home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 1

Мина погладила светлые волосы мужчины — мягкие и шелковистые, как у ребенка, убрала падающую на лоб челку, чтобы видеть его глаза. Девушка не могла вспомнить его имя: она никогда не помнила их имен, лишь глаза и в них тоску, задумчивость, искания. Иногда боль, несчастье, ярость, крах. Конечно, обожание. Они все ее обожали. Юноша схватил руку Мины и поцеловал пальцы.

Во время Войны Душ солдаты тоже ее любили. Они обожали ее, а она вела их на смерть. Обожали, когда она склонялась над ними и молилась за них, отправляя их души в стремительную реку потерянных. Мина видела страх в их глазах, страх неизвестного.

Столько страха. Страха жизни. Она могла забрать страх. Забрать неизвестное. От ее поцелуя душа покидала тело и, протянув руки к Чемошу, неверной походкой шла к нему, как ребенок идет к матери. Чемош возвращал душу обратно в тело, очистив ее от пугающих ощущений. Ни любви, ни чувства вины, ни боли, ни ревности…

— Ты будешь Возлюбленным Чемоша, — сказала Мина юноше, целующему ее ладонь. — У тебя будет вечная жизнь. И никакой боли. Ты никогда не узнаешь холода и жажды.

— Но я думаю, что один Бог похож на другого, — откликнулся юноша, и девушка почувствовала его горячее дыхание на своей шее. — Они обещают и никогда не выполняют, по крайней мере, мне так говорили.

— Чемош даст тебе все, что я сказала, — возразила Мина, проводя рукой по его волосам. — Будешь ли ты ему поклоняться?

— Если ты приведешь его, — согласился молодой человек и засмеялся.

— Она привела его, — раздался голос. — Она всегда с ним.

Юноша вскочил с одеяла, разостланного прямо на траве, усыпанной опавшими листьями, в укромном местечке на берегу реки.

— Кто ты? — спросил он у красивого, элегантно одетого мужчины, который, должно быть, появился из-под земли, — молодой человек не слышал, чтобы кто-нибудь к ним приближался.

— Чемош, — ответил мужчина.

У юноши отвисла челюсть, а Бог протянул руку и дотронулся до груди несчастного, чуть выше сердца:

— И ты теперь мой.

Юноша задохнулся от боли, содрогаясь, схватился за грудь, затем рухнул на колени, воззрившись на Бога, и свет в его глазах медленно погас. Чемош стоял над телом, лежащим вниз лицом, хмуро и недовольно глядя на Мину.

— Мне это не нравится, — произнес он.

— Чем я не угодила тебе, господин? — спросила та, с достоинством поднявшись, и посмотрела ему в глаза. — Я делаю все, что ты от меня требуешь.

Это было чистой правдой, но Чемош разозлился еще больше; правда, он не понимал, что вызвало его гнев.

— Ты Верховная Жрица Повелителя Смерти, — сказал он. — С какой стати всякая деревенщина прикасается к тебе своими грубыми, мозолистыми лапами? Но, кажется, ты получаешь огромное удовольствие. Возможно, мне не следовало мешать вам.

— Мой щедрый Повелитель, — произнесла Мина, приближаясь к нему. Влажный блеск ее янтарных глаз согревал Чемоша, словно лучи неведомого светила. — Ты повелел привести этих юношей к тебе. Я лишь подчиняюсь твоим приказаниям.

Девушка подошла еще ближе, чтобы Бог почувствовал ее тепло, уловил аромат ее волос и ощутил желание тела, мягкого и податливого.

— Руки, что дотрагиваются до меня, твои руки, — сказала она. — Губы, которые целуют мои, тоже принадлежат тебе и никому другому.

Чемош подхватил Мину на руки и страстно, но грубо поцеловал, изливая на нее свою злость. Девушка вернула ему поцелуй, страстный и отчаянный. Они сейчас напоминали двух врагов, сражающихся на поле боя среди мертвых тел, когда схватка уже почти закончена, — и этот прекрасный момент будет длиться до тех пор, пока один из них не умрет.

