home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 21

Медведь умер через три месяца. Перед смертью он перестал есть. И когда гроб подняли на плечи, он не весил ничего. Трудно было поверить, что в дубовой колоде покоилась целая эпоха. Медведь был мостиком, который связывал старые традиции с новыми.

Похороны решили устроить скромные, без помпезности. Но когда на кладбище появилась дюжина воров в законе, могильщики засомневались.

– Кого хороните? Тоже урка... Понимаем, понимаем. Нам все равно, как скажете. Сделаем все в лучшем виде, нам и за молчание платят. Сам зону прошел, – частил один из них, сверкая золотыми зубами. – А такое количество урок и на зоне не увидеть. Видать, большой человек был, если такой почет оказали.

– Что правда, то правда, не маленький.

– Вот и я о том же, – горестно кивал он. – Какой бы человек ни был, а умирать приходится.

Когда опускали гроб в могилу, Варяг оглянулся. Ему показалось, что у одной из оград, вдалеке, он увидел знакомую фигуру. Человек молча наблюдал за происходящим. Лицо его было спрятано в тени. Но резкие, порывистые движения могли принадлежать только одному человеку. На крышку гроба упал первый ком земли. Потом еще один, еще и еще... Бросил горсть земли и Варяг, а когда обернулся, того человека уже не было.

Странно, почему он здесь? Впрочем, этого не может быть. Скорее всего показалось, решил Варяг.

Некоторое время законники стояли у могилы, потом, по обычаю, поставили стакан водки на холмик и разошлись.

– Ангел, у тебя есть немного времени? – спросил Варяг.

– Что спрашиваешь, теперь ты остался вместо Медведя. Если имеется какое-то дело, тогда так и говори, я этим академическим тонкостям не обучен, – хмуро отозвался Ангел.

– Ко мне в институт через час должен приехать человек. Я бы хотел знать, куда он отправится сразу после нашей встречи. Не исключено, что захочет наведаться в госбезопасность.

– Сделаем, – отозвался Ангел.

Они вышли с кладбища. Жизнь встретила их городским шумом. Варяг сел в машину.

– Куда поедем, Владислав Геннадьевич? – поинтересовался шофер.

– Давай в институт.

Предстоящая встреча обещала быть необычной. Человек, о котором он сказал Ангелу, уже заходил накануне. Он довольно прозрачно намекнул, что располагает информацией о крупных деньгах и хотел бы продать ее подороже.

– Почему вы пришли именно ко мне? – сделал удивленные глаза Варяг, раздумывая, не выставить ли визитера сразу за дверь.

Не исключено, что это элементарная провокация. Но что-то подсказывало ему не торопиться с выводами.

– У меня есть для этого кое-какие основания. Я не буду вам о них рассказывать. Могу только сказать – вы человек со связями и, я думаю, большим будущим.

– Мне нужно посоветоваться.

– Ради бога! Это можно и завтра решить, но советую не затягивать, потому что деньги могут уйти в любой момент.

Варяг ждал гостя с нетерпением, а тот, не заставив себя ждать, явился ровно в назначенный срок. Уверенно постучав в дверь кабинета директора института, он вошел мягкой походкой. Кивнув в ответ на приглашение присаживаться, он опустился в кресло, положив ладони на полированные подлокотники.

Варяг подготовился к беседе. Два часа назад ему на стол положили пухлую папку, в которой была документально представлена жизнь гостя за последние пятнадцать лет. Варяг знал, что к нему пожаловал партаппаратчик средней руки, который не был избалован милостями великих мира сего, однако был вхож во многие кабинеты. Как и всякий информированный чиновник его круга, он предпочитал помалкивать. Он уже перевалил тот возраст, когда делают стремительные карьеры, и на него смотрели как на старательного исполнителя, которому можно поручить любое кропотливое дело. «Такие, как он, никогда не бывают рысаками, такие, как он, – вечно ломовые», – размышлял Варяг, наблюдая за посетителем.

Впрочем, такие, как он, иногда преподносят сюрпризы, поскольку эти люди, как правило, самолюбивы и переполнены сознанием собственной значимости. Эти люди как бы посредники, без которых не обходится ни одно крупное дело. Они службисты и основные советчики. И когда гремит гром и сверкают молнии, именно они являются громоотводами.

Вот такой человек и сидел сейчас перед Варягом. Этот важняк являлся ключом, при помощи которого можно было отомкнуть многие ларчики из тех, что открываются совсем непросто. Последние три года этот человек работал референтом у одного из генсеков, и Варяг догадывался, о каких деньгах шла речь накануне. Варягу было известно, что год назад он развелся с женой. Оставив ей шикарную квартиру в центре города, сейчас жил у своей любовницы – двадцатипятилетней манекенщицы. Естественно, что при таком раскладе ему нужны деньги.

