home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 2

Двое уже ушли. Рики замешкался, сказав им, -что незачем спешить в такой холод. Льюис ответил: “Это живо разрумянило бы тебя, Рики”, но доктор Джеффри просто кивнул. Действительно, для октября было очень холодно, достаточно холодно, чтобы выпал снег. Сидя в библиотеке, пока Сирс пошел за новой порцией выпивки, Рики слышал, как удаляется гудение машины Льюиса. У Льюиса был “моргай”, пять лет назад привезенный из Англии, спортивный автомобиль, который нравился Рики. Но его брезентовый верх в такой вечер не спасал от холода. В такие нью-йоркские зимние вечера нужно что-то большее, чем маленький “моргай” Льюиса. Бедный Джон совсем замерзнет, пока Льюис довезет его домой на Монтгомери-стрит, к Милли Шиэн.

Милли сидит сейчас в полутьме в смотровой доктора, ожидая, когда повернется ключ в замке, чтобы помочь ему снять пальто и сварить чашку горячего шоколада. После этого Льюис поедет дальше за город, в леса, где стоит купленный им после возвращения дом.

Что бы ни делал Льюис в Испании, денег он оттуда привез достаточно.

Дом Рики стоял буквально за углом, в пяти минутах ходьбы, в былые дни они с Сирсом каждый день ходили на работу пешком. Теперь они гуляли только в теплую погоду. “Как Том и Джерри”, говорила Стелла. Ирония относилась в первую очередь к Сирсу: Стелла его недолюбливала. Конечно, она никогда не показывала этого. Не могло быть и речи, чтобы она встречала мужа с горячим шоколадом; она ложилась спать, оставив свет только в верхнем холле. Само собой считалось, что, коль Рики засиделся у друзей, ему полагается шарить в темноте и натыкаться на модерновую мебель с острыми углами, купленную им по ее настоянию.

Сирс вернулся в комнату с двумя бокалами в руках и сигарой во рту.

— Сирс, — сказал Рики, — ты, должно быть, единственный, кто заставляет меня пожалеть, что я женат.

— Не трать на меня зависть. Я слишком старый и толстый.

— Ни то, ни другое, — Рики взял бокал. — Ты просто притворяешься.

— Но ты попал в точку. Ты не можешь никому сказать то, что говоришь мне. Если ты скажешь это твоей красавице, она вышибет из тебя мозги. А мне ты говоришь, потому что… — Сирс сделал паузу, и Рики показалось, что сейчас он скажет:

“Я тоже жалею, что ты женат”.


— Слушай, я, по-твоему, боевая лошадь или рабочая?

Слушая своего компаньона с бокалом в руке, Рики подумал о Джоне Джеффри и Льюисе Бенедикте, мчащихся в свои дома, о своем собственном доме, ждущем его, и о том, как переплелись их жизни и привычки.

— О, я думаю, боевая, — сказал Рики и улыбнулся. Он вспомнил, что говорил недавно “все меняется только к худшему”, и подумал:

Да, это так, храни нас Бог. Внезапно он представил, что все они, он и его друзья, летят в маленьком самолетике по черному грозовому небу.

— А Стелла знает про твои кошмары?

— Я и не знал, что у тебя тоже, — Рики не хотел отвечать.

— Я считал, что незачем это обсуждать.

— И у тебя они уже…

Сирс поглубже погрузился в кресло.

— А у тебя уже?..

— Год.

— И у меня. Год. И у остальных, наверно, тоже.

— Льюис не кажется встревоженным.

— Льюиса ничего не может встревожить. Когда Бог создавал Льюиса, он сказал: “Я дам тебе красивое лицо, хорошую фигуру и добрый нрав, но, поскольку мир несовершенен, недодам немного мозгов”. Он разбогател потому, что ему нравились рыбацкие деревни в Испании, а не потому, что он знал, что с ними делать.

Рики не стал развивать эту тему.

— Это началось после смерти Эдварда?

Сирс кивнул своей массивной головой.

— А как ты думаешь, что случилось с ним?

Сирс пожал плечами. Они все долго искали ответ.

— Я знаю не больше тебя.

— Думаешь, нам будет лучше, если мы узнаем?

— О, небо, что за вопрос! Я думаю, что случится что-то ужасное. Что ты навлечешь на нас беду, если пригласишь сюда молодого Вандерли.

— Предрассудки. Чушь. Я думаю, что-то ужасное уже случилось, и молодой Вандерли как раз может помочь нам в этом разобраться.

— Ты читал его книгу?

— Вторую? Пролистал.

Это значило, что он все же читал.

Ну и что ты думаешь?

Хороший опыт. Больше мастерства, чем у многих. Несколько превосходных фраз, интересный сюжет…

— Но то, о чем он пишет…

— Я думаю, что он, во всяком случае, не примет нас за маразматиков. Это главное.

— Хорошо бы, — сказал Рики. — Не хочу, чтобы кто-то совал нос в нашу жизнь.

— Но он как раз будет “совать нос” и выспрашивать, чего мы так боимся. Тогда, может быть, Джеффри перестанет ругать себя за ту вечеринку. Он ведь устроил ее только из-за той актрисы. Из-за молодой Мур.

— Я много думал об этой вечеринке. Пытался вспомнить, как она выглядела.

— Я ее видел, — сказал Сирс. — Она говорила со Стеллой.

— Это все видели. Но куда она делась потом?

— Мы все плохо соображаем. Надо дождаться молодого Вандерли. Пусть посмотрит свежим взглядом.

— Боюсь, что мы пожалеем, — сделал Рики последнюю попытку. — Это нас добьет. Мы будем, как те звери, грызть свой собственный хвост.

— Решено. Не надо мелодрам.

Переубедить его было явно безнадежным делом. Рики решил задать еще один вопрос:

— Когда приходит твоя очередь, ты заранее знаешь, о чем будешь говорить?

— А что?

— А я не знаю. Просто сижу и жду, и это приходит ко мне, как сегодня. С тобой так же?

— Да, но не всегда.

— А с остальными?

— Слушай, не знаю. Тебе пора домой. Стелла, должно быть, заждалась.

Он не мог понять, серьезно ли говорит Сирс. Он поправил свою бабочку — еще одну деталь их ритуала, которую Стелла с трудом выносила.

— Откуда берутся эти истории?

— Из нашей памяти, — ответил Сирс. — Или, если угодно, из подсознания.

-Иди. Мне еще мыть бокалы, а я тоже уже хочу спать.

— Можно мне еще раз попросить…

— О чем?

— Не писать племяннику Эдварда, — сердце Рики внезапно забилось сильнее.

— Что это ты так забеспокоился? Попросить можно, но когда мы в следующий раз соберемся, он уже получит мое письмо. Думаю, так будет лучше.

У двери Сирс держал его пальто, пока он влезал в рукава.

— По-моему, Джон плохо выглядит, — сказал Рики.

Сирс распахнул дверь в темноту, освещенную уличным фонарем. Оранжевый свет падал на лужайку, усыпанную опавшими листьями. Силуэты туч проносились по темному небу; пахло зимой.

— Джон умирает, — спокойно сказал Сирс, вторя его мыслям. — Увидимся в конторе. Передавай привет Стелле.

Дверь закрылась за ним — за маленьким человеком, уже начавшим дрожать на холодном ветру.


Глава 1 | История с привидениями | Глава 1