home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 16. Верность любви

На фирме, где работала Даша, шла подготовка к выезду за рубеж – показу летней коллекцию модной одежды. Выбирали лучшее, дошивали новое; их ждали Вена и Будапешт – города эти славились хорошим вкусом и придирчивой публикой. Манекенщиц совсем замучили.

– Девушки! Нельзя ли попроворнее? Не успеваем! – подгонял неутомимый Гаррик. – Дашенька! Двигаешься сегодня как сонная муха.

Менеджер был недалек от истины: ночью она почти не спала, чувствовала себя разбитой и обессиленной. Это заметили и подруги.

– Ты что это словно неживая? – удивилась блондинка Кира, когда они в очередной раз переодевались. – Из-за «хвоста» по лексике переживаешь? Брось! Сдашь осенью, какая разница? Все равно из-за троек стипендии не будет.

– Стипендия мне не светит, – грустно вздохнула Даша. – Но «хвост» я до отъезда пересдать успею.

– Так чего же хмуришься?

– Выходит, есть из-за чего. – Даша вовсе не желала делиться своими переживаниями.

Но от любопытной Киры не так-то просто отделаться.

– Думаешь, не знаю, из-за кого страдаешь? Тоже мне тайна мадридского двора! – усмехнулась подруга. – Наверняка это Петя тебя заморочил. Ничего не скажешь, всем хорош мальчик! Мне тоже нравится, – пошутила она. – Если что – я на очереди.

– Не рассчитывай, не отдам! – слабо улыбнулась в ответ Даша; но помрачнев, призналась: – Не ладится у нас с ним, хоть и очень любим друг друга.

– Как так? – Глаза Киры округлились от любопытства. – Разве так бывает?

Ответить Даша не успела – надо идти на подиум. Когда показ закончился, любопытствующая Кира вновь, как пиявка, пристала с расспросами, видно, у нее тоже имелись проблемы с бой-френдом.

– Так что же у вас не ладится с Петей? Не скрывай, Дашутка! – попросила она. – Поделись опытом, – может, и мне пригодится.

– Вряд ли… – с сомнением покачала головой Даша; неохотно объяснила: – Между нами все хорошо, лучше не бывает. Вся беда в родителях.

– Ну, теперь и вовсе ничего не понимаю! – поразилась Кира. – При чем тут родители? Вам, что ли, разрешение их нужно, чтобы встречаться?

Она была вполне самостоятельна, жила отдельно от родителей, ни перед кем не отчитывалась за свои поступки.

– Представь себе! Можно считать, что и так, – удрученно подтвердила Даша. – Его родители сомневаются, достойна ли я, чтобы он на мне женился. Мои же обиделись и категорически запретили с ним встречаться.

– Они что у тебя, ископаемые? Это же домострой какой-то! Каменный век! – возмутилась свободолюбивая подруга. – И жениться зачем? Для чего тебе эта кабала? Вы же современные люди!

– Наверно, мы по-разному относимся к жизни, – не согласилась Даша. – Хотя, мне кажется, Кира, ты просто не встретила еще своего единственного. – Взяла сумочку, как бы показывая, что не желает продолжать разговор, и убежденно заключила: – Полюбила бы ты кого-нибудь по-настоящему, как я Петю, – не только согласилась бы, а мечтала, чтоб это на всю жизнь!


Переживая, что Дашин отец выгнал его из своего дома, Петр избегал объяснений с родителями. Нарочно вставал спозаранку и уходил готовиться к оставшимся экзаменам в читальню, возвращался поздно вечером. На все расспросы матери о причине дурного настроения отмалчивался, ссылался на усталость, наскоро ужинал и ложился спать.

Светлана Ивановна чутким своим сердцем догадывалась, что у сына не ладится с Дашей, но решила отложить разговор до окончания сессии. Однако в субботу, когда они втроем отправились за город навестить Олю и Надю, Петр заговорил с ней первым. Летняя база детского сада – в поселке Радищеве; дорога неважная, и Михаил Юрьевич, управляя своим «слабом», мало что слышал из того, о чем шла речь на заднем сиденье.

Светлана Ивановна возмущалась:

– Какая дикость! И он еще претендует на звание интеллигентного человека? Да он форменный грубиян, этот отец Даши! Я начинаю думать, что сомнения папы небезосновательны!

– Но разве он не прав, что подозрения и проверка, затеянная отцом, для них унизительны? Разве ты не оскорбилась бы, если бы они усомнились в нашей порядочности?

– Думаю, нет, – если бы кто-нибудь из нас сидел в тюрьме. Но на каком основании он предъявляет к нам претензии? Мы ведь даже еще не знакомы!

– Тот, кто старается нас поссорить, клевещет не только вам с папой, но и родителям Даши. Поэтому такая реакция.