«Вероятно, он и детям помогает», – соображал Варяг, хотя сын и дочь уже взрослые.

– Прежде чем приступить к разговору, мне бы хотелось получить от вас гарантии, что со мной ничего не случится.

– Я сделаю все, что в моих силах.

– Мне этого достаточно. Я хочу начать с того, что у меня сын и дочь, а сам я живу с молодой женщиной, младше меня на двадцать лет...

– Я знаю все это. Почему вы решили обратиться именно ко мне? – Варяг посмотрел на него в упор.

Посетитель не отвел взгляда. Он тоже знал кое-что интересное о директоре института. Однако не собирался об этом распространяться, разве что под дулом пистолета.

– Извините, но это моя тайна. Я не смогу ответить на этот вопрос. Но поверьте, дальше меня это никуда не пойдет.

– Вчера вы озадачили меня, не скрою. Я готов вас выслушать.

Гость начал издалека:

– Мы с вами являемся свидетелями катастрофы, которая называется распадом великой державы. Вы никогда не задумывались о том, где сейчас партийные деньги, которые накапливались десятилетиями и были сосредоточены в одних руках?

Варяг улыбнулся. Именно об этом он и думал последнее время.

– Задумывался. И где же они? Может, их зарыли?

– Ну зачем вы так? Их переправляют в заморские банки. Кто еще вчера махал нам с трибуны Мавзолея ручкой, открывают там на свое имя счета. Вы даже представить себе не можете, какие это суммы! Миллиарды рублей... Такие люди, как я, выполняют техническую часть этой бухгалтерии. Но большая часть этих денег пока еще в стране. Вы, конечно, знаете о том, что дипломатическая почта неприкосновенна?

– Разумеется.

– Ну так вот, золотые слитки вывозят даже дипкурьеры, причем не подозревают об этом. Все продумано. В этой операции задействованы наша и западные таможенные службы, получающие неплохой процент за молчание. Все это осуществляется на самом высоком уровне, однако лицам первого эшелона власти все равно не обойтись без таких людей, как я. Но меня беспокоит другое: как только кто-нибудь из нас выполнял небольшой объем своей работы, он тут же бесследно исчезал. И что самое интересное, Фемида не только слепа, она еще и оглохла. Теперь она вообще глухонемая. А не так давно я обнаружил, что за мной следят. Значит, я следующий. И я больше чем уверен: как только переправлю золото за границу, от меня тут же избавятся как от опасного свидетеля. А ведь я только сейчас и начал жить... Никогда не знал, что такое любовь, а тут втюрился, как студент. И счастлив! Не хочется умирать... Вы меня понимаете?

Варяг задумался. Возможно, этот человек что-то знает и о нем. В последнее время доктор Щербатов на виду, и наверняка он, Варяг, мог где-то засветиться. Логично будет, если он поможет запрятать этого куда-нибудь подальше.

Но вслух он сказал совсем не то, что подумал:

– Вы просите у меня защиты?

– Да. Я знаю, что это в ваших силах. Но это еще не все. Я бы хотел продать вам информацию, за которую другие отвалили бы мне миллионы, но я не прошу у вас много. Мне нужно ровно столько, чтобы обеспечить себя и свою семью на всю оставшуюся жизнь. Потом я бы хотел для всех исчезнуть, только не по чьей-то злой воле, а добровольно. Раствориться в каком-нибудь тихом городке Западной Европы, быть одним из многих и умереть под чужой фамилией. Если будут деньги, то это не составит большого труда.

Силен партаппаратчик, соображает...

– Вы хотите сказать, что знаете, где находятся остальные деньги? – переспросил Варяг, все еще не веря в подвернувшийся фарт.

– Именно это я и хочу сказать! Я знаю людей, которые отвечают за операции по переправке золота. Знаю сроки, когда они будут проводиться. Знаю, какие суммы денег в самое ближайшее время навсегда уйдут из России. Я знаю людей, в чьих руках они потом будут сосредоточены. Я знаю все! Партийная элита не затрудняла себя в выборе средств для достижения цели. Есть на Сицилии некий дон Валаччини... Так вот, он помог им надежно упрятать партийные деньги в престижные банки.

– Вы не ошиблись? Дон Валаччини? – переспросил Варяг.

– Вы его знаете? – не удивился гость.

Он знал, куда шел. Конечно, он предпочел бы не заводить такого знакомства, но у него просто не было выбора.

– Было дело, – сознался Варяг.

Человек, сидящий перед ним, был интересен, умен и очень осторожен, и теперь Варяг нисколько не сомневался в том, что сказанные им слова не пойдут дальше этих стен.

– Дон Валаччини – лишь маленькое звено в огромной цепи. Если вы будете осторожничать и откажетесь от моего предложения, то уже через две недели ничего нельзя будет сделать.

