home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 2

Хижина, предоставленная Акимову, оказалась действительно роскошной. Внутри. Внешне представляла собой неказистый, покрытый растительностью конус. Юрту народностей Севера России. Кондиционер бесшумно поддерживал температуру в 22 градуса. Душ освежил капитана, обед утолил голод. Что ни говори, встретили его по-барски. Слишком приветливо для агента одноразового употребления. Впрочем, это хорошо. Хуже, если бы поселили среди потных, издающих своеобразный запах местных аборигенов.

Сергей осмотрел аудиотеку. Выбрал альбом французской инструментальной музыки, включил музыкальный центр. Осмотрел жилище. Устроился в кресле сбоку от небольшого столика, на который выложил сигареты с зажигалкой. Пепельницей вполне могла служить декоративная вазочка, стоявшая у края стола. Капитан достал из кейса переданные ему три документа: карту городка Камаси с прилегающей местностью, схему района отеля «Африка» и план самой гостиницы.

Закурив, Сергей взял в руки карту города.

Двух-трехэтажные квадратные коробки-дома вдоль улиц, разбивающих Камаси на почти одинаковые по территории кварталы. В центре отель «Африка». Линии, обозначающие маршруты движения общественного транспорта. Окраины – частный сектор, скорее всего, мазанки бедноты, но где-то наверняка приютился и спальный район. Два высотных здания. Они так и отмечены на карте как высотки. Телевышка. С запада подходит шоссе от Кайроби – столицы Тургуза, с востока трасса от Джула. Нейтральная зона. Нейтральный город. Как говорил Ронго, в нем полно и сторонников президента, и приверженцев мятежников. Интересно, как они не превратили Камаси в кровавое месиво. Возможно, еще превратят. Его цель – Геммото, который в понедельник, 29 августа, решил встретиться с Мукаром, командиром отряда карателей. Если верить Данилевскому и Ронго, то официально полковник отдалил от себя жестокого заместителя, изгнав из дивизии, но создал подчиненный только себе карательный отряд, ответственность за деяния которого не несет. При этом почти открыто контактирует с ним. Это странно. Президент Лертомо вряд ли одобрил бы подобные отношения. Ведь Геммото его главная сила в защите от Ронго. А может, поэтому глава республики и не запрещает ничего командиру дивизии особого назначения? Может быть. А может быть и то, что ему, капитану Акимову, впаривают «дезу», представляя Геммото этаким монстром, ведь подсунули же Сергею в Москве монтаж казни явно не русских специалистов. Те несчастные больше походили на англичан, да и говорил один из них на английском языке. С другой стороны, кем бы ни были заложники, разделал их Мукар похлеще любого хищного зверя. И с этим отморозком у Геммото общие дела? Значит, и полковник, как, впрочем, и все здесь, себе на уме. Так же желает захватить власть. Но черт с ними. Не об этом надо думать Сергею. А о том, откуда провести акцию, а главное, как после отстрела Геммото оторваться от прикрытия Ронго. Уйти из Камаси и добраться до тайника у границы. Перебраться в Африканскую республику. Следовательно, надо определиться, где установить позицию. В близлежащих к отелю домах ее устроить можно, но вот уйти вряд ли получится. Мало того, что охрана полковника устроит облаву, так тут и аборигены Ронго времени терять не будут. Тот же Ломе и выстрелит в спину. Атаковать Геммото с улицы глупо. Не успеешь не только выстрелить, но и прицелиться. Хотя кто знает, надо обстановку на месте изучить. Но и при этом варианте не снижается угроза поражения капитана людьми Ронго. Попытаться отказаться от их прикрытия? Но Ронго, имея цель зачистить снайпера, не пойдет на это. Ослабить группу? А что это даст? Ничего. Даже если с Акимовым в Камаси на цель пойдет один Ломе, он успеет убрать капитана. Нет, надо придумать что-нибудь иное. С помощью карты это не сделаешь. Необходима рекогносцировка на месте в городе. А она назначена на пятницу, 26-го числа. Завтра же Сергей должен сформировать группу прикрытия или собственного уничтожения. Посмотрим, на что способны ребята Ломе. Хотя что увидишь в развалинах брошенного города? Как они перемещаются? Реагируют на изменение обстановки, стреляют? Впрочем, и это немаловажно. Более интересно, насколько действия этой группы слаженны, как бойцы понимают друг друга, нужны ли им команды по связи для ведения боя или достаточно подачи сигнала выстрелом трассера или отработанным жестом руки. Но это все завтра. А сейчас... сейчас все к черту и спать! Так ведь Жан с ужином разбудит. Слуга обязан исполнять свои обязанности. А прервет сон, считай, ночь бессонная Сергею обеспечена. Следует предупредить негритенка. Придется идти к резиденции Ронго. Да после еще раз принять душ непосредственно перед сном.

