home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



2

19 октября в Москве введено военное положение. Идет непрерывная переброска на фронт дивизий из Средней Азии, Дальнего Востока, Сибири. Формируются новые 16-я, 5-я, 43-я, 49-я, 35-я армии, восемь танковых и две механизированные бригады. К 22 октября немецкая разведка уже насчитывает в районе Москвы 38 стрелковых, 8 кавалерийских, 2 танковые дивизии и 17 танковых бригад (что несколько завышено, но тенденция угадана верно). В этих условиях фон Бок остановил наступление, чтобы дать войскам передышку и перегруппировать свои части для новой стратегической операции.

Наступление планировалось «с листа» – не было ни времени, ни сил на подробный анализ ситуации и поиск оперативных возможностей. Части и соединения вводились в бой «по мере готовности». Формально датой возобновления сражения было назначено 15 ноября, но в реальности 4-я армия переходила к активным действиям 18 ноября, а дивизия СС «Райх» – только 19-го.

Планы были достаточно обширными: вновь речь идет о Рыбинске, Ярославле и Горьком, об огромном «кольце» в районе Москвы, – но никто не сомневается в нереалистичности этих замыслов. В действительности у немцев просто нет сил на двойной охват гигантского города, да и проблемы со снабжением 2-й танковой группы остаются крайне острыми. В результате фон Бок просто направил все три танковые группы прямо на Москву – через Тулу-Каширу и через Клин-Солнечногорск.

Развертывание плана «Барбаросса» достигло своей кульминационной точки.

На 15 ноября 1941 года на Восточном фронте действовали девять немецких, две румынские, две финские армии, некоторое число итальянских, венгерских и словацких войск. Из этих сил: армия «Норвегия» ведет безрезультатное и давно потерявшее надежду на успех сражение в районе Мурманска, финские вооруженные силы обеспечивают блокаду Ленинграда с севера и поддерживают фронт на реке Свирь. 18-я армия блокирует Ленинград с юга и запада, 16-я наступает на Тихвин. 9-я армия фронтом на север прикрывает фланг группы армий «Центр» и обеспечивает какую-никакую связь между войсками Лееба и фон Бока. 4-я армия, единственная, готовится к наступлению на Москву. Ее поддерживают 2-я, 3-я и 4-я танковые группы, вымотавшиеся до предела. 2-я армия обороняется под Воронежем. Шестая – наступает на Харьков, а 17-я вместе с итальянским и венгерским корпусами-на Ворошиловград. 1 – я танковая сражается в Донбассе, пытаясь прорваться к Ростову. 11-й армии, в командование которой в сентябре вступил Э. Манштейн, вместе с подчиненными ей румынскими войсками, германское командование не нашло лучшей задачи, нежели борьба за Крым и овладение крепостью Севастополь.

Таким образом, естественное развитие событий, заложенное в директиве «Барбаросса» привело немецкие войска к следующему оперативному балансу: на направлении главного удара действует лишь одна армия из четырнадцати (считая венгерские, словацкие, итальянские контингенты за одну армию) [91]. Правда, к наступлению на Москву привлечены три танковые группы из четырех, но в конкретных условиях зимних боев за укрепленные линии обороны и, в перспективе, за миллионный город, это не компенсировало нехватку пехоты. Да и танков в танковых группах оставалось немного. У Гудериана, например, всего сто пятьдесят.

Зимой, в условиях холода и короткого светового дня использование танков было сопряжено с огромными трудностями. Ночью немцы не воевали. Утром надо было завести капризные, не рассчитанные на русские холода моторы машин. Попытки прогреть двигатели танков продолжалось несколько часов, в течение которых направление грядущей атаки становилось очевидным даже слепому и глухому. Потом следовала попытка наступления, причем танки практически не могли покинуть дороги с твердым покрытием, они вязли в снегу. А затем наступала ночь, и сражение прерывалось до следующего утра.

9-я армия смогла, по крайней мере, оттеснить советские войска к Волге, где и перешла к обороне, исчерпав свою роль в решающей битве. 3-я танковая группа начала продвигаться к Клину. 4-я за трое суток боев продвинулась лишь на 4–6 километров. Девятнадцатого числа Э. Гепнер ввел в действие 40-й и 46-й механизированные корпуса на стыке Западного и Калининского фронта. Это принесло успех: немцы заняли 23 ноября Клин и Солнечногорск, а 25-го – форсировали Истринское водохранилище. Бои идут уже на непосредственных подступах к Москве, о захвате советской столицы нет и речи.

На юге Гудериан, армия которого связывает активный и пассивный участки немецкого фронта (4-ю и 2-ю полевые армии), пытается взять Тулу и одновременно, во исполнение приказа фон Бока, наступать к Кашире. 2-я танковая группа ведет очаговые бои в пяти разных направлениях – от северо-западного до южного. Тула держится, и это означает, что наладить снабжение своих дивизий, действующих к востоку от города, Г. Гудериан не может.

Ф. Галдьдер вновь пытается направить войска на Ярославль и Горький. Фон Бок отвечает ему, что «будет рад любому успеху в любом направлении».

3-я танковая группа, левый фланг которой все более и более растягивался по мере продвижения вперед, достигла канала Москва-Волга и переправилась в районе Яхромы на восточный берег, где была остановлена. Попытка форсирования канала на широком фронте была сорвана, так как он замерз лишь частично, а русские, в распоряжении которых остались насосные станции, открыли шлюзы Истринского водохранилища. К этому времени в 3-й танковой группе осталось всего 77 танков.

Четвертая т. г. 1 декабря заняла Красную Поляну [92] (это уже окраина Москвы, 27 километров от Кремля, башни которого немецкие офицеры теперь видели в бинокли). Пехотные соединения 4-й полевой армии пытались пробиться к Москве 1–3 декабря в районе Звенигорода и Нарофоминска. Фронт был «почти прорван», немцы дошли до деревни Бурцево в 30 км. от Москвы, но здесь были остановлены контрударом и вынуждены отойти на исходные позиции.

К первым числам декабря все немецкие части вольно или невольно перешли к обороне. Но приказ на наступление не отменен, поэтому то здесь, то там продолжаются попытки прорыва, уже явно утратившие руководящую мысль. Вновь возникают разрывы с группами «Север» и «Юг». А в резерве у фон Бока – ни одной дивизии [93]. В довершение всего определился кризис на стратегических флангах: фон Лееб проиграл Тихвинскую операцию, а армия Клейста была отброшена от Ростова.

Германия теряла стратегическую инициативу. И в этих условиях Г. Жуков ввел в сражение две свежие армии.


предыдущая глава | Вторая Мировая война между Реальностями | cледующая глава