home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



РАХИА-НЕКТЕСЫ

Издалека дельфины услышали низкие звуки, которые обычно говорят о присутствии усатых китов. Разобрать, что передают усатые громадины этими сигналами, дельфины не могут – слишком маленькое расстояние у них между ушами, и длинные звуковые волны проходят, не улавливаясь полностью. Но дельфины – ох уж эти морские хитрецы! – неведомо в какие древние времена додумались до удивительного способа подслушивания разговоров усатых китов. Три дельфина вместе и рядом становились головами в направлении звуков, и уши крайних дельфинов работали как приемники звуков, расставленные примерно на такое же расстояние, как и уши у одного усатого кита. Тогда удавалось кое-как уловить их сигналы. Расшифровать же их было не особенно сложно. Эти усатые гиганты не проявляли особой сообразительности, и все их разговоры сводились к сигналам сбора, передвижения, рассказам о том, много ли корма есть и как глубоко надо за ним нырять. Редко, редко когда они объединялись для совместной охоты на рыбьи или кальмарьи стаи. Каждый из них предпочитал работать самостоятельно – раскроет пасть и плывёт некоторое время так. Потом захлопнет и выталкивает языком воду изо рта. А пластины рогового уса с бахромой на внутреннем крае не дают возможности вырваться из этой страшной пасти всякой мелюзге – рачкам-бокоплавам, мелким рыбёшкам, кальмарам.

Всё это хорошо изучил Гук, который раньше, в Черном море, никогда не встречал усатых китов и слышал о них только в рассказах старших. Теперь же здесь, на севере, встретить этих усачей было довольно странно. Гук мог поклясться, что в море вокруг совсем не было плавающих рачков-бокоплавов или другой пищи, годившейся для гигантов. Что же они здесь делают? Это надо обязательно выяснить, и потому – скорее к ним навстречу.

И здесь ещё один сюрприз ждал Гука. Перед ним оказалась пара действительно усатых китов, но таких, каких он никогда прежде не встречал. Длиной не больше шести-семи его длин, пёстро-серые, с короткими хвостовыми и грудными плавниками, с ровной спиной без плавника. Но самое замечательное – по всей морде, особенно на верхней челюсти, вся поверхность головы была густо усажена небольшими светлыми раковинками. Присмотревшись, Гук обнаружил, что это были не раковины моллюсков, а удивительным образом измененные рачки – зоолог назвал бы их усоногими ракообразными криптолефас. Между их раковинками в кожу впились тысячи других паразитических рачков – китовых вшей циамусов.

– Рахиа-Нектесы! Рахиа-Нектесы! – в восторге закрякали несколько молодых дельфинов, увязавшихся с Гуком.

Серые киты – а это были именно серые киты – не обращали на дельфинов никакого внимания. Медленно и степенно плыли они вдоль берега, время от времени погружаясь до самого дна, которое здесь находилось на глубине 15–20 длин.

Здесь, почти у самого дна, в небольших углублениях и особенно между зарослями морской капусты ламинарии, чьи длинные листья развевались по течению, скапливалась всякая морская живность – мелкие рачки, многощетинковые черви-полихеты и другие придонные обитатели. Кит ловко хватал особенно густые заросли в пасть и глотал, что попадалось в рот вместе с массой ила, кусками водорослей. В воде за ним оставались взъерошенные и прощипанные подводные луговинки и долго не оседающий столб ила.

Проплыв некоторое время за серыми китами, Гук обнаружил, что рачки сидят у них не только на голове, но и на брюхе и у плавников. Видно, не так уж плохо существовать на теле кита, который всё время поднимает с илом всяких микроскопических жителей.

Киту, конечно, и дела нет до того, что в облаке мути, окутывающей его тело, несётся пища для многих нахлебников, облепивших его тело со всех сторон.

Пара китов, за которыми плыл Гук с несколькими дельфинами, уверенно направлялась прямо к берегу. Там виднелся небольшой залив, и, судя по вкусу воды, в этот залив должна была впадать речка. Вскоре Гук услышал звуки голосов дельфинов из стада, которые обнаружили еще несколько серых китов и вместе с ними тоже направлялись к этому небольшому заливчику.