Свернув документы, Акимов вышел из хижины. Заметил сидящего в лодке негра – Ронго установил наблюдение за капитаном. Что ж, это объяснимо. Не обращая внимания на лодочника, Сергей прошел к помосту. Для этого ему пришлось обойти забор. Зайдя за частокол бревен, он столкнулся с молодой негритянкой. Та отпрянула в сторону, и Акимов неожиданно услышал ее голос:

– Хочешь узнать нечто интересное, вызови через Ронго к себе на ночь женщину. Скажи, хочу прачку, что случайно встретил здесь. Хозяин пришлет меня!

Произнеся это, довольно привлекательная внешне негритянка с плетеным коробом, забитым бельем, обошла Сергея и скрылась за забором.

От дома появился Жан:

– Мсье? Вам что-то понадобилось?

Акимов, быстро сориентировавшись, изменил прежнее решение:

– Да, парень! Я хочу видеть Ронго!

– Господин отдыхает, мсье! Только что отпустил меня!

– Не важно! Пойди и передай ему, что я хочу видеть его!

Негритенок поклонился:

– Слушаюсь!

– Давай, давай! А я пока покурю здесь.

Не обращая внимания на охрану, Сергей подошел к краю помоста, закурил, задумчиво глядя на пробегающие мимо мелкие волны быстрой мутной реки. Вот чего он не ожидал, так встречи с негритянкой, и не просто встречи, а того, что она намерена сообщить ему нечто интересное. Что это? Внутренние интриги? Страсть? Или провокация Ронго? На провокацию не похоже. Сергей не должен был до утра покидать свою фазенду. А на ужин? Но и ужин он мог приказать принести в хижину или отказаться от него. Пригласил бы Ронго? И тогда подставил бы эту прачку? Черт, до чего все запутано. И для чего мутится ситуация? Это не на руку Ронго. Киллера он получил, задачу определил, осталось уточнить подробности акции, утвердить план, провести разведку местности, и вперед на Геммото. Затем ликвидация киллера. Оплата услуг Данилевскому, и дело сделано. Зачем Ронго усложнять обстановку, вызывая ненужные подозрения у присланного Москвой агента? Что может просто стать опасным для самого мятежного генерала. Значит, встреча с женщиной не провокация. Страсть? Отпадает! Самовольничать местные бабы не будут. Они здесь на положении рабынь. Без хозяина никуда. Тогда что? Действительно интрига? Желание прачки что-то рассказать русскому такое, что от него скрывается мятежниками? Но опять-таки, что такого важного может знать эта женщина? Хотя... случай мог предоставить ей любую информацию. Но, чтобы раскрыть ее незнакомцу, нужна веская причина. Может, прачка пострадала от Ронго или от кого-то из приближенных генерала? Того же Ломе? Все может быть. Но послушать женщину не мешает, даже если это продуманная подстава, запланированная с учетом того, что Сергей выйдет из хижины, дабы отказаться от ужина.

Капитан ожидал, что явится Жан и пригласит его в дом. Но к Акимову вышел сам Ронго:

– Что-то случилось, господин Аксенов? Вас не устраивает временное жилище?

– Нет, с этим все в порядке. Просто решил отказаться от ужина и вышел сообщить об этом вашему слуге. Но вдруг вот тут у забора встретил весьма аппетитную женщину. Она несла белье. И знаете, решил, что зря отказался от экзотических ласк ваших рабынь.

Ронго усмехнулся:

– Вот оно что? Ну, это дело поправимо! Вы желаете заполучить увиденную прачку или к вам прислать других, более молодых и энергичных?

– Я, если вы не против, предпочел бы на сегодня ту прачку, что встретил недавно!

– Ее зовут Мари. Никаких проблем! Когда желаете заполучить красотку?

– Да хоть сейчас! И до утра!

– Хорошо!

Ронго обернулся. В это время на пороге показался Жан. Генерал подозвал слугу.

Мальчишка, подбежав, встал в стойку «смирно». Ронго приказал:

– Находишь Мари, передаешь распоряжение немедленно прекратить работу, отнести белье к старухе, привести себя в порядок и идти в хижину господина Аксенова. Ублажать нашего дорогого гостя. И чтобы старалась. Узнаю, не понравилась гостю, пожалеет! Пошел!

Мальчишка бросился к реке, в обход забора.

Ронго спросил Сергея:

– Что-нибудь еще?

Акимов кивнул:

– Пожалуй!

– Слушаю!

