home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 15

Его разбудила смена караула, Марта уже не спала. Эван сонно помигал глазами и увидел, что блестящее красное солнце Призмы уже начинало садиться. Их новая караульная имела что-то общее с большой пикой, которую она держала в кобуре.

— Винона, это ты?

Женщина только слегка улыбнулась ему.

— Привет. Не доставляйте мне неприятностей, и я не причиню вам ничего плохого. Заткнитесь и можете спать снова. Это будет проще для всех нас. -

Она отвернулась от него и стала смотреть в другую сторону.

В его голове прозвучал тихий голос:

— Начинается.

— Что? — Он был так удивлен, что произнес это вслух. Винона оглянулась в его сторону и нахмурилась.

— Повторить?

— Нет, не надо, — робко сказал Эван. — Я просто еще не совсем очнулся от плохого сна.

— Тебе будет лучше привыкнуть к ним. Я слышала, что они все-таки хотят передать вас обоих Ноудвею.


— Возможно, они восстановили защитную поверхность станции, — говорила тем временем Марта тем, кто собирался идти на штурм станции. — Это мощное электрическое поле, которое проходит между подпорками и металлическими сваями. Вам придется найти какой-нибудь способ избежать его. Я уверена, это поле достаточно сильное для того, чтобы лишить вас памяти, если не убить вас совершенно.

— Мы знаем об этой опасности, — сказал им Эже. — Мы уже избежали ее.

— Что? — Эван попробовал взглянуть за ободок ветрозащитного стекла за караульным. Ничто не указывало на то, что что-нибудь было не в порядке в лагере.

Марта была тоже удивлена этим.

— Если заслон защищен электрическим током и вы перешли через него, для этого вам надо было отключить систему сигнализации.

— Мы решили ничего не беспокоить. — Это говорил библиотека. — Поэтому мы послали нескольких наших членов повернуть поток энергии в сторону, пока мы проходили.

— Это невозможно, — решительным голосом сказал Эван.

— Ты забыл о наших друзьях-проводах, мой друг. Они могут переносить и многое другое вещи, кроме воды.

Эван попытался нарисовать в своем воображении приближение его друзей, несколько проводов, соединенных друг с другом, которые, возможно, сформировали аккуратную дугу между двумя подпорками, ответственными за энергозащиту, которые пропускали смертельное напряжение через свои тела, не причиняя себе ни какого вреда, в то время как другие члены Ассоциативы спокойно пробирались в лагерь под этим проходом. Не было никакой опасности вмешательства, так как постоянный электрический ток продолжал идти свободно между подпорками. Никакого вмешательства — это значит никаких громко ревущих сирен внутри отгороженной территории станции. Это было прекрасное решение проблемы.

— Вам придется все же остерегаться оружия, — напомнила им Марта. -

Пика не будет разрушать ваше собственное электрическое поле, но она просто проколет вас насквозь.

Последовала тишина, которая показалась им мучительно долгой. Эвану показалось, что атаке что-то помешало. Не переменила ли библиотека свое решение? Не решили ли они, что их друзья-люди не стоят стольких смертей членов Ассоциативы?

Затем пара воинов перебралась через защитное ограждение, и события начали развиваться очень быстро.

Один прыгнул к Виноне, а другой бросился освобождать пленников.

Острые вращающиеся зубы разрезали ленты, связывающие руки и лодыжки Эвана.

Он услышал стон Виноны. Промелькнувшая в голове мысль о кислоте и других видах местного оружия заставила его содрогнуться, он не пожелал бы такой судьбы даже врагу Как обычно, воображение оказалось слабее, чем реальность. Их охранница лежала на наблюдательной платформе с подогнутыми под себя ногами, ее руки слабо подергивались, рядом с ней стоял второй воин. Освобождая от пут Марту, спаситель Эвана объяснил:

— Никаких кислот. Библиотека запретил, — говорил воин характерными отрывистыми, сжатыми фразами. — Анализировали ваш старый экзоскелет.

Собиратели нашли необходимые ингредиенты, обработчики синтезировали их.

Распылить вещество на ваш тип экзоскелета, и оно убьет его.

— Убьет? — прошептал Эван.

— Убьет подвижность, — поправился воин.

Мартина склонилась над охранницей, которая все еще обнадеживающе стонала. Действительно, темное липкое вещество склеивало теперь скафандр в нужных местах. Там, где вещество уже затвердело, стал твердым и скафандр, и в результате все суставы застыли в неподвижности. Она не могла потянуться за оружием, не могла встать, не могла даже убежать. Ее скафандр превратился в смирительную рубашку. И ни капли крови пролито не было.

Воин протянул руку. Стоны Виноны превратились в вопль, но могучие когти тянулись к ней. Они открыли кобуру и вытащили спицу. Воин исследовал его с профессиональным интересом.

— Выглядит не очень опасным.

— И вы тоже.

— Хм. Собственное тело лучше, чем посторонние приспособления.

Силикатные когти сжались. Металлический кожух оружия смялся, будто фольга.

— Что… что вы со мной сделаете? — заикаясь произнесла Винона. Ее давешняя бравада полностью улетучилась. — Что вы сделали с моим скафандром? Откуда взялись эти чудовища?

— Тихо, — приказал ей Эван. — И не называйте их чудовищами. Они очень чувствительны.

