home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 6

Водоворот в Кровавом море Истара… Если моряки и говорили о нем, то только шепотом. Когда-то Водоворот причинял ужасные разрушения — крутящаяся утроба красной смерти, которая целиком заглатывала корабли. Некогда из этой утробы люди слышали грохочущие голоса Богов:

— Посмотрите, смертные, вы знаете, на что мы способны.

Когда Король-Жрец Истара осмелился провозгласить себя Богом и люди Истара стали ему поклоняться, настоящие Боги Кринна сбросили на Истар огненную гору, уничтожив город и похоронив его под морскими волнами, которые окрасились в красно-бурый цвет. Мудрые люди говорили, что это из-за особого песка на дне, но большинство верило, что от крови тех, кто погиб во время Катаклизма. Какова бы ни была причина, но цвет воды дал название морю, и с тех пор оно стало известно как Кровавое.

Над местом, где был город, Боги создали Водоворот. Неумолимая ярко-красная воронка должна была заставить держаться подальше тех, кто мог бы потревожить вечный покой усопших, и служить смертным постоянным напоминанием о силе и величии Богов. У Водоворота был устрашающий вид, моряки боялись и уважали крутящиеся красные волны, исчезающие в темном провале. Тем, кто случайно оказывался поблизости от воронки, гибели избежать не удавалось — они находили свое последнее пристанище на дне Кровавого моря.

Затем Такхизис украла мир. Без ярости Богов, которая поддерживала Водоворот, он стал крутиться все медленнее и медленнее, а затем и вовсе остановился; воды стали тихими, словно деревенский пруд у мельницы.

— Посмотри, что стало с Кровавым морем. — Голос Чемоша дрожал от ярости и отвращения. — Сточная канава!

Заслонив глаза от утреннего солнца, Мина повернулась туда, куда указывал Чемош, к тому, что когда-то было одним из чудес Кринна — величественным и ужасающим.

Водоворот хранил память о каре Истара. Теперь некогда имевшие дурную репутацию воды Кровавого моря лениво ползли по песчаным пляжам, которые были усеяны отбросами. Остатки сломанных корзин, покрытые слизью доски, истлевшие сети, рыбьи головы, разбитые бутылки, обломки ракушек и мачт плавали на маслянистой поверхности воды — волны лениво кидали мусор взад-вперед. Только старожилы помнили Водоворот и что находится под ним: руины города, людей, время.

— Век Смертных! — фыркнул Чемош. Он поддел носком башмака мертвую медузу. — Вот его наследие. Страх, благоговение перед Богами исчезли — и что осталось? Грязь и мусор смертных.

— Кое-кто мог бы сказать, что Боги должны винить в этом только себя, — заметила Мина.

— Возможно, ты забыла, что говоришь с одним из Богов! — ответил Чемош, сверкнув глазами.

— Прошу прощения, господин, — произнесла Мина, — но иногда я действительно забываю… — Она замерла, не зная точно, какие последствия вызовут ее слова.

— Забыла, что я Бог? — сердито спросил Повелитель Смерти.

— Я прошу извинить меня…

— Не извиняйся, Мина, — сказал Чемош. Морской ветер играл с его длинными черными волосами. Бог посмотрел на море, вспоминая, чем оно было раньше, и глубоко вздохнул. — Это моя вина. Я прихожу к тебе, как смертный. Я люблю тебя, как смертный. Я хочу, чтобы ты думала обо мне, как о смертном. Это одна из моих многочисленных граней. Остальные вряд ли тебе понравятся, — сухо добавил он.

Он взял девушку за руку, притянул ее поближе. Так они стояли на берегу, ветер сплетал их волосы — черные и рыжие, тень и пламя.