– Знаете, я чувствую себя не в своей тарелке, когда за мной следят. Тем более тогда, когда в этом нет совершенно никакой необходимости, и ведется наблюдение топорно, открыто. Прошу, уберите фискалов. Они будут мешать мне трахать Мари. А то, что мне мешает, я привык устранять. Не хотелось бы снимать ваши посты! А придется! Пардон! Таков уж нрав. Ничего не могу поделать.

Вновь мятежный генерал улыбнулся:

– Да, вы на самом деле необыкновенный человек! Хорошо, я сниму наблюдение. Но оно выставлялось не для того, чтобы следить за вами, а чтобы охранять!

Капитан удивился:

– На эту резиденцию могут напасть?

– Теоретически подобную вероятность отбросить нельзя. Люди Мукара шатаются повсюду. И стопроцентной гарантии в том, что пара его головорезов случайно не выйдет сюда, никто дать не может. И не выйдет прямо на ваше жилище!

Акимов сказал:

– Пусть это вас не волнует. Я сумею защитить себя. Даже безоружный!

Ронго неожиданно достал из-за спины пистолет, протянул капитану:

– Теперь вы не безоружны. Я дарю вам этот пистолет в знак уважения и доверия. На территории резиденции вооружены только верные мне люди.

Сергей принял ствол:

– Благодарю! Ценный подарок! И полезный! Жаль, не могу ничего предложить в ответ!

– Для меня лучшим подарком от вас будет простреленная голова проклятого Геммото!

– Вы ее получите! Что ж, благодарю еще раз за все, пойду к себе!

– Ужин при изменившейся ситуации не отменяете?

– Нет! Пусть слуга принесет его в хижину.

– Хорошо! Приятного отдыха, господин Аксенов!

– Вам того же, господин Ронго!

Проводив взглядом российского офицера, Ронго задумался. Отчего русский изменил первоначальное решение отказаться от услуг женщин? Что могло повлиять на это? Ни с кем он не общался, да и с кем общаться этому Аксенову, или как его там на самом деле. Неужели случайная встреча с Мари явилась причиной? Возможно. Русский решил отказаться от ужина и, зная, что еду доставят или пригласят на ужин в дом, чем прервут отдых, идет предупредить слугу о своем отказе от вечерней трапезы. Логично. И встреча с Мари случайна. Ну никак не мог предугадать Аксенов, что встретит женщину. Встречает. Видит ее смуглое, фигуристое, едва прикрытое тело, и желание вспыхивает в нем. Он меняет решение и просит к себе Мари. Вроде все объясняется просто. Много случайностей, но и расчета быть не может. Ладно, пусть позабавится. Рабыне сказать ему особо нечего. И не пыталась она сблизиться с белым. Пусть развлекутся... перед смертью! Хотя Мари еще поживет. Вопрос, долго ли? От нее зависит! И от Всевышнего.

Ронго вернулся в дом, капитан – в хижину.

Сергей, прикурив сигарету, опустился в кресло. Интересно, что же хочет сказать ему негритянка? И что она может знать о предстоящей акции? А может, это обычная женская уловка, способ добиться близости с белым мужчиной? И проявилась она спонтанно при случайной встрече? Черт ее знает. Но если это так, то прачка не получит того, чего желает!

В дверь тихо постучали.

Сергей крикнул по-французски:

– Открыто!

Появилась Мари. Почти голая, в одной юбке. Черная ее кожа блестела, намазалась, что ли? Впрочем, блестели и глаза женщины. Может, травки какой местной, возбуждающей приняла? Тогда с ней придется нелегко.

– Можно войти?

– Входи, Мари, входи! Да дверь за собой плотней закрой!

Женщина, выполнив требование мужчины, вошла в гостиный отсек. Наготы своей она совершенно не стеснялась. Сергей отчего-то думал, что от нее будет исходить неприятный запах, но ошибся. Напротив, женщина распространяла вокруг себя приятный, даже волнующий, нежный аромат. Она подошла к креслу, села перед капитаном, положив руки ему на колени.

Глядя прямо в глаза, спросила:

– Ты здесь для того, чтобы убить Геммото?

Сергей не ожидал подобного вопроса.

– А ты для того, чтобы узнать ответ на свой вопрос?

– Нет, не только! Я знаю, тебя прислали убить Геммото.

– Тогда зачем спрашиваешь?

– Действительно. Глупо.

Сергей убрал руки женщины со своих колен, привстал, подняв с пола и женщину:

– Ты зачем пришла?

– Чтобы... чтобы... ты должен знать, тебя хотят использовать в своих черных делах очень плохие люди!

Капитан спросил:

– Представляешь, что с тобой будет, если Ронго узнает, о чем мы с тобой мило беседуем?

– Он не узнает! При условии, что ты не скажешь!

– Я не скажу! Но откуда у тебя уверенность, что он не узнает о разговоре из других источников?

