home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ГЛАВА 10

Глядя на медленно приближающегося бандита, Карела чувствовала странное отупение и растерянность. Кажется, ей только что велели продержаться. Но ради чего? Надеяться, что проходящий караван отвлечет разбойников? Но план Ордо показался Кареле надуманным. А если караванщикам взбредет в голову повернуть на развилке совсем в другую сторону? Продержаться… Легко сказать.

Таниус подошел совсем близко и с нехорошей сальной усмешечкой протянул ей ножны эфесом вперед.

Да, Ордо, конечно, молодец. Горазд советы давать. Продержаться… Надо было бы поинтересоваться у чернобородого, как он себе все это представлял, когда отдавал свое распоряжение и отходил в сторону. Интересно, как это Карела продержится против такой огромной лоснящейся от пота обезьяны? Если бы дело шло о битве насмерть, тут и разговоров никаких быть не могло бы, и никаких особых надежд на свою ловкость, и хитрость возлагать не приходилось бы. Карела прекрасно знала свои возможности. Если такой противник, как Таниус, задастся целью убить девушку, надолго умений Карелы не хватит, это точно.

Но в том-то все и дело, что, как поняла Карела, убивать ее Таниус не будет. Он хочет всего лишь позабавиться, погонять обнаженную женщину по кругу на потеху себе и своим людям.

Стоит ли доставлять им это удовольствие? Держаться изо всех сил ради того, чтобы пьяная толпа получила вожделенное зрелище? А после всех усилий еще и оказаться в его грязных лапах? Ну уж нет. Чем потешать разбойников, лучше прекратить это все сразу и навсегда.

И сделать это можно только одним способом: опередить и нанести удар при первой же возможности, когда этого меньше всего от нее ждут.

Поэтому, когда эфес сабли Деркэто коснулся ее груди, Карела криво усмехнулась, глядя прямо в глаза Таниусу, а затем медленно потянула саблю из ножен.

Едва кончик клинка вышел из ножен, Карела, даже не шевельнув рукой и не делая никакого замаха, сделала быстрый четкий выпад. Всего лишь резкий стремительный шаг вперед, направляя саблю в мускулистый живот Таниуса.

Она почувствовала, как упругое сильное тело всего лишь на мгновение задержало движение клинка. Сабля пронзила Таниуса, так быстро и мягко взрезая кожу и рассекая внутренности, что он сам этого поначалу не ощутил и продолжал плотоядно улыбаться.

Но те, что стояли вокруг и с восторгом предвкушали развлечение, увидев, как из спины их предводителя вышел окровавленный клинок, сначала затихли, а потом завопили на разные голоса.

Ощутив в теле смертоносную сталь и ее огонь, Таниус побледнел и ручищами, в которых голова Карелы могла спрятаться целиком, крепко стиснул плечи девушки, словно пытаясь оттолкнуть ее прочь, не понимая, что все его усилия уже тщетны. Она вскрикнула от боли и с трудом повернула эфес, проворачивая клинок внутри тела. Руки Таниуса разжались, хотя и не сразу. Он вдруг захрипел, открыл рот, из горла его хлынула кровь.

Вытащить клинок из тела Таниуса оказалось куда труднее, чем поразить человека, стоящего совсем близко и не ожидавшего от женщины такого выпада. Но Карела знала, что медлить нельзя, потому что убийство атамана даром ей не пройдет. Напрягшись и даже уперевшись ногой в живот уже падающего в пыль Таниуса, Карела вытащила саблю из мертвого тела. Рослый мощный разбойник рухнул ей под ноги. Кровь напоследок выплеснулась из его рта на утоптанную землю и больше не вытекала.

– Так будет с каждым, кто приблизится ко мне ближе, чем на длину моего клинка! – выкрикнула Карела, отходя на пару шагов от тела.

Наверняка, никто из бандитов даже не допускал мысли, что их предводителя зарезать так же легко, как курицу на дворе трактира. И уж конечно они не ждали, что красавица, пойманная в степи, не побоится начать по-настоящему смертельную игру с сильным мужчиной, и не только не побоится начать, но и завершит эту игру стремительно и блестяще.