— Ты сказала правду, — произнес Повелитель Смерти. — Боги сами должны себя винить. Хотя мы и не крали мир, но позволили Такхизис сделать это. Каждый из нас так погрузился в свой маленький мирок, закрылся в собственной мастерской, сидел на маленьком табурете, смотрел на свою крошечную работенку, как близорукий портной, и усердно работал иглами над крошечным кусочком вселенной. А когда в один прекрасный момент мы очнулись и обнаружили, что наша Королева сбежала с миром, — что мы сделали? Мы схватили свои огненные мечи и помчались по небесам, разбрасывая звезды, чтобы найти ее? Нет. Мы выбежали, заламывая руки, из своих маленьких мастерских, растерянные, напуганные и закричали: «Увы! Мир исчез. Что же нам теперь делать?!» — Его голос стал жестким. — Я всегда думал, что, если бы моя собственная армия собралась у ворот и приготовилась брать штурмом стены, Королева Такхизис дважды бы подумала. Но я оказался ленив. Я был доволен тем, что имел. Теперь все изменилось. Я больше не совершу такой ошибки.

— Я заставила тебя сокрушаться, мой господин, — произнесла Мина, уловив нотки горечи в его голосе. — Мне жаль. Этот день должен быть веселым. Днем новых начинаний.

Чемош взял руку девушки, поднес к губам и поцеловал пальцы. Ее сердце забилось сильнее, а дыхание прервалось. Он вызвал в ней желание одним прикосновением, одним взглядом.

— Ты сказала правду, Мина. Больше никто — даже Боги! — не осмелился бы сделать это. Большинство даже не смогли бы увидеть подобных вещей. Ты так молода, Мина. Тебе даже двадцати нет. Откуда в тебе столько мудрости? Думаю, не от твоей покойной Королевы! — саркастически добавил Повелитель Смерти.

Мина размышляла, глядя на гладкое, но не совсем спокойное море. Волна беспокойно накатывала и отступала, напоминая девушке человека, который нервно, никогда не останавливаясь, все время куда-то идет.

— Я видела ее в глазах умирающих, — произнесла она. — Не тех, чьи души стали твоими, господин, а тех, кто когда-то отдал свои души мне.

Битва у Провала Беккарда. Соламнийские Рыцари прорвали осаду города, которую удерживали Рыцари Такхизис, известные тогда как Рыцари Нераки. Рыцари и солдаты повернулись и побежали, когда соламнийцы прорвались через крепость. Им приказали броситься врассыпную, и тогда Мина приняла на себя командование. Она приказала своим войскам уничтожить тех, кто убегал, распорядилась убивать своих товарищей, друзей, братьев. Вдохновленные мерцающим янтарным светом, исходившим от нее, повиновались ей. Тогда тела усеяли Провал, мешая передвижению живых. Соламнийцы остановились, поскольку им преграждали путь, словно плотина, сломанные кости и окровавленная плоть. Тот день можно по праву назвать днем Мины. Она превратила бегство в победу. Она ходила по полю битвы, держала за руки тех, кто погиб по ее приказу, и молилась за них, отправляя их души к Такхизис.

— Вот только их души не попали к Королеве, — тихо сказала девушка морю, которое укачивало ее, как ребенка. — Души шли ко мне. Я рвала их, словно цветы, собирала в своем сердце и держала крепко, даже когда произносила ее имя. — Мина повернулась к Чемошу: — Такова моя правда, Повелитель. Я не знала этого на протяжении долгого времени. Я кричала: «Во славу Такхизис!» — молилась ей день и ночь. Но когда войска произносили мое имя, когда они кричали: «Мина, Мина!» — я их не поправляла. Только улыбалась.

Девушка замолчала, наблюдая, как волны бесцельно набегают на берег и приносят мусор к ее ногам.

— Когда-нибудь смертные снова станут бояться Богов, — произнес Чемош. — Или, по крайней мере, одного из них. Вон там, — он указал на то место, где сейчас плавали отбросы, обломки и другой сор, — находится начало моего становления, как короля пантеона. Я расскажу тебе одну историю. Мина. Под морем, под волнами, могила, самая большая во всем мире, и мой рассказ о тех, кто похоронен там.

Моя история начинается в Век Мечтаний, когда могущественный чародей по имени Карро Красный решил, что Ложам необходимы безопасные убежища, где маги могли бы встречаться, учиться и работать вместе, места, где бы они хранили книги заклинаний и артефакты. Карро предложил чародеям выстроить Башни Высшего Волшебства, защищенные магией. Он послал их по всему Ансалону, чтобы найти место, где можно было бы построить Башни. Маги Ложи Белых Мантий под предводительством чародейки Асанты выбрали бедную рыбацкую деревушку Истар.