– Нас никто не слушает!

– Ты обладаешь даром видеть сквозь стены?

– Нет! За хижиной смотрит моя подруга, Жанна. Если кто-то приблизится к ней, она подожжет пучок травы, распространяющий сильный аромат. Дым от этой травы, как считается, лечит женщин. Никто не удивится тому, что Жанна зажгла ее, а запах проникнет и сюда. Это будет сигнал.

– Я смотрю, ты готовилась к этому разговору, и готовилась тщательно!

Женщина кивнула:

– Да! Мне надо было лишь попасть к тебе. Я попала. Это хорошо!

– Для кого хорошо? Для тебя? Для меня? Для Ронго? Или, может, для Геммото?

– Для всех хорошо, но для тебя в первую очередь!

– Даже так?

– Да!

Капитан усадил женщину в кресло, невольно любуясь ее пышной, красивой, наверняка упругой грудью с черными длинными сосками. Но заставил себя отвести взгляд в сторону, сказав:

– Говори, я слушаю!

– Да! Только прошу, если речь будет путаной, останови. Переспроси. Я очень волнуюсь!

Капитан кивнул:

– Договорились.

Женщина начала монолог:

– Понимаешь, мы с мужем попали сюда из-за того, что Рон, муж, был связистом. Хорошим специалистом, получившим образование во Франции. Он служил в правительственных войсках. Хотя тогда других еще не было и о замыслах Ронго никто не знал. Мы жили в пригороде Кайроби. Хорошо жили. Тогда все хорошо жили, по крайней мере, мирно, не то, что сейчас. Однажды поехали в Джул к сестре мужа. Как раз в тот день, когда Ронго поднял мятеж. Нашу машину остановили недалеко от Джула. Узнав о профессии мужа, отправили в штаб Ронго. Генерал заставил Рона работать на него. Сначала в Джуле, затем, когда Геммото остановил орды бандитов Ронго, здесь, в этой глуши, тайной резиденции генерала. Недели две назад муж сказал мне, что Ронго договаривается с каким-то русским генералом о спецагенте, который должен уничтожить Геммото, так как своими мародерами генерал не мог сделать этого. Сказал он мне об этом утром, уходя к своим станциям. А в обед за мной пришел Ломе. Вытащил из хижины и повел к реке. На помосте, где мы встретились, стояла группа людей. Муж на коленях со связанными руками посередине. Сзади Ронго. Я бросилась к Рону, но Ломе сбил меня с ног. Ронго оглянулся и...

Женщина обхватила руками голову, словно сильная боль пронзила ее. Капитан молчал.

Мари продолжила, сдержав слезы:

– ...и отдал приказ. Смысла я не поняла, но двое охранников генерала схватили мужа и опустили его голову в реку. Опустили и стали держать. Пока... пока он не захлебнулся. После чего тело сбросили в реку, и течение потащило его вниз. Я закричала, Ломе ударил меня. Подошел генерал, сказал: «Твой муж оказался предателем. Ты тоже предатель, но я не палач!» Это он-то не палач! «Ты будешь жить, но уже не свободной женщиной, а рабыней, моей рабыней». Приказал отвезти в сарай. Я хотела умереть, не смогла! А ночью его люди отвели меня к нему. Если бы ты знал, что мне пришлось вытерпеть той ночью. Он насиловал меня изощренно, доставляя адскую боль, загоняя... между ног предметы различной толщины. Он порвал меня всю. Потом обратно бросили в сарай. Как пришла в себя, определили в прачки и самки!

Капитан спросил:

– Что значит – в самки?

– Самкой здесь называют женщину, которую может иметь любой мужчина. Самка не должна никому отказывать. Самка – проститутка, которой вместо денег достаются удары хлыста, если она сделает что-то не так во время случки с мужчиной.

– Я понимаю тебя, но, увы, ничем не могу помочь.

– Можешь! Ты можешь помочь всем!

– Не понял!

– Не убивай Геммото!

– Вот оно что?

Женщина умоляюще взглянула на Акимова:

– Только он еще может навести порядок в этой стране и уничтожить таких чудовищ, как Ронго и Мукар.

Сергей взглянул на негритянку:

– Ты сказала, Ронго и Мукар? А разве Мукар не подчиненный того же Геммото? Разве Мукар не захватывает заложников и не казнит их? А потом не назначает встречу Геммото? Ронго тоже не подарок, но, насколько мне известно, не он, а именно Геммото, которого ты выставляешь потенциальным спасителем нации, непосредственно связан с головорезом Мукаром и координирует все его действия.

