home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 22

— Они что, были пьяные в стельку, когда предлагали это? — спросил Иоситаро.

— В стельку, — ответил Хедли. — Или просто вдрызг.

— И старик уцепился за эту идею?

— Как за свою последнюю надежду.

— М-м-м… Почему нужно угонять именно этот корабль-матку? — продолжал допытываться Ньянгу.

— Аликхан говорит, что это устаревшая модель и потому его держат на С-Камбре. А на борту всего лишь небольшая охрана.

— Но он заправлен и готов к взлету?

— Аликхан говорит, что все находящиеся в резерве корабли паркуются в таком состоянии. Но, скорее всего, там нет ни штурманских карт, ни больших запасов продовольствия — вообще ничего такого, без чего можно обойтись на внутрисистемных маршрутах.

— Выходит, нам придется тащить с собой еду, воду… — недоумевал Ньянгу.

— Воду не надо, — перебил его Хедли. — Она на борту есть, поскольку является частью охладительной системы. На мусфийских кораблях замкнутый цикл переработки отходов.

— Люди могут пить мусфийскую мочу?

— Надо думать.

— С этим разобрались, — вступил в разговор Гарвин. — Думаю, и со всем остальным разберемся, когда сумеем наложить свои толстенькие маленькие лапки на этот корабль. А потом-то что?

— А потом мы используем те штурманские карты, которые есть в нашем распоряжении, чтобы нанести кое-кому визит, — сообщил Хедли.

— Кому? — не понял Ньянгу.

— Есть у мусфиев лидер клана по имени Сенза. По словам Аликхана, он-то как раз и проповедует пацифизм. Или, другими словами, призывает не сражаться с людьми, по крайней мере, в этом столетии. Под руководством этого типа Аликхан изучал… назовем это философией. Похоже, среди мусфиев нет полного единодушия. Последнее вторжение поддерживает только небольшая группа лидеров клана.

— Значит, мы отправимся поболтать с Сензой. И что нам это даст? — спросил Ньянгу.

— Аликхан не сомневается, что, узнав, чем обернулись все эти беспорядки, Сенза использует все свое влияние на расчетчиков — а эти расчетчики у мусфиев примерно то же самое, что у нас дипломаты, — чтобы Вленсинга отозвали.

— Какую роль сыграет тот факт, что Аликхан — сын Вленсинга?

— Думаю, это повысит доверие к нему. Сенза вообще-то уже много лет сражается с этими воинственными мусфийскими «ястребами» и все время ищет возможность обуздать их. Аликхан полагает, что предоставит Сензе такую возможность. Это приведет к прекращению огня, и тогда можно будет сесть за стол переговоров, — сказал Хедли. — Ну, и еще Аликхан надеется на свой язык — воображает, что он у него из чистого золота.

— Кто-нибудь задумывался, что мы будем делать, если среди имеющихся у нас штурманских карт нет той, с помощью которой можно добраться до этого Сензы? — спросил Иоситаро. — Нам, конечно, везет и все такое прочее, но…

— Мы уже обсуждали этот вопрос, — прервал его Хедли. — Доберемся туда, куда сможем, а там Аликхан поищет в местном хранилище карт.

Ньянгу бросил на Хедли недоверчивый взгляд.

— Как все просто, да? Ладно. Давайте вернемся к «нашим баранам». Полагаю, в операции будет участвовать РР?

— Правильно полагаешь, — согласился Хедли.

— Захватив корабль, дальше мы будем лишь охранять Аликхана и приносить пилоту кофе?

— Правильно. Мы возьмем с собой Бена Дилла и кого-нибудь еще, кто имеет опыт вождения подобных кораблей. Думаю, человек пятнадцати хватит.

— Нет, не хватит, — заявил Гарвин.

— Вы, клоуны, видно, и думать забыли, что у нас все еще идет война. Так и рветесь поиграть в игру «Космические странники против всей галактики». Зато я не забыл и считаю нужным использовать людей с максимальной эффективностью, — возразил Хедли.

