home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 7

Свое утро я начала раньше обычного, с пробежки. Бегать вокруг здания цирка — только внимание привлекать, поэтому я спокойным шагом прошла два квартала и только потом позволила себе прибавить скорость. В наушниках слышалась веселая энергичная музыка, которая задавала темп, и я все больше увеличивала шаг. Минут за пятнадцать добралась до стадиона, где обычно разминалась. И снова я увидела женщину в бело-розовом спортивном костюме. Она уже закончила свою разминку и отдыхала, сидя на вкопанных в землю шинах. Я находилась довольно далеко от незнакомки, но что-то в ее осанке, в ее неторопливых движениях показалось мне знакомым, как будто совсем недавно мы сталкивались. Я решила не мучить себя догадками и направилась к ней.

— Доброе утро. — Я стояла позади женщины.

— Доброе утро, — ответила она и повернулась ко мне.

— Вы? — сказали мы хором.

Это была Людмила, подруга Кристины.

— Что вы тут делаете? — поинтересовалась она.

— То же, что и вы. Поддерживаю форму.

— А Варя где?

— В надежном месте.

— Понятно, — Людмила состроила какое-то недоверчиво-осуждающее лицо и попыталась уйти. Но я сразу пристроилась рядом.

— Почему вы так рано выходите на тренировку?

— Для того чтобы никто не приставал, в такое раннее время даже собачники дома сидят, и я могу спокойно заняться спортом.

— На меня намекаете?

— Нет, вас я знаю, потому дискомфорта не испытываю. Но приставания посторонних людей меня раздражают.

— А ко мне вот никто не пристает.

— Вам повезло. — Она сделала короткую паузу. — В таком случае желаю удачно побегать. Всего хорошего. — Людмила даже не стала дожидаться моего ответа, отвернулась и побежала в сторону жилых домов.

Я вернулась обратно в цирковую каморку, Варвара и Николай мирно спали, посапывая, как маленькие медвежата. Разъяренная Дашка накручивала круги в своей клетке, я ей явно не нравилась. Наверное, потому, что никогда не восхваляла и не кормила такую миленькую и клыкастую тварь. Я решила уйти по-английски и никого не будить.

Ночью я долго размышляла над происходящим и пришла к выводу, что нападения на Варю не что иное, как попытка отвлечь мое внимание. Похоже, я нахожусь на верном пути, но кто-то настойчиво пытается пригвоздить меня к месту, чтоб я не отходила от своей подопечной Варвары, пока кое-кто закончит начатое дело. Или заметет следы, если дело уже закончено.

Прежде всего я поехала домой, привела себя в порядок, перекусила, взбодрилась крепким кофе и завалилась на диван с ежедневником Кристины. Я решила полистать его в надежде где-нибудь в записях найти упоминание об Иванове. Леонид был прав, когда говорил о том, что Кристина использовала свой ежедневник не по назначению. Здесь было не так много привычных пометок, когда что надо сделать, кому позвонить и с кем встретиться. В основном страницы пестрели интересными кулинарными рецептами вперемешку с анекдотами и наглядными пособиями по вязанию. Лишь изредка я встречала записи вроде: «Позвонить и поздравить с днем рождения» или «Не забыть заплатить за квартиру». Никаких зацепок и намеков на Иванова или других интересных личностей я не нашла.

Часы показывали десять минут одиннадцатого, когда я отложила ежедневник в сторону и стала собираться. Я планировала навестить очередного Иванова, опознанного Варварой, — их соседа по даче. На этот раз я не стала звонить и предупреждать о своем визите, я быстро оделась и спустилась к машине. Дорога к дому гражданина Иванова проходила мимо злополучной «Капели», в которой ошивался загадочный Сергеич. В голове у меня проскочила шальная мысль: а может, вопреки наставлениям Порошина, наведаться сюда после посещения Кондратия Иванова? Уж больно любопытная эта личность, Сергеич. Братва говорит, есть такой мужик в «Капели», менты вычислить его не могут. Неувязочка какая-то.

Я притормозила у дома номер пятьдесят четыре по улице Кожевникова. Вообще старик жил в соседнем доме, но там негде было припарковаться, а тут было очень удобное место для моего «Фольксвагена», и я решила, что короткая пешая прогулка мне не повредит.

Возле подъезда, где, по моим расчетам, жил Кондратий Львович, стояла старенькая побитая иномарка с работающим двигателем. За рулем сидел парень и курил, поглядывая в сторону подъезда. Что-то в лице этого паренька показалось мне знакомым. Я машинально сделала шаг в сторону, стараясь занять выгодную позицию, с которой будет виден не только профиль водителя, но и его фас. Молодой человек повернулся, и я увидела его щетинистый подбородок и большие синие глаза. Сомнения быть не могло, мы встречались, причем совсем недавно. Это он попросил у меня прикурить в тот вечер, когда на Варвару впервые напали какие-то отморозки. Парень перехватил мой взгляд и побледнел. Он тоже узнал меня и понял, что я узнала его. Я продолжала смотреть в его глубокие синие глаза и сделала два широких шага в сторону его иномарки. В этот момент из подъезда вышел высокий мужчина в дубленке с поднятым воротом и черной вязаной шапке, натянутой на лоб. Он быстро семенил ногами, приближаясь к иномарке.

— Быстро в машину! — выкрикнул парень из открытого окна и включил заднюю передачу.

Мужчина, вышедший из подъезда, не сразу понял, в чем дело, но мгновенно сориентировался и на ходу заскочил в заднюю дверь. Лица его я так и не разглядела, единственное, что видела, — крупный мясистый нос, выглядывающий из воротника дубленки.