– О, боги! – раздался какой-то неживой голос Моранаса. – Эта мерзавка убила моего брата!

Карела быстро перевела взгляд на Моранаса. Вот и второй ее противник. Лицо разбойника было перекошено, и хоть руки его дрожали, его стоило принять всерьез. Даже некоторая оторопь, о которой свидетельствовала эта дрожь, не помешает ему хорошенько проучить Карелу.

Кривоносый смуглый Жузе, как тень следующий за своим приятелем, тоже схватился за оружие.

Двое сразу? Это более чем серьезно. Но отказаться от этого сражения никак не получится. Карела перехватила саблю в левую руку, провела правой влажной ладонью по бедру, встряхнула рукой, сбрасывая напряжение, и снова удобно и ловко перехватила свое верное оружие. Сегодня сабле Деркэто предстояло уже третье испытание. Для одного вечера это было многовато, и Кареле очень хотелось сделать это третье испытание последним. Разумеется, последним только на сегодня.

Моранас и Жузе двинулись вперед. Сделав несколько шагов, они слегка разошлись и начали обходить Карелу с двух сторон. Пока один из них не оказался у нее за спиной, девушка постаралась отбежать как можно дальше от Таниуса, чтобы труп не путался под ногами.

Оба разбойника бросились на нее одновременно. Отскочив в сторону, Карела все-таки заставила их столкнуться лицом к лицу друг с другом. А потом только они повернулись к девушке. Теперь оба бандита были прямо перед ней. Клинки у обоих оказались довольно тяжелыми. Жузе угрожающе вертел над головой каким-то длинным палашом, а Моранас выставил вперед довольно грозный меч. Меч показался Кареле очень знакомым. И не зря. Это был меч благородного Эльриса, и ничто иное. Моранас все-таки нашел чем поживиться у кострища, у которого грелся зарезанный Карелой офирец.

Все это промелькнуло в голове Карелы и забылось сразу же. Только засела в голове одна крайне назойливая мысль: если все же хочешь выжить сегодня, столкновения с клинками Моранаса и Жузе стоит избегать как можно дольше. Вышибить ее сабельку могут запросто. Но Карела не была бы Рыжим Ястребом, если бы два грозных бандита могли запугать ее окончательно. Даже напугав Рыжего Ястреба, заставить его прекратить борьбу невозможно.

Уворачиваясь от свистящих клинков двух громил, Карела металась по отведенной ей площадке, подпрыгивая, приседая, то пряча голову в плечи, то бросаясь вперед. Попытки разбойников зажать ее в кольцо были безуспешны, и это не могло их не разозлить. Несколько раз запнувшись о труп Таниуса и задев пару раз друг друга плечами, бандиты совершенно разъярились. Что и говорить, Карела, в другой обстановке моментально вспыхивающая от неосторожного слова, в сражении умела быть хладнокровной и спокойной, чем заводила своих противников.

Первым ошибся Жузе. Пытаясь достать Карелу очередным ударом, он решил, что предугадал следующее движение девушки. Но она рванулась совсем в другую сторону, и Жузе, не желая сдерживать удар, попытался изменить положение и, неловко повернувшись, упал на одно колено. И Карела, отпрыгивая от офирского меча Моранаса, по пути рубанула Жузе поперек груди. Она не стала вглядываться в результат, но готова была поклясться, что Жузе если и не убит, то опасности для нее больше не представляет. Оставался разъяренный Моранас.

Молодой злобный разбойник оказался довольно опасным и настырным. Дело ясное, никаких теплых чувств к лысоватому самодуру он не испытывал, но он конечно же мнил себя наследником безграничной власти своего брата. Если не Моранас приструнит мерзавку, то кто же? Если он, как и Таниус, собирался держать своих бандитов в страхе, нужно было соответствовать тому положению, на которое Моранас претендовал. И первое, что надо было ему сделать: безотлагательно предпринять хоть что-нибудь, чтобы рыжеволосая женщина нашла свою смерть здесь и немедленно.

