home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 7

Солнце стояло высоко, и предметы почти не отбрасывали теней, когда они продолжали спускаться в глубокий каньон. Стэси Бриджес оглянулся на каменную пустыню, простирающуюся за ними, и заметил какое-то смутное движение.

— Похоже, мы не одни, — сказал он.

Коул Карлин передал поводья брату и, прикрыв глаза рукой, долго вглядывался в сливающийся серый ландшафт. Затем он кивнул:

— Шесть человек. Немного для погони.

— Достаточно. Когда они будут здесь?

Коул сплюнул под ноги.

— Никогда. Они не найдут наших следов. Обогнут горы и направятся в Биг-Спрингз.

— Так я и думал. Давайте передохнем здесь, а затем отправимся в южном направлении. Мы свернем на дорогу, ведущую в Лаго, сразу за Карсон-Форкс, а заодно достанем свежих лошадей.

Коул почесал заросший щетиной подбородок.

— Когда ты рассчитываешь прибыть домой?

— Завтра к вечеру, если удача нам не изменит. — Он злорадно ухмыльнулся. — Но я бы не стал называть Лаго домом. Нет, сэр, я бы скорее назвал его огромным кладбищем — самым большим в округе. — Он зловеще рассмеялся и указал рукой на небо. — Посмотри, Коул. Видишь? Это стервятники. Клянусь богом, это мудрые птицы. Они знают, за кем надо следовать, чтобы получить хороший ужин. Да, сэр, они-то знают!

Его хохот эхом отразился от стен каньона, а над их головами стервятники продолжали описывать ленивые круги в красном, как медь, небе.

Мордекай Форчун сполз с высокого сиденья погонщика и спрыгнул на землю, тяжело приземлившись на четыре точки. Незнакомец нагнулся, чтобы помочь ему встать.

— Благодарю, шериф! — произнес карлик, отряхиваясь.

— К вашим услугам, Мордекай.

Незнакомец смотрел на следы, которые оставили пули горожан на стенках фургона. Все целились либо слишком низко, либо слишком высоко.

— Они неважные стрелки, да? — спросил Мордекай.

— Неважные — не то слово.

— У них душа к этому не лежит. Отсюда все и идет. Они надеются, что беда пройдет стороной. Но она не пройдет, такого не бывает. Беда никогда не уходит сама.

Незнакомец потер кончик носа ладонью.

— Это глубокая мысль. Пошли в салун, поговорим поподробнее на эту тему. Ты пьешь виски, Мордекай?

— И да, и нет. — Маленький человечек снял шляпу и провел рукой по густым кудрявым волосам. — Я люблю виски, но Джо никогда мне его не продает.

— Может, он думает, что ты краснокожий?

Мордекай расхохотался так, что чуть не упал. Незнакомец положил ему руку на плечо, и они отправились в «Серебряный доллар».

У стойки выстроились мужчины, молчаливо потягивая виски, каждый погружен в свои думы. Ближайший к двери столик был уставлен ружьями и револьверами. Гражданская милиция Лаго на сегодня свою работу закончила.

Незнакомец нашел свободное местечко у бара и поднял Мордекая, посадив его на стойку лицом в зал.

— Виски! — сказал он. — Для меня и для моего друга.

Джо Хэтч заколебался.

— Мордекай не пьет виски.

— Наливай! — отозвался тот.

Джо налил.

Рядом с незнакомцем стоял Калеб Боувен. Он оторвался от своей кружки пива и мрачно смотрел на него.

— Мы старались, мистер. Это все, что я могу сказать.

Незнакомец потрепал его по спине.

— Конечно, вы старались, и надо продолжать в том же духе.

Джо Хэтч, поджав губы, с неодобрением следил за незнакомцем. Карлик радостно ухватился за стакан и одним глотком осушил его.

Незнакомец снова стукнул ладонью по стойке.

— Бармен, наливай! Всем присутствующим.

Эзра Малкин с кислой миной посмотрел на него из дальнего конца бара.

— Что мы празднуем, мистер?

Незнакомец вынул из нагрудного кармана серебряную звезду и поднял ее к свету.