Он протянул руку и выключил ее аккумуляторы, прекратив подачу энергии в устройство связи скафандра.

— Не волнуйтесь о вашем скафандре. Вы слишком долго жили на Самстэде.

Единственный скафандр, который вам необходим, это тот, что вы носите на ваших костях. — Он снова протянул руку и отстегнул ее шлем.

— Пожалуйста, не надо! — простонала она.

Жалкое зрелище, подумал Эван. Он снял собственный шлем, потом выбросил его через край платформы, и в это время до него донеслись крики и проклятия снизу. Там начиналось столпотворение.

Он подошел к Мартине, стоящей у перил. Из зданий выбегали люди.

Некоторые из них были полураздеты. Время от времени раздавался сухой треск иглострела.

Первоначальное смятение постепенно уступало место подобию организованности, по две, три фигуры стали собираться у западного крыла административного здания. Передвигаясь группами, они стреляли на ходу, начиная отступать в направлении челнока.

— Ваши друзья прерывают свой визит, — сообщила Мартина. Глаза охранницы широко раскрылись.

— Нет, пожалуйста, позвольте мне уйти с ними! Не дайте им оставить меня здесь! — Она в ужасе смотрела на воина, стоящего над ней.

— Почему мы должны отпустить вас? — Ответ Мартины прозвучал холодно.

— Вы предали нас и передали в руки Фрейзи. Вы бы не задумываясь убили нас, если бы кто-либо из нас попытался бежать.

— Пожалуйста, я только выполняла задание.

— Черт, Мартина, отпусти ее. Кроме того, если Фрейзи и его люди все еще питают какие-то иллюзии насчет того, что Призма служит домом для населения класса А, она сможет помочь рассеять их.

Мартина подумала, потом обернулась, наклонилась и схватила свою бывшую охранницу хрустальной рукой цвета сапфира.

— Вы видите, что эти люди, — а они действительно люди, — обладают высшим разумом. Мы говорили об этом Фрейзи, а он не захотел нам поверить.

Напомните ему об этом. — Женщина лихорадочно закивала головой. — Этот мир не подлежит коммерческой эксплуатации.

— Несомненно. — В ее голосе звучала горечь. — Но и ваша компания должна будет отказаться от своих инвестиций и уйти, правда?

— Правда, — ответил ей Эван, удивленный собственными словами. — Мы собираемся довести это до сведения соответствующих властей. Никакой бесконтрольной эксплуатации Призмы не будет. Разумные существа этой планеты получат возможность развиваться по-своему и в своем собственном темпе, пока не станут достаточно развитыми, чтобы претендовать на членство в Содружестве. — Он мигнул и посмотрел на Мартину затуманенным взором. — Я действительно произнес только что то, что, как мне кажется, я произнес?

— Конечно, да, — с гордостью ответила она, затем обратилась к терпеливо стоящему рядом с ней воину..

— Освободи ее скафандр, чтобы она могла ходить.

— Боюсь, такого способа не существует.

— Тогда разрежь его и достань ее.

Воин послушно шагнул вперед, его вращающиеся зубы замелькали, став почти невидимыми. Воздух наполнился пронзительным визгом, когда они приступили к разрезанию скафандра охранницы. Она съежилась, но ей не стоило волноваться. Хоть он и не был хирургом, однако воин ухитрился так осторожно разрезать костюм, что не задел его владелицу. В считанные секунды скафандр был разрезан точно посередине.

Как змея, сбрасывающая кожу, охранница отбросила в сторону бесполезную одежду. Без единого слова благодарности, она пулей выскочила из окна и соскользнула вниз по одной из опор.

Перегнувшись вниз, Эван и Мартина смотрели, как их бывшая охранница мчалась изо всех сил, стараясь догнать своих отступающих соратников. Пока они смотрели, Эван заметил, что не все вспышки света, возникающие там и сям на поле боя, вылетают из оружия людей. Он спросил об этом воина.

— Врачи проделали большую работу. Проводники теперь могут нести много груза, а блеск могут концентрировать большое количество энергии. Врачи посоветовались с Библиотекой. В результате мы получили новый вид существ в

Ассоциативе; такое существо частично является блеском, частично проводником, частично собирателем, а частично воином — и еще чем-то.

Чем-то новым. — Многочисленные руки сделали жест в сторону Мартины. -

Нечто, связанное с тем, что вы носите в правой верхней конечности.

Он приблизился перилам и приподнялся, чтобы заглянуть через их край.

Плоские линзы осмотрели местность внизу.

— Посмотрите, вон один из наших родственников в действии.

Эван и Мартина посмотрели. Воин показывал на некое существо, ярко красное внизу и серебряное вверху, покрытое углублениями, в которых находился глубоко внедренный серебряный силикат. Этот новый житель

Ассоциативы напоминал хрустальную сороконожку.

Она выпрямила трубкообразное тело и наклонила голову. Из задней части ее головы появился тонкий луч света и ударил по группке отступающих людей.

Луч светил несколько секунд, пока голова не поднялась снова. Сороконожка исчезла из поля зрения, в то время, как боевики Фрейзи в панике пытались отстреливаться.

— Будь я проклята. — Мартина с изумлением уставилась на это последнее произведение содружества гениальных врачей. — Лазер на ножках!

— Так же, как и ты, в некотором смысле.