Мужчина, решивший убить женщину, убьет непременно, но… только если женщина ему это позволит!

И Карела поняла, что иного выхода у нее нет, кроме как перейти от защиты к нападению. Собравшись, девушка удвоила скорость своих стремительных уверток и выпадов, то с одной, то с другой стороны нанося легкие удары. Ощутив, что Моранасу уже не так легко поспевать за ее летящими движениями, Карела выбрала совсем неуловимый миг, когда Моранас сбился с ритма и совсем немного открылся… Клинок Деркэто впился ему в шею у самого основания, прямо над ключицами. О, этот клинок был поистине настоящим хищником! Он знал, где у врагов самые лакомые кусочки, и откуда следует откусить, чтобы ужасные раны и поток крови повергли вольных или невольных зрителей в трепет.

Еще живые глаза Моранаса выпучились от боли и ненависти, но его голова, уже наполовину отделенная от тела, отвалилась на плечо. Карела отпрыгнула в сторону, не желая, чтобы хлынувшая широкой струей кровь пролилась ей на ноги.

Остановившись посреди круга, в середине которого лежали жертвы клинка Деркэто, Карела сжала эфес двумя руками и медленно повернулась кругом, разглядывая разбойников: не желает ли кто-то еще вступить с ней в бой.

Лица столпившихся вокруг бандитов не выражали никаких четких желаний. Время шло, а на лицах просматривалось только безграничное удивление и замешательство. На всех лицах абсолютно. Даже чернобородый Ордо, стоящий совсем рядом и стиснувший рукоятку своего меча, раскрыв рот, смотрел то на Карелу, то на тела в пыли, и вид у него был самый что ни на есть ошарашенный.

Желающие один на один выйти на битву с женщиной как-то не спешили о себе заявлять. Идея поединка с рыжеволосой девчонкой не казалась им больше хорошим развлечением.

Карела утерла локтем пот со лба, откинула назад пряди волос и снова крепко ухватила свою саблю.

– Ну же, грязные подонки, кто следующий? – произнесла она в тишине.

А тишина была поистине мертвой. Казалось, что мертвы не только предводитель и его ближайшие приспешники, но и вся шайка, лишившаяся враз всей своей верхушки, совершенно помертвела. Или уж по крайней мере потеряла дар речи. В зловещей тишине было слышно только потрескивание костров.

Таниус, проткнутый насквозь, как цыпленок вертелом, был уже мертв. Моранас, отсеченная голова которого едва держалась на клочке кожи, залил своей кровью все вокруг. У ног Карелы еще судорожно дергал ногами Жузе, но ни у кого пока не возникало желания оказать ему помощь. Он был обречен уже потому, что рядом с ним в настороженной грозной позе стояла необыкновенно красивая и совершенно безжалостная к своим врагам женщина.

Расставив ноги и откинув за спину пряди волос, Карела грозно стояла с саблей на изготовку и молча ждала. Долго разбойники в оцепенении не пробудут, это было ясно.

И они зашевелились. Сначала только некоторые, самые решительные, потянули оружие из ножен.

«Сейчас они все кинутся на меня, – поняла Карела. – И от меня совсем ничего не останется. Что ж, так все же лучше, чем переходить из одних потных лап в другие…»

Вряд ли все эти пьяные негодяи были нежно привязаны к своему беловолосому предводителю. И если они сейчас, глухо ворча, медленно приближались к Кареле со всех сторон, то вовсе не из желания немедленно отомстить за смерть Таниуса и его прихвостней. Карела была готова поклясться, что гонит их на расправу задетое мужское самолюбие, и только. Как же это, какая-то пигалица так стремительно порубала трех самых сильных и наглых мужчин из их шайки, что никто и глазом моргнуть не успел! Разве такое бывает?

Кольцо смыкалось. Перекошенные тупой яростью лица замелькали, сливаясь для Карелы в одно пестрое кольцо. Сейчас все будет кончено…

– Эй, эй, вы что, с ума посходили?! – загремел над ее головой густой голос Ордо.