— Не бери в голову, Гарвин, — сказал Ньянгу. — Я знаю, где найти людей, и они уже на месте. А вот что мне по-настоящему не нравится, так это ваша якобы тщательно разработанная схема захвата. Уводим транспортник, ничего себе? А если кто-то заметит? Бах-бах, и нас нету.

— Ты можешь предложить что-нибудь получше? — спросил Хедли.

— Ну-ка, вспомните, кто еще есть на С-Камбре? А у моего находчивого, обожаемого коллеги с непомерно длинным языком есть некий секретный ключ…

— Перестань трепаться! — взорвался Гарвин.

— Давай-ка прими душ, заткни цветок за ухо и… отправляйся на свидание… сэр.


— Это возбуждает, — сказала Каро Лондрон Эрику Пенвиту, когда он аккуратно посадил спидстер у ступеней особняка Язифи Миллазин. — Я никогда прежде не служила никому прикрытием.

— Ну, сейчас у тебя будет такая возможность, — ответил Эрик.

— И еще. Это правда или мне кажется, что между Гарвином и Язифью что-то есть?

— В смысле?

— В смысле что-то, имеющее отношение к этой ужасной войне… Так же как твои таинственные приходы и уходы. Кстати, мой отец говорит, что ты какой-то не такой в последнее время.

— Война окончена, — сказал Эрик.

— Я, между прочим, не совсем дурочка и понимаю это. Вот почему я в таком восторге от того, что нам предстоит. Это, знаешь ли, совсем не то, что киснуть дома.

— Иногда я удивляюсь… — начал было Эрик, но тут же смолк, когда из дверей вышли Язифь и ее муж.

Язифь небрежно поцеловала Лоя и заторопилась к спидстеру. Эрик опустил окно.

— Жаль, что ты не можешь пойти с нами, старина, — сказал он Лою. — В этой новой галерее такая выставка — с ума сойти. — Куоро заставил себя улыбнуться и ушел в дом, а Язифь уселась на заднее сиденье. — Ну, в путь! Знаешь, Язифь, твоему мужу надо хотя бы изредка развлекаться, а не корпеть целый день над делами.


— Документы, — потребовал первый мусфий, а второй сделал шаг назад, держа бластер наготове.

Иоситаро очень неторопливым движением левой рукой протянул пластиковую карточку.

— Документы! — повторил мусфий уже громче. Скорее всего, ничего другого на человеческом языке он не знал.

Тонкая трубка в правой руке Ньянгу издала глухой звук, и мусфий упал, обливаясь кровью. Ньянгу ткнул стволом рассчитанного на один выстрел и потому бесполезного теперь оружия в физиономию второго мусфия, вырвал у него бластер, присел и, резко подпрыгнув, головой ударил мусфия в лицо. Чужеземец пронзительно вскрикнул, рефлекторно выбросил лапу и схватил Ньянгу за плечо. Иоситаро вырвался, дважды ударил чужеземца в бок и снова увернулся, когда тот попытался в свою очередь ударить его. Отбив удар мусфия, он сделал выпад, угодил ему в горло и услышал, как что-то хрустнуло. Мусфий зашатался, упал и остался лежать без движения.

— Отлично, — признала Джо Пойнтон, возникнув, казалось бы, из ниоткуда. — Нам и стрелять не пришлось.

— Все равно спасибо за поддержку. — Ньянгу пошевелил плечом, проверяя, в порядке ли оно, и стряхнул с одежды что-то темное, по-видимому, кровь мусфия. — Думаю, я вполне мог бы заняться подделкой документов… Ладно, пошли, Джо. Наложишь мне повязку, да и пивка не мешало бы выпить, прежде чем появятся новые лохматые чудища.


Это все еще казалось странным — устраивать сборища и пить при свете дня. Но жители Камбры уже хорошо усвоили, что мусфийский комендантский час от заката до рассвета распространяется на всех, даже на рантье.