— Не совсем, вон еще один. — Эван указал на то место, где вторая сороконожка выгоняла людей Фрейзи из-под прикрытия водоочистной станции.

Было много шума и вспышек, но мало смертей, так как, по-видимому, скафандры людей способны были отражать такие удары. Или, возможно, сороконожки могли генерировать гораздо более мощные лучи, однако не делали этого, следуя приказам библиотеки? Воины, которые спасли их, подтвердили, что так оно и было.

— Библиотека приказывает, чтобы смертей было как можно меньше. — Воин фыркнул. Такие указания отрицательно влияли на его карму.

Люди Фрейзи, спотыкаясь, забирались в челнок, теперь их паника и замешательство были явственно видны даже на расстоянии.

— Их загоняют на борт. — Мартина усмехнулась. — Вероятно, они даже не понимают, что с ними делают.

Двигатели челнока кашлянули, потом взревели. Смешное сборище полуодетых людей упаковано на борту, как сельди в бочки, подумал Эван. Им придется терпеть вонь друг от друга всю дорогу до базового корабля.

Рокот двигателей челнока усилился, вырос до воя. Неожиданное чувство тоски по дому пронзило Эвана, когда корабль с ревом пронесся по взлетной полосе и, круто задрав кос, взлетел, направляясь к ионосфере. Он продолжал смотреть ему вслед еще долго после того, как он исчез в облаках, оставив за собой только эхо своего взлета. Эхо и несколько нелегких вопросов.

— Ты думаешь, они вернутся и попытаются снова захватить станцию?

Мартина, казалось, сомневалась.

— Чем? Если бы они взяли с собой какое-либо тяжелое оружие, они бы уже применили его. Сомневаюсь, чтобы оно у них было.. Они явились, ожидая, что здесь командует их человек, Гумула, или, в худшем случае, что им придется справиться с несколькими упрямцами. Разумная жизнь, способная защитить себя от достижений современной техники, — это нечто такое, чего они не предвидели в самых кошмарных снах.. Им придется полностью перестроиться и изменить свои планы. Фрейзи предстоит нелегкая задача: заставить своих начальников поверить ему. — Она тихо хихикнула. — О, возможно, у них есть намерение вернуться домой и собрать получше вооруженную экспедицию для посадки на этой планете, но к тому времени мы уже дадим знать, куда следует, и на орбите будут дежурить один-два корабля миротворческих сил.

— Я бы на это пока не очень-то рассчитывал, — неожиданно ответил он, указывая в дальний угол лагеря. В чистый воздух утра поднимался дым.

— О боже, — прошептала Мартина, когда поняла, откуда идет дым, — нуль-пространственный коммуникатор. Я думала, у них не хватит времени вспомнить о нем.

— Я тоже так думал. — Выражение лица Эвана было мрачным. — Нам лучше побыстрее добраться туда и посмотреть, можно ли спасти что-нибудь.

Хотя станция и большинство ее оборудования были построены из негорючих материалов, но определенные компоненты содержали горючие вещества. К несчастью, из них состояла большая часть аппаратуры управления и передачи луча связи через глубокий космос, сложного устройства из электронных компонентов, которые превратились в золу к тому времени, когда они с Мартиной смогли справиться с огнем. То, что им не удалось бы сделать ничего большего, даже если бы они прибежали раньше, слабо утешило Эвана.

Стандартное оборудование для тушения пожаров не в силах погасить горящий порошок магнезии, а именно это вещество поджигатели Фрейзи обильно посыпали по всем приборам, прежде чем поджечь их.


Сам генератор луча, находящийся в шахте глубоко под поверхностью

Призмы, не пострадал, но был совершенно бесполезен без средств активации и наведения его на цель.

Эван отбросил огнетушитель и устало опустился на стул, который чудом избежал огня и внимания жадных мародеров Фрейзи.

— Ну вот. Мы попались.

Мартина печально уставилась на все еще тлеющую панель управления.

— Я не подумала об этом. Нам следовало сказать Эже и другим, чтобы первым они захватили это здание. Я не подумала.

— Возможно, это не имело значения. — Эван потер глаза. — Требуется всего минута, чтобы рассыпать воспламеняющийся порошок и бросить спичку в это место.

— Я не инженер, но если бы у нас были запасные детали, то, может быть, можно было бы отремонтировать передатчик.

— Уверен, что можно, — саркастически ответил Эван, — только я тоже не специалист в этой области, и, наверное, у нас нет достаточного количества запасных частей для ремонта, и даже если бы они у нас были, и мы знали, как это сделать, то, вероятно, нам бы не хватило времени. Зная, что мы отрезаны, Фрейзи со своими людьми вернется и устроит на нас охоту, как только сможет достать тяжелое вооружение.

Их друзья и спасители постепенно стекались к ним, привлеченные двумя магнитами — поднимающимся дымом и растущим отчаянием. Воины и сороконожки-новорожденные инстинктивно занимали оборонительные позиции вокруг здания связи, между ними передвигались врачи. Было несколько пострадавших. Два воина и один из новых гибридов были необратимо разрушены выстрелами.

Был еще один смертельно раненый, весть о котором немедленно вывела

Эвана из состояния летаргии.

— Нет! — Эван бросился наружу, и его отвели к тому месту, где один из врачей работал над неподвижной и такой знакомой фигурой.

