home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ПОРАЖЕНИЕ. НЕОЖИДАННАЯ БЛЕСТЯЩАЯ ИДЕЯ

Весь вечер Фатти ломал голову над этой загадочной историей, и все без толку. Даже наоборот – чем больше он думал, тем безнадежнее рисовалось ему положение. Задача решению не поддавалась. Он, разумеется, знал, что Бойзи не виноват. То же самое он знал и про Зоэ – пусть даже ее алиби оставалось не стопроцентным.

Но у остальных-то были несокрушимые алиби! Правда, они не занимались Эликом Грантом, но Фатти видел в местной газете отчет о сольном концерте, который Элик давал в Шипридже вечером в пятницу.

– Газетного отчета для алиби хватит с лихвой, – объявил он своим коллегам. – По поводу Элика беспокоиться не приходится. Но кто грабитель? Кто обстряпал это дело?

В полном отчаянии он пошел к Пиппину. Тот мирно прогуливался по садику, разбитому позади дома Гуна, и курил трубку. Увидев Фатти, Пиппин искренно обрадовался.

– Новости есть? – спросил Фатти. – Гун, я надеюсь, ушел куда-нибудь.

– Ушел, слава Богу, – с облегчением сказал Пиппин. – Он меня сегодня замучил. То одно, то другое. Несколько раз прибегал, убегал, и все со своим велосипедом. Покоя мне не было ни на миг. В данную минуту Гун снова допрашивает Бойзи. Очень я боюсь, что он запугает бедного Кота до такой степени, что тот даст ложные показания.

– Я боюсь того же самого, – грустно признался Фатти. – А что насчет Зоэ? Гун по-прежнему считает, что она ограбила сейф?

– Считает, – отвечал Пиппин. – Он же нашел платок с ее инициалом. Платок – его главное свидетельство.

– Но это абсолютная чушь! – вскричал Фатти. – Мало ли сколько дней мог этот окаянный платок проваляться на веранде! Он вовсе не подтверждает, что девушка была там именно вечером в пятницу.

– С точки зрения Гуна, подтверждает. Понимаешь, он выяснил, что в пятницу уборщица подмела веранду в четыре часа дня. Платок, следовательно, могли уронить только после четырех.

Фатти кусал губы и морщил лоб. Вот это уже был удар в солнечное сплетение. Этого он не предвидел. Ясное дело, теперь Гун полностью уверен, что Зоэ вечером пробралась на веранду и Бойзи впустил ее в театр. Платок ведь с буквой «З» появился на веранде только в пятницу, и не раньше четырех. Страшное доказательство!

– Гун в ярости оттого, что Зоэ стоит на своем и утверждает, будто платок ей не принадлежит, – продолжал Пиппин. – И что прежде она его никогда не видела. Какая досада! Ну почему Гуну попался платок с буквой «З»? Такой редкий инициал!

– Редкий, – тяжко вздохнул бедный Фатти, чувствуя, что у него больше нет сил, что еще чуть-чуть и он расскажет, как собственными руками положил этот платок и остальные «ключи» на пол веранды. Нет, если Гун и в самом деле арестует Зоэ и Бойзи, он, Фатти, будет обязан без промедления во всем признаться!

Фатти повернулся к Пиппину:

– Прошу вас, позвоните мне, если узнаете что-нибудь серьезное. Ну, например, что Гун выбил из Бойзи ложные показания или даже произвел арест...

Пиппин кивнул:

– Само собой. Но ты-то сам что-нибудь узнал? Бьюсь об заклад, ты не бездельничал все это время!

Фатти сказал, что проверил все алиби и что все они неопровержимы, кроме алиби Зоэ. Он был очень встревожен. Будет ужасно, в который раз повторял он, если Гун посадит на скамью подсудимых невинных людей, а преступники останутся на свободе. Если бы у Фатти была хоть какая-то зацепка!..

Мальчик вернулся домой совершенно убитый. Таким Фатти, пожалуй, до сих пор еще не видел никто. Позвонил Ларри, спросил, не оказалось ли у Пиппина чего-нибудь нового. Фатти передал ему свой разговор с полицейским. Ларри слушал и молчал. Впервые Фатти оказался в полной растерянности; впервые ощутил собственную беспомощность. Выхода не было.

– Я даже не вижу, что мы могли бы сделать, – говорил он каким-то несчастным голосом. – Я действительно в тупике. И своим расследованием мы ничего не добились. Надо распустить отряд юных сыщиков, раз сами сыщики ни на что не годятся...

– Давай соберемся завтра в десять, – сказал Ларри. – Поразмыслим сообща, продумаем все детали Все до единой. Есть что-то, чего мы не заметили. Я уверен. Какая-то идея, до которой не додумались. Нет загадки без разгадки, Фатти. Мы ее отыщем. Мужайся.