— Пользуясь тем, что мне разрешили иметь все, что я захочу, я желаю произвести некоторые изменения.

— Изменения? — спросил Калеб Боувен. — Какие изменения?

— Ну, для начала выбрать нового шерифа, а затем и мэра.

Гробовщик сглотнул слюну, но промолчал.

Незнакомец протянул руку и прикрепил звезду к груди карлика.

— Настоящим я назначаю Мордекая Форчуна шерифом города Лаго и… — он сделал паузу, чтобы снять с Калеба, его шелковую шляпу и надеть на голову карлика, — … его мэром. Примерь, Мордекай.

Калеб Боувен попытался возразить:

— Подождите, мистер…

Незнакомец посмотрел на него ледяным взглядом:

— Вам не нравится мой выбор, сэр?

Боувен посмотрел ему в глаза и ощутил прилив панического ужаса.

— Нет, конечно, нет. Делайте все, что вы считаете нужным для блага города.

— Именно так и надо смотреть на вещи, — сказал незнакомец. — Все, что я делаю, я делаю для города. Поэтому предлагаю выпить за Мордекая Форчуна, шерифа и мэра города Лаго!

Джо Хэтч разлил виски, и все выпили.

Мордекаем владело странное чувство. Ему было радостно и одновременно грустно. Он весело раскачивался на стойке бара, болтая ногами и вместе со всеми потягивая виски. Он был мэром города и его шерифом. Так сказал незнакомец, и все за это выпили. Эзра Малкин и Джек Хобсон, Калеб Боувен и Генри Белдинг, Язон Хобарт и Титус Андерсон — все они пили за его здоровье и желали ему долгих лет жизни. Но никто из них не улыбался. Их лица были угрюмы и насторожены. Мордекай налил себе еще виски и залпом выпил. Перед глазами все поплыло, а в желудке было горячо как в печке. Теперь он знал, почему Джо Хэтч не позволял ему пить ничего, кроме пива. Виски ударило ему в голову и обожгло желудок. Его мысли разлетелись в разные стороны.

Шериф города. Как Сэм Шоу и Джим Дункан. Он гнал прочь мысли о Джиме Дункане, но его глаза были прикованы к серебряной звезде на его груди. Он глядел на нее отсутствующим взором, и его глазам представлялась забытая картина. Эта звезда лежала на дороге, куда она упала после… после…

Холодный пот сбежал струйкой по его лбу. Он хотел вытереть его, но его руки как будто налились свинцом. Так же было и с Джимом Дунканом. Ему было тяжело двигать руками, поэтому он лежал так неподвижно. И люди смотрели на Джима Дункана, как они сейчас смотрели на него, Мордекая Форчуна. Эзра Малкин и Джек Хобсон. Калеб Боувен и Генри Белдинг. Язон Хобарт и Титус Андерсон. Пит Мууди и Тадеус Брайн… Все они глядели на улицу из-за своих укрытий или стоя в тени полуоткрытых дверей. Наблюдая и ничего не говоря.

Карлик зажмурил глаза и почувствовал, как под веками набухают горячие слезы. Ему захотелось поднять руку и сорвать звезду со своей груди. Она принадлежала Джиму Дункану. Он хотел снять звезду и отдать ему. Только Джим Дункан был давно уже мертв. Давно уже похоронен. На холме у самой черты города. Под простым деревянным крестом.

— Боже! Боже! Боже!

Он сжал маленькие кулачки и ударил себя ими в грудь, ободрав костяшки о серебряный значок. Они убили его — подъехали верхом из темноты с кнутами, свернутыми кольцами на седлах. Черные всадники на черных лошадях. Люди-тени, примчавшиеся бесшумным галопом, чтобы захватить Джима Дункана в кольцо посреди улицы, залитой лунным светом.

Боже! Боже! Боже!

А он бездействовал. Он лежал тихо, как бревно, под крыльцом лавки Хобсона и глядел, как свистят кнуты и льется кровь. Он лежал и молил бога дать ему револьвер и тело в шесть футов вышиной. Он ничего не сделал, чтобы спасти Джима, а только прятал голову и всхлипывал, когда раздавались глухие удары кнута в холодном ночном воздухе. Удары кнутов вырвали жизнь из тела Дункана и сорвали звезду с его окровавленной рубашки.