— Эже!

Пространство вокруг Эвана содрогнулось от силы его молчаливого вскрика:

— Он не умер! Скажите мне, что он не умер!

— Он балансирует на тонкой линии между самим собой и уходом, — сказал ему врач, не поднимая головы. Его тонкие руки и щупальца двигались с невероятной скоростью, работая над разорванными внутренностями разведчика.

— Теперь уходите, пожалуйста, и не кричите так громко.

Эван подчинился, умерив интенсивность своих мыслей, но отказался уйти.

— Эже, Эже! Не отвечает. Значит ли это…

— Не значит. Это значит только то, что система серьезно повреждена, настолько, что все несущественные функции отключены телом, — проинформировал его врач. — В том числе и коммуникативные. Имеется тепловое поражение в области мозга, но я пока не могу определить его размеры. Хвала Ассоциативе, центры памяти коры головного мозга не пострадали. Я могу только повторить вам: уходите.

Эван отступил назад на несколько шагов, пытаясь проанализировать свою совершенно неожиданную эмоциональную реакцию. Почему он так расстроен? Что такое Эже, в конце концов? Ничего, кроме примитивной формы жизни, состоящей из твердых, чуждых человеку материалов. Едва ли нечто большее, чем говорящая скала. Конечно, он обладал индивидуальностью, даже был в некотором роде личностью, но то же можно сказать и об определенных видах рыб. Что-нибудь еще?

Только то, что он был другом.

Раздавшийся рядом с ним голос заставил его вздрогнуть, потому что это был настоящий голос, а не мысленное послание.

— Ты, наверное, был очень привязан к нему, — пробормотала Мартина.

— Если бы не он, — чем бы ни был Эже, — меня бы здесь не было. Я бы лежал в обломках где-нибудь в лесу, стал бы пищей для сиарузи и какого-нибудь другого прожорливого зверя. Не думаю, что «привязан» — достаточно верное слово.

— Что с ним?

Эван не мог смотреть ей в глаза, ни в один из них.

— Я сам недостаточно силен, чтобы произнести это. — Он с трудом сглотнул.

Она обняла его своей человеческой рукой.

— Постарайся не волноваться. Ты же видел, на что способны эти врачи.

— Я знаю, но Эже получил выстрел в голову из иглострела. Не знаю, смогут ли даже эти врачи исправить такое повреждение.

Она мягко потянула его прочь.

— Нет ничего, что ты или я могли бы сделать для него. Вернись внутрь, и давай подумаем вместе. Может быть, мы сможем сделать что-нибудь с передатчиком.

— Конечно, сможем. Мы можем помочиться на него. Это принесет столько же пользы, как и все остальное. — Однако, он позволил ей увести себя.

— Одно я знаю наверняка, — говорила ему Мартина несколько часов спустя, когда темнота окутала мир. — Я никуда не пойду с этими ублюдками.

Я лучше вернусь в лес и проживу там остаток жизни. Попытайся заставить другие Ассоциативы работать вместе. Это будет нелегко. Они ограничивают население каждой Ассоциативы, потому что убеждены, что определили ее оптимальные размеры для удобного взаимодействия с окружающей средой. В этом они, возможно, и правы, но эта угроза совершенно новая, нечто, с чем они раньше не сталкивались. Это угроза не просто для одной-двух

Ассоциаций, но для их общего будущего. Опасность угрожает им всем, и справиться с ней можно только общими усилиями. Библиотеки проявляют достаточно здравого смысла. Если мне удастся уговорить их, то, возможно, удастся убедить и остальных.

— Мой друг интегратор, — пробормотал Эван.

— Что? — Она резко взглянула на него. — Что ты сказал?

— Ничего. Просто болтаю.

— Мог бы, по крайней мере, проявить какой-то интерес. — Когда Эван не ответил, она отошла к ближайшему столу.

Позднее, когда батареи станции были полностью заряжены, они смогли наслаждаться роскошью горячей воды и света. Им также удалось пропустить информацию станции через уцелевший терминал. Библиотека проявил сильную заинтересованность и настоял на том, чтобы Мартина научила его работать с терминалом. Так как это было достаточно просто даже для ребенка или для неспециалиста, библиотека скоро уже играл с файлами и диаграммами без их руководства.

— Развлекаешься?

— Вполне, — ответил ей библиотека жизнерадостно. — Ваша информация записана простыми терминами. Мы выражаем их в терминах, которые узнали от

Эвана и впоследствии от вас.

— Очень умно с вашей стороны.

— Вы так считаете? — Маленькое щупальце показало на экран. — Конечно, я многого не могу понять. Графики и визуальные изображения прямолинейны, но я не понимаю ваших письменных кодов. Скажите мне, есть ли коды, которые описывают эту систему связи?

Эван заставил себя вернуться к действительности.

— Все, что касается организации и работы станции, хранится в памяти.

А что?

— Просто мысль. Если бы вы могли руководить нами, интерпретируя эти письменные коды, мы, возможно, смогли бы починить то, что сломано. — Пучок жгутиков указал на почерневшую панель.

— Не знаю, — медленно произнесла Мартина. — Это ужасно сложная аппаратура.

— Более сложная, чем вы? Или Эван? Нет никакой разницы. Только в конструкции. Давайте попытаемся. Мне понадобится помощь других библиотек, многих собирателей и обработчиков.