Но на следующее утро уже в половине десятого зазвонил телефон. Это был Пиппин с дурными новостями.

– Алло, Фатти! Слушай, у меня очень мало времени. Мистер Гун добился признания от Бойзи. Бойзи, очевидно, сказал, что они с Зоэ совершили преступление вместе. Он открыл Зоэ дверь, и она вошла в здание театра. Вместе они соорудили чай, который потом Бойзи отнес директору. А когда тот уснул, Зоэ поднялась наверх и взяла деньги. Она, конечно, знала и то, где лежит ключ и все прочее. Фатти слушал в ужасе.

– Но, Пиппин! Пиппин! Бойзи не мог это сделать! И Зоэ не могла! Гун силой выбил признание у больного парня, который даже толком не понимал, что говорит.

Наступила пауза.

– Да, пожалуй, я готов с тобой согласиться, – медленно проговорил Пиппин. – На самом деле я, понимаешь ли, не имею права заводить об этом речь, но я должен, я обязан кое-что сказать тебе. Гун принудил беднягу дать ложные показания. Не одну вещь упустил из виду. Теперь слушай внимательно. У меня руки связаны: я не могу идти на открытый конфликт с Гуном. Ты единственный в силах что-то сделать. Разве инспектор Дженкс не друг вашей пятерки? Разве он не поверит тебе, если ты скажешь, что произошла роковая ошибка? ,

– Но у меня же нет ни одного доказательства, – чуть не заплакал Фатти. – Господи, да если бы я знал, кто грабитель, и мог подтвердить это реальными уликами, тогда инспектор, конечно, меня бы выслушал. И не колебался. Через полчаса я буду говорить с ребятами. Если мы что-нибудь дельное сумеем изобрести, я сяду на велосипед, поеду в другой город и сам потолкую с инспектором.

– Да нет, ты лучше... – начал было Пиппин, не вслед за этими словами – было слышно – трубку с силой бросили на рычаг. Фатти догадался, что в комнате появился Гун.

Он сидел у телефона и размышлял. Это кошмар. Безнадега. Бедная Зоэ. Бедный Бойзи. Боже милосердный, что сделать, чтобы им помочь?

К Пипу он поехал на велосипеде. Остальные уже собрались. Вид у всех был печальный. Ребята опечалились еще больше, когда Фатти рассказал им про звонок Пиппина.

– Это серьезно, – промолвил Ларри. – Куда серьезнее, чем все остальные наши тайны. Что можно сделать, Фатти?

– Сейчас мы очень тщательно еще раз обсудим подозреваемых, алиби, которые они представили, и то, что выяснили сами. – Фатти достал из кармана блокнот. – У меня тут записано абсолютно все. Я буду считать, а вы думайте, думайте, думайте изо всех сил! Ларри верно говорит: мы где-то промахнулись, пропустили какую-то улику, доказательство, которые могли бы все расставить но местам. Чего-то не учли. А решение задачи может быть совсем простым; только надо сообразить, в чем оно.

Он стал читать свои записи. Перечень подозреваемых. Алиби. Проверка алиби. Рассказ Бойзи о вечере пятницы. Рассказ директора – о том же самом. Отношения между директором и актерами. Фатти читал медленно и внятно. Юные сыщики напряженно слушали. Даже Бастер сидел тихо, навострив уши.

Он кончил. Наступила долгая пауза. Фатти посмотрел на ребят.

– Предложения есть? – он спросил это без особой надежды.

Слушатели грустно покачали головами. Фатти с треском захлопнул свой блокнот.

– Полное поражение! – воскликнул он с горечью. – Разбиты наголову! Что мы знаем? Только то, что из семерых подозреваемых двое, которые могли бы совершить преступление, но не совершали. Речь, понятное дело, идет о Бойзи и о Зоэ. Мы знаем, что они невиновны. Они на такое просто не способны. А остальные пятеро, которые могли бы украсть деньги, имеют железные алиби... Ну, как Кот из пантомимы пойдет на ограбление, если это противно самой его природе?!

– Прямо не знаю... Остается думать, что кто-то другой влез в шкуру Кота... – сказала Бетси. Все презрительно рассмеялись.

– Дурочка! – процедил сквозь зубы Пип; Бетси покраснела.

И тогда Фатти внезапно и совершенно необъяснимым образом сошел с ума. Он вперил в Бетси остановившийся взор. Потом хлопнул ее по плечу. Потом поднялся и исполнил какой-то торжественно-комический танец, кружась по комнате и размахивая руками. Судя по выражению его лица, Фатти был на седьмом небе от счастья.

– Бетси! – Он наконец прекратил свои замысловатые па. – Бетси! Золотая, умная, гениальная Бетси! Она додумалась! Она раскрыла тайну! Бетси, ты заслуживаешь того, чтобы возглавить отряд юных сыщиков. Честное слово! Ну почему, почему я не понял этого раньше?