Мордекай Форчун открыл глаза и стряхнул слезы. Он посмотрел на лица Калеба Боувена, Генри Белдинга, Язона Хобарта, Титуса Андерсона, Пита Мууди, Тадеуса Брайна, Эзры Малкина, и его взгляд был ужасен.

— Ха-ха-ха-ха-ха! — Калеб Боувен задрал голову и заржал. — Да, сэр! Я разделяю ваш юмор, как и все здесь. Мордекай — шериф и мэр. Да, сэр, это хорошая шутка! — Он сделал паузу, чтобы проглотить свое виски. — Я благословляю малыша. От всего сердца. — Но он вышел из салуна, так и не сделав этого.

Один за другим люди потянулись за ним.

— Я хочу револьвер, — сказал Мордекай сипло. — Если… если я шериф, как вы это утверждаете, то, я должен иметь револьвер… большой револьвер… с костяной рукояткой…

Он потянулся к бутылке, но Джо Хэтч убрал ее от него.

— Достаточно, Мордекай!

Мордекай глянул на него, но возражать не стал. Незнакомец снял его со стола, и Мордекай снова не противился.

— Хорошо, Мордекай. Пошли за твоим револьвером с костяной ручкой.

Мордекай направился к двери слегка заплетающимся шагом. Его голова кружилась. Он хотел поскорее выбраться на улицу, чтобы не свалиться тут же в салуне.

Джо Хэтч с сердитым видом протирал стойку.

— Я не хочу, чтобы нашему маленькому другу причинили боль, мистер.

Незнакомец допил виски и поставил стакан на стойку.

— Кто хочет причинить ему боль?

— Не мне это говорить, но ему жить в этом городе, а вам нет. Некоторым может не понравиться, что он разгуливает по городу со звездой шерифа на груди.

— Они к этому привыкнут.

Бармен с сомнением покачал головой:

— Может, конечно, и так, а может, и нет. Этому городу всегда не везло с шерифами.

— Я слышал.

Незнакомец коротко кивнул и вышел из салуна. Джо Хэтч проводил его озабоченным взглядом.

Оружейный магазин Тадеуса Брайна располагался в небольшом деревянном строении рядом с «Эмпориумом». На прилавке под стеклом была разложена дюжина новеньких кольтов 45-го калибра, несколько «Смит-Вессонов» и пара двуствольных пистолетов, очевидно, производства «Стар». Мордекаю пришлось встать на цыпочки, чтобы заглянуть в витрину, и у него захватило дух при виде полированных сверкающих револьверов.

— Я хочу вот эти! — закричал он, тыкая пальцем в стекло. — Серебряные с костяными ручками!

Тадеус Брайн в это время вынимал новенькие карабины из Деревянного ящика и устанавливал их в пирамиду у стенки. Когда незнакомец и Мордекай вошли в лавку, он не обратил на них особого внимания. Он решил, что незнакомцу понадобилась коробка патронов, и не спешил его обслужить. Но слова карлика заставили его прекратить работу.

— Что он говорит?

Незнакомец постучал костяшками пальцев по витрине.

— Он сказал, что нашел то, что ему нужно. Вот эти никелевые «Фронтиры» с костяными ручками.

— Они нужны ему? — переспросил Брайн, не веря своим ушам. — Мордекаю?

— Он шериф.

Брайн выдавил из себя смешок.

— Но… я думаю, это просто шутка.

— Это было шуткой для мистера Боувена. Но Мордекай не шутит. — Его улыбка сделалась тоньше. — Я тоже не шучу.

Брайн нервно закашлялся.

— Конечно… я вижу. Вы говорите, он выбрал два револьвера?

— Два револьвера!

— Вон те, серебряные! — Мордекаю стало весело. — Серебряные с костяными ручками!

Брайн подошел к витрине, на его губах застыла любезная улыбка.

— Они немного великоваты для тебя, Мордекай.

