В этой великолепной, но мрачноватой комнате с узкими окнами и тяжелой мебелью все было затянуто алым бархатом. Сделано это было с явным расчетом на одного почетного гостя — точнее, гостью. Ее вкусы знали многие, а вот принимать эту худощавую даму у себя рассчитывать мог да-алеко не каждый. Дрейк рассчитывал.

Соплавателей в дом пускали охотно, но с условием: знать свое место и не претендовать на лишнее. Пировали на кухне, а столовая была для людей почище. Зато, кто умел складно рассказывать — врать или правду, все едино, — мог всегда рассчитывать на вкусный и сытный обед и деревенское пиво: миссис Фрэнсис Дрейк в этом отношении не изменилась ни на волос, перестав быть мисс Ньютон. А в остальном… Мэри огорчало, что придется приучить себя жить в кругу, ей чужом и непривычном, а у нее и манеры не те, и воспитание, и внешность. Руки доярки. Жены олдерменов будут над ней потешаться! В лучшем случае — язвить заглазно и тонко ехидничать в лицо. А в худшем перед нею — а значит, и перед ее Фрэнсисом — захлопнут двери приличных домов. И получится, что она вредит карьере мужа!

Муж застал как-то Мэри в слезах, но она отказалась объяснить, чем эти слезы вызваны. Просто извинилась, сославшись на якобы нездоровье, — и не пошла на прием к мэру города. Все потому, что в приглашении было сказано: «Приглашенные дамы должны прибыть с треном», а она не знала, что это такое — «трен». То ли это украшение какое, вроде браслета, то ли деталь платья…

И тогда Фрэнсис — нет, он все-таки удивительный человек и замечательный муж! — без малейших с ее стороны подсказок сообразил, что к чему и как выйти из этого малоприятного положения с наименьшими потерями для самолюбия Мэри, да и его самого. И как-то, дней через пять — да, точно, еще и недели не прошло со дня приема у мэра — муж сухо сказал Мэри, уставившись на огонь камина:

— Да, кстати, дорогая: с этого месяца придется уменьшить наполовину твои «деньги на иголки».

— Хорошо, Фрэнк. Но, если на секрет, чем это вызвано? Придется уплатить забытый должок? Или что другое?

— Другое. Я нанял новую домоправительницу. Миссис Холнерич с нами расстанется, а у нас будет работать миссис Олберс.

— А это кто такая? У кого она раньше работала и почему ушла с прежнего места, ты интересовался? — настороженно спросила Мэри.

— Интересовался. У герцога Кавендиша. Ушла потому, что молодая хозяйка подросла и стала соваться в хозяйство, а воображает о себе она даже для герцогини слишком много. Так вот платить мы ей будем в два раза больше, чем платили миссис Холнерич, — зато она разбирается в хороших манерах и все такое, и тебя научит. Поначалу я думал попросить об этом какую-нибудь из светских дам подобрее, но потом от этой идеи отказался. Дамы есть дамы, даже самые добрые среди них (хотя еще большой вопрос, а точно ли есть среди них добрые), а я не хочу, чтобы о тебе распускали дурацкие слухи.

— О Фрэнсис, какой ты чуткий! — вскрикнула Мэри, прижимаясь нежно к мужу…


предыдущая глава | Федька-Зуек — Пират Ее Величества | cледующая глава