– Это неправда! Раньше да, Мукар являлся заместителем Геммото, но, когда Ронго поднял мятеж, Мукар начал сотрудничать с генералом. Геммото изгнал предателя. Так говорил покойный муж, а он никогда не лгал. Так вот, Мукар сколотил свой отряд. Он никому не подчиняется, но поддерживает Ронго.

Сергей вновь закурил:

– Почему я должен тебе верить?

– Ты никому ничего не должен, и у меня нет доказательств... хотя... хотя тебе известно о том, что Мукар захватывает заложников. Извини, откуда ты это знаешь?

– Не важно!

– Важно!

– Я видел, как этот отморозок казнил четверых белых, представив их российскими специалистами, имевшими несчастье работать здесь. Понятно, что не наяву, а по записи.

– Ты видел казнь по телевизору, а я... воочию!

Акимов удивился:

– В смысле?

– Несчастных казнили недалеко отсюда, в брошенном селении. Мы, я и еще одна женщина, были там, чтобы после убрать кровь и следы казни. Так вот, Мукар казнил не русских, а англичан, и не гражданских специалистов, а наемников, которых сам и завербовал. Они отказались служить после того, как майор приказал своим головорезам уничтожить деревню племени бати.

Сергей понял, что женщина говорит правду.

– Подожди, так деревня бати уничтожена по приказу Ронго?

– Да! А тебе что сказали, что бати уничтожили по приказу Геммото?

– Не имеет значения. Вернись к казни.

– А что казнь? Мукар приговорил отказавшихся служить наемников и привел приговор в исполнение. Кстати, на месте казни находился и господин Ронго. Я видела, с каким возбуждением он смотрел на резню. Взглядом безжалостного, кровожадного хищника.

Капитан спросил:

– Но что тогда означает встреча Геммото с Мукаром в Камаси?

– До твоего прибытия, как-то вечером, меня вызвал к себе Ломе. Он курил много дума, наркотической травы, и потерял контроль над собой. Я его ни о чем не спрашивала. Он говорил сам. Говорил, что Геммото осталось недолго ходить по этой земле, что скоро Ронго выбьет Лертомо из президентского дворца. И сделает это хитро. Ронго пойдет на переговоры с Геммото, где полковника пристрелят. Потом он еще много чего говорил, пока не уснул, так и не прикоснувшись ко мне. Дум – коварный наркотик. Наутро Ломе ничего не помнил. Но подумал, что спал со мной, так как я раздела его и уложила в постель. Проснувшись, он заставил меня удовлетворить его и ушел.

Сергей задумался:

– Значит, что следует из твоих слов? Геммото едет в Камаси на встречу не с Мукаром, а с Ронго?

– Да! С Мукаром полковник если и стал бы разговаривать, то языком оружия!

– Но кто-то из людей Ронго должен появиться в отеле вместо генерала? Не думаю, что Геммото не вышлет в город разведку.

– Почему кто-то? В отеле будет сам Ронго.

Сергей бросил сигарету в пепельницу:

– Ничего не понимаю! Почему мне он ничего не сказал об этом?

– Потому что его в отеле ты не увидишь. Его никто не увидит, кроме представителей Геммото, которые прибудут в Камаси убедиться в том, что генерал действительно ждет полковника. Ронго будет в отеле раньше Геммото. Когда он отправится туда и каким образом, не знаю, но, по словам Ломе, тайно и раньше даты встречи, которая мне так же неизвестна. Ломе не называл ее. Сказал лишь, что эта поездка Геммото в Камаси станет последней в его жизни. Убьет его суперагент. А Ломе убьет суперагента! Все будут убивать друг друга. Пока Ронго не сядет на трон Тургуза!

Капитан взглянул в глаза женщины:

– Ты понимаешь, чем рискуешь, раскрываясь передо мной? А если я работаю за деньги и мне плевать, что собой представляет Геммото и весь ваш Тургуз? Если я просто сдам тебя Ронго? Думаю, смерть твоя будет не менее мучительной, чем смерть англичан.

Женщина кивнула:

– Понимаю! Конечно, ты можешь утром отдать меня в руки Ронго! Тот посмеется, скажет, что я сошла с ума после смерти мужа и постоянных случек с мужчинами. Наверное, тут же прикажет Ломе заняться мной! Но ведь Ронго ставит под угрозу не только жизнь Геммото, но и твою собственную?

– С этим я разберусь. Ему не удастся уничтожить меня!

Мари вздохнула:

– Что ж! Значит, я совершила ошибку, придя к тебе. Мне почему-то всегда русские представлялись людьми добрыми, хорошими, не способными на подлость. До войны в Тургузе работало много русских. В Кайроби жили их семьи. Жили дружно. Дети даже футбольные турниры устраивали. Но, видно, времена меняются. Хотя не во временах дело. Подонки всегда были у любого народа.

– За подонка ты принимаешь меня?