— Господин… — выдохнула Мина, — хочешь ли ты, чтобы я даровала ему твое благословение? — Она сделала знак в сторону тела, лежащего на одеяле.

— Я сам это сделаю, — ответил Чемош, отпуская ее.

Склонившись, он положил руку на грудь молодого человека. Зеленые глаза юноши открылись. Он узнал Повелителя Смерти, и в его взгляде появилось почтение. Молодой человек поднялся на ноги и поклонился.

— Ты — один из моих Возлюбленных, — сказал ему Чемош. — Иди на восток, навстречу своей новой жизни. Найди для меня других, тех, кто готов поклясться служить мне, — и приведи ко мне.

— Да, господин.

Молодой человек еще раз низко поклонился Богу — тот махнул ему рукой, приказывая уйти, затем быстро перевел взгляд на Мину. Девушка улыбнулась — она даже не знала имени молодого человека. Брови Чемоша сдвинулись, и юноша, быстро повернувшись, ушел.

— Если ты способна перестать думать о своем очередном завоевании, может быть, вернемся к делу? — язвительно спросил Повелитель Смерти. Он знал, что поступает несправедливо, однако ничего не мог с собой поделать.

— У моего господина сегодня плохое настроение? — в свою очередь спросила Мина, прижимаясь к рукам Чемоша. — Что случилось, почему на твое лицо легли тени?

— Ты не поймешь! — отрезал он, отталкивая Верховную Жрицу. — Ты — смертная!

— Смертная, которая тронула разум Бога.

Чемош строго на нее посмотрел, понимая, что стоит девушке победно улыбнуться — и он уничтожит дерзкую на месте.

Но Мина серьезно смотрела на него, ничего не понимая. Она любила его, обожала его.

Повелитель Смерти глубоко вздохнул, собираясь с мыслями.

— Это все Саргоннас. У Рогатого Бога в последнее время такой важный вид, словно он король. — Вне себя от ярости Чемош расхаживал взад-вперед по берегу. — Он хвалится своими победами в Сильванести, рассказывает всем, как разгромил эльфов; радуется, что ловко надул людоедов, заставив их поверить, будто минотавры их союзники; клянется, что его быки скоро будут неоспоримыми владыками восточной части Ансалона.

— Он просто жалкий хвастун, мой господин, — примирительно сказала Мина.

— Нет, — ответил Чемош. — Может быть, Рогатый Бог и любит болтать, но его уважают, и он никогда не лжет. — Он резко остановился и повернулся к девушке. — Сейчас самое время привести наш план в действие.

— Но еще рано, Повелитель, — запротестовала Мина. — Число наших Возлюбленных растет, но их еще недостаточно, и они в основном только на западе Ансалона, а не на востоке.

Чемош покачал головой:

— Мы не можем ждать. Саргоннас с каждым днем становится сильнее, а остальные Боги либо слепы, либо слишком заняты своими делами, чтобы увидеть опасность. Неужели они действительно верят, что он завоюет восток и этим удовлетворится? После столетий, проведенных на островах, минотавры наконец получили власть над главным континентом. Он ведь хочет властвовать не только на востоке, но и во всем мире, и на небесах. — Повелитель Смерти сжал кулаки. — Я единственный, кто в состоянии бросить ему вызов. Я должен действовать сейчас, пока он не стал еще сильнее. Где этот глупец Крелл? — Он оглянулся вокруг, словно рыцарь мог сейчас прятаться под скалой.

— Полагаю, он сейчас где-нибудь кого-нибудь убивает, господин, — ответила Мина. — Я не слежу за ним.

— Я тоже. Я прикажу ему встретиться с нами в Бездне. Ты должна на некоторое время оставить этот мир. Мина, оставить работу, которая тебе, похоже, так нравится. — С этими словами Чемош бросил презрительный взгляд на смятое одеяло, еще сохранившее следы страсти.

— Ты мне дорог, Повелитель, — мягко произнесла девушка. — Но моя работа — это… моя работа.

Бог видел в ее янтарных глазах только свое отражение — и ничего больше. Он взял руки Мины и прижал к губам:

— Прости меня. Я сам не свой.

