home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 1

НЕ ДУМАЙ О СЕКУНДАХ СВЫСОКА! КУПИ МОБИЛЬНИК – САМ ПОЙМЕШЬ, НАВЕРНОЕ...

– Денег этой следачке давать бессмысленно, – Гугуцэ плавно подошел к концу повествования о трудной судьбе Аркадия Клюгенштейна, вот уже две недели томящегося в застенках Главного Управления Внутренних Дел по Санкт-Петербургу. – Да и не за что, блин. Дело – полный фуфел...

Денис отвел взгляд от Горыныча, старательно ковыряющего десертной ложечкой в разрезанной пополам ягоде киви, и сцепил руки на животе.

– Так что на этот раз вменяется Глюку?

– Бандитизм, пиратство и незаконная порубка деревьев и кустарников, – с тоской произнес Гугуцэ.

– Как это? – удивился Рыбаков. – Что за идиотский набор статей?

– А так, – пожал плечами дотоле молчавший Садист. – Это надо у следствия спрашивать...

– Ну, бандитизм я еще понимаю, – Денис сделал глоток кофе. – Сие есть, можно сказать, профильная статья Глюка. Да и не только его... Но пиратство и незаконная порубка деревьев?..

– И кустарников, – напомнил Горыныч, откладывая на блюдечко очередную раздавленную мощными пальцами киви.

– Да, и кустарников, – согласился Рыбаков. – Эти-то обвинения как образовались?

– Элементарно, блин, – Гугуцэ закурил. – Все началось с материала Гоблина в «Калейдоскопе». Ты ж знаешь, Димон у нас нынче журналист. Так вот... Гоблин накропал эссе о старых тополях в Летнем саду, типа, они такие трухлявые, что в любой момент могут на статуи свалиться. Глюк совершенно случайно тот материал увидел и решил, блин, братану помочь. Подумал, что Димон сильно озабочен сохранением культурного достояния... Заехал в магазин на Литейном, купил бензопилу и заявился в садик. Там отловил какого-то служителя и ну допытываться, какой из тополей надо первым рубить! Служитель в крик. Глюк ему в грызло... Подумал, блин, что тот что-то скрывает... Пока то да се, пока ментовка приехала, он уже успел три дерева зафигачить...

– Пьяный? – поинтересовался Денис.

– В том-то и дело, что нет! – Гугуцэ раздраженно потряс пудовым кулаком. – Трезвый как стеклышко! Дальше – больше... Мусора его обложили, так Глюк от них к Неве чесанул. Прыгнул на пристань, откуда пароходики прогулочные отходят, сбросил сходни и заставил капитана отойти от берега. Тут речная ментовка подоспела... Аркашка по кораблю заметался, пилу свою включил, размахивать начал. Цирк, короче! Его целый час взять не могли. Потом, блин, пожарный катер подогнали и струёй из водяной пушки с ног сбили. Вот так и повязали. Хотели поначалу терроризм вменить, даже эфэсбэшники приезжали, но потом передумали. Решили, что с него и пиратства хватит...

– Что Гоблин по этому поводу думает? – улыбнулся Рыбаков. – Ведь такая читательская реакция не каждый день встречается.

– Обозвал Глюка придурком, – хмуро сказал Садист. – В чем-то он прав...

Горыныч закончил безуспешную битву с дюжиной киви, в процессе которой ему перепало всего несколько кусочков сладкой зеленой мякоти, и оценивающе посмотрел на россыпь нектарин в вазе.

Денис на время отвлекся от обсуждения главной темы.

– Еврейского фруктика захотелось?

– Почему это? – патриот Горыныч отдернул протянутую к вазе руку.

– Да так, – Рыбаков пожал плечами. – У нас ведь половина нектарин из Израиля поставляется, а половина прямо тут производится. Из обычных персиков.

Даниил Колесников выпятил подбородок.

– Как это?

– Берут персик, безопасную бритву и соскабливают с кожуры весь пух. Получается гладкая нектарина. По цене, прошу отметить, в два раза больше, чем фрукт-прототип...

Горыныч тут же представил себе пейсатых коммерсантов, сидящих в подсобке и скребущих «жиллетом» по спелым дарам солнечного Азербайджана, развернулся вполоборота и злобно посмотрел на темноволосого курчавого хозяина маленького ресторана, протирающего стаканы возле стойки.

– А ну, блин, иди сюда!

Ресторатор выронил тряпку.

– Стой, где стоишь! – через плечо бросил Садист. – Диня, ну на фига ты Даньку заводишь? Он, блин, и так дерганный...

– Я просто выдвинул свою теорию происхождения нектарин, – пояснил Рыбаков. – Ладно, к делу... Как я понял, материалец-то у ментов имеется. И отнюдь не фуфловый, несмотря на мнение уважаемого Гугуцэ. Бензопила была, три дерева уничтожены, захват прогулочного катера тоже был...

