home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


ПРЕДСКАЗАНИЯ

— Ясно, как Божий день, — говорил Путилин, — что убийца ушел через окно. А мы, Анатолий Федорович, в него войдем. Эй, Антип! На тебе 20 копеек, поезжай скорее на Литейный, против магазина Елисеевых, судебного эксперта Нестерова привезешь. Скажи: срочно!

…Келья Иллариона состояла из двух комнат — спальни и молельни. В последней и было совершено убийство. Монах лежал возле окна в громадной луже застывшей черной крови, натекшей из множества ножевых ран. Путилин насчитал их более пятнадцати — на спине, руках, груди. Глубокий порез был даже на лице. Некогда длинная, курчавящаяся борода была почти полностью вырвана. Ее клочки валялись на полу.

На столе стоял старинный дорожный самовар восьмиугольной формы, и рядом один стакан С недопитым чаем. Зато стульев было два, и они были придвинуты к столу. Путилин вслух прочитал надпись на задней стенке самовара:

— «Тула. Назар Лисицин». Устойчивый самоварчик!

— Покойный любил устойчивость, — согласился Кони. — Ведь он долгие годы плавал на Балтике. Дослужился до чина помощника капитана фрегата «Пересвет». Затем в его душе произошел перелом, он принял монашеский сан и уже ходил на мониторе «Чародейка» — в качестве судового священника.

— Однако! — Путилин с уважением посмотрел на прокурора. — Вы уже успели собрать сведения об убитом. Восторгаюсь вашей расторопностью. Убийца, чтобы оттянуть время обнаружения трупа, связал веревкой ручки дверей — спальни и выходящей в коридор. Крепкий узел сделал!

— Покойный, вижу, очень любил хороший чай! Посмотрите, Иван Дмитриевич, шкафчик набит разного сорта коробочками. Да и на полу возле трупа валяется фунтовая пачка китайского бандерольного…

Путилин наклонился, прочитал:

— «Байховый, номер 11». Редкий и дорогой сорт! Думаю, что именно с этой пачкой убийца явился к своей жертве. Дело было к вечеру, но монах свечу еще не зажигал. Илларион поднялся из-за стола, подошел к свету, шедшему из окна, разорвал бандероль и… получил удар ножом в спину. Вот видите, Анатолий Федорович, в лопатку пришелся…

— Ан, нет! — живо возразил прокурор. — Я не согласен, что монах еще свечу не зажигал. Свеча как раз выгорела дотла, а в чашечку подсвечника почти сверхом налилось крови. Раненый монах держал свечу…

— Ну, конечно же! — язвительно проговорил Путилин. — Он освещал комод, в котором убийца искал деньги своей жертвы. И перейдя на серьезный тон, произнес: видите, преступник все перевернул, дошел до газеты, которой дно застелено, и не приподнял ее. А там и были ценные бумаги на большую сумму.

— Судя по отзывам, отец Илларион был зажиточным человеком. Служа на боевом судне, он получал жалованье золотом. Где оно?

— Ясно — где! Унес убийца. Медику придется проводить вскрытие. Только по состоянию пищи в желудке он установит, сколько суток прошло с момента преступления.

— А по трупным пятнам?

— Убитый потерял слишком много крови и трупные пятна весьма не выражены. — Путилин прошелся по келье, внимательно оглянулся, и, усмехнувшись, произнес: — Час убийства я назвал — вечер, на закате солнца. И произошло оно не далее третьего дня.

— Откуда такая осведомленность? — удивился прокурор.

— Это еще не все! — продолжал Путилин, чуть улыбнувшись. Ему явно нравилось озадачивать этого симпатичного молодого чиновника с университетским образованием, от которого, впрочем, для сыскного дела нет никакого толка. — Убийца — человек высокого роста. Служил на море. Со своей жертвой был знаком еще прежде, но их отношения были неприязненными. Во всяком случае, Илларион не был рад визитеру. У преступника сильный порез на правой руке.

— Вы меня мистифицируете, Иван Дмитриевич! — отмахнулся прокурор. — Ничего подобного вы знать точно не можете.

В это время появился судебный эксперт Нестеров. Он приступил к делу.

…Пройдут годы. А. Ф. Кони будет вспоминать: «Покуда в соборе пели чудные слова заупокойных молитв, в двух шагах от него, в освещенной зимним солнцем келье, происходило вскрытие трупа несчастного… Состояние пищи в желудке дало возможность определить, что покойный был убит два дня назад вечером».

— Ваши предсказания начинают сбываться! — воскликнул прокурор, обращаясь к Путилину. — Невероятно!

В ответ сыщик лишь хмыкнул.


КРОВАВЫЙ СЛЕД | Блуд на крови. Книга первая | О ПРИСТРАСТИЯХ К ЧАЮ







Loading...