— Вот твой шанс начать силикатное восстание. — Эван криво усмехнулся

Мартине. — Воспользуйся им.


После того, как объяснили причину кризиса, члены многих Ассоциатив предложили помощь. К началу следующего дня в здании связи не осталось места для Эвана и Мартины, настолько оно было переполнено работающими библиотеками и обработчиками. Они перешли в ближайшую спальную комнату и попытались расслабиться. В любом случае, им почти нечего было делать, а объяснять библиотекам чертежи и изображения с тем же успехом можно было с терминала спальни, как и с любого другого. Кроме того, спальня была забита грудами продовольствия, которое бросили люди Фрейзиера во время своего поспешного бегства. В первый раз за многие недели Эвану и Мартине удалось как следует поесть.

Но ничто из всего этого не произвело на Эвана такого впечатления, как появление однажды утром голубой фигуры, которая, прихрамывая, вошла в их временное убежище. Невозможно было спутать эти очертания, даже принимая во внимание отсутствие части спины.

— Эже! — он поднялся с сидения, потом остановился. Мысленного приветствия будет достаточно. Форма Эже исключала возможность объятий.

Потом Эван слегка нахмурился. Что-то было не так в его ковыляющей походке.

— Ты хромаешь?

— Повреждение моторного управления, здесь. — Он похлопал себя по макушке. — Невозможно исправить как следует без риска повредить более чувствительные области. Буду жить с этим недостатком, хоть он и ограничит мою эффективность. Разведчику, который не может бегать, поневоле придется ограничить свою деятельность.

— Мне очень жаль. Это моя вина, я втянул тебя в наши проблемы.

— Чепуха. Мы уже говорили о том, что ваши проблемы — это также и наши проблемы. Кроме того, принято решение, что важнее оставить меня при тебе разведчиком, пусть и с небольшим радиусом действия, чем вернуть к моим прежним обязанностям. Я также буду служить посредником между тобой, твоими людьми и Ассоциативами, если возникнет необходимость. Вы давно не выходили отсюда?

— Давно. — Эван взглянул на Мартину, которая лежала на своей походной кровати, пристроив на животе переносной визор.

— Пойдем. Вы должны увидеть кое-что.

Они вышли за ним наружу. Скорость их передвижения была ограничена тем, что дорожки были полны народу. Эван увидел воинов, собирателей, стенки и блесков, даже медленно перемещающиеся башни, осторожно пробирающиеся в толпе своих более мелких сородичей. Он также заметил пару огромных, массивных созданий, которые держали перед собой вытянутыми огромные руки и щупальца.

— Это строители, — объяснил Эже, отвечая на их вопрос. — Они прибыли сюда издалека. Только те Ассоциативы, которые применяют стены, используют строителей для сооружения искусственных заграждений для защиты своих членов. — Он указал на нечто, напоминавшее передвигающуюся иноходью взрывающуюся звезду.

— Это дистрибутор, который работает в паре с говорунами самых крупных

Ассоциаций. А вон там — экскаваторы, близкие родственники собирателей и копателей.

Земля дрожала под ногами деловито снующей взад и вперед силикатной орды. Эван взял Мартину за руку.

— Думаю, нам лучше поговорить с библиотекой. События выходят из-под контроля.

— С какой библиотекой? — спросил Эже. — Здесь сейчас работают десятки.

— С нашей библиотекой.

Этот индивид лежал вытянувшись на столе, где Мартина знакомила его с компьютером станции несколько дней тому назад. Они вынуждены были осторожно прокладывать себе путь сквозь толпу вновь прибывших библиотек, которые деловито обменивались друг с другом информацией. Поблизости от них несколько недавно замеченных взрывающихся звезд вели одновременно десятки частных бесед, отбирая их из невообразимого мысленного шума голосов.

Позади библиотеки задняя стенка административного здания была разрушена. Строители, процессоры и врачи суетились вокруг чего-то огромного и почти невидимого. То, что удалось рассмотреть Эвану, напоминало огромную головоломку, блестящую и сверкающую, как лунный камень.

Ему удалось добраться до стола библиотеки.

— Что происходит? — Он кивнул головой в сторону бурной деятельности, происходящей в разрушенном конце здания, деятельности, напоминавшей кишение пчел в улье.

— Если вы не можете починить управление передатчиком, это еще не означает, что нужно разрушать все остальное, пытаясь добиться результата.

— Знаете, это странно. — Библиотека говорил рассеянно, не отрывая взгляда от вспыхивающего терминала компьютера.

Эван постарался, чтобы в его голосе не прозвучало отчаяние.

— Что именно странно?

— Насколько ненужной может оказаться сложная техника.

Хорошо вооруженная женщина опустила мощный монокуляр и отвернулась от порта приземления челноков.

— Мне он кажется покинутым. Если они все еще живы, то возможно, услышав, что мы приземляемся, они спрятались в лесах.

Фрейзи наклонился и заглянул ей через плечо.

— Неважно. Нам не надо их искать, хоть у меня и есть личные причины желать этого. Но это не так важно. Все, что нам нужно сделать — сжечь это место дотла. Изолировать их — все равно, что убить. Ах да, мы не называем местную флору «лесами». Лес — более точно. Вы убедитесь, когда мы высадимся. — Он выпрямился и крикнул человеку, стоящему в глубине каюты. -

Все готово?