– Все равно, умные и культурные люди сначала выясняют все при личной встрече, а потом уже делают для себя выводы, – осталась при своем мнении Светлана Ивановна. – Не понимаю, почему он был с тобой так резок!

«Наверно, поняла бы, расскажи я тебе, как все было… – думал Петр. – Другой на его месте еще не так разъярился бы».

Они не убедили друг друга и больше об этом не говорили. Между тем прибыли на место; оставили машину недалеко от ворот лагеря и с пакетами, сумками поспешили на свидание с девочками – родительский день. Оленька и Надюша уже поджидали их на площадке у столовой. Завидев своих, бросились навстречу, повисли на шее у отца и матери…

День выдался погожий, и всей гурьбой они отправились гулять по парку, слушая забавные рассказы сестричек о жизни в лагере. Судя по всему, им здесь нравится – веселые, здоровенькие. Вдосталь наобщавшись, довольные и успокоенные, старшие Юсуповы тронулись в обратный путь.

Петр все пытался сообразить, как ему следует поступить, – и ничего не мог придумать. Уехать бы куда-нибудь… отдохнуть немного, сменить обстановку… Тогда, может, и найдет выход из положения.


Дома Петра ждал сюрприз. Еще открывая входную дверь, он услышал – в квартире надрывается телефон. Что-то экстренное? Вдруг у Даши снова неприятности? Он поспешил взять трубку.

– Куда ты запропастился? Полдня сижу на телефоне, поймать тебя не могу! – выпалил Кирилл, но тут же смягчился: – Ты на меня обижаешься, а я тут… все для тебя стараюсь!

– Что-то пользы от этого никакой! – парировал Петр. – Ладно, говори, зачем я тебе понадобился.

– Сейчас узнаешь, какая польза, – возьмешь свои слова обратно! – разыгрывая обиженного, заявил Кирилл. – Я устроил нам отдых на море, да не где-нибудь, а на острове Родос! Для тебя – совершенно бесплатно, – торопливо добавил он. – Все батя оплачивает.

«Ну как после этого не поверить в провидение? – обрадованно подумал Петр. – До чего вовремя… и заманчиво…»

– Ты меня, Кир, просто ошеломил, – после минутной заминки ответил он, все еще не придя в себя. – Чего это вдруг на Родос и почему бесплатно?

– Банк неплохо заработал за полгода, и батя решил поощрить лучших сотрудников, – весело протараторил Кирилл. – Чартерным рейсом отправляет на Родос. Оплатил пансионат за две недели; кто захочет, может остаться и подольше. За свой счет, разумеется.

– А почему на Родос? Из каких соображений?

– Из экономических: проще и дешевле – он же финансист, – с иронией подчеркнул Кирилл. – Сначала хотел Анталию в Турции, но остановился на Родосе. Те же деньги, а интереснее.

– Понимаю! Вспомнил: ведь остров Родос исторически знаменит седьмым чудом света, – вспомнил Петр. – Там находится Родосский колосс.

У Кирилла это вызвало приступ смеха.

– Вот-вот! Так многие до сих пор считают, и туристы стекаются туда со всего мира: надеются, при входе в гавань проплыть под ногами этого великана.

– А что, разве не так?

– Конечно! Колосса там нет и в помине. Хотя остров, говорят, очень красивый и море теплое. Но я предпочел бы испанскую Майорку. – В голосе Кирилла прозвучала досада.

– Чем же там лучше?

– Ну, красивее намного… и шикарнее. Большой, фешенебельный курорт, вроде Ривьеры. Мы там уже отдыхали.

– Ну что ж, я не против. Только боюсь, родители… – Петр вздохнул, – не примут такую благотворительность – сочтут оскорбительной.

Кирилл и тут нашелся.

– А ты объясни им, что никакой филантропией здесь не пахнет: мой батя расчетлив. Все расходы на тебя ограничиваются питанием, а его сынок, то бить я, – он сделал выразительную паузу, – получает компаньона и личного телохранителя. Согласись – тоже немало стоит!

– С телохранителем все ясно, – прервал его Петр. – Ты объясни насчет расходов.

– Самолет зафрахтован на всех; в отеле снят для меня «люкс» на двоих; экскурсионные услуги оплачены на всю компанию, – пояснил Кирилл. – Тебе понадобятся «бабки» лишь на карманные расходы. Но вообще-то того, что будет у меня, в избытке хватит нам обоим. Сечешь?

– Да-а… такое положение, надеюсь, не вызовет у моих возражений, – согласился Петр. – Уж очень не любят одалживаться. А что? С удовольствием посмотрю на седьмое чудо света! Хотя его там уже нет, – рассмеялся он. – Спасибо тебе, Кирилл! – И повесил трубку, сияя от нежданной радости: он нисколько не сомневался, что уговорит родителей.