— Ничего, он справится, — ответил незнакомец.

Тадеус Брайн открыл витрину, достал оба кольта и протянул их карлику. Тот принял их дрожащими руками и направил дулами на улицу. Его пальцы едва доставали до курков.

— Какие красивые! — прошептал он с восторгом. — Мне нужно еще пояс с кобурами и много-много патронов.

— Что-нибудь еще… шериф? — съязвил Брайн.

Незнакомец угрожающе посмотрел на него.

— И еще. Шериф недоволен результатами сегодняшней стрельбы. Он считает, что они могли бы быть лучше, если бы все располагали более подходящим оружием — вроде тех новеньких карабинов. Раздайте их горожанам.

Лицо оружейника приобрело пепельный оттенок.

— Раз… раздать?

— Совершенно верно. По ружью и коробке патронов каждому взрослому мужчине Лаго.

— Но… это новая партия. Кто мне заплатит?

Незнакомец прищелкнул языком.

— Зачем? Вы получите благодарность всего города. Это вполне окупит все ваши расходы. Как ты думаешь, Мордекай?

— Даже с лихвой, — ответил карлик, вскидывая револьверы в направлении новой мишени.

Тадеус Брайн знал, что он проиграл. Он достал две новенькие кобуры и пояс, набитый патронами, и молча протянул все это карлику.

Незнакомец приподнял шляпу.

— Премного благодарен. Было очень приятно иметь с вами дело.

— Конечно, — с трудом выдавил из себя Брайн. — С превеликим удовольствием.

Незнакомец вывел Мордекая на улицу.

— Как дела, шериф? — послышался голос Джонни Вэйда. Он вел в поводу двух коней, чтобы подковать их у Пита Мууди.

— Как дела, Джонни? — весело отозвался Мордекай.

Пит Мууди раздувал меха.

— Ты выглядишь как профессионал, Мордекай, — заметил он одобрительно.

Мордекай горделиво выпятил грудь.

— Это оружие придает мне такой вид. Клянусь, лучших револьверов не сыскать на всей территории.

— Красивое оружие, — согласился кузнец.

Незнакомец как бы невзначай прислонился к дверному косяку.

— В оружейной лавке появились новые карабины. Их бесплатно раздают всем желающим. Возьмите себе один. Может, это поможет вам исправить прицел.

Мууди нахмурился и посмотрел на свои руки.

— Я вышел из игры, мистер. Мои руки не приспособлены для орудий убийства.

— С молотом проще?

— Да, сэр, — с гордостью ответил кузнец. — Я могу подковать даже овода.

— А как насчет плотницкой работы? Умеете строить из дерева?

Мууди взглянул на юного Вэйда.

— Немного. Мы с Джонни занимаемся иногда починкой разной рухляди.

— Как вы думаете, можете вы сделать мне несколько столов, больших, за которыми уселось бы сразу восемь-десять человек?

— Как на церковном празднике? — спросил Джонни Вэйд.

— Вроде того, — ответил незнакомец.

Мууди подал воздух в горн.

— Я думаю, мы сможем сделать столы, если у нас будет достаточно досок. Дерево нелегко достать.

Незнакомец посмотрел на большой фургон для перевозки руды, все еще лежащий на боку посредине улицы.

— Здесь достаточно досок для начала. Я думаю, из этого старого фургона выйдет отличный стол.

Мууди потер грязной ладонью подбородок.

— Это не просто старый фургон. Это один из фургонов, принадлежащих компании Дрэйка-Аллена. Я недавно обивал железом его колеса. Дэйв вряд ли обрадуется, если мы его раскурочим.

— Я беру Дэйва Дрэйка на себя, — сказал незнакомец. — А вы пока приступайте. — Он посмотрел вокруг себя. — Больше нет фургонов под рукой?

Пит Мууди ткнул рукой в направлении заднего двора кузницы.

— Еще четыре штуки стоят там. Я исправлял им оси.

— Их тоже разбейте на доски. Этого должно хватить.

— Хорошо, мистер, — отозвался Пит Мууди. — Мы сделаем, как вы скажете, но предупреждаю вас заранее: Дэйв вывернется наизнанку от злости.