Зазвонил телефон, Варяг поднял трубку.

– Да.

– Это я.

Он узнал голос Ангела.

– Так, слушаю.

– С твоим посетителем все чисто. Около дома, где он живет, кто-то все время крутится, но к тебе он никого не привел. Мы здесь узнали через своих людей, что в органах он не значится. Не подставной, и с ним можно иметь дело. После разговора с тобой проводить его домой?

– Обязательно, но сначала позвонишь еще, – коротко распорядился Варяг и осторожно положил трубку на рычаг. – Если мы все-таки примем ваше предложение, вы рассчитываете на какой-то процент?

– Мне не нужен никакой процент. Я бы хотел иметь миллион долларов, – уверенно посмотрел гость в глаза Владиславу Геннадьевичу. – Моя информация стоит в сотни раз дороже! Вы на этом заработаете не один миллиард. Наверняка на Западе у вас есть свои люди, они помогут вам безболезненно провести операцию. Мой миллион долларов прошу перевести в один из банков Европы. Какой именно, я назову позже. И чтобы вы поверили мне и не считали за сумасшедшего, я дам вам списочек с двумя адресами. Он очень многого стоит. Там вы возьмете десятка два миллионов долларов и отдадите мне пятьсот тысяч, а потом я называю вам остальные адреса, и вы мне отдаете вторую половину моих денег. Вас устраивает мое условие?

– Хорошо. Назовите, кто это.

– Это некий Гаврилов Юрий Петрович. В свое время занимал крупный пост, хотя о нем мало кто знает. Гаврилов был одним из главных разработчиков этой операции. Так сказать, ее мозг. В его руках – десятки нитей, которые уходят далеко на Запад и Восток. Но даже он не знает всего. Эта операция многоплановая и очень хорошо законспирирована, каждый отвечает за свой кусок работы. Второй человек – Захаров Гавриил Львович. Он директор банка. Его банк – своего рода перевалочный пункт, с которого золото уходит за границу.

– Вы можете подсказать, как к ним подобраться, чтобы не навлечь подозрение?

– Я не знаю этого. Они очень осторожные люди, и сделать это будет весьма непросто. Я продал вам информацию, а там уже ваше дело. Но деньги, которыми они владеют, не числятся нигде. Они не значатся ни в одной бухгалтерии! Их даже не будут разыскивать, об их существовании знает только небольшая группа посвященных. И если эти деньги не возьмете вы, к ним может прийти другой человек, который заявит на них свои права. Повторяю, через две недели может быть поздно! За рубежом они сразу разойдутся по множеству каналов.

– Хорошо. Если все будет так, как вы говорите, то ровно через неделю... максимум через десять дней вы получите свои первые пятьсот тысяч долларов.

Посетитель распрощался, и уже через минуту зазвонил телефон.

– Он вышел.

– Если заметите хоть малейший контакт, то, думаю, не надо вас учить, что делать в этом случае. И тут же сообщите мне.

– Договорились. У тебя все?

– Нет, поднимись ко мне.

Ангел никогда не заходил к Варягу и сейчас, услышав от него эту просьбу, удивился.

– Хорошо, буду!

Через несколько минут дверь распахнулась.

– Ты неплохо смотришься за этим столом, Владислав Геннадьевич, – протянул Ангел руку.

– Спасибо, садись. Знаешь, что это за человек?

– Откуда? Он не ко мне приходил!

– Помнишь, год назад все газеты писали о том, что исчезли партийные деньги. Была организована какая-то комиссия, но концов так и не нашли. И об этом деле потом перестали писать.

– Видно, не очень-то и хотели.

– Все может быть. Так вот, этот человек мне обрисовал общую картину и дал списочек с адресами, которые нужно проверить. Часть денег должна быть там.

– Варяг, ты забыл, мы уже пробовали заниматься этим. У нас ничего не вышло.

– У нас не вышло потому, что люди, к которым мы подбирались, как в воду канули. Сначала это была мощная государственная машина, с которой тягаться нам было просто трудно. Сейчас мы окрепли, а государство, наоборот, стало трухлявым. Я допускаю такой вариант, что, как только узнают о том, что он раскрылся нам, его немедленно попытаются убрать. Поэтому не сводите с него глаз ни днем ни ночью. Охраняйте, как если бы это был Медведь. Сможешь мне дать информацию об этих адресах завтра?

– Хорошо, завтра я сообщу тебе о результатах, – не стал задерживаться Ангел и, поднявшись, махнул на прощание рукой.

Как только Ангел вышел, Варяг взял телефон и набрал номер. Ответом ему были длинные гудки. Светы дома не было.

