home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



14. Софус хочет жениться

Мальчики попрощались с Кумле, еще раз поклонились ему и ушли. Софус все время играл на скрипке. Дороги совсем не было видно. Вдруг мальчики оступились и стремительно покатились вниз по крутому склону.

Волшебный мелок

Хорошо еще, что Софус успел обхватить руками скрипку, а то бы она разбилась.

Когда мальчики пришли в себя, они увидели рядом большой пруд, по которому плавали утки и утята. Стайка бобров строила на пруду плотину. Неподалеку другие бобры сооружали дом. Самый большой и самый старый из всех бобров обдирал зубами березу. Он уже надрал целый ворох березовой коры.

— Для чего тебе столько коры? — удивился Юн.

— Трудолюбивые бобры

Всегда прилежны и добры.

У них одна забота:

Усердная работа, —

ответил Бобр.

Мальчики посочувствовали Бобру: помимо всех трудов, ему еще приходилось изъясняться в стихах. Неужто он сам свалил все бревна, что сложены около пруда, спросили они.

— Укладываю ровно

Деревья, ветки, бревна.

Расчищу ил и тину,

Построю здесь плотину, —

сказал Бобр.

— А тебе позволяют все это делать? Хозяева леса дали тебе разрешение? — продолжал допытываться Юн.

Но на этот раз Бобр ничего не ответил. Он так приналег на работу, что щепки полетели во все стороны.

— Можно нам перейти по твоей плотине на ту сторону? — спросил Юн.

— Да, уж пожалуйста, скажи нам, выдержит ли она нас обоих? Мы страшно боимся упасть в воду. Пожалуй, это единственное, чего мы боимся, — сказал Софус.

Бобр молча покачал головой, но Юн все же решил, что плотина довольно крепкая. Набравшись смелости, он ступил на бревна и начал перебираться на другую сторону. Но едва он успел пройти несколько шагов, как плотина развалилась на куски и Юн со всего размаха плюхнулся в воду, да так, что брызги разлетелись фонтаном.

— Не слушал доброго совета —

В пруду барахтайся за это! —

проговорил Бобр, невозмутимо продолжая свое дело.

— Спасите! — кричал Юн.

— Я боюсь уток, они, наверное, сердитые, — сказал Софус.

— Ты — трус! — крикнул ему Юн, подплывая к берегу.

— Ничего подобного! — обиделся Софус.

— А я говорю — трус! — повторил Юн.

— Совсем не обязательно говорить это, даже если это правда, — захныкал Софус.

— Извини, пожалуйста, — сказал Юн.

И они снова двинулись в путь и к концу дня пришли в большой красивый город. Лавки еще были открыты. Юн и Софус зашли в магазин и накупили кучу всякого добра — ведь денег у них было вдоволь. Они купили себе полосатые брюки и белые брюки, и галстуки, и шелковые рубашки, и новые ботинки. А потом они сели в автомобиль и поехали в самую роскошную гостиницу. Там им предоставили две отдельные комнаты. В каждой комнате стояла широкая кровать, накрытая синим шелковым одеялом.

— Хочу красное одеяло! — закричал Софус. — Я никогда не мог уснуть под синим одеялом. Я совершенно не выношу синего цвета, такая уж у меня причуда.

— Ты вообще никогда не укрывался одеялом! — рассердился Юн. — У тебя никогда его и не было: ни красного, ни синего!

— Значит, я не вру, что сроду не мог уснуть под синим одеялом, — возразил Софус. — Выходит, я сказал чистую правду.

— Ты неизлечим, плохи твои дела! — вздохнул Юн.

— Почему ты так говоришь? Ты думаешь, я болен? — встревожился Софус. — Признаться, я ужасно боюсь заболеть. Ничего другого на свете я не боюсь. Я очень храбрый.

— Неправда! — сказал Юн.

— Хорошо, сейчас увидишь, какой я храбрый… — заявил Софус.

С этими словами он пошел прямо во дворец и попросил разрешения сыграть для короля на скрипке.

Король сидел на троне, рядом с ним — королева, а принцесса примостилась на стуле у зеркала. Принцесса была прелестна, и Софус не мог отвести от нее глаз.

Волшебный мелок

Но та даже не взглянула на него, она все время смотрелась в зеркало. А когда к ней кто-нибудь обращался, то в ответ она говорила: «Угу». Ей дали имя Эмма в честь тетки, которую звали Марен Аманда. Тетка жила в Рио-де-Жанейро и каждую неделю присылала племяннице шоколад и шелковые чулки, пудру и губную помаду.