Вся следующая неделя прошла в хлопотах и сборах в дальнюю дорогу. Однако и в этой суетливой обстановке мысли о Даше не оставляли Петра ни на минуту. Несколько раз, собравшись с духом, пытался днем до нее дозвониться – в ответ лишь длинные гудки. Он не знал, что она уже отбыла в заграничную поездку в составе группы манекенщиц своей фирмы.

Даша перед отъездом, постоянно думая о нем, пыталась заставить себя ему позвонить, но так и не набралась храбрости. Не знала, о чем говорить, очень стыдно за свою слабость, за грубость отца… Так и уехала, увозя с собой чувство тоски и неудовлетворенности.

В самолете, подлетая к Родосу, Петр все еще думал о Даше, но с того момента, как пошли На посадку, новые впечатления захватили его целиком. Такой красоты ему видеть не доводилось! Среди синего морского простора перед глазами предстал живописный зеленый островок, со средневековой крепостью на вершине горы. Городок спускался к заливу извилистыми ручейками узких улочек, пестревших разноцветными вывесками многочисленных отелен и лавок.

Радостные оживленные россияне веселой гурьбой высыпали из самолета к своему автобусу, на ходу обмениваясь первыми впечатлениями. Наскоро устроившись в своем «люксе», Кирилл и Петр отправились на ближайший пляж. Поскорее окунуться, поплавать…

Теплое море почти не освежало, но все же проведя в воде полчаса, набрались бодрости. До обеда еще далеко; приняв душ, переодевшись, Кирилл предложил:

– Давай, Петя, прогуляемся, посмотрим, что из себя представляет этот городишко? Попьем пивка, разведаем злачные места! Интересно, как здесь развлекается публика?

– Ты знаешь, наверное, Родос и впрямь очень популярен, заметил Петр, выходя с ним из отеля. – Когда мы подлетали, я видел в порту много огромных океанских лайнеров. Зайдем туда – полюбоваться.

Пошли по центральной улице, запруженной многоликой толпой слоняющихся туристов, заглядывая в витрины многочисленных магазинчиков, изучая разноплеменный народ.

– Что-то не видно увеселительных заведений – все больше рестора-анчики да ба-ары… – разочарованно протянул Кирилл. – Интересно, а бордели тут есть?

– Вот уж куда я не ходок! – брезгливо поморщился Петр. – Неужели тебя туда манит? Не боишься заразиться?

– Волков бояться – в лес не ходить! – весело подмигнул ему Кирилл. – А тебе разве не любопытно узнать, чего они умеют?

– Не вижу смысла рисковать голый секс мне неинтересен. Несравнимо с тем, когда любишь женщину.

– Эх ты, карась-идеалист! – насмешливо взглянул на него Кирилл. – Ну, тебя не переделаешь А мне ничто человеческое не чуждо!


Даша безумно устала от грустных мыслей; только в поезде немного пришла в себя, появился некоторый интерес: какие впечатления ожидают ее за рубежом? Никогда еще не выезжала за пределы России, впервые получила загранпаспорт. Предстояло увидеть и узнать много нового – это любопытно, волнует.

Первый на очереди – Будапешт. Столица Венгрии очаровала всех, кто ее раньше не видел. Прибыли поздно вечером, и осмотреть город удалось лишь на следующее утро, после завтрака: перед дневным показом выдалось три часа свободного времени.

Вместе с другими манекенщицами под бдительным присмотром Гаррика Даша прошлась по Пешту, поднялась на Буду, совершила часовую прогулку по Дунаю. Обилие красивейших зданий и дворцов в центральных районах Пешта поражало воображение.

Поднявшись к обелиску на горе Геллерта, прогулялись по центру Буды, восхищаясь красотой древнего собора и тем, как любовно венгры чтят старину; закончили экскурсию на смотровой площадке, любуясь видом на Дунай и Пешт с высоты птичьего полета. Полные впечатлений, очень довольные, к обеду вернулись в отель и успели еще отдохнуть перед работой.

Оба сеанса – демонстрировали летнюю коллекцию фирмы – прошли с большим успехом; и за ужином устроили банкет для своих. Настойчивый Гаррик недвусмысленно ухаживал за Дашей, чем привел ее в смятение. «Как мне его отшить? – с боязливой досадой думала она, оказывая молчаливое, упорное сопротивление. – Ссориться с ним опасно – наверняка потеряю работу».

Решив, что самое лучшее – уйти от греха подальше, Даша, сославшись на плохое самочувствие, взяла ключ у блондинки Киры – их поселили вместе и поднялась к себе в номер. То ли веселье еще в разгаре, то ли любвеобильный менеджер не рассчитывал на успех, но он ее, слава Богу, не преследовал.

Уставшая за день Даша уже засыпала, когда явилась веселая, изрядно опьяневшая Кира. Не раздеваясь, лишь скинув туфли, плюхнулась на постель и жизнерадостно заявила:

– А ничего себе расслабились! Прикольный вечерок! Даш, ты спишь, что ли? – окликнула она подругу. – Ну и слабачка! Давай немножко отдохнем и прошвырнёмся по ночному Будапешту! Чтобы было что вспомнить!