Пенвит, Каро и Язифь появились в галерее и подошли к ее владельцу. После того как они осмотрели выставку и Язифь купила два экспоната, хозяин повел их в заднюю комнату, чтобы познакомить с художником. Оба в прошлом служили в Корпусе и готовы были присягнуть, что троица все время находилась вместе с ними.

Там их ожидал Гарвин Янсма.

— Мы вернемся через два часа, — объявил он.

— Почему не через три? — многозначительно спросил Эрик.

Гарвин недоуменно посмотрел на него и пожал плечами:

— Ну, хорошо, через три. — Он вывел Язифь через боковую дверь. — Интересно, почему Эрик хотел, чтобы я задержался подольше?

— А я-то думала, что ты хороший шпион, — со смехом ответила Язифь. — Чем, по мнению Каро, мы с тобой будем заниматься?

— А-а-а…

— Хороший адюльтер требует времени. Так, по крайней мере, мне говорили, — натянуто добавила она.

Гарвин убедился, что за ними нет «хвоста», и повел Язифь в глубину богатого торгового квартала, а в нем — в заднюю комнату дорогого мебельного магазина. Он запер дверь в выставочное помещение и закрыл на засов дверь, выходящую в проулок. Язифь наблюдала за ним, откинувшись на широкой, отделанной золотым шитьем кушетке.

— Так что я могу сделать для тебя? — спросила она.

— Мне нужен один из твоих кораблей, чтобы доставить моих людей на С-Камбру.

— Ты его получишь.

Гарвин был слегка удивлен тем, что она вот так сразу согласилась.

— И еще мне нужен один из твоих гравимобилей.

Язифь кивнула. Поскольку теперь она оказывалась втянутой в это дело, он объяснил, для чего ему все это нужно.

— Я могу сделать даже больше, — предложила Язифь. — Попросить мусфиев о встрече, и это гарантирует, что мы попадем на их базу.

Гарвин обратил внимание на это «мы».

— А что будет с тобой, когда начнется стрельба? — спросил он.

— Нет проблем, — беззаботно ответила Язифь. — Вы можете связать меня. Я скажу, что меня похитили… Не беспокойся об этом. Владелица горнодобывающей корпорации «Миллазин» все еще пользуется у них некоторым уважением.

Гарвин принял это утверждение скептически, но промолчал.

— И это все? — спросила Язифь.

— Да, — ответил он. — Нет, черт побери! Я хочу поцеловать тебя.

— Ну, спасибо богине, — пробормотала она. — А то я уж было подумала, что этого никогда не произойдет… Только не спеши. В нашем распоряжении два часа, и я хочу, чтобы мне было что вспомнить.


— И что потом? — спросила Пойнтон.

— Твои люди вернутся на шахты и сделают вид, что знать ничего не знают. Так же как и мои, — ответил Иоситаро.

— А раненые?

— Тем, кто способен передвигаться самостоятельно или кого вы сможете унести на носилках, помогут медики Корпуса, которые есть на всех шахтах. Остальные…

Остальных придется бросить. Такова солдатская судьба. Мы все смертельно рискуем.

Пойнтон во все глаза посмотрела на Ньянгу:

— Ты неплохой ученик и, кажется, отлично усвоил, как вести такую войну.

— Этому меня научили вы, — признался он.

— А что будет со мной? Я останусь на С-Камбре?

— Вряд ли. Ты нужна здесь. Мы отправим тебя обратно, как только дым рассеется. Скорее всего, на одном из кораблей корпорации «Миллазин», когда мои люди будут возвращаться. Но вообще-то решай сама. Лично я предпочел бы, чтобы ты полетела вместе с нашим мусфийским другом. Что ни говори, ты все еще советник, член Планетарного правительства. Если есть какая-то надежда, что план Аликхана сработает, то ты, оказавшись там, могла бы высказаться от имени всех людей, живущих в системе Камбра.

Пойнтон с кривой улыбкой посмотрела на него:

— А ты не слишком молод для межзвездного дипломата?