Софус отвесил собравшимся поклон и начал играть. Он играл так весело, что даже королева рассмеялась, и это был первый случай за последние пятнадцать лет. А король так разошелся, что вскочил с трона и пустился в пляс. Тогда Софус сыграл другую мелодию, и все принялись вздыхать и плакать — такая это была печальная музыка. Принцесса очень удивилась, заметив, что ее зеркало покрылось слезами, — и тут она впервые подняла глаза и взглянула на Софуса.

А тот снова заиграл веселую мелодию. Все вытерли слезы, улыбнулись друг другу и опять подумали, что жить на свете очень приятно.

— А петь ты тоже умеешь? — спросила королева.

— Конечно, — ответил Софус. И тут же запел:

Королева Каролина

Примеряла пелерину.

Долго рылась в гардеробе.

«Не могу никак понять я,

Почему тесны мне юбки,

Почему не лезут платья.

Натянула еле-еле…

Видно, платья похудели!»

Королева Каролина

Мажет щеки вазелином.

То потрет мизинцем справа,

То слегка помажет слева:

«До чего распухли щеки! —

Огорчилась королева. —

Я ничуть не удивлюсь,

Если это просто флюс!»

— Какая глупая песня! — воскликнула королева. — Не знаю, известно ли тебе, что меня зовут Каролиной. А мужа моего зовут Расмус. Король Расмус Первый!

— Простите! — сказал Софус. — Я ведь не знал, что короля зовут Расмус.

Немного подумав, Софус объявил, что сейчас он исполнит новую музыкальную пьесу под названием «Каролина». И Софус заиграл: из-под смычка лилась такая прелестная мелодия, что казалось, миллионы душистых розовых лепестков шелковистым покровом ложатся на блестящую поверхность зеркала. Нет, невозможно описать, до чего она была прелестна!

Принцесса вскочила и принялась танцевать, и казалось, в воздухе кружится серебристая чайка, то взмывая ввысь, то паря на распростертых крыльях. Софус с трудом доиграл до конца — так понравился ему танец принцессы.

— Хочешь стать моим женихом? — спросила она, кончив танцевать.

— Да, большое спасибо! — ответил Софус и на глазах у родителей расцеловался с принцессой.

— Постой! — сказал король. — Сначала я должен узнать, есть ли у тебя деньги или какие-нибудь другие богатства. Не каждый может жениться на дочери короля.

— У меня есть огромное поместье, — заявил Софус. — Оно такое большое и приносит столько доходов, что тебе, право, не о чем беспокоиться.

Разумеется, в этом не было ни единого слова правды. Софус сказал так только потому, что ему не хотелось показывать кошелек с золотой монетой.

— Вот как! — с интересом воскликнул король, очень любивший разговоры о сельском хозяйстве. — А сколько же у тебя там коров?

— Я совсем не держу коров, — ответил Софус. — Вместо них я завел молочнодоильные машины. Хозяйство у меня богатое — каждую весну мы собираем до пяти тысяч бочек моченых яблок.

— Каждую весну? — переспросил король. — Неужто твои яблоки созревают весной?

— Конечно, — лихо продолжал Софус. — Мы заметили, что к концу зимы яблоки дороже всего, и поэтому решили собирать их весной.

— А каких коней ты держишь? — допытывался король.

— Морских коньков! — ответил Софус.

— Вот это да! — удивился король.

— Да, есть чем похвастать, — скромно согласился Софус.

— А когда вы убираете хлеб? — не унимался король.

— Обычно мы это делаем после обеда, — отвечал Софус. — Мы складываем его в салфетку и убираем в шкаф, чтобы он не засох.

— Сроду не слыхал такой чепухи! — сказал король.

— А иногда мы прячем хлеб в полотняный мешочек, — добавил Софус.

— А сено? — спросил король. — Как же вы поступаете с сеном?

— По-разному, — отвечал Софус. — Иногда мы варим его, иногда жарим, но, случается, мы упаковываем его в ящики и отправляем в город для продажи.

— Знаешь, что я думаю? — спросил король.

— Нет, не знаю, — сказал Софус.

— Я думаю: нет у тебя никакого поместья и никогда не было, — произнес король.

— Представь себе, и я думаю то же самое! — сказал Софус.

И тогда он нехотя вытащил из кармана кошелек с золотой монетой и показал королю скрипку.

— А не мог бы ты изобрести аппаратик, который сам все время вынимал бы деньги из кошелька? — спросил король. — Сколько времени пропадает зря, когда ты спишь или обедаешь!

— Я поразмыслю над этим, — сказал Софус.


13.  Тролль, которого звали Кумле | Волшебный мелок | 15.  Последняя глава