Горыныч со товарищи насупились.

– Остается бандитизм, – Денис отхлебнул кофе. – Что по нему?

– Старая история...

– А именно?

– Ты Сашу-Носорога помнишь? – спросил Садист.

– Смутно. Что-то слышал, но лично ни разу не встречался.

– Тады рассказываю, – Гугуцэ подбросил на ладони хромированную зажигалку «Zippo» с накладным золоченым орлом. – Санек бригадирствовал у Хоттабыча, отвечал за своевременный сбор налогов. Примерно год назад на него один барыга накатал цидулю в РУБОПиК [2]. Типа, вымогатель... Причем сам барыга скоропостижно гикнулся от сердечного приступа в том же РУБОПиКе.

– Пылкин его фамилия, – встрял памятливый Горыныч.

– Ага, Пылкин, – кивнул Гугуцэ. – Ну вот... Мусора кинулись за Саньком, тот как-то прознал про это дело и решил сваливать. Только из дома выскочил – СОБР [3] тут как тут! Санек в «бээмвуху» свою прыгнул и по газам. Те за ним. Часа два по городу гоняли, даже вертолеты подключили. Ну, блин, и догонялись... На Гражданке Сашка вылетел на развязку и сорвался с эстакады. В лепешку, короче...

– А Глюк тут каким боком? – не понял Рыбаков.

– Пылкин и на Глюка успел написать.

– Каким образом?

– Ну, видел его вместе с Носорогом в каком-то кабаке, запомнил, – Гугуцэ пожал широченными плечами. – Санек же богатым пацаном был, с десятка фирмочек навар имел. Вот менты, видать, до сих пор за деньгами и охотятся. Всех подряд чешут. Когда Носорог копыта откинул, мусора в первую голову стали капусту искать. И не нашли...

– Говорили, что Санек какую-то экспедицию проплатил, – буркнул Горыныч.

– Верно, – поддержал Садист. – Он прошлым летом на месяц из города пропал. Вроде на Волгу ездил, клад Стеньки Разина разыскивал.

– Нашел? – осведомился Денис.

– Непонятно. Но вернулся довольный...

– И башней повредился, – дополнил хмурый Гугуцэ. – До этой свой экспедиции он нормальные картины собирал, пейзажи, по Айвазовскому прикалывался, а после всякой мути накупил. Абстракционистов, блин...

– Точно, – закивал Горыныч. – Я у него прошлой осенью был. Целую стенку в одной комнате под эту фигню отвел. Мазня, блин, да еще на какой-то пленке прозрачной, типа целлофана...

Слишком продвинутое абстрактное искусство братки не уважали. Им были чужды завихрения сопливой интеллигенции, стенающей от восхищения на выставках Малевича, Кандинского и Филонова, жадно пожирающей бесплатные закуски на презентациях новомодных лауреатов Букеровскрй премии и обсуждающей бесконечные и бессмысленные творения маститых кинорежиссеров-символистов вроде Феллини или Сокурова. Нормальным пацанам был ближе реализм Рафаэля, Шишкина или, на худой конец, боевичков типа «Терминатора» и «Крепкого орешка». Заумь «образованщины», не способной ни к какому серьезному делу, они почитали за проявление комплексов физической и интеллектуальной неполноценности. И были абсолютно правы.

– Щас его хата племяннику отошла, – сказал Садист. – Менты хотели квартирку себе забрать, ан не вышло! Правда, крови они ему попортили немало. Одних судов штук пять было...

– Так, мы отвлеклись, – Рыбаков прервал поток воспоминаний. – К покойному Носорогу можно будет вернуться позже. Меня больше интересует заява на Глюка и то, что заявитель скоропостижно помер. Подробности имеются?

– Не-а, – Гугуцэ качнул бритой головой. – Судя по всему, барыга перенервничал. Попросил, типа, защиты, его рубоповцы в свое СИЗО посадили на пару дней, да не уследили. Ночью приступ начался, а камера одиночная. До двери доползти не успел. Утром уже холодненьким был...

– Мертвый заявитель – это очень хороший заявитель, – резюмировал Денис. – Кто у Глюка адвокатом?

– Сулик Волосатый, как обычно, – проворчал Садист. – Тебе он нужен?

– Не помешает... Кстати, а где Ортопед?

– Домой рванул.

– Зачем?

– У них в деревне, блин, нечисть какая-то завелась, – обрадованно сказал Горыныч. – По ночам в клубе воет. Часиков эдак с двенадцати. «У-у-у! У-у-у!!!» – от мощного баса Колесникова звякнули фужеры на стойке бара. – Вот так примерно. Народ уже на улицу выходить боится. Мишка и решил разобраться...


ПРОЛОГ | Канкан для братвы | * * *