– А за кого мне... стой...

Женщина как собака повела носом.

Повернулась к капитану:

– К хижине подошли посторонние, Жанна зажгла траву. Мы не можем больше разговаривать.

Капитан приказал:

– В спальню! Разделась и под простыню. Изображай случку с мужчиной. Стони, охай, ахай, в общем, ты лучше меня знаешь, что в этом случае делают проститутки. Давай!

Негритянка скользнула в спальный отсек.

Капитан сколько ни пытался унюхать посторонний запах, так и не смог этого сделать. Это, наверно, как анаша. Кто курил, тот чует ее аромат за версту, кто не пробовал, ничего не почувствует особенного. Ронго все же решил установить контроль над хижиной Сергея. Черт с ним. Пусть слушают. Как раз то, что начало доноситься из спального отсека. А именно – прерывающиеся вскрики, стоны получавшей наслаждение женщины. Мари делала свое дело умело. Несложно представить, какова она на самом деле в постели. Наверное, до предела страстная. Но до предела и неискренняя. Войди в нее сейчас Сергей, она так же стонала и вскрикивала бы, как это делала без мужчины. Сама Мари, скорей всего, никакого удовольствия от близости с мужчиной не испытывала. После того что с ней постоянно вытворяли местные обезьяны в человеческом обличье. Пока Мари имитировала случку, отрабатывая роль для слухачей Ронго, капитан задумался, анализируя все сказанное негритянкой. И чем дольше он думал, тем больше склонялся к тому, что женщина сказала ему правду. Все, что знала. Что подвигнуло ее на такой риск? Патриотизм? Вряд ли. На местную Жанну д’Арк она не тянет. Скорей попытка посеять у Сергея желание отомстить Ронго, да и Ломе за подставу. Это более вероятно. Мари просчитала, если Акимов узнает, что его собираются убрать после нападения на Геммото, то, предупрежденный об опасности, сумеет уйти от чистильщиков генерала. А затем представить счет Ронго, убив его. Тем самым отомстив за мужа Мари и предоставив ей возможность бежать из рабства. Да, именно поэтому она и напросилась к нему на ночь. Ну что ж! Почему по ходу акции не помочь несчастной негритянке? Акции, которую Сергей проведет по собственному сценарию. А ее надо готовить тщательно. Пожалуй, это самое сложное задание в его карьере. И, по замыслу господ Данилевского, Ромашина и Ронго с Мукаром, последнее! Но это только по замыслу обозначенных уродов. Что далеко не значит его претворение в жизнь.

Капитан потянулся за сигаретой, но вовремя остановился. Он не мог сейчас курить. Дым почувствуют наблюдатели. И что получится? Сергей трахает шлюху с сигаретой во рту? Таких ляпсусов допускать нельзя. Вместо пачки Акимов развернул карту города и глубоко задумался, не обращая внимания на звуки, исходящие из спального отсека.


К хижине русского агента Ронго послал самого Ломе с двумя его подчиненными. Генералу не давала покоя эта неожиданная смена настроения капитана и желание овладеть рабыней. Ведь Ронго предлагал ему женщину на ночь. Но русский отказался. Потом же резко изменил решение, встретившись с Мари. А у той достаточно причин ненавидеть всех в этой резиденции. Но что она может рассказать русскому? Вроде ничего. А там... кто ее знает! Поэтому, вопреки обещанию, Ронго все же выслал к хижине надежных людей. Если внутри ведется разговор, они запишут его. Если нет и капитан просто имеет Мари, то прекрасно! Генерал даже поощрит шлюху. Остается дождаться доклада Ломе.

Наблюдатели Ронго подошли к хижине от забора. Это увидела Жанна, подруга по несчастью Мари, и тут же воспламенила пахучий букет специальной травы, закрывшись в своем шалаше. Что не помешало запаху дыма травы распространиться по всей базе резиденции.

Один из подчиненных Ломе отметил этот факт:

– Господин, кто-то поджег жуман.

Ломе отмахнулся:

– Его бабы жгут чуть ли не каждый день. Меньше разговоров! Разошлись вокруг хижины и включили аппараты. Слушать внимательно... если разговаривают, если... тоже слушать!

– И как долго?

– Пока я вас обратно в кучу не соберу!

Аборигены окружили хижину российского капитана. Следя за ними, Жанна продолжала жечь жгуты пахучей и лечебной травы.

Спустя сорок минут рация Ломе провибрировала сигналом вызова. Он отошел от жилища, ответил:

– Слушаю, генерал!

– Ну что там у тебя?

– Порядок! Этот капитан, оказывается, насчет баб крепок. Вот уже минут двадцать Мари издает такие звуки, будто ее слон имеет! А вы знаете, как трудно раздраконить ее!