Даша не отвечала, и Кира с хмельным укором ей бросила:

– Ну почему ты такая некомпанейская? Гаррика бросила! Он там страдает в одиночестве. И меня подводишь. – Даже как будто всхлипнула. – Не могу же я одна по ночному городу шататься…

– Почему же одна? Ты весь вечер с Олегом обнималась. Вот и шатайся с ним на пару! – не выдержала Даша. – Зачем я-то тебе нужна?

– Он не хочет, согласен только «у койку». – Кира сделала кислую мину. – А мне сегодня нельзя – по женской причине.

Красавец Олег, единственный мужчина-модель в их группе, по очереди спал почти со всеми манекенщицами.

– Удивляюсь я тебе, Кира! Ну как ты можешь крутить с Олегом, когда тебя ждет дома Эдик? Разве ты его не любишь?

– А я тебе удивляюсь! Дура ты, что ли? При чем тут любовь? Одна физиология! Разве с тобой такого не бывает, что мужика хочется?

– И Эдик тебе прощает такое… – Даша запнулась, не находя подходящего слова, – такую распущенность?

– А откуда он – узнает? Ты, что ли, ему расскажешь? – вспылила спьяну Кира. – Не смей лезть в наши дела!

– Я и не лезу, можешь быть спокойна, – с холодной враждебностью ответила Даша. – Если тебе совесть позволяет!

Не в силах вынести мерзкий осадок в душе от циничных откровений подруги, она повернулась к стене, желая прекратить разговор.


Солнечные дни отдыха Петра и Кирилла на Родосе, несмотря на однообразие, были прекрасны. Группу составляли сотрудники банка молодого и среднего возраста, в большинстве женщины; около сынка босса сразу стали увиваться юные карьеристки, и оба друга постоянно были окружены на пляже стайкой веселых красоток. Верный своей легкой натуре, Кирилл сразу сошелся с самой бойкой и нахальной – черноглазой Лилей. Петра настойчиво атаковала ее рыжеволосая подруга Сусанна, просто изнемогавшая от сладкой истомы – так ее привлекала его атлетическая фигура.

– Неужели голубой? Иначе почему так со мной холоден? – недоумевая, пожаловалась она подруге. – Может, и твой такой же? Ты заметила, что они всегда вдвоем?

– Нет, мой нормальный, – насмешливо возразила Лиля. – Только мужичок так себе. Не гигант секса.

– Вот видишь, странно это… – продолжала сомневаться Сусанна. – У гомиков ведь бывает такое – и нашим и вашим?

– Но у Пети явно – не нашим. Сама же говоришь, – ехидно заметила Лиля. – Очень тебе сочувствую. Хотя думаю, – не преминула она кольнуть подругу, – ты просто не в его вкусе.

«Ишь задается! – оскорбившись, злобно подумала Сусанна. – Да я против тебя – принцесса!» Но только попросила:

– Сделай милость, Лилечка, узнай у Кирилла, что с его другом. Не то с ума сойду – так он мне нравится!

Подруге Лиле самой это было интересно; заманила сынка босса в свой номер перед обедом и, разбирая постель, как бы ненароком поинтересовалась:

– А твой дружок Петр случайно не импотент? Бедняжка Сусанна с ним совсем измучилась: и так и сяк, а он и не реагирует…

– Вовсе нет! Но у нее ничего с ним не выйдет, – осклабился Кирилл, потягивая приготовленный ею аперитив – мартини с соком. – Петька – оригинал! Хранит верность своей любви. Видела ты подобное в наш бурный век?

– Да что ты говоришь? По-моему, таких сейчас уже не делают. – в тон ему пошутила Лиля, снимая маечку и шорты. – Завидую его девушке!

Открывшаяся картина была так соблазнительна, что Кирилл отставил стакан с прохладительным напитком и, вскочив с места, устремился к ней, на ходу сбрасывая одежду. Схватив Лилю в охапку, повалился с ней на постель, торопясь утолить свое страстное желание и, как всегда, совершенно не заботясь о том, что чувствует партнерша.


Последняя в Венгрии демонстрация моделей одежды состоялась в курортном городке на озере Балатон. Остановились в многоэтажном современном отеле на самом берегу всемирно известного озера. После показа – он прошел с неизменным успехом – все разбрелись, кто куда, отдохнуть и развлечься.

Как ни звали подруги, и особенно Гаррик, пойти с ними в уютный ресторан поблизости от отеля, устроенный над самыми водами озера, Даша категорически отказалась. Ей хотелось побыть одной, помечтать как было бы здорово – очутиться здесь…

Прошлась по изумрудному газону вдоль берега и устроилась на лавочке, рассеянно любуясь на широкую гладь озера, гряду высоких холмов на том берегу и с нежностью вспоминая счастливые мгновения с Петром. Задумавшись, не сразу заметила, как рядом с ней опустился на лавочку Гаррик.