Маги Ложи Черных Мантий и Карро Красный избрали для своих Башен большие процветающие города. Карро направил своих людей к Асанте в Вайрет, чтобы они узнали, почему она выбрала деревушку. Чародейка могла предвидеть будущее. Она предсказала, что когда-нибудь слава Истара затмит остальные города Ансалона. Маги Ложи Белых Мантий получили разрешение начать работу над Башнями. Сорок лет спустя Асанта произнесла заклинание, и в Истаре появилась Башня Высшего Волшебства.

Асанте было дано увидеть лишь мгновение возвышения Истара над остальными городами. Но она не предвидела его падения.

На протяжении многих десятилетий маги Башни Истара честно правили людьми маленькой деревушки и способствовали ее быстрому росту и развитию. Вскоре Истар превратился в богатый, процветающий город, а затем и в империю.

Город рос, росла и сила его жрецов, особенно тех, кто служил Мишакаль и Паладайну. Один из них достиг невиданно высокого положения, провозгласил себя владельцем всей империи и назвался Королем-Жрецом. С того времени влияние магов пошло на убыль, а влияние жрецов, напротив, возросло.

Между магами и жрецами возник союз, который тревожил многих. Одному чародею Ложи Белых Мантий, по имени Моорт, Магистру Башни Истара, долгое время удавалось поддерживать мирные отношения между двумя коалициями.

Конклав Магов видел в Моорте пешку Короля-Жреца и, когда тот умер, потребовал от одного из чародеев Ложи Красных Мантий занять место Магистра Башни, надеясь таким образом восстановить независимость магов и иметь большее влияние на политику Истара.

Король-Жрец разъярился, обитатели города были оскорблены. Недоверие чародеев переросло в ненависть. Предательство и несчастья привели к неприкрытой вражде между Королем-Жрецом, его последователями и магами. Так начались Проигранные Битвы, названные так потому, что победителей в них не было.

Король-Жрец объявил чародеям Ансалона священную войну. Маги отступили к своим укрепленным крепостям и угрожали уничтожить Башни и их окрестности, если на них нападут. Владыка империи не прислушался к их предупреждениям и приказал атаковать Башню Далтигота. Зная, что они должны защищаться, чародеи исполнили свои угрозы и разрушили Башню. Под развалинами погибли многие невинные. Маги очень расстроились, но они верили, что спасли намного больше жизней, поскольку не стали произносить страшные заклинания и использовать несущие гибель артефакты.

Потрясенный случившимся бедствием и испугавшийся, что чародеи могут разрушить и Башню Истара, Король-Жрец предложил переговоры о перемирии. Маги должны покинуть Башни Истара и Палантаса, а взамен им будет предоставлена Вайретская Башня. Конклав долго и яростно оспаривал подобное предложение, но скоро маги поняли, что выбора нет. Король-Жрец обладал неограниченной властью, и к тому же на его стороне было благословение Богов. Маги согласились с его условиями.

Через месяц после окончания Проигранных Битв из Башни Истара вышла самая главная чародейка — она покинула Башню последней. Опечатав ворота, она передала все Королю-Жрецу.

Тот не знал, что делать с Башней, и поэтому она долгие месяцы стояла запертой и пустой. Затем, последовав подсказке своего советника, сильванестийца Кварата, он превратил ее в хранилище трофеев: в ней выставлялись на всеобщее обозрение артефакты, конфискованные у тех, кого обвиняли в ереси и поклонении Богам Тьмы.

В последующие два десятилетия сотни статуй и изображений Богов, артефактов и священных реликвий были доставлены в Башню, которую стали называть «Солио Фебалас» — Дом Святотатства. Многие из моих собственных реликвий тоже были там выставлены, поскольку, естественно, мои последователи стали одними из первых преследуемых. Общаясь с душами умерших, я слышал от них и о немыслимых планах Короля-Жреца стать неким подобием Бога. Он хотел достигнуть своей цели, нарушив баланс: уничтожив силу Богов Тьмы и Нейтральных Богов, а затем захватив силу и власть Богов Света.