Мордекай Форчун следовал за незнакомцем как тень. В высокой шелковой шляпе и с револьверами на боку он чувствовал себя на седьмом небе. Шериф и мэр города Лаго. Важная персона — даже если ему пока нечем заняться. Действия незнакомца вызывали в нем жгучее любопытство, но он не решался спросить, зачем все это. Ему очень хотелось находиться рядом с ним, и Мордекай не хотел рисковать вызвать его раздражение, задавая неуместные вопросы. И все же он чувствовал себя при деле. Он знал этот город и его людей, знал их привычки и характеры. Поэтому, когда он заметил Дэйва Дрэйка, вихрем вылетевшего из своей конторы, он мигом почувствовал, что в воздухе собирается гроза. Он заторопился вслед за незнакомцем и тронул его за пояс.

— Сзади вас, мистер, бешеный Дэйв Дрэйк.

Незнакомец как раз собирался войти в бакалейную лавку Хобсона. Он оглянулся через плечо и увидел Дэйва Дрэйка и его людей, быстро идущих в направлении кузницы, где Мууди и Джонни Вэйд разбивали фургон молотком.

— Похоже, он чем-то расстроен, — растягивая слова, произнес незнакомец.

Мордекай погладил костяные рукоятки своих револьверов.

— Да, выглядит он невесело, это уж точно!

— Что вы, черт вас возьми, делаете?

Мууди и Джонни Вэйд прекратили отбивать очередную доску от борта фургона. Дэйв кинулся к ним, потрясая кулаком в воздухе.

— В вашем распоряжении ровно пятнадцать минут, чтобы вернуть этот фургон…

— Вы ошибаетесь, мистер, — подал голос незнакомец. — В вашем распоряжении ровно одна минута, чтобы поставить своих людей за сколачивание столов.

Дэйв Дрэйк застыл с отвисшей челюстью, глядя на приближающихся незнакомца и Мордекая Форчуна.

— Столов? — выдохнул Дрэйк. — Что за чушь вы несете?

— Я говорю о столах, мистер. Длинных, удобных столах. Вашим людям это вполне по силам, и похоже, они в данный момент ничем важным не заняты. Ну что, вы сами их попросите, или это сделать мне?

Дрэйк тихо выругался и откинул полу куртки, обнажая рукоятку кольта.

— Это ни к чему, мистер Дрэйк, — выступил вперед Мордекай. Он вытащил оба своих здоровенных кольта и неумело направил в сторону Дрэйка.

Дрэйк побагровел от ярости. Он не боялся карлика, его пальцы не доставали до курков, но над ним — Дэйвом Дрэйком — насмехались… Он бросил взгляд в сторону незнакомца. Тот стоял спокойно, не делая никаких попыток вытащить револьвер, но Дрэйк знал, с какой молниеносностью он владеет оружием и как точно он умеет стрелять.

— Вы будете стрелять или нет? — вежливо осведомился незнакомец.

Дрэйк проглотил остатки своего гнева и резко повернулся к своим людям.

— Сколачивайте столы! — рявкнул он. — Я поговорю с вами позже!

Мордекай залился серебристым смехом. Он вложил револьверы в кобуры и с удовлетворением похлопал по их рукояткам.

— Мы ему показали, правда, мистер?

— Нет, Мордекай, это вы показали ему. Вы — шериф, и вы поставили его на место.

Незнакомец продолжал свой путь вверх по улице, и Мордекай засеменил вслед за ним. Он походил на счастливую собаку, ластящуюся к ногам хозяина.

— Кто в Лаго лучше всех готовит, Мордекай?

— М-м, миссис Белдинг прекрасный повар… миссис Андерсон. Все зависит от того, какое именно кушанье вам нужно.

— Пироги.

Мордекай облизал верхнюю губу.

— Миссис Рода Хобарт. Да, сэр, миссис Рода Хобарт печет лучшие пироги в округе.

С десяток женщин толпилось у прилавка «Эмпориума», сплетничая, подобно воробьям на заборе. С появлением незнакомца шушуканье стихло.