– Значит, он смог!

– Слушать дальше?

– Прекрати на время! Отведи людей, а потом, как стемнеет, вновь вернись. Один. Послушай хижину! После доклада и в зависимости от того, что доложишь, я определю порядок твоих действий.

– Вас что-то смущает?

– Да! Не нравится мне эта случка!

– Так, может, прекратить ее?

– Ты знаешь, как это сделать?

– Нет, но...

– Тогда выполняй, что приказано! Утром я сам поговорю с Мари! Так что она выдаст все, что было в хижине! Все понял, Лусьен?

– Понял, господин генерал!

– Жду вечернего доклада!

Ломе обошел хижину и увел наблюдателей к паромщику.

Жанна, убедившись, что Ронго снял наблюдение с жилища русского офицера, погасила траву. Поднявшийся на реке ветер быстро снес на запад запах жумана.

Имитирующие близость звуки внезапно прекратились.

Сергей взглянул на спальню. Оттуда, закутавшись в простыню, вышла негритянка. Упала в кресло:

– Устала!

– Почему прекратила? Нас больше не слушают?

– Запах ушел. Жанна дала знать – посторонних возле хижины нет.

– Ловко у вас тут поставлена сигнализация. Надо взять на вооружение! Так на чем мы остановились? На том, что ты принимаешь меня за подонка.

– Я сказала, плохие люди есть среди любого народа.

– Но подразумевала меня. Ладно! Выводы я сделаю сам. Все, что услышал от тебя, учту!

Женщина показала на часы Акимова:

– Скоро явится слуга Ронго. Принесет ужин. Ты должен раздеться. Ронго очень мнителен. Уверена, он сейчас напряженно думает, случайно ли твое желание овладеть мной и что я могу тебе рассказать. Он пришлет, возможно, не только Жана. Согласись, странным будет выглядеть – я голая, ты одетый. Я в спальне, ты в гостевом отсеке. Это родит у генерала плохие мысли. И хотя завтра утром мне все равно не избежать допроса Ронго, плохо, если он будет в чем-то подозревать меня. Применит пытки. А мне так надоела боль. Я живу с постоянным ощущением боли. Она везде. И в душе, и в теле. Лучше разденься, я принесу вторую простыню.

Капитан подчинился. В ее словах была логика. И вообще, слишком уж логично мыслила эта Мари. Не является ли она звеном какой-то хитрой комбинации Ронго? Но нет. Иначе он сделал бы все, чтобы уложить Мари к нему в постель. Получилось же наоборот. А почему наоборот? Женщина ведь сама напросилась к нему? Так не играет ли она на генерала? Но цель? А цель проста! Понимая, что российский офицер, профессионал, будет просчитывать все возможные варианты своих действий в сложившейся обстановке, он вносит в его расчеты элемент непонятки. Однако зачем Ронго ломать стремление капитана во что бы то ни стало выполнить задачу и завалить Геммото? Или его решили использовать не первым номером в предстоящей акции у отеля? А стрелять в генерала будет другой снайпер? Которого нет в резиденции Ронго? Черт. Голова идет кругом. Но визит Мари все же следует признать позитивным для Сергея случаем, если это случай. Позже ночью, систематизируя полученную информацию, сопоставив ставшие известными ему факты, Акимов сможет найти ответ на вопрос, как ему себя вести и что делать при всех возможных вариантах развития событий.

Негритянка принесла простыню.

Сергей разделся догола, по пояс укутался в нее.

Женщина дотронулась до его плеча:

– Какое белое тело! И сильное! Шрамы! Тебе много пришлось воевать?

– Да! Войны могло бы быть и меньше!

– И все же у тебя очень красивое тело.

Сергей наконец смог закурить.

Выпустив дым, он ответил негритянке:

– Если ты рассчитываешь затащить меня в постель, то напрасно!

Мари вздохнула:

– А жаль! Разве у меня плохая фигура?

Она бросила простыню, повернулась, демонстрируя свои прелести.

– Фигура у тебя отменная! Но у меня есть женщина, которую я люблю и которая ждет меня. Я не могу обмануть ее! Она и так страдает из-за моих дел.

– Она ждет тебя в Москве?

– Не важно! Главное, ждет!

– А ты уверен, что ждет?

– Да, я уверен, что моя женщина меня ждет!

Мари вновь вздохнула:

– Вот и я всегда ждала своего мужа. Мы были хорошей парой. Нам завидовали. Кто бы знал, что счастье будет таким коротким. А все борьба за власть, нефть, деньги. Мужа убили, меня превратили в рабыню, в вещь, в самку.

Капитан погладил руку женщины:

– Не надо, Мари! Как у нас говорят – слезами горю не поможешь!