— Все установлено, сэр.

Фрейзи проговорил в микрофон интеркома:

— Орудие?

— Разогрето и готово, сэр.

— Хорошо. Если ничего нового не появится, держите под прицелом ту высокую наблюдательную платформу в центре лагеря. — Он оглянулся на человека, стоящего у выхода. — Открывай.

Двадцать вооруженных, одетых в защитные скафандры людей, мужчин и женщин, сбежали вниз по самовыдвигающемуся трапу и заняли оборонительную позицию вокруг корабля, в то время как большой лазер, установленный на вращающейся башне на верху корабля, молчаливо нацелился на центр исследовательского лагеря. Никакой видимой реакции на эти враждебные действия не последовало.

— Здесь не о чем беспокоиться, сэр. Я не вижу ничего, из-за чего стоило бы поднимать такую суету.

Пожилая женщина, стоявшая рядом с Фрейзи, небрежно держала свое ружье под мышкой.

— Вас не было тут в прошлый раз, а то бы вы так не говорили.

Фрейзи вручную затемнил визор своего скафандра, осмотрел местность и повел свой десант от корабля к станции.

Никто не попытался им помешать, когда они прошли за бездействующую ограду. Они остановились и подождали, пока подтянется подкрепление. В этой второй группе находилась высокая женщина, которая была заместителем командира в прошлый их визит на Призму.

Ее взгляд с интересом обежал здания.

— Они многое успели сделать, пока нас не было. Много расчистили.

Может быть, нам не следует разрушать до основания это место и строить что-то новое? Возможно, мы просто обоснуемся здесь опять. Это сэкономит массу времени и денег компании.

— Если эти двое ненормальных все еще где-то здесь и планируют устроить нам засаду, то именно на это они, наверное, и рассчитывают.

— Так давайте пойдем им навстречу. — Высокая женщина улыбалась нечасто, и на этот раз она тоже не улыбнулась.

Они прошли к старому административному зданию, повернули за угол и внезапно остановились.

— Что это? — резко спросила женщина. — Я не помню, чтобы это было здесь, когда мы улетали.

— Его не было, — огрызнулся Фрейзи. Его палец слегка поглаживал курок пистолета.

Направо от них, за зданием связи, находился массивный непрозрачный силикатный купол, в три раза превышающий размерами любое из первоначальных строений станции. Казалось, он менял цвет в зависимости от угла, под которым на него смотрели.

— Вы не думаете, что… — начал Фрейзи, но его помощница прервала его.

— Ни малейшего шанса. Я сама подожгла порошок в здании. Потребовался бы целый корабль техников и инженеров связи, чтобы только начать восстанавливать управление лучом.

— Тогда что, черт возьми, это такое?

Поскольку ответа она не знала, они изменили маршрут и осторожно приблизились к зданию, стоящему перед загадочным куполом. Внешние двойные двери оказались незапертыми, точно так, как они их оставили. Внутренние двери тоже.

Однако внутри оказалось нечто такое, чего они там не оставляли.

— Долго же вы добирались. Мы уж начали думать, что вы не вернетесь.

Входите же.

— Орджелл. — Фрейзи начал поднимать пистолет.

— Не делайте этого. Лучше поговорим, — произнес другой мужской голос.

Из-за шкафов и панелей появились люди. Не у каждого из них было видно оружие, но это не означало, что они не были вооружены. Гораздо больше

Фрейзи беспокоила та уверенность, которую они проявляли. И форма, которую они все носили. Большинство ходило в ярко-красных цветах Содружества, но некоторые были одеты в аквамариновые мундиры Объединенной Церкви. В дальнем конце комнаты улыбалась своей незабываемой получеловеческой, полупризматической улыбкой Мартина Офемерт.

Пожилой человек, который произнес последние слова, вышел вперед и остановился перед Фрейзи. Он был лыс и носил на голове черно-красную повязку с замысловатым узором.

— Меня зовут Руа Таравера. Я ваш начальник, мистер Фрейзи. — Он протянул коричневую руку. — Ваше оружие, пожалуйста.

Когда Фрейзи заколебался, офицер заговорил более твердо:

— Пожалуйста, не надо неприятностей. Ваш корабль уже пристыкован к

«Риозензузексу», а экипаж разоружен и находится под арестом.

Фрейзи сдался, протянул свой иглострел. Бежать было некуда.

— Как это получилось? — спросила у Эвана стоящая рядом с ним высокая женщина, сдавая свой пистолет. — У вас же не было возможности послать сообщение. Никакой возможности. — Она смотрела мимо него, мимо Мартины, на новую блестящую панель связи. — Эти терминалы были разрушены до основания.

Я знаю. Я сама это сделала. Вы не могли восстановить их, просто не могли.

— Вы правы, мы не могли, — с готовностью призналась Мартина. — Но вы забили о наших друзьях.

— Друзьях? — Фрейзи нахмурил брови. — Каких друзьях? Этих животных?

— Вы видели купол снаружи? Да, конечно, видели, иначе не зашли бы сначала сюда. Это сделали «животные». Наши друзья. Если дать им достаточно подробные чертежи и немного помочь, они могут продублировать, что угодно.