Он тронул поля шляпы:

— Добрый вечер, леди!

— Добрый вечер, — холодно отозвалась миссис Басс. Она как раз рассказывала остальным женщинам о церковном колоколе и как ей тяжело с содержанием тех, кого незнакомец выкинул из отеля. Она повернулась к незнакомцу спиной и с гордым видом покинула лавку. Если она рассчитывала, что остальные последуют ее примеру, то ее ждало горькое разочарование. Женщины остались, взирая на незнакомца с восхищением.

Язон Хобарт стоял рядом со своей женой за прилавком. Это был практичный и пронырливый человек. Один из первых бизнесменов, обосновавшихся в Лаго, он существовал на приличные доходы, которые ему приносила его лавка, где можно было купить все, начиная с топора и кончая шпильками. Утренняя речь незнакомца произвела на него неизгладимое впечатление, особенно та ее часть, которая касалась их желания сохранить свои дома в неприкосновенности.

— Чем могу быть полезен, мистер? — произнес он, широко улыбаясь.

Незнакомец изучающим взглядом прошелся по заставленным товарами полкам, рулонам материи, банкам с красками и наборам Различных инструментов.

— Мне нужно несколько вещей, — ответил он. — Но сперва я хочу задать вашей жене один вопрос.

В толпе женщин прошел шумок и настала выжидательная тишина.

— Мне? — Рода Хобарт выглядела удивленной.

— Да, мэм. Я слышал, вы хорошо печете пироги.

Она уставилась на него с широко раскрытым ртом.

— Да, в общем-то, неплохо.

— Ты чересчур скромничаешь, моя дорогая, — быстро вставил муж. — Что вы, она печет самые вкусные пироги в округе.

— С чем?

— С яблоками, — ответила Рода Хобарт. — Яблочный пирог мой фирменный, и я буду счастлива испечь его для вас.

— Это очень любезно с вашей стороны, мэм, но мне нужен не один пирог, а пятьдесят.

— Пятьдесят? — эхом вырвалось из дюжины глоток. Все женщины были изумлены не меньше самой миссис Хобарт.

— По числу взрослых жителей Лаго.

Миссис Хобарт в волнении прижала руку к горлу.

— Но… для этого потребуются все консервированные яблоки, которые есть в лавке, вся мука и дрожжи. И потом, я не уверена, смогу ли я испечь так много. Я уже не такая молодая, как в былые годы.

Незнакомец жестом указал на других женщин.

— Я уверен, что эти добрые леди будут рады помочь вам.

— Ну конечно, мы поможем, — отозвалась миссис Калеб Боувен. — Когда они вам нужны?

— Завтра в полдень.

— У нас будет праздник?

— Можете назвать это праздником, мэм. Что-то вроде приветственной встречи.

Женщины смотрели на него во все глаза.

— Мне нужно еще несколько вещей, — сказал незнакомец, обращаясь к не менее изумленному хозяину лавки. — Дюжину простынь, сшитых вместе.

— Сшитых вместе? — Голос Язона Хобарта дрогнул.

— Да, сэр, сшитых по краям.

Он посмотрел на женщин и слегка поклонился:

— Я снова буду вынужден прибегнуть к вашей любезной помощи, дорогие леди. Кто-нибудь из вас умеет обращаться с иголкой и ниткой?

— У нас есть кружок шитья, — слабым голосом отозвался Хобарт. — Я… я думаю, они смогут вам помочь, но…

— И краска, — прервал его незнакомец. — Мне потребуется вся красная краска, которая у вас есть.

— Краска? — переспросил его Хобарт сдавленным голосом. — Красная краска?

— И не забудьте кисти. Мне их понадобится не менее дюжины.

— Зачем?

Незнакомец загадочно улыбнулся.

— Чтобы рисовать.

Он облокотился на перила веранды перед кузницей, наблюдая, как сколачивают столы. Один из них был уже готов и стоял посредине улицы, а два других находились в стадии завершения, когда в дверях «Эмпориума» появился Язон Хобарт, катя перед собой тележку для доставки товаров, битком набитую банками с краской. Он подкатил ее к незнакомцу и отпустил с поспешностью.