Чернобородый бандит с блестящими серьгами выскочил на середину круга прежде, чем хоть один из клинков коснулся тела Карелы. Один Ордо не мог заслонить девушку от разбойников, надвигающихся со всех сторон, но вид у него был довольно решительный.

– А ну, назад! Головы на плечах у вас есть? – мощные руки Ордо взвились вверх. – Что вас разбирает, придурки? Из ума выжили? Тогда в ваши головы надо вбить немного ума, но не вынуждайте меня обнажать меч и учить вас!

Люди остановились. На их лицах ярость мешалась с недоумением.

– Что ты защищаешь эту суку, Ордо?! – взвизгнул кто-то сбоку. – Голову ей снести, да на кол!

– Таниус заплатил за собственную дурость, и эти двое были немногим его умнее! – выкрикнул Ордо и, видя, что многие не оставили желание убить девушку, все же схватился за меч. – Вы что, хотите последовать за ними?

Его меч зазвенел о чей-то клинок, и раздался тот же молодой визгливый голос:

– Уж не ты ли отправишь нас вслед за ними? Не лезь, парень, не в свое дело! Или ты думаешь, Ордо, что мы побоимся справиться с этой рыжей бестией?

– Да послушайте же вы меня! – зычно громыхнул Ордо.

Разбойники остановились. Чернобородый оглядел всех и нарочито лихо спрятал свой меч обратно в ножны, желая показать, что он не желает ссориться с товарищами.

– Стоит ли с ней справляться? – Ордо шагнул и встал вплотную к Кареле. – Или Таниус был вашим любезным дружком? Лучше подумайте о том, что мы потеряли троих не самых худших бойцов, хоть они и были болванами, да упокоит Митра их души. Но мы лишились троих, так зачем же убивать эту женщину, которая хотя бы одного из них, но может заменить?!

– Ну, троих не заменит даже эта шустрая стервочка, – угрюмо возразил кто-то, и Ордо кивнул:

– Еще бы, ведь она всего лишь девчонка. Но в нашем деле каждая лишняя сабля может пригодиться, а эта женщина показала вам, как нужно владеть оружием. Разве не так?

Бандиты недоверчиво загудели.

– И неужели мы будем терять такого бойца? – продолжал вопрошать Ордо. – Да и потом, не надоело ли вам подбирать объедки после Таниуса? Пусть эта женщина сама выберет из нас того, кого захочет, и останется с нами. Разве же это будет не справедливо?

Уж не считает ли этот бородатый кусок мяса, что именно его Карела выберет в благодарность? Девушка вскинула голову и покосилась на чернобородого:

– Что ты несешь, мерзавец? Чтобы я с вами?..

– Молчи, рыжая! – угрожающе прошипел Ордо и взмахнул рукой: – Ну что, вы уяснили себе, что я вам толкую? Или, если хотите, можете испытать ее еще раз. Ну?! Кто первый?

Разбойники заворчали. Многие с лязгом заталкивали оружие в ножны. Карела кожей чувствовала напряжение, исходящее от Ордо. Бандит защищал ее, это было совершенно очевидно. Неужели он стал бы биться со своими же товарищами, если бы они не послушали его? Похоже, что он был к этому готов.

Постепенно плотный круг бандитов рассосался. Карела стояла и смотрела, как люди расходятся обратно к кострам, приглушенно переговариваясь и переругиваясь друг с другом.

– Кажется, время мы выиграли, – пробормотал Ордо. Карела подошла к трупу Таниуса и выдернула из его левого кулака свои ножны.

– Пойдем-ка со мной, – Ордо подошел и взял Карелу за локоть.

Она резко вырвалась:

– Только попробуй тронь меня своими грязными лапами, и я срублю тебе башку!

– Да нужна ты мне… – удивленно протянул Ордо. Его лицо стало немного разочарованным. Но он вздохнул и нахмурился: – Так и будешь ходить голышом?

– А что? – Карела с вызовом прищурилась.

