home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Дэйв Кэродайн сидел на краю кровати. Одномиллиметровый лучевой ударник, продолжительность одна сотая секунды, пятьдесят восьмая модель, сделан на Рагнаре, лежал разобранный на промасленном куске пластиковой ткани. Он методично чистил каждую деталь, поднимая ее осторожным касанием, которое больше подходило бы для игры на каком-нибудь музыкальном инструменте, чем для подготовки разрушительного оружия, которое могло быть использовано в любой момент. Во время работы он беззвучно насвистывал сквозь зубы.

Воспользовавшись тем, что девочку со слезами увели спать, он, извинившись, тоже оставил компанию. Сейчас он пытался разобрать несколько фактов.

Как далеко вглубь времен уходило имя Кэродайн, он понятия не имел. Он даже не был уверен, что Кэродайн, распространивший сообщение о том, что Земля взорвана, в действительности был одним из его предков. Это была просто приятная мысль, не более того.

Тем не менее, одна вещь несомненно порадовала бы этого давно умершего человека. Среди новых империй человечества в Галактике не просто сообщалось о разрушении Земли — Земля превратилась в легенду, миф, сказку для детей! Никто и не верил, что Земля когда-то существовала. Что, в свое время, заставило бы старого Кэродайна улыбнуться от удовольствия. Его замысел работал лучше, чем он сам мог себе представить.

Проблема же была в том, что сейчас, в настоящее время, призраки той мертвой Земли восставали из небытия и преследовали нынешнего Кэродайна. Он закончил сборку Ударника, щелкнул предохранителем и сунул его под рубашку.

Когда Напье зашел, Кэродайн спросил:

— Вы были только один, Напье? Или они послали еще Дэвида Иннеса и Греустока?

Напье осторожно закрыл дверь. Его широкое, мощное тело в этой маленькой каюте напоминало зверя в клетке. Он сел.

— Нет, Кэродайн. Они послали меня. Вы заметили — я вас называю просто.

— Итак, вы нашли меня. Что теперь?

Напье откинулся назад. Человек, который побледнел и вспотел, когда ему сказали, что его поиски закончились, пропал; на его месте был хладнокровный, уверенный, расчетливый работник.

— Вы мне нравитесь, Кэро…

— Вы наслушались слишком много сказок, Напье. Кэродайном звали человека, который по древним легендам взорвал Землю. Я обыкновенный мистер Джон Картер. Не забывайте.

Напье понял. Прослушивание, возможно, тоже было в его компетенции.

— Так я говорю, вы мне нравитесь, Картер. Извините за имя. Эта девушка озорной чертенок. Когда-нибудь она обведет кого-то вокруг пальца.

— Не сомневаюсь. Можете проклинать судьбу, что не родились на тридцать лет позже. Что до меня, то я устал и ложусь спать.

Замешательство было недолгим. Затем Напье проворчал что-то и, нагнувшись, начал стаскивать туфли.

— Вы правы. Мы можем поговорить завтра. Нам придется повременить недельку с нашим делом и заняться этой девчушкой.

— Да-да.

Они оба приготовились ко сну. Ворочаясь, чтобы устроиться поудобнее, Кэродайн щелкнул фотоэлементом и выключил свет. Что ж, возможно они смогут найти место, чтобы поговорить, где-нибудь на этом ужасном корабле, который прослушивался сверху донизу.

Если только Напье не был подослан, чтобы убить его.

Смысл в этом был, и смысл большой.

Многое зависит от того, что за человек этот Напье. Если он фанатик, тогда он может убить Кэродайна прямо здесь, сейчас, и плевать ему на последствия. Скандал между пассажирами с разных звездных групп на борту корабля Хораки не вызовет большого интереса у работников местного правосудия; они вполне равнодушно могут принять это дело и осудить убийцу у себя или выслать его обратно домой, чтобы его предали суду там. В любом случае, от правосудия Напье не уйти.