— Возможно, в этом все и дело, — откликнулась девушка.

Чемош помолчал, обдумывая ее слова.

— Наверное, ты права. Я даже не уверен, что на самом деле «мое». Когда всем в пантеоне заправляли Такхизис и Паладайн, было намного проще. Мы просто знали свое место. Нам не всегда это нравилось. Мы могли ругаться и спорить, но и на небесах, и в мире царили покой и порядок. Кроме того, остается еще вопрос безопасности. Раньше я мог, спать спокойно, а теперь вынужден не смыкать глаз и оглядываться в тревоге, что кто-нибудь подкрадывается ко мне со спины.

— Ты так потеряешь несколько столетий сна, мой господин, — сказала Мина. — Но все переменится, когда Верховным Божеством станешь ты, а остальные будут тебе поклоняться.

— Откуда в тебе столько мудрости? — Чемош подхватил ее на руки, крепко прижал к себе и прильнул губами к ее шее. — Я принял решение. Больше эти неотесанные смертные до тебя не дотронутся. Больше ни одни неловкие губы не коснутся твоего тела. Ты — Возлюбленная Бога. Твое тело и твоя душа принадлежат только мне, Мина.

— Они всегда принадлежали только тебе, — согласилась девушка, задрожав в его объятиях.

Мрак сгустился над Чемошем и Миной, обволок их и унес в куда более плотную, глубокую и теплую темноту, где единственный свет — пламя экстаза.

— И так будет всегда.

Чемош вернулся в Бездну. Там было темно и тоскливо, но ему некого было винить, кроме себя самого. Он мог осветить ее, как небеса, — наполнить свечами, яркими лампадами и мерцающими фонарями; мог населить, заставить повсюду звучать песни. Много столетий назад Повелитель Смерти так бы и сделал. Но не сейчас. Он настолько ненавидел свое жилище, что даже не пытался его изменить. Он хотел, жаждал быть среди живых. А сейчас пришло время претворить в жизнь желание своего сердца.

Чемош нетерпеливо ждал Крелла и очень обрадовался, услышав наконец лязг и грохот доспехов бессмертного рыцаря, с трудом бредущего сквозь Бездну, словно он пробирался по густой грязи поля боя. Его глаза были похожи на два красных уголька. Маленькие, близко посаженные, они напомнили Богу глазки какой-то демонической свиньи.

Желая увидеть нечто более приятное, Чемош перевел взгляд на Мину. Она была одета в черное шелковое платье, которое обволакивало все изгибы ее тела, словно прикосновение его рук, грудь поднималась и опадала при каждом вдохе и выдохе. Повелитель Смерти мог видеть даже легко пульсирующую жилку во впадинке на горле. Внезапно он пожелал, чтобы Крелл оказался сейчас за тысячу миль отсюда, но он не мог себе этого позволить — только не сейчас.

— Итак, Крелл, наконец, ты пришел, — резко произнес Чемош. — Извини, что отвлек от истребления овражных гномов, или над кем ты там решил поиздеваться, но у меня есть для тебя дело.

— Я не истреблял овражных гномов, — хмуро ответил Азрик. — В этом нет никакого удовольствия. Они просто пищат, как кролики, а затем падают перед тобой ниц.

— Я просто пошутил, Крелл. Ты всегда был таким тупым или смерть плохо повлияла на тебя?

— Я не из тех, над кем шутят, господин, — произнес Рыцарь Смерти, а затем жестко добавил: — А тебе должно быть известно, где я был. Именно ты меня туда отправил. Я исполнял твое приказание — искал для тебя новых последователей.

— Правда? — Чемош сомкнул ладони и постучал кончиками пальцев друг о друга. — И как дела?

— Очень хорошо, Повелитель. — Крелл, довольный собой, слегка отступил. — Думаю, мои последователи понравятся тебе гораздо больше, чем другие.

Азрик бросил взгляд на Мину. Она спасла его, освободила от мстительной Богини, вызволила из каменной тюрьмы, но именно за это он и ненавидел девушку.