— Я где-то читал, что политика не терпит вакуума. Почему бы не поймать момент? Все лучше, чем ждать, пока рантье оторвут от кресел свои задницы. И что значит это «молод», черт побери? Ты всего на пару лет старше меня.

Пойнтон засмеялась:

— Я совсем забыла, что ты из тех, кто предпочитает называть вещи своими именами…

Их разговор был прерван появлением одного из 'раум. Не извинившись, он зашептал что-то на ухо Пойнтон.

Иоситаро допивал пиво, разглядывая помещение, в котором находился. Оно размещалось на глубине около десяти метров под землей, и добраться сюда можно было по узкому ходу, прорытому в земле. Длинная комната с низким потолком, с тщательно обработанными каменными стенами, полом, потолком. Из нее можно было пройти в другие помещения — спальни, кухню, ванную, рабочие кабинеты. Пойнтон объяснила ему, что это было одно из убежищ Группы планирования, и то, что находящееся наверху здание было разрушено во время бомбежки, только затрудняло его обнаружение.

Здесь было очень чисто, мягко бормочущий кондиционер постоянно подавал свежий воздух. Может, кем-то и овладел бы приступ клаустрофобии, но Ньянгу Иоситаро, дитя переулков, теней и ночной тьмы, чувствовал себя тут прекрасно.

Закончив, 'раум торопливо вышел.

— Мусфии развертывают в Экмюле свои силы, — объяснила Пойнтон. — Ищут того, кто убил их солдат. Думаю, тебе имеет смысл пока задержаться.

— Наверно, — согласился Ньянгу.

— Мы выведем тебя из Экмюля, когда стемнеет. Здесь полно подземных переходов, старых канализационных сетей, заброшенных туннелей, по которым проложены силовые кабели.

— Значит, наша единственная проблема — как убить время до наступления темноты?

— У тебя есть какие-нибудь идеи? — спросила Пойнтон. Неожиданно Ньянгу вспомнил, какая гладкая у нее кожа.

— Запросто.

— Я тоже так считаю. В конце концов, ты вроде как спас мне жизнь.

— Это слабая причина.

— Ну, тогда… Что, если я не могу забыть, как приятно, когда ты внутри меня?

Ньянгу почувствовал, что у него внезапно пересохли губы.

— Это гораздо лучше, — согласился он.


Три транспортника-рудовоза под охраной круживших над головой «аксаев» опустились на охраняемое мусфиями грузовое взлетно-посадочное поле D-Камбры. На каждом был логотип корпорации «Миллазин» — оранжевый круг, обведенный черным.

Охранники мусфиев уже проверили склад на предмет контрабанды. Однако проверка носила чисто формальный характер — кто в здравом уме захочет добровольно отправиться в сухие, жаркие, пыльные просторы С-Камбры / Мабаси?

Погрузка, осуществляемая роботами, шла ровно, гладко, если не считать головного корабля, на котором должны были лететь владелица горнодобывающей корпорации «Миллазин» и длинный, блестящий гравимобиль, также раскрашенный в цвета корпорации.

Если кто-то интересовался, зачем Язифи понадобился этот огромный гравимобиль (ее сопровождал лишь один телохранитель), они не давали никаких объяснений. Язифь ужасно рассердилась, когда грузчики-люди задвинули гравимобиль в грузовой отсек. «Смотрите у меня — хоть одна царапина, одна-единственная царапина, — говорила она, — и вам не видать повышения». В ответ послышалось угрюмое ворчание насчет проклятых рантье, но очень тихое, несмелое — у нее хватило бы влияния добиться увольнения любого из них.

Для мусфиев все происходящее выглядело как шоу, гораздо более интересное по сравнению с их унылой будничной жизнью, и они столпились вокруг головного корабля, наблюдая за погрузкой. В результате никто не заметил около сотни тяжело нагруженных мужчин и женщин, быстро и незаметно проскользнувших в средний корабль.