– Ты что вернулся? Не понравилось?

«Ну вот, наверно, опять приставать будет!»

– Что ты! Там играет оркестр, прекрасный вид на озеро. Просто без тебя мне стало неинтересно. – И он бросил на нее страстный взгляд.

– Это почему же? Все знают, что ты счастлив с Ритой, – решилась Даша поговорить с ним начистоту, – что у вас с ней прочный брак. Что это ты вдруг мною заинтересовался?

– А ты знаешь, почему наш брак такой прочный? – Гаррик сам ответил: – Потому что у нас «шведская семья» – основана на сексуальной свободе.

– Вы что же, изменяете друг другу? – поразилась Даша. – И это укрепляет ваш брак?

– Ничего подобного! Да ты, я вижу, совсем темная, – снисходительно усмехнулся Гаррик. – Не знаешь, что такое «шведская семья»?

– Представь себе! А что это такое?

Менеджер минуту колебался, не зная, стоит ли говорить, но все же объяснил:

– В любом браке, даже самом счастливом, со временем наступает кризис. Совместная жизнь идет как надо, муж и жена по-прежнему любят друг друга, но страсть уже не та, хочется обновления.

– И что же, искать новых ощущений? – возмутилась Даша. – Нельзя довольствоваться тем, что имеешь?

– Можно, но не все выдерживают, многие разводятся. Вот шведы и придумали оригинальный выход из этого тупика.

– Интересно, какой же? – прищурившись, взглянула на него Даша. – Только избавь меня от мерзостей!

– Не беспокойся, я не оскорблю твоих чувств, – усмехнулся Гаррик. – Это не какой-нибудь адюльтер. Просто две супружеские пары, которые не собираются расставаться, но ищут обновления чувств, образуют временно «шведскую семью». – Сделал паузу, подыскивая слова, и разъяснил: – Находят себе подобных и иногда дружески встречаются, обмениваясь партнерами. Так делаем и мы с Риточкой – уже второй год.

Однако Гаррик открыл ей не всюправду. Вторая пара их «шведской семьи» тоже наркоманы, и первый «обмен» состоялся, когда, одурманенные, они плохо сознавали, что делают.

Даша была несказанно удивлена услышанным. «Шведская семья» сразу вызвала у нее решительный протест.

– Ну что ж, сочувствую, Гаррик. Видно, не слишком это помогает, раз ты ко мне подкатываешься. – Жестко посмотрела ему в глаза. – Прости за резкие слова, но прямо тебе говорю: зря теряешь время.

– Не злись на меня, Дашенька! – без обиды, мягко произнес Гаррик. – Рите это даже очень помогло – снова стала веселой, довольной. А мне моя новая партнерша надоела. Поверь, я достоин лучшего!

– И я так считаю, – примирительно сказала Даша. – По тебе же все наши модели вздыхают. Но ты ни на кого даже не смотришь!

– Кроме тебя. Ну ладно, пора идти спать, – вздохнул он. – Но ты, Дашенька, знай: насильно я быть мил не собираюсь! Только если сама захочешь. – Встал и не спеша пошел к отелю.

А Даша смотрела ему вслед, не понимая – откуда это непонятное томление… Гаррик совсем не в ее вкусе. Есть, видно, в его негроидной внешности нечто влекущее к нему женщин.


С утра все окрестности Балатона были залиты ярким солнечным светом; денек выдался чудесный, народ повалил на пляжи. Водную гладь бороздили прогулочные катера и яхты. Перед утомительным переездом в Вену решили искупаться в озере; Даша вместе со всеми отправилась на пляж.

Вода оказалась довольно холодной. Окунувшись и немного поплавав, она постелила махровое полотенце и легла на спину, наблюдая сквозь темные очки, как резвятся купальщики.

Кира тоже расстелила полотенце и шумно дыша улеглась рядом с Дашей.

– Я смотрю, наш менеджер всерьез за тобой приударил. Вот чудеса! – Она не таила зависти. – Сколько помню, Гаррик ни до кого не снисходил из манекенщиц. Здорово, видать, ты его зацепила!

– Сама не ожидала. Не знаю, как отшить, чтобы не обиделся, – призналась Даша. – Он ведь женат и с Ритой отлично ладит. Что ему от меня надо?

Что надо, думаю, догадываешься, – рассмеялась Кира. – Я бы на твоем месте не отказалась!

– Это почему же? – заинтригованная, взглянула на нее Даша. – Что в нем особенного?

– А ты будто не видишь? Он же мулат. А негры – мужчины что надо! Гаррик тут до Риты с одной встречался. Так рассказывают покончить с собой хотела, когда бросил. – Возбужденно вздохнула, повернулась к подруге. – Знаешь что, Дашка? Составь с ним компанию мне и Олегу! Сегодня вечером, в Вене. Глядя на нас, не уснешь!

