home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Рабы ли мы?

Позвольте, читатель, предложить вам на десерт такую историю. В пору моего студенчества мы пели под гитару старинные романсы. Говорю о конце сороковых годов. Еще не было отечественных бардов, даже термина такого мы не знали, гитаристы именовались властями бесполой «авторской песней». И вот попадает к нам романс мелодичный, мягкий и с чувственным набором замечательных слов, иначе говоря, с содержанием. К стыду своему (не я этот романс пел, а давний мой друг, но его уже нет с нами), сохранился в благодарной памяти всего лишь кусочек строки: герой романса куда-то едет, смотрит в окно вагона поезда, при этом «вино на губы тихо лья». До сих пор не покидает меня щемящий романс с «настроением» и прелестным («неграмотным») глагольным оборотом. Много позже мы даже огорчились, узнав, что романс был не народом сочинен, у него талантливые авторы (поэт с композитором), которые стилизовали текст «под народ». Но как похоже и как нежно: «Вино на губы… лья»; ах, хорошо!

Что сегодня поет эстрада? Тема эта стоит особого и серьезного разговора, я же трону ее по касательной. Когда-то иронично звучало в исполнении Татьяны и Сергея Никитиных: «…и чушь прекрасную несли»; нынешняя «чушь» бездарна и бессмысленна. На одной примитивной строке с примитивной глагольной рифмой построено все содержание: «мотылек, куда ты летишь, стремишь, спешишь, сгоришь» (какие из вас, авторов, прости, Господи, Лебедевы-Кумачи и Матусовские?).

Вы можете, читатель, воспроизвести (ладно, не мелодии, которых чаще нет, нежели они есть в так называемой «попсе») хотя бы смысл услышанных вами песен? Конкурс не голосов, а мод, причудливых и красивых поз и совершенно одинаковых исполнителей, которых — по пять копеек за пучок в базарный день: они, созданные способом клонирования, уверены (бедняжки!), что неповторимы. Многочисленные «композиторы и поэты» (случайно ли взятые мною в кавычки?) сочиняют, а лучше сказать: гонят неразличимую музыку и безразмерные тексты, и не потому, что бездарны: им просто некогда. Читатель сам это видит — слышит, понимая при этом, что талантливым поэтам и композиторам нет места в этом бизнесе, которому они чужаки: нельзя, будучи стайером, участвовать в забегах на стометровку. Ритмовики и рифмачи там правят бал, забирая призы: налетайте и не опаздывайте! Пли!

Торжество мелодий растаяло, как дым, ушло в небытие содержание. Хотите печалиться или радоваться, но факт «на лице». Увы (или «ура»), наша эстрада вышла на старт, как на панель, и кинулась зарабатывать деньги на проживание. Кто смеет ее упрекнуть в этом, если можно выжить, лишь услаждая вкусы и прихоти потребителей (кто платит, тот и заказывает)? Его Величество Рынок! А дальше уже финиш, пора стремиться к нему, как это делают маленькие черепашечки: склюют, едва замешкаешься. Даже остановиться невозможно: упадешь, не встанешь. (Помните жесткий и блистательный американский фильм «Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли?»; исключим из числа «загнанных» наших воистину талантливых исполнителей, которых хоть и не много, не более, как мне кажется, двадцати эстрадных маэстро, но каждое имя у нас на слуху и практически «штучное»: у любого есть реальный шанс получить «Овацию» без грубой натяжки.)

Движение — жизнь? А наши боссы-погонщики исповедуют новую мораль, название которой иное и сленговое: «раскрутка». Именно в нее вложены огромные «башли», дающие огромную прибыль. Маркс придумал классическую формулу: деньги-товар-деньги (о таланте, заметьте, ни слова!), а сегодня родилась универсальная модификация: «деньги-раскрутка-деньги»! А талант? Публика и «так» слопает: без содержания и без смысла (хотя и на русском языке, но звучит, как на иностранном: все едино и мимо мозгов). Одним ритмом пусть будет сыта.

Приехали: коммуно-капиталистический уродливый гибрид под названием: райчик. Если вы помните, мой читатель, как мы сами или наши отцы и деды учились читать буквари с «мама мыла раму», и там же была известная формула: «Мы не рабы, рабы не мы», под которую маршировали по улицам, дружно скандируя эту фразу «под шаг». Вам не кажется сегодня (в те времена и не позволяли бы нам догадываться), что фраза элементарна (если не абракадабра по типу «Ослы не мы, мы — не ослы»), то тавтология, лишенная смысла. Впрочем, многие уже тогда заметили, что писать и понимать надо иначе: «Мы — рабы» (а почему, спрашивается?), а потому, что: «Рабы — немы». Вот, оказывается, в чем фокус: рабами человека делает немота, а она дитя тоталитарного режима вкупе с цензурой и страхом. Отсюда и лицемерие, с которым нам вешали лапшу на уши, внушая с детства, будто мы не рабы.

Демократия со свободой слова и гласностью (тоже, кажется, тавтология?), но если свободой слова полагать право и возможность говорить, то гласностью становится право и возможность услышать сказанное, то все выше сказанное мною обретает логику.

Теперь остался у меня элементарный вопрос на «засыпку», обращенный не к попсоподобным любителям современной эстрады, лишенной смыслового содержания: неужто вы действительно хотите быть немыми? Если это так, то Бог вам в помощь: что еще скажешь, если есть у вас такое право? Но есть и другой читатель, который чтит истинно талантливых эстрадных исполнителей и легендарных отечественных бардов, поющих прекрасные умные и чувственные песни не на «тексты»; так вот, если вы не согласные с эстрадной немотой и не желаете быть рабами, то примите совет: у вас тоже есть право выбирать себе иную судьбу и другие песни. А всем остальным скажу на прощание: думайте.

И сопротивляйтесь.

Таков, собственно, и весь разговор.


Язык мой — враг мой | Вторая древнейшая. Беседы о журналистике | Дурь?