Это для них игра, головоломка, вызов. Они также способны внести некоторые интересные усовершенствования в то, над чем работают в данный момент наши ученые. Приборы, которые они собрали, необычны, но они работают.

Сообщение, посланное нами, в конце концов, с их помощью было не слишком понятным, но достаточно эффективным.

— Это было нечто вроде отчаянного призыва, — сказал Эван. — Но то, чего не удалось выразить словами, компенсировали мощностью. Зов был услышан и записан, и кому-то стало любопытно, потому что он был отправлен из той области пространства, которая считалась необитаемой. Поэтому кто-то из чиновников приказал проверить. Когда я выясню, кто именно, я представлю его или ее к канонизации святой Церковью.

Фрейзи в изумлении уставился на него.

— Так вы все рассказали!? Теперь, когда правительству известно об этой планете, ваша компания не сможет извлечь прибыль из этой планеты, так же, как и наша, или любая другая. Эта планета будет взята под контроль. Ее эксплуатация будет запрещена под страхом смерти.

— Это не имеет значения. — Эван улыбнулся. — Видите ли, наша компания уже больше не наша.

Мартина подошла и встала рядом с ним.

— Мы оба подали в отставку. Мы собираемся остаться здесь и работать с аборигенами. У них богатые возможности, и они полны энтузиазма и желания учиться. Они не заинтересованы в том, чтобы присоединяться к нашей механической цивилизации, потому что им это не нужно, но они очень хотят научиться у нас другому. Тот новый усилитель луча связи сзади вас — он наполовину живой. Он не может ходить и говорить, но, Боже мой, как он умеет усиливать! Это нечто вроде сверхразвитого варианта говорящей башни, являющейся членом любой Ассоциативы — но вам об этом ничего неизвестно. Ее не построили, ее вырастили искусственно. Эти «животные» изменят технологии

Содружества так, как мы пока не можем даже представить себе.

— Подумайте, от чего вы отказались, — высокая женщина бросила с презрением, когда ее уводили. — Огромные прибыли. Власть. — Она покачала головой. — Идиоты.

— Думаю, что не мы, — невозмутимо ответила Мартина. — Кто из нас под арестом?

Когда последний десантник был взят под стражу, представитель

Объединенной Церкви на Призме пошел их искать. Отец Мангейм был послан со спасательной партией заниматься моральным совершенствованием аборигенов — если таковое потребуется. Из того, что он пока узнал об Эже, библиотеке и других друзьях Эвана и Мартины, любое продолжительное присутствие Церкви на Призме было бы в лучшем случае излишним. Он был в восторге. Церковь терпеть не могла вмешиваться в чужие проблемы.

Он нашел их на наблюдательной платформе, глядящими вдаль на лес.

Солнце Призмы начинало заходить. Слабеющий свет, предвещающий долгую ночь, делал лес больше, чем когда либо, похожим на безбрежный океан эльфийских замков, каждая башня которых светилась, каждый бастион был усыпан драгоценными камнями.

— Привет, папаша Мангейм, — рассеянно сказал Эван, не отрывая глаз от пейзажа. Священник не обиделся. На сверкающую панораму смотреть было гораздо приятнее, чем на его собственную пухлую физиономию. Он присоединился к ним, наслаждаясь огненным пейзажем.

— Я понял, что вы двое хотите вернуться в лес и попытаться основать город аборигенов, то есть, простите, большую Ассоциативу, где другие аборигены смогут усваивать человеческую философию и идеи. Вам известно, что вы не сможете дать им никаких передовых технологий? Пока не сможете.

Это против указов Церкви.

— Нет нужды спешить с технологией. Им надо осознать, что пришло время расстаться с их племенной организацией. Это первоочередная задача.

Знакомство с технологией можно отложить. У нас нет намерений попытаться нарушить ограничения Церкви, — голос Эвана звучал твердо.

Мангейм улыбнулся.

— Я и не хотел обвинить вас в подобных намерениях. У меня была возможность просмотреть ваши предварительные доклады. Мне хотелось бы посмотреть на этот Интегратор.

— Это как-нибудь можно устроить, — ответила ему Мартина. — На расстоянии, конечно. Интегратор не питает уважения к рангам. И к святости тоже.

— Подобная осведомленность и является причиной того, почему аванпост, который будет основан здесь, должен будет полагаться на вас двоих, чтобы люди могли прожить ближайшие два года в безопасности. Вы — единственные люди, знакомые с этим миром. Полагаю, вас можно считать первыми колонистами.

Мартина взглянула на свой правый бок.

— Больше похоже на то, что Призма колонизировала нас.

Эван кивнул в знак согласия.

— То, что вы сделали для этих… э… людей — чудесно. Я намерен рекомендовать Церкви оказывать вам полную поддержку в любых проектах, которые вы собираетесь осуществить.

— Мы будем очень благодарны, — ответил Эван искренне. — Оградите нас от контактов с бюрократией.

Мангейм понимающе кивнул.

— Прошу простить меня, я бы с удовольствием остался до захода солнца, но у меня дела, которыми необходимо заняться. Совместное подписание официального обвинительного акта и другие неприятные дела, с которым лучше покончить как можно быстрее. Увидимся позднее.

— Будем ждать с нетерпением.

Они смотрели ему вслед, пока он спускался с платформы и пересекал открытое пространство, уже покрытое тенью, направляясь к административному зданию.