— Здесь вся краска, которая у меня есть, мистер. Но я не вижу, зачем она вам нужна. Для покрытия столов с лихвой бы хватило одной банки.

— Мы не будем красить столы, мы будем красить город.

Язон Хобарт обладал чувством юмора, как и любой другой. Он попытался разглядеть искорки смеха в глазах незнакомца, но увидел только бездонную темноту.

Краска была красной, как кровь. Четверо погонщиков стояли, наблюдая за происходящим. Их лица были встревожены и озадачены.

— Что мы должны делать? — спросил один из них.

Незнакомец протянул ему банку с краской и широкую кисть.

— Начинайте с конца улицы и до самого начала. Красьте все, что не движется и не дышит.

Погонщик неохотно принял банку из его рук.

— А церковь? Ее тоже красить?

— Я сказал — все!

— Хорошо, сэр, мы сделаем, как вы просите, но, когда мы закончим, город будет выглядеть как центральная улица ада.

— Да, — ответил незнакомец. — Я думаю, так оно и будет.

Три женщины принесли простыни.

— Это, конечно, кропотливая работа, но мы сделали, как вы просили: дюжина простыней, сшитых вместе, — сказала одна из них.

— Положите на землю, и большое вам спасибо!

Женщины были удивлены той активностью, которая царила вокруг них. Они положили простыни на землю и отошли назад в ожидании, что будет дальше.

— Мордекай!

Карлик прибежал со всех ног. Он наблюдал за сколачиванием столов, прохаживаясь вдоль по улице, выпятив грудь и положив руки на рукоятки револьверов. Погонщики втихомолку крыли его матом, забивая гвозди в столы или крася дома, но так, чтобы он этого не слышал. Они не знали, зачем вся эта возня, но одно они знали твердо — городом управлял незнакомец, а Мордекай Форчун находился под его крылом.

Мордекай прибежал, задыхаясь от быстрого бега.

— Я здесь, мистер. Чем могу быть полезен?

Незнакомец указал на простыни.

— Я хочу, чтобы их развернули во всю длину, Мордекай, и чтобы на них кое-что написали. Затем, когда они закончат красить, я дам тебе пару человек, чтобы вы повесили это поперек улицы — вот здесь, — одним концом прикрепите к крыше кафе, а другим к крыше продовольственной лавки. Понятно?

— В общем… да, — неуверенно ответил карлик.

Голос незнакомца был будничным.

— Это довольно просто, Мордекай: я хочу, чтобы поперек улицы висел плакат. Длинный белый плакат. Каждый, подъезжающий к городу, будет видеть его издалека.

— Да, пожалуй.

— И знаешь, что я попрошу тебя написать на нем, Морд екай?

— Нет, сэр. Не могу догадаться.

Незнакомец начертил в воздухе буквы.

— Я хочу: «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ ДОМОЙ, РЕБЯТА!»— буквами в три фута высотой.

Люди работали до вечера, покрывая свежей краской сырое дерево домов, ставней, дверей, перил и столбов. Между ярко-красными строениями висел белый кусок материи. Буквы на нем высыхали под жаркими лучами заходящего солнца.

Незнакомец проскакал под белой вывеской, одной рукой держа поводья, а в другой руке короткую доску. Проезжая мимо работающих, он помахал им рукой и что-то прокричал. Ветер отнес его слова в сторону, но все успели заметить, что на доске было что-то написано красной краской.

Незнакомец скакал по дороге, ведущей в форт Баувер и Еллоу-Спрингз. На самой вершине холма стоял вкопанный в песок указатель в форме стрелы, на котором с трудом можно было разобрать четыре буквы: «ЛАГО».

Незнакомец остановил лошадь, свесился и вырвал указатель из песка. На его место он воткнул колышек с прибитой к нему деревянной доской и прочно вогнал его в землю рукояткой своего револьвера. Дощечка была сделана из свежей желтоватой древесины, и на ней красной краской было написано одно-единственное слово:

«АД».


ГЛАВА 6 | Странник с высокогорий | ГЛАВА 8