– Ничего. Но не стоит дразнить ребят. Женщины нам попадаются частенько, да и на постоялых дворах мы бываем, но, глядя на тебя, не каждый согласится долго ждать, пока ты соблаговолишь его выбрать. Будешь долго выставлять груди напоказ, кое-кто может и не сдержаться, как считаешь? – ехидно спросил Ордо. Можно было бы и рассердиться. Но не признать правоту Ордо было бы смешно.

– Ну так дай мне что-нибудь! – раздраженно отозвалась Карела капризным тоном.

– Ну так иди за мной, рыжая! – оскалился Ордо. – А то и вести себя не даешь, и сама с места не трогаешься! Что, не веришь до сих пор, что пока жива?!

Карела взмахнула своей саблей и ударила наугад, но ее оружие зазвенело о сталь меча Ордо. Бородач тоже оказался весьма проворным, и когда только он успел отразить ее выпад?

– Ну ладно, ладно тебе, – примирительно сказал он. – Иди за мной, я сейчас кое-что найду.

Чернобородый отвел ее к крайнему костру и принялся рыться в каком-то мешке.

– Помер вчера дружок мой, – произнес Ордо с ноткой искреннего сожаления. – Стащил у Жузе жемчужное ожерелье, дурак, да спьяну стал хвалиться перед ребятами. Ну, Жузе его и проткнул, не глядя. Это у нас обычное дело. Тянут добро из чужих мешков, а потом глотки друг у друга режут… Два дня помучался Фархан, да и помер. Роста он был неказистого… Так тебе в самый раз его тряпки придутся.

С содроганием приняла Карела темно-синюю рубаху с таким широченным воротом, что девушка вся целиком могла в него пролезть. Рубаха была мало того, что длинная и широкая, так она еще и задубела от давно засохшего пота. То, что должно было, видимо, быть штанами, выглядело не лучше, а пожалуй даже и хуже. Подвязать штаны пришлось сначала веревкой, а потом уже подпоясаться. В довершение всего Ордо поставил перед Карелой седые от пыли и грязи сапоги с такими просторными голенищами, что ходить в них было совершенно невозможно: с каждым шагом они сваливались с ноги.

– Твой друг слоном не был ли, случаем? – проворчала Карела, болтая в сапоге ногой.

– Не нравится? – уточнил Ордо, с улыбкой косясь на нее.

– А тебе понравилось бы? – огрызнулась девушка. – Какое убожество!

– Знаешь, рыжая, если хочешь одеться получше, прежде придется хорошенько помахать сабелькой, – назидательно сказал Ордо. – Ты ведь в этом мастерица. Что добудешь, то и твое. А то можно устроиться проще и умнее: стать верной подругой удалому молодцу, который захочет сам добыть тебе богатую одежду да жемчужное ожерелье, а взамен ничего не попросит, только улыбку да горячие ласки.

– Сдается мне, ты на себя намекаешь, Ордо? – Карела снова начала сердиться. Слова бандита ей не нравились.

– А хоть бы и на себя! – чернобородый приосанился и повел плечами. – Со мной не пропадешь, рыжая. Я их смогу на место поставить. И ты на всех будешь королевой смотреть.

– Чтобы смотреть королевой, ты, разбойник, мне совсем ни к чему. А на место поставить я и сама могу, – проворчала девушка и кивнула туда, где по-прежнему валялись три трупа. Она уже застегивала на талии пояс с ножнами. Положив ладошку на эфес, она язвительно уточнила: – Так ты поэтому и бросился на них, что уже решил, будто бы я охотно пойду под твое покровительство?

– Ну не то чтобы решил, – промямлил Ордо, поглядывая на маленькую кривую саблю Карелы. – Но сначала надеялся. Хороша ты, рыжая, что и говорить. Да к тому же ты отчаянно храбрая и, по-видимому, умна. Другая на твоем месте поняла бы, что для нее выгодней. Старый Ордо не обидит, оденет и накормит…

– Тогда ты не там ищешь себе подругу, разбойник! Ты и теперь надеешься?