— По крайней мере, моим последователям можно доверять, — парировала Мина. — Они не способны предать своего хозяина.

Крелл сжал кулаки и сделал шаг по направлению к ней.

Мина, побледнев, поднялась со стула, чтобы посмотреть ему в лицо опасно вспыхнувшими золотом глазами. Она не знала страха, была бесконечно прекрасна в своей отваге и излучала свет, когда сердилась. Чемош позволил себе мгновение удовольствия, любуясь девушкой, но затем заставил себя вернуться к делу:

— Мина, тебе лучше оставить нас.

Жрица искоса посмотрела на Крелла, всем своим видом показывая, что не доверяет ему:

— Господин, мне не нравится…

Я собираюсь начать свою кампанию. — Повелитель Смерти поставил локти на стол по обе стороны от доски для кхаса и склонился над ней, словно обдумывая свой ход. — Действие, которое я собираюсь предпринять, привлечет к себе внимание других Богов. Только одна из них представляет для меня угрозу. Только одна может стать серьезной помехой. На самом деле она уже стала меня раздражать.

Он уставился на Крелла, чтобы убедиться, что тот понимает.

— Да, мой господин. — Сейчас Крелл выглядел менее глупо. Поход, сражение — эти вещи он понимал.

— Богиня, которая меня заботит, — Зебоим, — пояснил Чемош.

Крелл хрюкнул.

— Она нашла себе последователя — лишенного всех прав монаха Маджере. Он узнал секрет Возлюбленных Чемоша, рассказал обо всем Зебоим, и теперь она угрожает разоблачить меня, если я не верну тебя в Башню Бурь.

— Вы ведь не сделаете этого, господин? — нервно спросил Крелл.

Вытянув руку, Чемош взял одну из фигур — рыцаря — и повертел ее в пальцах.

— Сделаю. Подожди! — Бог поднял руку, когда Азрик взвизгнул в знак протеста. — Выслушай меня. Что ты думаешь о таком ходе, Крелл?

Он медленно и тщательно поставил фигуру перед черной королевой.

— Ты не можешь делать такой ход, господин! — воскликнул Рыцарь Смерти, — Это против правил.

— Да, Крелл, — согласился Чемош. — Против правил. Возьми эту фигуру. Посмотри на нее хорошенько. Что ты видишь?

Азрик сделал, как ему было сказано, и уставился на статуэтку сквозь прорези для глаз:

— Это рыцарь верхом на драконе.

— Дальше, — поторопил Чемош.

— Это Рыцарь Такхизис, — продолжал Азрик после длительного молчания. — На его доспехах лилия и череп.

— Хорошо, — похвалил Бог.

Крелл почувствовал себя польщенным, не распознав в словах Повелителя Смерти сарказма.

— На нем плащ с капюшоном, а дракон — синий.

— Он тебе никого не напоминает?

Крелл поднес фигуру к шлему, его красные глаза вспыхнули.

— Лорд Ариакан! — Азрик уставился на фигуру, не веря собственным глазам. — До мельчайших подробностей!

— Так и есть, — ответил Чемош. — Лорд Ариакан, любимый сын Зебоим. Твоя задача — хранить эту фигуру, Крелл. Присматривай за ней и выполняй все мои приказы. Поскольку именно так мы сумеем удержать Морскую Королеву, и она не сможет нам помешать.

Красные глаза Рыцаря Смерти замерли на фигуре, а затем вспыхнули.

— Я не понимаю, господин, — недоуменно произнес он. — С какой стати Богине заботиться о фигуре для игры в кхас? Даже если она похожа на ее сына…

— Потому что это и есть ее сын, — ответила Бог. Он откинулся на спинку стула и опять свел кончики пальцев.

Рука Крелла дернулась, и он чуть не уронил фигуру. Поспешно поставив ее на стол, рыцарь отодвинулся.

— Ты можешь дотронуться до него. Он тебя не укусит. Он мог бы тебя укусить, если бы мог тебя схватить. Но он не может.