Поэтому он мог подождать пока на Альфа-Хораке не представится более удобный случай.

Или он мог сделать так, чтобы это походило на убийство, совершенное кем-то другим, или на несчастный случай.

Кэродайн закрыл глаза и заснул.

Напье выполнял приказ. Кэродайн почему-то думал, что этот приказ предписывал разговор с предполагаемой жертвой до исполнения приговора.

Положение не улучшалось. Два человека делили тесную каюту на борту звездного корабля, причем один предполагал, что второй может его убить. Неизвестный, очевидно, нервничал, возможно, он тоже представлял, что его убьют первым. Что окончательно делал положение невыносимым, так это то, что они не могли говорить в открытую. Они постоянно, хотя и не могли этого доказать, ощущали, что находились под надзором. Любая комната, любая щелочка прослушивалась. Все, что они говорили в каюте, в холле, в коридорах, проходило в отделы контроля, чтобы там все это было механически и при помощи электроники записано и подготовлено для тщательного анализа сотрудниками безопасности. Нет, говорить они не могли. И от этого у обоих портилось настроение.

Напье попытался отключить подслушивающее устройство в туалете, что-то испортил, и ему пришлось убегать. Он ворвался в каюту, бросился на кровать и сделал вид, что читает пленку, которую постоянно проецировали на потолочном экране.

Все пассажиры этого отсека были допрошены. Напье выкрутился. Но тревога была поднята, и теперь, мрачно отметил про себя Кэродайн, у службы безопасности было доказательство того, что на борту находился шпион или кто-либо с каким-то секретом.

Он состроил Напье злобную гримасу — тогда оба расхохотались. Связь между ними — так далеко от дома — была прочной.

Но Кэродайну уже приходилось видеть, как смеющийся человек убивает другого.

Какой бы, по его предложению, не должна была быть Альфа-Хорака, сейчас, когда Кэродайн наконец прилетел в этот запретный мир, он обнаружил, что никаких предубеждений у него не было. Название Альфа-Хорака неимоверно разрослась и давно превратилось в символ. Он только думал о названии, как человек думает о действии, а название служит для маскировки действительности, реальности физических вещей.

Лишь только сойдя с корабля, он мог бы вернуться на Гамму или даже на любую другую планету Хораки. Космический порт был новым, ярким, повсюду были весенние цветы, сверкала свежая краска. Таможенники были милы и услужливы. Кэродайн, его пистолет, образцы, и сам он — все было проверено без суеты. Ему порекомендовали отель, в котором остановятся все гости, прибывшие на этом корабле.

Он ехал к «Голубому Дракону» в некотором ожидании. Вся процедура посадки была слишком гладкой, слишком удачной и такой непохожей на Хораку, чтобы радовать его. Он буквально чувствовал приготовленную ловушку с аппетитной приманкой.

Оказавшись в комнате — приятной и удобной — он разобрал вещи и, увернувшись в холле от Напье, пошел отыскивать свои образцы. Они были сложены в большой камере хранения, и он с некоторым страхом смотрел на блестящие ярлыки таможни Хораки, которые показывали, что вещи были проверены. Что ж, Роусон и Шарон были правы. «Интересно, — подумал он не без мрачного предчувствия, — выжили они или нет». Как это неприятно — открыть цилиндр и обнаружить там два трупа. Могли возникнуть проблемы с их вывозом — ключ в замке щелкнул и пальцы открыли застежки. Роусон и Шарон уставились на него.

— Дурак! — Роусон был сердит и напуган. — Я же сказал не подходить к нам до тех пор, пока мы не прибудем на место. Закрой крышку, быстро!

— Успокойся, приятель. Мы на месте.

Им понадобилось некоторое время, чтобы убедиться, что их мучения закончились. Как они ему и говорили, емкость была оборудована всем необходимым, как миниатюрный космический корабль. Они с достаточным комфортом могли бы продержаться еще неделю.