Неделю назад она заявила, что ей надоела эта тюрьма, что она свободна и вольна жить так, как хочет. Она по-детски растирала кулаками по щекам слезы и говорила, что он – тиран. Потом тут же бросалась к нему на шею, и он услышал совершенно обратное: она его любит, не представляет без него своей жизни.

Варяг понимал, что ничего не способен делать, пока не выяснит, что произошло. Он было снова потянулся к трубке, но рука неуверенно замерла над столом. Нет! Нужно ехать самому.

Всю дорогу Варяг молчал. И шофер, крепкий и добродушный парень, заметив настроение шефа, тоже не лез с разговорами. Варяг почувствовал неладное, когда они подъезжали к дому: свет в окнах не горел, брехнув разок, умолкла собака.

– Посиди здесь, – попросил Варяг, – я сейчас вернусь.

Он пошел на крыльцо; стукнул в дверь трижды через равные промежутки, как это делал и раньше.

В ответ дернулась занавеска, и он увидел лицо хозяйки.

– Где Света? – удивленно спросила она, отворяя дверь. – Разве она не с тобой?

Варяг понял, что произошло непоправимое.

– Приехала машина. В ней были двое. Один из них сказал, что они от тебя, и увезли Свету, – изменилась в лице хозяйка. – Разве ты за ней не посылал машину?

– Хоть раз было, чтобы я посылал за ней машину?! Я всегда приезжал сам! Как они выглядели?

– Один в машине сидел, я его даже не разглядела, а вот другого видела хорошо. Высокий, темные волосы. Красивый такой, лет сорок. Раньше я его никогда не видела. Одет прилично и разговаривал со мной очень вежливо.

Варяг и раньше замечал, что он живет так, будто кто-то постоянно подсматривает в его карты. Он не успевал сделать ход, как кто-то другой спешил накрыть его карту. Но тем не менее он никогда не находился в проигрыше, про запас всегда оставался козырь, который он берег для самого главного случая.

А сейчас вдруг почувствовал, что ему нечем крыть. Он даже не знает, откуда исходит опасность. Он всегда на виду, но со своими партнерами играет втемную. В его жизни был единственный человек, которого он опасался, – это Медведь. Сейчас его не стало, но он все время ощущал, будто рядом незримо присутствовал дух великого Медведя. Кто-то очень сильный находился возле него и знал о нем практически все. Именно этот некто координировал его действия, направлял его энергию в нужное русло. И визит партийной «шестерки» тоже был не случаен. Ведь кто-то подсказал ему? Этот неизвестный как бы стоял за его спиной. Наверняка он знал о существовании Светланы и раньше, но ее не трогали до тех пор, пока она не представляла опасности, а сейчас, когда ставка утроилась, ее просто изолировали, чтобы она не стала объектом шантажа.

В комнате зазвонил телефон, который вывел Варяга из задумчивости.

– Да, – услышал он голос хозяйки – Здесь... Владик, это тебя к телефону.

Варяг не удивился. Если этот неизвестный знает о вещах, о которых не подозревают и ближние, то что говорить о таком пустяке. Скорее всего они видели его машину, подъезжавшую к дому.

– Варяг, не делай никаких глупостей! Дело слишком серьезное, чтобы заводиться из-за бабы. Она мешает тебе!

– Кто ты такой, чтобы вмешиваться в мои дела?

– Слушай внимательно. Она не должна мешать тебе. Ею заинтересовались другие, кому знать об этом не положено. Если с ней что-то случится серьезное, тебя это может вывести из равновесия, а мы этого не хотим. Будет самое лучшее, если она скроется за границей. Мы понимаем, что это твое слабое место, но на карту поставлено слишком многое.

– Кто ты?! Я могу выйти из игры, если кто-то вздумает указывать мне, что нужно делать!

– Ты не можешь выйти из игры, ты давал клятву.

– Я давал клятву не тебе! Где гарантии того, что со Светкой ничего не случится?

Ах ты, черт! Он-то думал, что выше его никого нет, а оказывается, существует какая-то сила, о которой он не подозревает, и именно она заставляет его совершать поступки вопреки желанию.

– Год она будет жить за границей в безопасном месте. В течение этого года мы должны осуществить задуманное. Мы не можем рисковать тобой, а потом, если захочешь, можешь забрать ее обратно. Поверь, мы связаны общим делом, и я имею ту же наколку, что и ты.

– Хорошо. Я верю тебе, – неожиданно для самого себя сдался Варяг. – Но через год я с ней встречусь.

– Ты сможешь встретиться с ней даже раньше. Все зависит от того, как пойдут дела.

К машине Варяг вернулся другим.

– Что-нибудь случилось? – посмел нарушить молчание шофер.

– Нет, все в порядке. Поезжай.


ГЛАВА 20 | Я - вор в законе | ГЛАВА 22