– Ты предлагаешь смириться?

– А разве ты не смирилась? Раз терпишь унижения?

– Нет, я не смирилась! Наступит время...

Вновь женщина повела носом:

– Сигнал Жанны! Кто-то опять идет к хижине! Наверное, слуга. Надо лечь в постель!

Сергей согласился:

– Идем, раз надо.

Они легли. Капитан почувствовал горячее тело негритянки. В нем родилось желание. Оно подогревалось стонами, которые начала издавать ласкающая себя Мари. Она делала это открыто, и у Акимова закружилась голова.


Ломе, подошедший к хижине русского, включил аппаратуру. Услышал стоны Мари. Но стонала лишь женщина. Сергея слышно не было. И у помощника Ронго мелькнула мысль: а не имитируют ли близость в хижине? Он отошел от временного жилища капитана, вызвал босса:

– Генерал! Ломе!

– Слушаю, Лусьен!

Помощник поведал Ронго о своих подозрениях. Генерал на мгновенье задумался. Затем приказал:

– Проверь!

– Как?

– Как хочешь, но я должен знать, что происходит в хижине!

Сергей вспотел. А Мари теснее прижималась к нему, чувствуя, как возбудился, наверное, единственный человек в этом гадюшнике – лагере головорезов Ронго, который мог бы доставить ей удовольствие. От которого она могла получить почти забытую ласку, а не боль насилия. И страсть овладела женщиной настолько, что она ничего не могла с собой поделать. Не могла, да и не хотела. Мари опустила руку к ногам Сергея, он не отвел ее, но тут в главной комнате раздался грохот. Кто-то выбил дверь. Еще секунда, и неизвестный войдет в спальню. Мари силой навалила на себя капитана, и тот вошел в нее. В таком положении и застал капитана с проституткой Ломе, вломившийся в спальню.

Сергей, скатившись с Мари и выхватив из-под подушки подаренный Ронго пистолет, наставил ствол на незваного гостя.

Ломе поднял руки:

– Это я, офицер!

Капитан пробурчал:

– Какого черта вы вламываетесь ко мне? Или посчитали, что я ваш раб? Так быстро получите опровержение. В виде вашего трупа!

– Тысяча извинений, офицер! Но мне показалось, что в хижине раздался выстрел. И я просто не мог действовать иначе! Слишком высокую ценность вы представляете для господина Ронго.

Сергей продолжил за плохо играющего роль Ломе:

– Который завтра же узнает о том, что ваши болваны нарушили его слово не следить за хижиной. Я же предупреждал, что чувствую слежку за версту. А может, вы по собственной инициативе решили контролировать меня? Тогда я буду настаивать, чтобы генерал наказал вас!

– Извините, господин Аксенов! Произошло недоразумение. Действительно, я самовольно выставил к хижине посты, но не с целью наблюдения за вами, а с целью охраны. Ваша жизнь доверена Ронго мне. Я отвечаю за вашу безопасность. А эта сука, – негр указал на Мари, прикрывавшуюся простыней, – после того, как утопили ее муженька и перевели в рабыни, способна на любую пакость. У нас очень мстительные женщины. Они понимают только жестокое обращение. Вы же, господин офицер, могли расслабиться. Впрочем, что и сделали...

Капитан прервал речь помощника генерала:

– Ты, Ломе, глупый человек. Кого обмануть хочешь? Перед тем как врываться сюда, мог бы придумать более правдоподобную версию своего появления. Выстрел поднял бы шум во всем лагере. И вообще, ты надоел мне, проваливай, а то, клянусь, пристрелю, как собаку! Пошел вон!

Побитым псом Ломе вышел из хижины, тут же вызвал Ронго:

– Генерал? Проверил я хижину!

– Ну и что?

– Русский с Мари действительно занимались сексом, своими глазами видел. И этот русский чуть не пристрелил меня!

Ронго удовлетворенно произнес:

– Это хорошо! Контроль сними. Отдыхай. Пусть и русский расслабляется!

– Понял, господин генерал!

Связь отключилась. Ломе направился к своей хижине.

А в спальном отсеке капитана Мари вновь прильнула к Сергею. И он не выдержал, отдавшись страсти этой несчастной женщины.

Удовлетворившись, он принял душ, выкурил сигарету. Вернулся в спальный отсек. Мари, чему-то улыбаясь, спала. Прилег и Сергей. Ему было стыдно. Но... что сделано, то сделано. Сейчас ему следовало забыть о близости с негритянкой и проанализировать ситуацию.

Перед тем как уснуть, капитан уже знал, как поступит, осуществляя замысел Данилевского – Ронго. И его план радикально отличался от плана мятежного генерала.


Глава 1 | Подлежит ликвидации | Глава 3