Я пытался предупредить остальных Богов, но они не слушали. Я сказал, что придет день и их собственные священные реликвии будут выставлены в Доме Святотатства, но они лишь пожали плечами и высмеяли меня.

Однако смеялись они недолго. Скоро честных и безобидных жрецов Чизлев выгнали из леса, бросили в темницы, некоторых казнили. Затем в хранилище Короля-Жреца появились живописные изображения Маджере. Когда ко мне присоединился Гилеан, предупреждая, что баланс мира уже нарушен, некоторые Боги Света примкнули к нам. Тогда Король-Жрец объявил поклонение им вне закона, и, в конце концов, на стене Дома Святотатства появился символ Мишакаль.

Жрец сказал всему миру, что он мудрее и намного могущественнее Богов. Он провозгласил себя Богом и потребовал, чтобы ему поклонялись как Богу. И тогда мы, истинные Боги, обрушили на Истар огненную гору.

Земля дрогнула. Землетрясения сровняли город с землей и раскололи Башню Высшего Волшебства. Огонь уничтожил Дом Святотатства. Башня превратилась в руины, и они оказались на дне Кровавого моря вместе с останками погибшего города.

— Вон там сейчас находится Башня, — закончил Чемош, — и там же среди руин погребено множество священных реликвий и артефактов.

— Боюсь, ты напрасно надеешься, мой господин, — произнесла Мина. — Они не могли сохраниться.

— Не знаю, как насчет других Богов, — хитро улыбнулся Повелитель Смерти, — но я убедился, что все принадлежащее мне уцелело. И я не сомневаюсь, что остальные сделали то же.

— Ты кажешься очень уверенным.

— Да, я уверен. У меня есть доказательства. Вскоре после разрушения Истара я отправился на поиски Башни и убедился, что Боги Магии спрятали ее от посторонних глаз. Зебоим — сестра Нуитари, а значит, кузина другим Богам Магии. Они пошли к ней и убедили ее создать мощный водоворот, который похоронит Башню глубоко на дне моря, чтобы ни одни глаза — смертные или бессмертные — никогда ее не нашли. «Итак, — спросил я себя, — зачем Богам Магии понадобилось столько усилий, чтобы спрятать горсть обугленного мусора? Только если там есть что-то, что не должны найти остальные…»

— Твои священные артефакты, — закончила Мина.

— Именно.

— И теперь, когда Водоворот остановился, ты можешь их отыскать.

— Не только отыскать, но и не бояться, что меня могут прервать. Раньше, стоило мне только погрузить палец в воду, Зебоим сразу же об этом узнала бы. Она бы примчалась откуда угодно, чтобы остановить меня. А сейчас ее нет, и никто не может ее найти. Я волен делать что захочу — даже помочиться в воду, — и она не посмеет возразить. — Чемош переплел пальцы с пальцами девушки. — Ты и я — мы вместе будем искать среди древних и давно затерянных руин Дома Святотатства то, что нам необходимо. Подумай об этом, любовь моя! Там, на дне, сотни священных артефактов, и в них столько божественной власти, что в Век Смертных это трудно себе представить. Там есть и то, что раньше принадлежало Такхизис. И хотя ее нет, сила Королевы все еще жива в ее реликвиях. Артефакты Моргиона, Хиддукеля, Саргоннаса. Паладайна и Мишакаль. Я хочу раздать эти священные вещи Возлюбленным, которые идут сейчас через Ансалон, чтобы получить их. Когда я это сделаю, мои последователи будут самыми грозными и могущественными во всем мире. И тогда я смогу бросить вызов остальным Богам, а затем управлять небом и миром.

— Я бы пошла с тобой на край света и с радостью взглянула бы на те чудеса, что лежат в глубинах, но как я забыла, что ты Бог, так и ты забыл, что я — смертная, — произнесла девушка с улыбкой. — Я умею плавать, но не так хорошо. Что касается задержки дыхания…

Чемош рассмеялся:

— Мина, тебе не придется ни плыть, ни задерживать дыхание. Ты пойдешь со мной по поверхности воды, как ходишь по полу нашей спальни. Ты будешь вдыхать воду, как вдыхаешь воздух. Вес ее ляжет на твои плечи, как меховая пелерина.

