home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



5

Запорожцы въехали в Чигирин по Черкасской дороге через Калиновый мост.

Как изменился город за эти дни! Тысячи русских стрельцов и украинских казаков наводнили улицы и площади. На валах кипит работа: чинят палисад, складывают штабелями мешки с землёй для заделки проломов в стене, устанавливают пушки. К Калиновому мосту спешат с домашним скарбом горожане — те, кто не может с оружием в руках защищать город, они торопятся за Днепр. Проносятся на конях гонцы. Звучат приказы и распоряжения старшин, зачастую подкрепляемые крепким словом. Под огромными закопчёнными котлами пылают смолистые дрова, привезённые из Чёрного леса, — кашевары готовят обед. Шум, гам, крики. Но на всем лежит печать тревоги и беспокойства. В этом шуме и гомоне почти не слышно весёлых выкриков и смеха.

Чигирин очень хорошо помнит прошлогоднюю осаду, а потому серьёзно и тревожно готовится к новой.

Гриву запорожцы нашли среди сердюков полковника Коровки, Вместе с другими воинами он работал на валу, забивая в земляную стену крепкие дубовые колья. Высокий, молчаливый, в синем одеянии сердюка, он с натугой поднимал тяжёлую дубовую бабу и с ожесточением опускал её вниз. Увидев друзей, неторопливо вытер вспотевший лоб и медленно спустился вниз.

— Ну, что нового? Как Кузьма Рожков? — спросил Звенигора, пожимая руку казаку. — Роман все ещё в темнице?

— А где ж ему ещё быть? Не так просто стережёт его Трауернихт, чтобы нам было легко освободить!

— В том же погребе?

— В том самом. У дверей все время стоят двое часовых.

— Вы не пробовали с ними поговорить?

— Ничего не выходит. В разговор нипочём не вступают.

— Ну и черт с ними! Значит, надо подкупить!

— Я же говорю: такие псы цепные, ни слова не отвечают! Как тут подкупишь?

— Романа никуда не выводили? Не допрашивали?

— Не знаю. Не могу же я сидеть там целый день. Чтоб из Чигирина не выгнали, пришлось в сердюцкий полк записаться. Хорошо ещё, что знакомые там нашлись — помогли. Зато теперь приказы сполнять надо и отлучиться трудно.

— Не много же вам удалось сделать, — разочарованно произнёс Арсен. — Где же нам найти Рожкова? Может, он что-нибудь придумал?

Грива обиженно пожал плечами.

— Рожков знает то же, что и я… Да вот и он!

Кузьма Рожков издалека заметил всадников и узнал в них запорожцев. Приветливо улыбаясь, он спешил к ним. Подав всем руку и заметив, что Грива насупился больше, чем обычно, Рожков сразу понял причину.

— Что, брат Грива, перепало уже?

— Перепало, — хмуро ответил тот. — Арсен думает, что нам здесь легко было.

— Я этого не думаю, — возразил Звенигора раздражённо. — Но могли же вы за это время хоть придумать что-нибудь!

— Не надо торопиться, — сказал Рожков. — Поспешишь — людей насмешишь! Пока Роман в Чигирине, до тех пор он вроде в безопасности. Я просил генерала Гордона, и он разговаривал с Трауернихтом. Немец освободить своего крепостного отказывается, но и пытать не будет: боится шотландца.

— Он в любой день может вывести его отсюда, и тогда ищи ветра в поле! Где-нибудь незаметно замучит, даже не узнаем…

— Ну что ж делать-то, головой стену не прошибёшь…

Звенигора с досадой стукнул рукоятью сабли.

— Эх, черт! Думал я, что вы сообразительнее… Не можем же мы сидеть здесь несколько дней! Должны немедленно мчаться в Сечь! Нужно не откладывая, сегодня же выручить Романа, хотя бы и пришлось пустить в ход сабли!

— Это можно сделать не раньше вечера, — сказал стрелец. — Днём нечего и думать об этом. Нас схватят, как куропаток. И сами погибнем, и Роману не поможем.

Неожиданно с укреплений ударила пушка. Выстрел был такой сильный и неожиданный, что всех взяла оторопь. За первым выстрелом последовал залп из всех пушек. Содрогнулась земля. В ушах зазвенело. Кони тревожно заржали, затоптались, приседая на задние ноги.

— О господи, что случилось?

— Ту-у-рки-и! Ту-у-рки-и! — донёсся чей-то зычный голос. — Закрывай ворота-а!..

Запорожцы выскочили на вал. Отсюда видны были все подходы к городу с юга, востока и запада. Окинув быстрым взглядом местность, Звенигора сжал зубы.

Вдали по всему полю надвигалась тёмная туча. Широкие лавы конных отрядов, вздымая пыль, катились к Чигирину. Низиной, от Субботова, по-над Тясмином шли янычары.

— Ну вот, началось! — сказал Метелица.

— Да, началось. Скоро они будут уже под стенами города. И чтобы не оказаться в осаде, мы должны немедленно бежать отсюда, — произнёс Звенигора, мысленно укоряя себя за то, что заезжал в Дубовую Балку. Теперь не хватало как раз одного дня, чтобы вызволить Романа. — Что будем делать, братья?..

— Как — что? Надо ехать в Запорожье! — высказал общую мысль Метелица.

Звенигора и сам понимал, что оставаться в осаждённом городе он не может, не имеет права. Письма гетмана и воеводы Ромодановского обязывают его немедленно мчаться в Сечь. Но нельзя и Романа бросить на произвол судьбы. Где же выход?

— Друзья, — обратился он к Рожкову и Гриве, — не гневайтесь на меня. Вижу, что теперь только вы сможете помочь Роману… Вот деньги — расходуйте их по своему разумению!.. А я постараюсь поскорее вернуться. И даже если Чигирин будет обложен со всех сторон, я все равно найду возможность пробраться сюда, к вам! Прощайте! Удачи вам во всем!

Запорожцы вскочили на коней и помчались к Крымским воротам, надеясь успеть проскочить между турецкими войсками и Тясмином в направлении на Павлыш.


предыдущая глава | Фирман султана | cледующая глава