Загрузившись, небольшие экипажи транспортников обменялись обычными репликами с наземной службой управления полетами, и корабли взлетели. Их охраняли «аксаи», которых за пределами атмосферы сменил единственный «велв», сопровождавший транспортники на всем пути следования к С-Камбре.

Командная группа расположилась в личных апартаментах хозяйки корабля. Предполагалось, что возглавит ее Джон Хедли, но Ангара отказался отпустить его, заявив, что все теперь в руках или, точнее, в лапах Аликхана, а ему никакие начальники не нужны.

Ангара одобрил идею Иоситаро относительно Джо Пойнтон, согласившись, что ее присутствие придаст экспедиции дополнительную легитимность. Кроме Аликхана, Бена Дилла, Пойнтон, Иоситаро и Янсмы, здесь же находились Энн Хейзер, Хо Канг и Данфин Фрауде.

— До С-Камбры все вольны делать что угодно, — заявил Гарвин. — Полет будет продолжаться четыре дня. Солдатам на другом корабле приказано, чтобы они привели в порядок свое оружие и отдыхали. Ну, и мы, наверно, можем делать то же самое. После приземления у нас хватит хлопот.

Хороший совет — но, увы, ни Гарвин, ни Ньянгу ему не последовали, несмотря на присутствие Язифь и Джо Пойнтон. Даже Аликхан не смог расслабиться. Вместе с Диллом и обоими учеными он снова и снова прикидывал, что должен — и сможет — сказать Сензе. В конце концов Дилл пригрозил задушить его, если еще хоть раз услышит слова «Сенза» и «мир».

Когда они приблизились к С-Камбре, встречать их вылетели «аксаи», сопроводившие транспортники до момента приземления на просторных взлетно-посадочных площадках корпорации «Миллазин».


— И что, они хотят, чтобы мы встряли в ту войну, которую они ведут?

По большой подземной пещере, расположенной в толще скалы на километровой глубине, прокатился возмущенный ропот. Усталые шахтеры были все в грязи — до конца смены оставался всего час. У многих были сумки с ручными инструментами, и у всех на шее висели дыхательные маски.

— Что значит «они»? — требовательно спросила Пойнтон. — Я тоже из тех, кого вы называете «они». Я с ними.

— Ну да, тебе не приходилось продавать своих сестер богачам за их кредиты, — насмешливо выкрикнула какая-то грузная женщина.

Пойнтон поймала ее взгляд и не отводила своего, пока та не опустила глаза.

— Объясни, чего ты от нас хочешь? — спросил другой шахтер. — Ты не рассказала нам никаких подробностей.

— И не собираюсь делать этого, — ответила Пойнтон. — Вам нужно знать совсем немного, а именно — что, убивая какого-то мусфия, вы рискуете погибнуть сами. Вы все принимали участие в восстании и знаете, что о некоторых вещах лучше ничего не знать.

— А что будет с нашей работой?

— Может, если нам удастся покончить с этим безобразием, все снова вернется к норме.

— Я интересуюсь, — негромко спросил бородатый шахтер, — когда, черт возьми, и впрямь наступит эта «норма»? Сначала у нас была заваруха с рантье, потом подполье, потом восстание. И только-только вроде бы все пошло на лад, как объявились эти чертовы мусфии, и снова мы оказались в выгребной яме. — В пещере воцарилась тишина. — Ладно, хватит языком трепать. Я с тобой, Пойнтон. Сох всегда предсказывал моему отцу, что своей смертью я не умру.

Он сделал шаг вперед, потом другой шахтер, потом та самая грузная женщина — и пошло-поехало. Пойнтон поняла, что добилась своего.


— Вот он, наш крошка, — сказал Гарвин, через обзорный иллюминатор глядя на проплывающую внизу мусфийскую базу.

— Вид у него немного… заброшенный, — отметил Ньянгу.

— Только бы он оказался не слишком заброшенным — вроде двигатели не работают, то, се…

— Не тревожься, босс, — успокоил его Ньянгу. — Мне почему-то кажется, что Аликхан никогда не летал на чем-то вроде этой развалюхи и нас поймают еще до того, как мы взлетим.