— Значит, ты сделаешь меня Богиней, Повелитель? — произнесла Мина, дразня его.

Чемош перестал смеяться, его глаза потемнели и стали чернее морских глубин.

— Я не могу этого сделать, — ответил он. — По крайней мере, не сейчас.

Девушка почувствовала внезапный приступ страха. Ужас, от которого похолодело внутри, был сравним лишь с тем, когда она стояла на полуразрушенных ступенях Башни Бурь и смотрела вниз, на острые, как лезвие ножа, пики скал и пенящиеся алчущие воды океана. В горле Мины пересохло, сердце дрогнуло. Внезапно ей захотелось повернуться и бежать — подальше отсюда. Девушка никогда раньше не испытывала такого страха, даже когда разъяренная драконица Малис летела на нее с плачущего кровавыми слезами неба, даже когда Королева Такхизис в бешенстве ринулась на нее, чтобы отнять жизнь.

Мина сделала шаг назад, но Чемош удержал ее:

— Что случилось? Что с тобой?

— Повелитель, я не хочу быть Богиней! — воскликнула девушка, стараясь освободиться из его объятий.

— Ты хотела власти, Мина, власти над жизнью и смертью…

— Но не такой! Ты забываешь. Повелитель, — произнесла она глухо, — что я касалась сознания Бога. Я видела, о чем он думает, видела безмерность, пустоту, одиночество! Я не могу этого вынести…

Слова застыли на губах девушки, в страхе она посмотрела на Чемоша — только что были произнесены его самые сокровенные тайны.

— Я был одинок, Мина, — мягко возразил Повелитель Смерти. — Я был пуст. Но потом я нашел тебя.

Он обнял Мину. Девушка прижалась к нему — тело к телу, плоть смертной и плоть Бога. Его губы, жаждущие и требовательные, нашли ее рот. Чемош потянул Мину за собой на песок, его поцелуи стирали ее страх, прогоняли ужас. Она растворилась в его объятиях, его любовь и ласки унесли прочь даже воспоминания о трепете.

Пока они лежали на песчаном пляже, начался прилив. Волны омывали сначала их ступни, затем лодыжки, а затем поднялись выше. Волны плескалась вокруг, гладкие и мягкие, словно шелковые простыни. Вода накрыла Мину с головой. Ее рыжие волосы намокли и облепили голову. Девушка почувствовала соль на губах и закашлялась.

Чемош обнял ее:

— После моего следующего поцелуя, Мина, ты уже не будешь смертной. Ты почувствуешь, что задыхаешься, но это будет длиться лишь мгновение. Я вдохну в тебя дыхание Богов. Пока ты будешь находиться под водой, оно будет поддерживать тебя. Вода станет для тебя воздухом.

— Я поняла, мой господин, — ответила Мина. Ее волосы покачивались в воде, словно водоросли, кровь забурлила.

— Я не уверен, что ты все поняла, Мина, — сказал Повелитель Смерти, внимательно наблюдая за своей жрицей. — Вода для тебя — воздух. Это означает, что воздух для тебя — вода. Если я тебя поцелую, а ты останешься на суше — то утонешь.

Вместо ответа девушка порывисто обняла его и страстно поцеловала. Чемош ответил столь же страстным, поцелуем, забирая у нее воздух и высасывая из нее жизнь.

Вода сомкнулась над головой. Она почувствовала, что задыхается, втянула в легкие воду и закашлялась. Бог пытался удержать ее, да девушка и сама не сопротивлялась, но жажда жизни брала верх над приказами разума. Мина забилась, стремясь на поверхность, но Чемош был слишком силен. Его пальцы намертво впились в ее плоть.

«Он меня убивает, — подумала Мина. — Он мне солгал…»

Сердце ее дрогнуло, легкие ожгло огнем, перед глазами поплыли круги. Девушка все еще дергалась в объятиях Бога, втягивая в себя воду. Они погружались все глубже и глубже.

Внезапно Мина поняла, что устала бороться. Она просто закрыла глаза и отдалась темноте, окрашенной в кроваво-красный цвет.


Глава 5 | Дары мертвых богов | Глава 7