— Ариакан мертв, — прошептал Крелл. — Мать забрала его тело…

— О да, он мертв, — согласился Чемош, — Он умер из-за твоего предательства, и его душа пришла ко мне, как души всех умерших. Многие проходят через мои руки, но быстро, словно искры, взмывают к небесам, чтобы продолжить свое путешествие. Но некоторые, как ты, Крелл, привязаны к этому миру в наказание.

Рыцарь Смерти зарычал — доспехи были его гробом.

— А другие, как Лорд Ариакан, отказываются покидать мир. Иногда они не могут расстаться с любимыми. А иногда с теми, кого ненавидят. Такие души принадлежат мне.

Красные глаза Крелла вспыхнули, а затем, когда он осознал слова Бога, погасли. Азрик откинул голову и громко расхохотался, так что эхо разнеслось по всей Бездне.

— Жажда мести Ариакана держит его в ловушке! Хорошая шутка, господин! Я ее оценил!

— Я рад, что тебя так просто порадовать. Крелл. Теперь, если ты на минуту замолчишь, я дам тебе указания.

— Я слушаю. Повелитель.

Лорд Азрик внимательно выслушал приказы, затем задал несколько вопросов, которые на удивление оказались отнюдь не глупыми.

Удовлетворившись тем, что его план будет выполнен, Чемош отправил Рыцаря Смерти:

— Надеюсь, ты не возражаешь против возвращения в Башню Бурь, Крелл?

— Если ненадолго и чтобы я ушел, когда пожелаю, господин. Могу я исчезнуть оттуда, как только все сделаю?

— Конечно, Крелл.

Рыцарь взял фигуру, посмотрел на нее несколько мгновений, усмехнулся и сунул в перчатку.

— По правде говоря, я немного скучаю по тому месту, — задумчиво сказал он.

— Охраняй эту статуэтку, — предупредил Чемош.

— Не выпущу ее из рук, — отозвался Крелл со смешком. — Можешь на меня рассчитывать, господин.

Он ушел, все еще посмеиваясь.

— Мина, ты следишь за, мной? — спросил Чемош недовольно.

— Нет, господин, — ответила девушка, выходя из темноты. — Я начеку. Я не доверяю этому злодею. Однажды он предал своего лорда и сделает подобное снова.

— Уверяю тебя, я справлюсь с ним, — холодно произнес Бог.

— Знаю, Повелитель. Прошу прощения.

Мина приблизилась к нему, обвила его шею руками и положила голову ему на грудь.

Чемош почувствовал тепло ее тела, запах волос, свежесть кожи.

«От мертвой куда меньше проблем, чем от живой».

— Почему ты беспокоишься насчет Зебоим? — спросила Мина, не ведая, о чем думает Бог. — Я знаю, один монах что-то разнюхал, но все, что ты должен сделать, — позволить мне разобраться с ним…

— Монах лишь маленькая неприятность, — перебил Повелитель Смерти. — Не более. Я посажу его на кол, чтобы показать Богине, что я знаю о ее замыслах. А также чтобы отвлечь ее от моей истинной цели.

— Какой, господин?

— Мы будем охотиться на погребенные сокровища, Мина, — ответил Чемош. — На самый богатый тайник, когда-либо известный людям или Богам.

Мина уставилась на него, сбитая с толку:

— Зачем тебе сокровища? Богатство для тебя все равно, что пыль.

— Сокровища, которые я ищу, не ничтожные стальные монеты, золотые короны, серебряные браслеты или изумрудные перстни, — хмуро сказал Бог. — Сокровища, которые я ищу, — из материала, намного более ценного. Они сделаны из… меня самого.

Девушка посмотрела на Повелителя Смерти, глубоко заглянув в его глаза:

— Думаю, я поняла, мой господин. Богатство…

Но он приложил палец к ее губам:

— Ни слова, Мина. Не сейчас. Мы не знаем, кто нас может подслушивать.

— Могу я спросить, где это сокровище, Повелитель?

Чемош подхватил девушку на руки, прижал к себе и прошептал:

— В Кровавом море. Именно туда мы и отправимся — ты и я, — как только убедимся, что закрыты глаза и уши тех, кто следит за нами.


Глава 12 | Дары мертвых богов | Глава 2