— Это в традициях РР — весело чирикать в любой ситуации, — прокомментировал его замечание Гарвин.


— Это не так уж трудно, Язифь, — сказал Гарвин. — Ты договариваешься о беседе один на один с мусфием, который руководит тут горнодобывающими работами…

— Пилферн, — прервала его Язифь. — Его зовут Пилферн.

Они сидели в ее кабинете в планетарной штаб-квартире корпорации «Миллазин».

— Хорошо, с Пилферном. Постарайся, чтобы встреча продлилась как можно дольше. Потом ты заглянешь на этот корабль. Ну, вроде того, что тебе понадобилось проверить что-то…

— Проверить, в каком он состоянии и не нуждается ли в ремонте, поскольку я собираюсь перевозить на нем слитки на завод очистки.

— Годится. К своему ужасу, ты обнаружишь, что корабль захвачен бандитами, которые захватят и твой гравимобиль, а тебя свяжут и оставят в ангаре.

— Которые захватят мой гравимобиль, а меня возьмут в заложницы и прикажут делать то, что им нужно. Так будет более правдоподобно. Перед тем как исчезнуть, свяжите меня.

— Черт возьми, Язифь, ты понятия не имеешь, во что вляпываешься!

— Может, и не имею. Но «Миллазин» уже давно пора «вляпаться» хоть во что-mol И вот, наконец, случай представился!

Внезапно до Гарвина дошло, что тут и обсуждать нечего — она уже все для себя решила.

— Ладно. Я слишком устал, чтобы спорить.

— Надо ли это понимать так, что ты слишком устал и для поцелуев?

Гарвин взглянул на часы.

— Ну, пятнадцать минут у нас на поцелуи есть. А потом я должен коротко проинструктировать свою команду.

— Ох, и когда только я сумею развязаться с последним из романтиков?


В первой ударной группе их было семеро — Янсма, Бен Дилл, Моника Лир, Хо Канг, Дарод, Монтагна и Аликхан. Мусфий отказался от оружия.

— А что будет, если кто-то обстреляет тебя? — спросил Дилл.

— Если меня убьют, наше предприятие не состоится, только и всего, — спокойно ответил Аликхан.

Дилл проворчал что-то невразумительное и прихватил с собой второй пистолет.

Язифь послала сообщение, и встреча была назначена сразу перед ужином.

Когда солнце зашло, ее гравимобиль приземлился рядом с транспортником-рудовозом. Она сама управляла машиной, не желая, как она объяснила Иоситаро, чтобы ее водитель подвергался опасности. Ньянгу недовольно поморщился. Такое поведение выглядело необычным, и мусфии вполне могли обратить на это внимание.

Как только Язифь подала сигнал, из шахт начали взлетать лихтеры. На борту каждого находилась небольшая группка людей с изможденными лицами. Им выдавали черные комбинезоны и маски, а также оружие.

— Когда вас высадят рядом с мусфийским кораблем, — напутствовали их, — убивайте всякого, кто похож на мусфия. Подчиняйтесь приказам людей в форме или тем, у кого на рукаве будет белая повязка. Как только корабль взлетит или последует такой приказ — немедленно отступайте к рудовозу.

Пойнтон разбила шахтеров на группы и назначила из них командиров, которым выдали белые повязки. Всего в трюме транспортника собралось около двухсот нападающих, среди которых были и 'раум, и люди из Корпуса.

Гарвин полагал, что должен произнести нечто вроде речи, но в конце концов сумел выдавить лишь:

— Порядок. Пришло время помочь кое-кому из мусфиев умереть за свою империю.

После этого он затрусил вниз по трапу и забрался в битком набитый гравимобиль. Купол кабины закрылся, и, не дожидаясь приказа, Бегущий Медведь поднял его в воздух.

А потом как-то очень быстро все пошло наперекосяк.