– Да что я, осел, что ли? – возмутился Ордо. – Мне уже немало лет, и я могу отличить львицу от козочки! Я не хочу, чтобы мне невзначай отхватили что-нибудь под горячую руку… Как звать-то тебя, рыжая?

– Карела, – машинально ответила она, но тут же спохватилась и добавила. – Карела Рыжий Ястреб!

Сказано это было таким гордым и яростным тоном, что Ордо вздрогнул и кивнул:

– Во-во, я и имел в виду, что отличу ястреба от голубки.

Разбойники вокруг зашумели, повскакивали. Два всадника на полном скаку ворвались в самую гущу. Карела узнала узколицего бандита в полосатом халате и его кривоногого напарника.

– Таниус! – завопил узколицый. – Эй, Таниус!

Не услышав ответа, узколиций спешился и побежал к кострам.

– Где Таниус?! – крикнул он, обращаясь ко всем сразу.

– Да вон он, в пыли отдыхает, – равнодушно ответил ему кто-то.

Разбойник явно не понял шутки, метнулся туда, куда ему указали, и, вглядевшись, замер. Осмотрев и тронув ногой каждый труп, он побежал обратно, туда, где уже толпилась вся шайка, взбудораженная его таким шумным появлением.

Напряженно вглядываясь в лица людей, прискакавший разбойник явно выискивал кого-то, кому он теперь, в отсутствие предводителя, мог сделать донесение. Наконец он увидел идущих Ордо и Карелу и бросился к ним.

– Ордо, какого черта здесь произошло?! – завопил бандит.

– Ты опоздал, приятель, – хмыкнул Ордо. – То, что здесь произошло, повторять не будем.

– Да на кой мне повторять?! – возмутился узколицый. – Там караван идет!

– Да ты спятил? – сказал кто-то из толпы, лениво зевая. – Ночью? Ночью все караваны сидят по постоялым дворам и носа не кажут.

Ордо тоже скептически хмыкнул в ответ на слова дозорного, но Кареле почему-то показалось, что удивление Ордо несколько ненатуральное. В тот же момент Ордо, не дав возможности узколицему возразить, расхохотался и объявил:

– Да, ребята! Мы, наконец, дождались настоящего дела. Там и вправду караван! Я сам видел его в степи. Кто-то решил нас надуть!

Разбойники восторженно загудели.

– Какие-то болваны решили идти на ночь глядя, посчитав, видимо, что мы с вами храпим у костров! – Ордо резко выбросил вверх сжатый кулак. – Но это у них не пройдет!

Ордо протяжно свистнул, и его оседланный конь тут же резво подбежал к нему. Следом за ним прискакала какая-то старая кобыла. Ордо повернулся к Кареле:

– Эй, Рыжий Ястреб, садись-ка на лошадь Фархана, она хоть и старая, как сам мой покойный приятель, но еще свезет седока… По коням, ребята, тряхнем этих зажравшихся купчишек!

Гиканье и свисты заполнили балку. Разбойники, кто быстрее, кто еле-еле двигаясь по причине недавнего обильного возлияния, повлезали в седла.

Понимая, что ради спасения собственной шкуры ей придется осуществлять план Ордо и идти со всеми на караван, Карела запрыгнула в седло. Ордо тоже ловко и быстро вскочил на своего жеребца. Взглянув на Карелу, он спокойно сказал:

– Не судьба мне добывать для тебя ожерелья, рыжая. Не на ту я напал. Ну да ладно. Ты вот что… Лошадь особо не погоняй. Когда тебя все обгонят, разворачивайся и чеши в степь так быстро, как сможешь. И прощай, Карела…

Он резко поднял коня на дыбы и развернулся.

– Эй, Абериус, ты близко подходил к каравану? – крикнул Ордо узколицему.

– Довольно близко. Кажется, знакомец это наш старый, Ардарус, тот самый вонючий хвост Нергала, который три месяца назад ушел от нас под Аренджуном и оставил нам только с полсотни больных невольников.

– Что ж, посчитаемся! – весело вскрикнул Ордо и взмахнул рукой. – Джио, Томба, Лускун, да вы двое. Пойдете со мной дозором! Нагоним караван и зайдем к ним спереди. Остальные с тыла, как обычно!