Протянув руку, Кэродайн взял себе печенье. Задумчиво жуя, он смотрел на своих соучастников-нелегалов. Ну да, черт возьми, именно так оно и есть.

— И куда вы теперь? Ни документов, ничего.

Роусон размял мышцы.

— Затекли немного. А так я себя чувствую превосходно. Ты в порядке, Шарон?

Она вытянула элегантную ногу. Узкие алые брюки были словно второй кожей.

— Отлично, когда у меня будет постоянный…

— Но вы ведь не протянете и часа, — запротестовал Кэродайн.

— Мы приехали сюда не с пустой головой, дружище. У меня пистолет и масса Галаксов. Это вполне мощная комбинация. И еще у меня есть кое-какие знания, ограниченные — я допускаю — условиями на Альфа-Хораке. А условия эти, дружище Картер, совершенно не похожи на то, что ты себе представляешь.

— Пока что здесь очень похоже на Гамму, — попробовал возразить Кэродайн.

Роусон засмеялся:

— Конечно. Это все для простаков. У них прекрасный радушный прием. А за ним лежит… ну, увидишь. У нас с Шарон на сто процентов больше шансов выжить, чем у Картера. И я говорю на сто, потому что твои шансы равны нулю.

Кэродайн чуть-чуть — чуть-чуть, но не совсем — не попал в ловушку.

— Вы имеете в виду, что они схватят меня после того, как вы попадетесь? Так?

Роусон был раздражен.

— Нет. Мы не попадемся, Картер.

— Ну хорошо. Если вы не попадетесь, почему у меня должны быть неприятности?

Шарон накладывала макияж. В тихой комнате никого не было кроме них и багажа недавно прибывших пассажиров. У Кэродайна не было большого желания поспешно уйти, он чувствовал себя в безопасности и хотел узнать как можно больше, пока эти двое не исчезли. Шарон опустила зеркальце.

— Только не надо говорить ерунду, Картер. Мы знаем, что вы тоже здесь шпионите.

— Ничего вы не знаете. А вы не подумали, что эта комната может прослушиваться?

— Подумали — не прослушивается.

И Шарон, и Аллура оказывается хорошо разбирались в подслушивающих устройствах. Гораздо лучше, чем Напье. Но, правда, у него не было таких возможностей изучать современные модели.

— Ну ладно, — сказал Кэродайн горячась, — если эту комнату не прослушивают, и по тому как вы это говорите я верю этому, я только хотел сказать, что считаю вас обоих парой бесчестных обманщиков, убийц и ублюдков. Он добродушно улыбнулся.

Шарон покраснела и приподняла руку. Из-за этого Кэродайн предположил, что Роусон будет вынужден показать, что он настоящий мужчина. Тот действительно бросился на Кэродайна.

Люди, которые делали это с Кэродайном, обычно осознавали свою ошибку, распростершись на полу, с разламывающей головной болью, с синяком на челюсти и — если им особенно не повезло — с ушибом на затылке.

Роусон не был исключением.

Вдобавок ему еще и не повезло.

Кэродайн смотрел, как тот поднимался, покачиваясь и поправляя рубашку. Одной рукой держась за затылок, а другой за челюсть, человек из Ахенсик промычал «О-о!»

— А теперь убирайтесь отсюда, — сказал Кэродайн. — И сделайте так, чтобы я вас больше не видел.

Когда они шли к дверям, он специально опустил правую руку. Застежка на рубашке расстегнулась — это уже левой рукой — и Роусон отлично знал, что нечего было и пытаться выстрелить первым. Может тот сердитый таможенник на Гамме рассказал.

Когда они ушли, Кэродайн повернулся и пнул канистру.

— Бродяги, — сказал он и философски приступил к поджогу комнаты.


ГЛАВА СЕДЬМАЯ | Длинная тень Земли | ГЛАВА ДЕВЯТАЯ