home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава II. СЕКРЕТНЫЙ КАНАЛ ДЕЙСТВУЕТ

Одесса встретила Делафара низким серым небом, снежной крупой вперемежку с дождем, порывами колючего ветра с моря.

Был конец декабря 1918 года.

В гостинице «Лондонская» на Николаевском бульваре свободных мест не было.

— Извините, месье, — сказал услужливый портье, — ничем не могу помочь. Вам нужен одноместный номер? Я вам скажу, что у нас все номера одноместные, но гостиница занята нашими друзьями —французскими офицерами. Попробуйте зайти, молодой человек, в гостиницу «Бристоль». Это недалеко — на Пушкинской, дом четырнадцать. Впрочем, там тоже живут иностранные офицеры — англичане, греки.

Заметив вопросительный взгляд Делафара, портье пояснил:

— Не ладят союзники между собой, вот и живут отдельно — французы у нас, англичане — в «Бристоле». А уж если в «Бристоле» не получится, идите в «Большую Московскую». Это на Дерибасовской, в доме четырнадцать, рядом с кинотеатром.

И почему-то понизив голос до шепота, будто сообщая большую тайну, словоохотливый портье продолжал:

— В «Большой Московской» летом этого года киноартисты из Москвы поселились. Там целыми днями толпа стоит — хотят посмотреть на знаменитую артистку Веру Холодную. Слышали про такую? На Французском бульваре за два месяца большую кинофабрику построили, кино снимают.

— А бульвар Французским только сейчас назвали?

— Да нет, еще в начале века наша городская дума назвала так Малофонтанскую дорогу — в память о визите в Париж государя императора.

Собираясь уходить, Делафар машинально взглянул на висевшую за спиной портье доску с гвоздиками, где болтались ключи от номеров, запомнил количество номеров в гостинице.

Потом спросил:

— А как найти в городе французского консула?

— Господина Энно? Его сейчас нет в городе. Замещает консула господин Биллем Георгий Антонович. Это на Малой Арнаутской. Там спросите, любой покажет.

Делафар почти не сомневался в том, что портье был осведомителем французской и деникинской контрразведок.

В гостинице «Бристоль», которая размещалась в старом потемевшем от времени здании с высокими венецианскими окнами, мест тоже не было.

Наконец, удалось устроиться в «Большой Московской».

В просторном номере было холодно, в щели между стеной и оконной рамой задувал ветер, коченели пальцы.

Под вечер Делафар прошелся по Дерибасовской.

Улицу постепенно заполняла толпа. Такого странного причудливого смешения лиц, языков, одеяний Делафару наблюдать давно не приходилось — разве что в Марселе, где он не раз бывал в ранней юности во время учебы во Франции.

Кого здесь только не встретишь — строгие неулыбчивые моряки с английских дредноутов, веселые французские матросы в синих фуфайках и шапочках с помпонами, рослые зуавы — французские колониальные солдаты-наемники в красных штанах и красных фесках с синими перевитыми серебром кистями, офицеры добровольческой армии Деникина в защитных кителях с кожаными пуговицами и шинелях солдатского сукна, «дружинники», одетые в английские и американские шинели, гетманские сердюки и серожупанники в новенькой, с иголочки, венгерской, австрийской и немецкой формах, петлюровцы в синих жупанах, красных шароварах и смушковых шапках с длинными шлыками.

Встречались и польские легионеры с бело-малиновыми шевронами на голубых французских шинелях и в четырехугольных конфедератках с огромными окантованными медью козырьками, бельгийские офицеры-летчики в кожаных куртках и шлемах, задержавшиеся в Одессе после Первой мировой войны.

В театрах и кино проводились облавы на дезертиров, не желавших служить в деникинских войсках. Их выводили на улицу, но уже через несколько минут они возвращались обратно, всучив проверяющим взятку.

На Молдаванке, раскинувшей свои одноэтажные домики из белого ноздреватого камня, около товарной железнодорожной станции обитали торговки ношеным французским и английским обмундированием, воры и налетчики, отмечавшие удачные дела в шумных притонах.

А известный на всю страну одесский рынок — Привоз, где раньше краснощекие торговки в негнущихся брезентовых фартуках с прилипшей рыбьей чешуей продавали ставриду и скумбрию, а босоногие мальчишки предлагали связки бычков, стал огромной барахолкой, на которой можно было купить все — потертую австрийскую шинель, немецкие ботинки, антиквариат, настоящие и фальшивые золотые кольца и кулоны, меха, пахнущие нафталином, фильдеперсовые чулки, французские духи, много всякого привозного контрабандного товара.

На углу Дерибасовской и Екатерининской до глубокой ночи было открыто знаменитое кафе Фанкони, где встречались дельцы и подрядчики, маклеры и шулеры, главари уголовного мира.

Здесь обсуждались деловые новости, устраивались свадьбы и банкеты. Подрядчики заключали с капитанами иностранных торговых судов сделки на очистку пароходных труб и котлов. Чистили их за гроши тощие беспризорные мальчишки, которые ловко пролезали по изгибам пароходных труб.

Случалось, уходил в рейс пароход, а кто-либо из мальчишек засыпал от усталости или не успевал выбраться из сложного лабиринта труб.

В ночи часто раздавался мерный стук кованых сапог военных патрулей, быстрые деловые шаги, а иногда — редкие выстрелы и истерический женский смех…

Такой встретила Одесса Делафара — агента ВЧК «Шарля», который прибыл в город для выполнения специального задания…


* * * | СВР. Из жизни разведчиков | * * *