Становилось всё мельче и мельче. Глубина уменьшилась до пяти длин, а серые киты плыли спокойно, как будто под ними было глубокое море. Гук хотел было предупредить их об опасности, но, видя, что недалеко плывущее стадо дельфинов спокойно следует за китами к берегу, промолчал. Вот глубина стала уже всего две длины. Теперь, когда кит особенно сильно двигал хвостом, потоками воды от этого движения со дна поднимались густые клубы песка. Но они всё продолжали движение вперёд, может быть, лишь несколько помедленнее. Уже трудно стало плыть даже дельфинам, которые старались не заныривать после вдоха-выдоха, а киты всё пробирались к берегу. Было видно, что они брюхом касаются дна, и всё же они осторожно плыли, или, точнее, пробирались вперёд и вперёд. Вода кругом была уже почти пресная. И здесь, в большой и мелкой лагуне, киты наконец остановились, а лучше сказать – улеглись на дно. И тут раздался предупреждающий зов Сэппа:

– Осторожно, отплывите подальше от Рахиа-Нектесов, скорее!

Не понимая, с чем связано это предупреждение, Гук и его товарищи быстро отодвинулись от спокойно лежащих китов. И вовремя. С китами – а их скопилось в лагуне несколько – стало происходить нечто непонятное. Сильными движениями хвоста они перекатывались с боку на бок, поднимая столбы грязи, песка и воды в воздух. Со всех сторон только и слышались гулкие удары хвоста о воду и дно и сопение. Это фантастическое зрелище продолжалось несколько минут, после чего киты, словно по команде, успокоились и снова улеглись неподвижно на дно.

– Ну, теперь нам пора возвращаться к югу, – проговорил Сэпп, когда все дельфины стада собрались вместе. – Теперь вы видели, что не всегда киты боятся подходить к берегам. В этой лагуне серые киты могут лежать несколько дней подряд, пока пресная вода и солнце не погубят паразитов и нахлебников, облепивших их голову и тело. Вода и воздух холодные. Киты не перегреваются на солнце, как у нас в тропиках. Здесь и дельфины могут лежать часами в мелкой воде у берега, но остерегайтесь остаться хотя бы полчаса на песке у берега в тропиках: вас хватит солнечный удар, и тогда никто вам не поможет!

– А у меня на родине можно лежать у берега не полчаса, а часа два, пока бокам не станет очень жарко или пока не потревожат люди, – тихонько просвистел Гук, обращаясь к Эч.

Всё стадо дельфинов, разбившись на небольшие группки, спокойно двигалось от берега прямо в открытое море. К вечеру гористый берег скрылся за верхушками невысоких волн. Позади остались снежные берега Ледяной Земли – Чукотки, серые великаны киты, терпеливо ждущие избавления от паразитов в пресной лагуне, остались позади Одо-Бены и стада Ле-Уков.

Вечером старейшины попросили молодежь рассказать, что они запомнили из путешествия к Ледяной Земле. Запомнили они, конечно, всё, что видели, и слышали, и чувствовали. После их восторженных воспоминаний заговорил Чу-Гец:

– Всё это каждый должен сохранить в памяти навсегда. Если это не пригодится вам самим, то пригодится вашим потомкам, которые должны так же хорошо знать океан, как мы с вами. И ещё запомните главное: здесь, на севере, жизнь сурова для нас, но для живущих здесь она так же хороша, как для нас жизнь в тропиках. Здесь мелко, и основная масса живых существ ютится около дна: и Одо-Бены, и Рахиа-Нектесы питаются у дна. Даже наши родственники Ле-Уки – белухи – питаются в основном донными рыбами. Они хорошо знают, что временами здесь бывает много рыб, приходящих на нерест, и используют это время для своих желудков. Если бы нам пришлось здесь жить долго, то и мы стали бы придонными собирателями. Потому-то мы и считаем себя хозяевами моря, что знаем все пищевые цепи и не допускаем их разрушения нигде в океане.


ВСТРЕЧА С ОДО-БЕНАМИ | Приключения Гука | КТО ТАКИЕ РЕ-ТИНЫ?