home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



1

Быть приглашенным к столу местного лендлорда — хозяина всех земель в округе — высокая честь. А уж если местный лендлорд имеет звучный титул!

В замке Тейвисток, родовом гнезде герцогов Бедфордских, крупнейших помещиков Юго-Западной Англии, столовая — вытянутое в длину помещение с тремя рядами столов — главным и двумя — у стен. Ну, стены, как водится, обшиты черным дубом, на стенах — галерея фамильных портретов. Мрачновато.

Но дуб не с самого начала был черным. При Генрихе Восьмом столовую обшили свежим, зеленоватым дубом. Витражи были непотускневшими, зеркала в простенках — тоже. Галерея фамильных портретов была вдвое короче. Но столы — самый длинный на семьдесят семь персон — стояли так же.

Столы при стенах были назначены: один для приближенных челядинцев, один — для приглашенных низкого звания, самый большой — для вассалов и соседей-помещиков. Наконец, в конце зала, дальнем от кухни, пол на одну ступеньку был повыше, чем в остальной части. На возвышении стоял стол на двадцать персон, для хозяина и его семьи. Наконец, для музыкантов были сделаны хоры, как в соборе.

Фрэнсис Дрейк был сыном небогатого арендатора, одним из тысяч.

А, ну понятно, — скажете вы. Сто раз читали, как это: «Трудное, полуголодное детство; горечь при виде того, как богатые и знатные, никаких заслуг, кроме происхождения, не имеющие, получают все и сразу — а его отец дни напролет трудится за медные гроши… Эти, типичные для позднего феодализма, жизненные условия, с одной стороны, рано пробудили в любознательно мальчике классовое чутье, ненависть к богатеям и понимание своего единства с угнетенными».

Да нет. Все было вовсе не так. А как тогда? А вот как.

Начнем с того, что отец Фрэнсиса, Эдмунд Дрейк, бедным фермером не был, при всем своем малоземелье. Богатым — тоже. Он вообще фермером не был. Хотя и унаследовал от отца арендные права на фермочку — пожалуй, вернее было б сказать: приусадебный участок, — в Краундейле, что под Тейвистоком. Так что дом под соломенной бурой крышей стал «родовым гнездом» Фрэнсиса.

Кстати, сын бедного арендатора, каких у лорда Джона Рассела были даже не десятки, а тысячи, почему-то стал крестником могущественного лендлорда. А? Что-то не вписывается в схему? Ну да, никак не вписывается. А сюда надо добавить еще и то, что Джон Рассел, маркиз Тейвисток, почитал за честь для себя принимать в своем доме «бедного арендатора», и сажать его при этом за свой стол — тот, что на возвышении. Не за тот, что для челяди, не за тот, что для приглашенных низкого звания, и даже не за стол для соседей-помещиков, — а за свой выщербленный старый стол, за которым случалось сиживать и королю Генриху Восьмому, и великому мятежнику, герцогу Нортумберлендскому, и иным знатнейшим людям…

Да почему? Чего ради одному из многоголового стада арендаторов, вовсе не знатному, — такая честь?


Глава 5 ДЕВОНШИРСКИЙ ПРЕЦИЗИОНИСТ, ИЛИ В НАЧАЛЕ БЫЛО ДЕЛО | Федька-Зуек — Пират Ее Величества | cледующая глава