– Он придет к тебе сегодня? – недовольно произнесла Даша. – Ты это уже решила?

– Да, я ему обещала, когда купались, – подтвердила подруга и усмехнулась. – А тебе, чтобы не мучилась, приготовлю снотворное.

– Не поможет! – с тоской произнесла Даша. – Судя по всему, ты уготовила мне пытку.

– Вот я тебе и предлагаю: не отказывай Гаррику – и вместо мучений славно проведешь ночку! – как сирена соблазняла Кира. – И мне по секрету расскажешь, так ли он хорош на самом деле.

Рассмеялась, пообещала:

– А я тебе, Дашенька, за это, как вернемся, хату свою предоставлю для встреч с возлюбленным Петей. Ты же говорила, вам негде, его отец твой выгнал?

Даша не ответила, но заманчивое предложение подруги немного примирило ее с перспективой провести предстоящую ночь без сна.


«Нет, слабовато у Петьки мужское начало, хоть и такой здоровенный вымахал! – с злобной досадой подумал Кирилл Слепнев, искоса глядя на друга, задремавшего в соседнем кресле самолета, – они возвращались домой. – Это надо же, отказаться от красотки, которая сама вешается на шею!»

Он был еще под впечатлением прощального вечера у них в «люксе», в последний день пребывания на Родосе. Вроде все шло как задумано – рыжей Сусанне удалось с его помощью здорово накачать Петра спиртным. Но все ее попытки совратить этого увальня так ни к чему и не привели.

А Кириллу нужно привезти Даше новые факты измены возлюбленного! Уж тогда добился бы, чтобы она окончательно порвала с Петром. И вот снова неудача… Кто ворожит этому обалдую?..

«Ничего, что-нибудь придумаю! – подбадривал он себя. Примемся за Петькину мамашу. Чтобы Дашку возненавидела!» В его изобретательном мозгу возник новый подлый план; к моменту, когда самолет пошел на посадку, он уже продумал все детали.

К всеобщему удивлению, на аэродроме группу встречал сам банкир. Приветствовал сотрудников, снисходительно выслушал слова благодарности и пригласил Кирилла и Петра к себе в машину; когда тронулись, сообщил:

– Я приехал за вами потому, что больше некому. Мама приболела, Кирилл. Отца твоего, Петя, в городе нет, а у Светланы Ивановны спектакль. – Критически взглянул на сына и остался доволен. – А ты хорошо выглядишь. Вижу, Петя не давал тебе распускаться Может, поедем сразу в Мамонтовку? Расскажете Любови Семеновне, как там на Родосе. А Петю, – предложил он, – водитель попозже отвезет – сейчас дома все равно никого нет.

– Благодарю вас за все, Виталий Михеевич, но я поеду к себе, вежливо отказался Петр. – Соскучился по дому, и мама будет звонить из театра.

– Я тоже сегодня заночую в городе, – в тон ему заявил Кирилл. – А завтра с утра сам к вам приеду, расскажу в красках, как мы там жили, что ели-пили и прочее.

Ни на минуту не забывая о задуманной новой пакости, он жаждал поскорее начать действовать Когда подъехали к дому на Патриарших прудах, неожиданно сказал:

– Пожалуй, я тоже зайду к Пете, посижу до прихода Светланы Ивановны. Ты ведь не возражаешь? – взглянул он на друга. Тот утвердительно кивнул; Кирилл попросил отца:

– Поцелуй за меня маму! Завтра ждите!

– Ладно! Только не слишком задерживайся, – спокойно отреагировал на это банкир. – До одиннадцати подождем тебя с завтраком. – И укатил на сверкающем лаком лимузине. Друзья поднялись в квартиру: первым делом решили помыться с дороги. Пропустив вперед гостя, Петр стал разбирать вещи. Кирилл вышел из ванной только через час – распаренный, довольный, благоухающий отличным одеколоном. Удобно расположился на диване просматривать свежие газеты. Хлопнула входная дверь, вбежала в гостиную запыхавшаяся Светлана Ивановна.

– Приехали живы-здоровы, слава Богу! – обрадованно произнесла она, опускаясь в кресло. – А Петя в ванной?

– Скоро выйдет. Запарились в самолете, – с улыбкой сказал Кирилл. – А так – хорошо провели там время. Все было очень здорово.

– Ты вот что мне скажи, пока Пети нет, – с заговорщицким видом попросила Светлана Ивановна. – Как он там – ухаживал за какой-нибудь девушкой?

«А ведь она сама, похоже, не очень расположена к Даше, – обрадовался Кирилл. Это облетает мне задачу».

– Как бы не так! Будет Петя смотреть на кого-нибудь! Он же просто помешался на Даше, хотя она… – нарочно не договорил он.