Ребята смотрели на него, как на безумного.

– Фатти, не будь ослом! Скажи, что ты имеешь в виду? – сердито закричал Пип. – И в честь чего это Бетси вдруг стала такая умная? Разрази меня гром, я об этом и не подозревал!

– Я, между прочим; тоже, – заметил Ларри. – Сядь, успокойся и объясни.

Фатти сел. Физиономия его сияла. Он обнял оторопевшую девочку и сжал ей плечи.

– Дорогая наша старушка Бетси. Она спасла Бойзи и Зоэ! Вот это голова!

– Фатти! Перестань кричать и растолкуй, в чем дело! – завопил выведенный из себя Пип.

– Хорошо, – согласился Фатти. – Растолкую. Вы ведь слышали, что сказала юная Бетси? Она сказала: «Остается думать, что кто-то другой влез в шкуру Кота». Сечете? Сечете, я вас спрашиваю? Как же вы не понимаете, что в этом и заключено решение! Олухи царя небесного, до сих пор не уразумели!

– Я, кажется, начинаю понимать... – медленно проговорил Ларри. – Но ты, очевидно, уже понял все целиком. Объясни.

– Ну, слушайте. – Фатти немного успокоился. – Бойзи настаивает на том, что не поднимался наверх и не приносил чай директору. Так? А директор божится, что приносил. А почему божится? Да потому, что Бойзи, говорит он, был в своей кошачьей шкуре. Все правильно. Кто бы ни принес чай, если он в шкуре, он все равно будет Котом из пантомимы. Но поскольку директор видел только шкуру, а того, кто под ней скрывался, не видел, как он может утверждать, что это был именно Бойзи?

Ребята застыли, пораженные.

– А раз так, значит, это был не Бойзи! – торжествующе заключил Фатти. – Дайте я вам расскажу, что, по-моему, произошло в тот вечер, на который Бетси открыла мне глаза.

– Расскажи, конечно, – попросил Пип, волнуясь, потому что тоже начал догадываться, куда клонит Фатти.

– В общем, так. Труппа в полном составе ушла из театра в половине шестого, что нам точно известно, потому что мы при этом присутствовали. Остались Бойзи, который живет в театре, и директор – наверху, у себя в кабинете.

Дальше. В труппе есть человек, который имеет зуб на директора и жаждет его проучить. Вечером, после того как мы ушли, разложив по веранде фальшивые улики, этот человек тайком возвращается к театру, тихонечко проникает внутрь.

Бойзи его не видит, иначе он бы об этом рассказал, а тот прячется, пока Бойзи готовит чай. Он-то знает, что Кот из пантомимы всегда приносит чай директору.

Превосходно. Бойзи готовит чай и сначала наливает себе. Но не пьет, поскольку чай слишком горячий. Он ждет, пока чай остынет. А тайный мститель незаметно бросает снотворное в чашку Бойзи.

Бойзи пьет, чувствует страшную сонливость, идет в комнату, выходящую на веранду, ложится и похрапывает себе возле камина. Тот, который прятался, уверившись, что Бойзи крепко спит и в ближайшем будущем не проснется, снимает с него кошачью шкуру...

– И надевает на себя! – хором крикнули слушатели. – О, Фатти...

– Да, надевает на себя. Наливает чашку для директора и, естественно, сперва положив туда снотворное, отправляется с ней наверх. Подумайте сами – разве мог директор догадаться, что в шкуре Кота из пантомимы оказался не Бойзи? Вообще могло это кому-нибудь прийти в голову?

– Конечно, нет, – сказала Дейзи. – А потом он дождался, пока директор, выпив свой чай, свалился замертво, и взял деньги из сейфа.

– Точно, – подтвердил Фатти. – Снял зеркало, нашел ключ в бумажнике у директора, составил комбинацию букв, открывающую сейф, и выполнил задуманное. Потом он спустился вниз, всунул спящего Бойзи в его родную кошачью шкуру и исчез – так же бесшумно, как появился. Но с деньгами!

Он знал, что, когда будут исследовать остатки чая в чашке и обнаружат следы снотворного, первым делом возникнет вопрос – кто принес чай в кабинет директора? И ответ на это – совершенно неправильный, как мы видим – был один: конечно, Бойзи.

– О, Фатти, это фантастика, – сказала Бетси, счастливо улыбаясь. – Мы раскрыли тайну!

– Нет, не раскрыли, – разом откликнулись Пип и Ларри.

– Раскрыли! – возмутилась Бетси.

– Погоди, – Фатти поднял руку. – Мы знаем, как было дело, но остается тайной самое важное – кто скрывался под шкурой Кота из пантомимы?


ДЖОН ДЖЕЙМС И КИНЕМАТОГРАФ | Тайна кота из пантомимы | ПРОВЕРКА ПОСЛЕДНЕГО АЛИБИ