– Стой, Ордо! – Карела выкрикнула это и в нерешительности замолчала. Предупредить Ордо об опасности – это был первый ее порыв. Все, о чем она успела перемолвиться с этим хитрым бандитом, говорило за то, что он не желает ей зла. Хотя неизвестно еще, как внезапно могут измениться планы Ордо, в том числе и на счет нее самой, сейчас ей искренна хотелось помочь Ордо так же, как он помог ей.

– Что ты хотела сказать, Карела Рыжий Ястреб? – усмехнулся Ордо. – Говори, мы слушаем.

– Если ты собираешься останавливать караван дозором из шестерых человек, но это может стоить вам всем жизни! – четко проговорила Карела. – Этот караван нельзя брать так, как вы обычно делали.

Ордо удивленно захлопал глазами.

– По-моему, – сказал за спиной Карелы визгливый голос, тот самый, что раньше призывал к расправе. – По-моему, эта красотка болтает своим язычком еще шустрее, чем сабелькой! А это уже лишнее, мы оставили ей жизнь не для того, чтобы она мешалась в мужские дела!

– Я просто быстрее шевелю мозгами, осел! – огрызнулась Карела, резко оборачиваясь на голос. Глядя прямо в чьи-то зеленые глаза, она добавила: – Клянусь Деркэто, тебе лучше послушаться меня, если хочешь вернуться к этим кострам на ночлег, а не собирать по степи свои косточки!

– Почему, Карела, ты считаешь, что шестерых дозорных маловато? Мы всегда так делали. Караван останавливается, и люди в панике устремляются назад. Пользуясь замешательством, мы давим их, вот и все, – сказал Ордо, недовольно хмурясь.

– Да что ты уговариваешь ее, Ордо? – возмутился зеленоглазый разбойник. – Эта крошка дождется, что наше терпение снова лопнет. Веди нас, Ордо, и поменьше слушай, что болтает женский язык!

– Стой, Ордо! – снова воскликнула Карела, видя, что чернобородый готов сорваться с места. – Этот караван охраняется отрядом Домарана. Это тебе что-нибудь говорит?

– Да как же не говорит? – пробормотал Ордо. – Известный человек. Уважаемый. Личный враг доброй половины лихих людей на всех караванных дорогах от Турана до Аргоса. Но Домаран много берет, а Ардарус – скряга. Сомневаюсь я, чтобы они сторговались при найме.

– Даже скряги иногда умнеют! Так последуй и ты их примеру, Ордо! – настойчиво сказала Карела. – Домаран поставил в голову каравана усиленную часть своего отряда, и не бежать в панике они будут, а прорываться вперед с боем. Твой дозор сомнут, Ордо, и ты лишишься не только добычи, но и головы, клянусь Деркэто!

– Выдумщица! С чего ты это все взяла? – пожал плечами Ордо.

– Знаю, с того и взяла! – сказала Карела. – Бери и ты половину людей. Только ту половину, которая прочно держится в седле, а я с остальными зайду с тыла.

– Прыткая ты, Рыжий Ястреб, – засмеялся Ордо. – Но не будет такой человек, как Домаран, выдумывать разные там штучки. Он просто хороший солдат, но сколько мы с ним ни сталкивались, он всегда делает одно и то же.

– Именно так он думает и о вас, и знает вашу тактику, как свои пять пальцев! – Карела даже руками всплеснула. – Почему ты не хочешь слушать хорошего совета, Ордо? Тебе не кажется, что нам стоит сегодня разочаровать Домарана?

– Да брось ты, женщина, выдумывать разные сказки, – отмахнулся Ордо и, понизив голос, добавил: – Лучше сделай, как я тебе велел. Спасай свой хорошенький зад и больше не попадайся разбойникам.

Он оглядел шайку и скомандовал:

– Дозор, давай за мной!

Шестеро всадников устремились вперед и довольно быстро растаяли в темноте.