Гравимобиль понесся по территории мусфийской базы, выдавая опознавательные сигналы, сообщенные Язифью. Разбросанные тут и там огневые точки автоматически подтверждали получение таких сигналов. Несложное устройство, смонтированное в гравимобиле, передавало эти подтверждения рудовозу, что позволяло ему беспрепятственно следовать за гравимобилем.

Из штаб-квартиры мусфиев выслали «аксай», чтобы сопровождать гравимобиль, главным образом из любезности по отношению к особе такого высокого ранга, как Язифь. Бегущего Медведя, пилотировавшего гравимобиль, не сочли нужным поставить об этом в известность.

В какой-то момент Бегущий Медведь отклонился от заданного маршрута, врубил двигатели на полную мощность и полетел к взлетно-посадочной площадке, где в свете заходящего солнца поблескивал нос интересовавшего их корабля-матки. Мчась со всей возможной скоростью, Бегущий Медведь в последний момент включил антиграв. Гравимобиль резко подскочил, снова упал на землю, и купол кабины открылся.

Корабль-матка возвышался на расстоянии около пятидесяти метров. У входа в люк стояли два охранника. Оба изумленно открыли рты, один поднял оружие.

— Не стреляйте! Сдавайтесь! — закричал Аликхан, и бластер охранника повернулся в его сторону.

Бен Дилл застрелил охранника. Тут опомнился второй, но Иоситаро швырнул в него гранату. Раздался взрыв, послышались предсмертные крики. Аликхан стоял, в замешательстве делая странные движения лапами.

— Вперед! — закричал Дилл.

Аликхан, наконец, очнулся, взбежал по трапу и нырнул в люк. Остальные последовали за ним.

Пилот «аксая», еще совсем зеленый новичок, только что прошедший обучение, снизился, чтобы рассмотреть, что происходит. Бегущий Медведь услышал свист, увидел летящий вниз «аксай», схватил Язифь, взвалил ее на плечо и понесся по взлетной площадке к стоящим неподалеку бочкам. Пилоту «аксая» не понравилось увиденное, он взлетел повыше и включил ракетные установки. Одна ракета пронеслась мимо цели, другая угодила в гравимобиль, разорвав его на части.

Всхлипывая и спасаясь от падавших сверху осколков, Язифь старалась вжаться в гудронированное покрытие. Потом, подняв голову, она поняла, что лежит в луже мусфийской крови, а в двух метрах от нее разбросаны остатки тела охранника.

Пилот «аксая» пронесся низко над полем, но не заметил никакого движения. И тут приземлился рудовоз.

Распахнулись люки, и оттуда хлынули нападающие. «Ак-сай» затормозил, развернулся и полетел обратно.

Страйкер Map Хэнсчли вскинула «сорокопут», поймала в прицел «аксай» и нажала на спусковой крючок. Ракета угодила точно в цель и разорвала мусфийское судно почти пополам. Вторая ракета, выпушенная другим стрелком, попала уже в облако быстро распространяющегося во все стороны газа, не обнаружила ничего достаточно твердого, что стоило бы взрывать, понеслась дальше и вскоре саморазрушилась. Хэнсчли издала ликующий крик и перезарядила «сорокопут».


Оказавшись на борту корабля, ударная группа неуклонно продвигалась вперед. Они обнаружили с полдюжины мусфиев — примерно столько, сколько и предсказывал Аликхан, — и предложили им сдаться. Только один был вооружен, и Гарвин застрелил его. Остальные бросились прямо на нацеленные на них дула и тоже погибли — либо по храбрости, либо из глупости, это как посмотреть.

Время от времени они слышали глухие взрывы снаружи, ломая себе головы над тем, что там происходит. И вот они уже на капитанском мостике. Дежурный офицер получил пулю в лоб, не успев вытащить бластер.

Итак, корабль оказался в полном их распоряжении.

Аликхан выступил вперед, подошел к пульту управления и поднял лапу, призывая всех к молчанию.

— Ну? — не выдержал Дилл.

— Я могу пилотировать его, — твердо ответил Аликхан.