– Неужто и правда наркоманка? – недоверчиво подняла на него дивные ярко-синие глаза Светлана Ивановна. – По ней этого никак не скажешь!

– Лично я не знаю! Другие утверждают. С ними говорил ваш муж. Зато я знаю такое.. – и запнулся, изображая нерешительность.

– Разве есть что-то еще? – ужаснулась Светлана Ивановна.

– А почему, думаете, мне жаль, что Петя хочет на ней жениться? удрученно покачал головой Кирилл. – Может, как и он, думаете – из ревности?

– Но разве Даша тебе не нравится? – Светлана Ивановна бросила на него пристальный взгляд. – Петя сказал, ты сам за ней бегал.

«Что-то она подозревает, надо быть осторожнее, постараться ее убедить».

– Внешне – очень нравится, – ответил он с наигранной простотой. – Но… на таких не женятся! Потому что… – снова замялся и, как бы решившись, махнул рукой. – Эх, не хотел говорить – больно противно, но теперь скажу!

Помолчал и, нахмурившись, опустив глаза, изложил новую ложь: – Что употребляет наркотики сам не видел, а что.. воровка это точно! Это может подтвердить и мой отец.

– Тебе не кажется, Кирилл, что это слишком? – возмутилась Светлана Ивановна. – Что и у кого она украла?

– У моей мамы. Кольцо с бриллиантом. Отец потом выкупил его у Алика. Думаю, она это сделала, чтобы расплатиться с ним за наркотики.

Объяснение столь простое и логичное, что Светлана Ивановна подавленно замолчали.

– Только очень прошу – не говорите об этом Пете! – Кирилл артистично изобразил растерянность. – Он и так на меня злится – не понимает, что я желаю ему добра.


Хорошее настроение, в котором Петр вернулся домой после отдыха на Родосе, улетучилось уже на следующий день, стоило матери завести разговор о Даше. Светлана Ивановна долго крепилась, переживая то, что узнала от Кирилла, но в конце концов не выдержала:

– Скажи, Петенька, честно: тебе не хочется ехать на дачу из-за Даши? Ты по-прежнему намерен с ней встречаться?

– Что значит «намерен»? Это как понимать? – насторожился Петр. – Разве у нас с ней что-нибудь изменилось?

– Очень жаль, коли так! – огорченно вздохнула мать. – Есть и кроме Даши красивые девушки.

В карих глазах Петра зажглись гневные огоньки.

– Значит, вы с отцом опять взялись за свое! – Он сердито отодвинул тарелку в сторону. – Хотите все решать за меня? Но я уже взрослый, мама!

– Еще не слишком, да и опыта у нас с отцом побольше, мягко возразила она. – Нам многое виднее. – От волнения умолкла, потом решилась – Даша тебе не подходит?

– Вот как? И ты, мама, мне ультиматумы ставишь?! – возмутился Петр. – Вы что же, будете мне указывать – кого можно любить, а кого нет? Уж от тебя я этого не ожидал! Где твоя доброта и чуткость?

– Слишком много плохого о ней говорят, Петенька. Светлана Ивановна смутилась, но не отступила: ее долг для блага сына стоять на своем.

– Может, и лишнее наговаривают, но обвинения очень серьезные. – Она тяжко вздохнула. – Думай как хочешь, но я целиком солидарна с отцом!

Весь кипя негодованием, Петр резко поднялся из-за стола.

– Все! Не будем больше говорить об этом, мама! – еле сдерживая себя, произнес он срывающимся голосом. – И предупреждаю: я не желаю ничего плохого слышать о Даше! Мне лучше знать, какая она! Напрасно вы с папой мне не доверяете!

– Погоди, Петенька! Ты куда? – растерялась Светлана Ивановна. – А как же завтрак?

– Извини, мама, аппетит пропал, – бросил ей сын, направляясь к дверям. – Поеду к бабушке с дедом, они в городе; вчера с ними говорил, обещал навестить. – И выскочил на улицу.

Весь долгий путь до Марьина думал – как изменить отношение родителей к Даше. Надо же! Верят кому угодно, только не собственному сыну! Долго еще они собираются водить его за ручку?

Добравшись наконец до знакомого многоэтажного дома, нажал на кнопки кодового замка, поднялся на скоростном лифте – сразу попал в объятия бабушки и деда.

– Как мы рады тебя видеть, Петенька! Выглядишь молодцом! А почему хмурый такой? – чутким сердцем Вера Петровна сразу заметила: внук чем-то расстроен. – Ведь только вчера так весело нам обо всем рассказывал…

– Погоди, Веруся, дай человеку отдышаться! – остановил ее Степан Алексеевич. – Сейчас пройдем в гостиную, и внук с нами поделится своими заботами. Думаю, Пете не повредит наш добрый совет.