– Нам придется атаковать не с тыла, а с боку каравана, так, чтобы мы могли в случае чего помочь этому безмозглому упрямцу и его людям! – решительно сказала Карела, оглядывая оставшихся.

– Когти Нергала тебе в глотку, – фыркнул один из бандитов – Ты что это раскомандовалась здесь?

– А то, что слушайте, когда вам дело говорят! – вскипела Карела и стремительно вынула саблю из ножен. – Я что-то не вижу здесь второго человека, знающего, что делать! Нечего там в хвосте каравана брать! Там одни невольники, которые и так никуда не денутся, потому что Ардарус заморил их до полусмерти! Запомните, что Рыжий Ястреб говорит только тогда, когда знает! Если уж я говорю, значит слушайте! А ну, за мной, а не то упустим момент, и тогда, клянусь Деркэто, гиены поутру вами позавтракают!

Она вырвалась вперед и помчалась через гребень холма к степной дороге. Разбойники немного помедлили, но догнали ее уже на вершине холма. Довольно широкой цепью десятка два вооруженных всадников пересекли освещенную полной луной равнину и с пологого склона холма обрушились на растянувшийся по дороге караван, в голове которого уже вовсю рубился Ордо со своими людьми. Оттуда слышались крики и звон оружия.

– Быстрее, быстрее, олухи! – закричала Карела, с лета врезаясь в караван и принимая на себя первый удар сабли ближайшего к ней охранника.

Она не успела даже толком сообразить, что она такое делает. Только звон металла стоял в ушах. Перед глазами мелькали то чьи-то налитые кровью глаза, то сверкающий клинок чужого оружия. Карела, словно заведенная, отражала удар за ударом, вертелась во все стороны, дергая левой рукой поводья старой лошаденки, а правой без устали поднимала и опускала верную саблю Деркэто.

Передышки не было. Охранники из отряда Домарана оказались подготовлены ничуть не хуже, чем солдаты старого Клоруса, отца Карелы. Тот по сто потов спускал со своих подчиненных. И Домаран, вероятно, в перерывах между караванными переходами занимался со своими людьми тем же, поэтому отряд его оказался на высоте.

Когда вдруг вокруг Карелы оказались только трупы, и она едва вывела лошадь на чистое место, вырвавшийся из общего месива мужчина на белой лошади устремился к ней, взмахивая мечом. Он был в шлеме и кольчуге, но Карела разглядела, что то множество ударов разбойничьих клинков, которое уже выпало принять стражнику, прямо-таки разлохматило легкую кольчугу. Тем не менее, если стражник и был ранен, то не тяжело, потому что на Карелу он налетел стремительно, как коршун.

Не давая скучать своей легкой сабельке, Карела принялась уворачиваться, отшатываясь в разные стороны и только иногда подставляла свой клинок, чтобы отразить скользящий удар. Мужчина сражался не просто умело, а великолепно. Но вот Карела повернула лошадь так, что на лицо девушки упал лунный свет. И противник вдруг дрогнул и отшатнулся. Он не испугался, нет. Он всего лишь удивился.

– О боги! Женщина! – услышала Карела его сдавленный вскрик.

– Легче тебе от этого не будет! – буркнула Карела, резко наклоняясь и пронзая мужчину точно так же, как совсем недавно проделала это с Таниусом.

Изрубленная кольчуга не спасла стражника. Выронив оружие, мужчина стал заваливаться набок и сам соскользнул с клинка под ноги лошади. Он упал вверх лицом, и Карела узнала его. Это был Домаран.

Что тут можно сказать? Случайность, чистая случайность. Дерзкой самоуверенной девчонке просто повезло, что куда более опытный боец позволил себе удивиться и поплатился за это. Что и говорить, везет частенько не тем, кто того заслуживает. Карела в этот день славно поморочила головы и людям, и тем, кто с небес зорко за ними следит, и непонятно было, чем она заслужила свою удачу.

День-то давно закончился, но ночная битва на караванной дороге была в разгаре. Поэтому Карела, окинув взглядом пестрое месиво, снова бросилась в самую гущу событий.


* * * | Карела Рыжий Ястреб | * * *