Над взлетно-посадочным полем были сбиты еще с полдюжины «аксаев» и «винтов» — их «зеленые» пилоты не могли сравниться с опытными стрелками Корпуса. Когда один из «винтов» сумел приземлиться и из него посыпались мусфийские воины, их «приветствовали» массированным огнем.

Капитан одного из «велвов» из осторожности полетел кружным путем, нашел цель и дал ракетный залп, но, к несчастью для него, опоздал на какую-то долю секунды.

Посланная с земли ракета угодила в бок корабля, он завертелся волчком и рухнул на склон холма. Однако его ракета на полной скорости врезалась в один из транспортных кораблей, и он эффектно взлетел на воздух, превратившись в огненный шар, озаривший уже почти совсем темное небо. Находившиеся на корабле почти двадцать пять участников налета и экипаж погибли на месте, и мусфийский корабль-матка содрогнулся.

На далекой D-Камбре / Варе Вленсинг следил за происходящим на экране. Увидев взрыв, он сразу разгадал намерения этих жалких тварей.

— Нет, олухи, нет! Они угоняют наш корабль! Уничтожьте его! — заорал он в ближайший ком, возмущенный тем, что лишь он один в состоянии разгадать человеческую хитрость.


Гарвин смотрел в обзорный иллюминатор на хаос, бушующий вокруг корабля.

— Когда мы можем взлететь?

— Через пять ваших минут, — спокойно ответил Алик-хан. — Я включаю антигравы.

Гарвин мгновенно принял решение.

— Дилл! Немедленно всех на борт! Всех, до последнего! Мы возьмем их с собой!

Бен бросился к выходному люку.


Ньянгу выплюнул кровь, поднялся на ноги и услышал крик Дилла:

— Все в корабль! Быстро!

Приглядевшись, он понял, что идет. Остальные тоже отозвались на приказ Дилла. 'Раум и солдаты двинулись к кораблю-матке, некоторые — спокойно отступая, другие в слепой панике.

Ньянгу увидел снижающийся «аксай» и стрелка Корпуса, совершенно спокойно, в открытую стоящего посреди этого ада. Пилот «аксая» и Map Хэнсчли выстрелили одновременно, и оба исчезли в облаке двойного взрыва.

Мучаясь вопросом, кто этот неизвестный герой, Иоситаро пошел дальше, подгоняя последних задержавшихся.

Одним из них оказался Бегущий Медведь. Он тащил на плече женщину в гражданской одежде, с лицом, залитым темной мусфийской кровью. Ньянгу понял, кто это.

— Что с…

— Просто шок, сэр, — с этими словами Бегущий Медведь скрылся в корабле.

На взлетной площадке оставались двое — Иоситаро и Моника Лир, а трап уже с жужжанием начал подниматься.

— Черт возьми, Лир, хватит разыгрывать из себя несгибаемую героиню!

Моника одним пальцем отсалютовала ему и дала еще залп в сторону надвигающихся мусфиев. Иоситаро, а вслед за ним и она едва успели проскочить в люк, как он закрылся. Корабль завибрировал, собираясь взлететь.


Корабль-матка оторвался от земли, покачнулся и пошел вверх. Вслед за ним бросилось звено «аксаев». Один выстрелил, промахнулся, а спустя мгновение корабль-матка оказался уже вне пределов досягаемости. Вскоре он был уже на краю атмосферы С-Камбры и исчез, уйдя в гиперпространство.


Вленсинг снова и снова всматривался в запись, сделанную во время побоища на С-Камбре. Он видел, как гравимобиль приземляется рядом с кораблем-маткой и как из него выпрыгивает… Проблемы установления личности предателя-мусфия больше не существовало. Его детеныш оказался изменником. Вленсинг понимал, как это произошло, кто отравил его сознание. Более того, он догадывался, куда тот направляется и с какими намерениями.

Он поднялся и повернулся к Даафу, одарив помощника таким взглядом, что тот содрогнулся.

— Немедленно установить связь с Кеффой!


Глава 21 | Лики огня | Глава 23