— Что ты об этом думаешь? — прошептала Мартина. — О том, что ожидает

Фрейзи и его людей?

Эван и не пытался скрыть сарказма в голосе.

— Я гораздо больше тебя сталкивался с тем, как ведут себя крупные компании во время кризиса, Мартина. Работодателям никогда не предъявляют никаких обвинений. Фрейзи и его подчиненные прикусят языки и будут терпеливо сносить любое наказание, которое придумает суд. Но ты никогда не увидишь ни одного из директоров, направленных для исправления. Они будут все отрицать, заявят, что Фрейзи действовал по собственной инициативе и без официального разрешения своего начальства, предъявят в подтверждение документы. Обвинения и контробвинения будут подшиты в папку, средства массовой информации порезвятся денек, а через пару лет снова начнут обычный бизнес. Нельзя посадить в тюрьму компанию. Можно побеспокоить ее, пустить ей кровь, подорвать ее силу, но нельзя запереть ее под замок.

— Это несправедливо и аморально.

— Это бизнес.

Долгое время на платформе царило молчание. Солнце почти село, когда к ним присоединилась третья фигура. Она вышла, прихрамывая, из только что отремонтированного лифта и пожаловалась на его неудачную конструкцию.

Кнопки управления были слишком высоко расположены.

Эван с любовью улыбнулся, глядя вниз на пришедшего.

— Добрый вечер, Эже.

— Приветствую вас во время простоя, друзья мои. Как идут дела?

— Неисправные члены нашей Ассоциативы задержаны и будут починены. -

Эже не смог бы понять значение слова «наказание».

— Однако, мы здесь встречаемся с одной небольшой проблемой.

— Какой именно небольшой проблемой?

— Наша более крупная Ассоциатива имеет законы, которые определяют, сколько информации, какой объем знаний мы можем передать прими… нашим друзьям. Возможно, нам не удастся помочь вам развиваться настолько быстро, насколько этого хотелось бы библиотеке и некоторым другим.

— Мартина рассказала нам об этих законах. — Неужели он подмигнул?

Всего лишь вечерний свет, решил Эван. — Библиотеки занимались с врачами.

Они уже усвоили большую часть знаний, которые содержались в мертвой библиотеке. Они сохранят их для последующего изучения.

Эван поднял брови.

— Ты ничего об этом не говорил. Никто ничего мне не сказал до сих пор.

— Мы не видели необходимости обременять тебя такими тривиальным вещами, пока ты был занят поимкой своих поврежденных родственников. — Эже мысленно пожал плечами.

— Понимаю. А что библиотека и другие планируют делать с этой информацией, которую они тихо украли?

— Нельзя украсть информацию, Эван, — сказал Эже с упреком. -

Библиотека говорит, что ее можно только одолжить. Библиотеки уже придумали пару проектов.

— Улучшенные системы батарей для ваших тел? — с интересом спросила

Мартина. — Новые варианты защитного луча для границ?

— Не знаю. В действительности, нам для себя ничего в данный момент не нужно. Проекты были составлены, чтобы отблагодарить вас, за то, что вы для нас сделали.

Оба человека выразили свое удивление.

— Что же это такое, что вы задумали для нас, Эже?

— Ну, думаю, что одна из групп пытается сконструировать устройство, которое заменило бы этот ужасный мягкий мешок в вашем туловище, а также избавило бы вас от необходимости постоянно наполнять его органическими составляющими, и снабдить вас системой, похожей на нашу, чтобы вы смогли жить так же, как и мы, на чистой пище от солнца.

— Это мне и раньше предлагали, — поведал ему Эван, — врачи твоей

Ассоциативы. Оригинальная идея, но даже если им это удастся, не уверен, что готов променять хороший бифштекс на самый чистый и яркий солнечный луч. Что еще?

— Они работают над тем, как стенам защитить себя от приспособлений, которые вы называете иглострелами. И наконец, существует особенно заманчивый проект, который еще только в стадии обсуждения, но который очень волнует всех, особенно врачей и процессоров. Он еще на стадии обсуждения, потому что для его завершения потребуются объединенные усилия сотен врачей и тысяч процессоров. Они также опасаются, что ваши люди не поймут его, поэтому и вынуждены попросить вас не упоминать о нем среди своего народа.

Серьезный тон Эже исключал возможность того, что разведчик шутит с ними.

— Ну, это звучит серьезно. Что это такое? Какая-то разновидность супербатареи, которая позволит вам функционировать круглосуточно?

Усовершенствованная система связи на основе взрывающихся звезд и говорунов?

— Нет. — Голос Эже звучал одновременно озабоченно и взволнованно.

— Видите ли, пока вы не появились среди нас, Эван, мы никогда не думали о путешествиях по ночам, и еще меньше о путешествии сквозь ночь, которая разделяет звезды. В вашей машине содержится много информации о таких вещах. Так сказал мне библиотека.

Потребовалось несколько секунд, чтобы слова разведчика просочились сквозь предубеждения Эвана.

— Не хочешь ли ты сказать, — смеясь произнес он, — что библиотеки думают над тем, как построить звездный корабль?

— Нет, конечно, нет. — Эже был очень серьезен. — Нам не известно, как организовать строительство корабля для путешествия среди звезд. Мы просто хотим попытаться вырастить такой корабль.


Глава 14 | Приговоренный к призме |