В сверкающей чистотой просторной гостиной уселись вокру! журнального столика: старый профессор попросил:

– Ну, выкладывай, Петя, что тебя угнетает, облегчи душу. Плохого мы с бабушкой не посоветуем.

– Я и сам хочу с вами это обсудить! – горячо произнес Петр. – Ни отец, ни мама меня не понимают!

– Наверно, это из-за твоего желания жениться? – догадалась Вера Петровна. – Мама мне говорила. Не рановато ли, Петенька?

– Дело не в этом! – с досадой возразил внук. – Отец, а теперь и мама вообще против Даши! Кто-то злонамеренно чернит ее в их глазах, и они верят не мне, а чьей-то подлой клевете! Я этого не потерплю!

– Да уж! Чревато семейным скандалом, – грустно заметил профессор.

– А ты, Петенька, очень любишь… Дашу? задумчиво взглянув на внука, спросила Вера Петровна. – Уверен, что не разочаруешься?

Петр ответил не сразу. Ему не требовалось времени на раздумье, но как найти слова, чтобы выразить всю силу любви…

– Даша такая… Ну, словом, она само совершенство! – запинаясь, с жаром произнес он. – В ней я нашел… свою мечту. Никто, кроме нее, мне не нужен!

– Раз так, то никого не слушай, кроме своего сердца! Даже родителей! – убежденно сказал Степан Алексеевич. – Не упускай своего счастья, внук! По собственному опыту знаю! – И выразительно взглянул на жену. – Твоя бабушка это подтвердит.

– Можешь прислушаться к словам деда, – одобрительно отозвалась Вера Петровна. – Он ведь у нас, как-никак, светило педагогики, – пошутила она, чтобы разрядить напряженность.

Возникла томительная пауза – Петр укреплялся в намерении отстаивать свою любовь, а профессор с женой вспоминали далекое прошлое. Первой проявила находчивость Вера Петровна:

– Ну вот что: хватит о грустном! Пойдемте пить чай с вареньем! Мы все с тобой обсудим, Петенька, когда приедешь к нам на дачу.


Впечатления об Австрии превзошли всё, что ожидалось. Успех туалетов российской фирмы был столь велик, что устроители, кроме Вены, организовали выездные показы в Зальцбурге, красочном, веселом городе, и столице Тироля – Инсбруке, знаменитом центре горнолыжного спорта. Навсегда в памяти Даши останутся высокие хребты суровых Альп и старинные замки у синих озер, превращенные в музеи.

Однако самое сильное воспоминание, конечно, останется от красавицы Вены. Столица бывшей империи, одной из самых могущественных в мире, поражала воображение обилием изумительных памятников, парковых ансамблей, дворцов и зданий.

– Вена мало чем уступает Парижу, – объяснял всезнающий Гаррик. – Богатство австрийских императоров было не меньшим, чем у королей Франции. Особенно потрясает величественное здание императорского дворца. Ему нет равных в Европе.

В последний день перед отъездом благодарные организаторы устроили обед на территории Шенбрунна – загородной резиденции императоров, где находился целебный источник и когда-то охотились на дичь. После шумного застолья и обильных возлияний хозяева и гости разбрелись по зеленым галереям обширного парка.

Гаррик, по-прежнему ни на шаг не отстававший от Даши, уговорил ее подняться на высокий холм, увенчанный красивым павильоном с целебным источником. Поднявшись на вершину, они залюбовались открывшейся перед глазами панорамой. С одной стороны павильона – прекрасный вид на дворец и Вену, а с другой на небольшое озеро, окаймленное густым лесом.

Стояла жаркая погода, и Гаррику с Дашей, разгоряченным обильной выпивкой и подъемом в гору, захотелось окунуться в лесную прохладу. Не сговариваясь они пошли вдоль берега озера и очутились под сенью густых елей.

Даша послушно шла туда, куда вел ее Гаррик; неправильно ис-толковав ее покорность, он внезапно остановился и, крепко обняв, впился ей в губы жарким поцелуем. Разомлевшая от выпитого Даша не сразу сообразила, что происходит. Одно мгновение она даже ощутила прилив страстного желания. Но тут же пришла в себя, дала резкий отпор.

– Отпусти немедленно! – вскрикнула она, вырываясь. Ты с ума сошел?! Я не хочу этою!

– Ладно, не шуми! – Гаррик с досадой отпустил ее. – Клянусь – больше не буду! Я и правда с тобой потерял голову, – признался он, успокаивая дыхание. Извини!

Подождал, пока она приведет себя в порядок, и примирительно произнес:

– Не сердись на меня, Дашенька! На то я и мужик, чтобы проявлять инициативу. Пойдем обратно как ни в чем не бывало. – И немного удивленно добавил: – Ну и стойкая же ты! Повезло Петьке! Ей-богу, я тебя зауважал! Такую верность любви не часто встретишь.


Глава 15. Фамильная гордость | Голубая кровь | Глава 17. Разрыв







Loading...