Машина на большой скорости стала удаляться от меня, парень рассчитывал выскочить на дорогу через арку. Я поняла, что на своих двоих не догоню их, поэтому быстро метнулась к своей машине. Пока иномарка разворачивалась, я уже надавила на педаль газа и устремилась в сторону арки.

Выскочив на дорогу, ведущую к «Капели», иномарка противника и моя машина пронеслись мимо развлекательного клуба и направились на север города. Парень оказался хорошим водителем. Он ловко управлял своим автомобилем, заезжая на встречную полосу, обгоняя впереди идущие машины, игнорируя сигналы светофора. Я, как приклеенная, шла позади него. Для меня, водителя с большим стажем, ничего сверхъестественного в таком лихом управлении автотранспортом не было. Несмотря на свой разбитый вид, иномарка держала хорошую скорость. Наверняка движок в ней поменяли на более мощный, иначе я бы уже давно нагнала эту колымагу.

Парень петлял по улицам, заезжал во дворы, наматывал по нескольку кругов в центре города. Он рассчитывал от меня оторваться, но я не собиралась давать ему такой возможности. Я преследовала парня, как тоненькую ниточку, которая должна помочь мне размотать клубок неясностей и загадок. Один раз я едва не въехала в бампер его машины, но он ловко вывернулся и снова ушел. Я же застряла, пропуская впереди себя стаю дворовых собак, которые норовили вцепиться в переднее колесо моей машины. Эта заминка позволила синеглазому отыграть несколько метров. Большего отрыва я ему не подарила.

Мы оба надеялись поскорее выбраться из города на пустую трассу. Как только перед нами открылась почти свободная дорога, без светофоров и перекрестков, иномарка еще больше прибавила скорость. Я шла следом, отставая метров на двадцать. Внезапно заднее стекло преследуемой мной машины вдребезги разбили чем-то тяжелым, это пассажир выбил его прикладом «стечкина». На меня направили дуло пистолета, и я поняла, что дело обстоит гораздо серьезнее, чем я думала. Я вильнула в сторону, уходя с линии огня. Иномарку трясло, и выстрелить точно в цель пассажиру было непросто, пуля прошла мимо, даже не поцарапав мое боевое авто. Раздался еще один выстрел, и снова мимо. Мне пришлось сбавить скорость. Я достала из внутреннего кармана куртки свой пистолет и снова надавила на газ. Пока мой оппонент разряжал обойму «стечкина» не доходящими до цели пулями, я искала варианты наступления. И такой вариант очень скоро появился в поле моего зрения — объездная дорога. Я знала этот путь, небольшой крюк — и я смогу по параллельной дороге нагнать их через полкилометра. Если, конечно, они не развернутся в обратную сторону. Я резко повернула руль вправо и съехала на объездную дорогу. Теперь мне необходимо было выдавить из своей «малышки» все силы. Я отставала от иномарки не только по времени, но и по расстоянию, объездная дорога украдет у меня лишние метров сто-двести. От основной трассы меня отделяла узкая полоса лысых деревьев, сквозь них я видела силуэт мчащейся на всех парах машины противника. Пока мне удавалось идти с ними вровень, но этого было недостаточно. С такой скоростью на основной трассе я опять окажусь позади. На последних метрах мне удалось вырваться вперед, через несколько секунд я должна была выскочить перед иномаркой. И тут мои попытки выйти на первый план стали очевидны для синеглазого водителя. Неожиданно для меня тот резко повернул руль в сторону, машину занесло на скользкой дороге, развернуло, и задним колесом она зависла над кюветом с противоположной стороны трассы. Пока водитель пытался раскачать свой автомобиль и вытащить из ямы, пассажир снова застрекотал «стечкиным». На этот раз удача улыбнулась ему. Одна пуля прошла через лобовое стекло и попала в обивку заднего сиденья, вторая просвистела мимо меня, я едва успела пригнуться. Я остановила машину посреди дороги, благо машин на трассе не было и я могла позволить себе такую роскошь. Открыла дверцу и, используя ее в качестве щита, спрыгнула на землю. В этот момент иномарке удалось вырваться на свободу, машина тяжело выползла на трассу, и водитель собрался с новыми силами продолжить побег, набирая скорость. Но я не собиралась отпускать этих молодцов. Воспользовавшись затишьем со стороны «стечкина», я несколько раз выстрелила по колесам машины, пробив оба задних колеса. Иномарку снова бросило в сторону, занесло, но на этот раз не так удачно. Машина понеслась по трассе, как по льду, и врезалась в столб на обочине. Удар был лобовой и довольно сильный. Послышался скрежет металла и звук бьющихся стекол. Я вскочила в свой автомобиль и нагнала моих недавних беглецов. Бампер иномарки просто обнял фонарный столб, передняя часть машины собралась, как металлическая гармошка. Водитель вылетел через лобовое стекло, его окровавленное тело лежало на асфальте в неестественной позе. Я подошла к парню, держа наготове «макаров». Все-таки пассажира я пока не видела, а он, сидя на заднем сиденье, мог не пострадать в аварии и неожиданно напасть. Я приложила руку к шее водителя, проверяя пульс. Его не было, и это нисколько меня не удивило. После такого столкновения не выживают. Затем я заглянула в салон машины, на заднем сиденье, лицом вниз, лежал второй мужчина, в правой руке он сжимал «стечкин». Я нагнулась к незнакомцу и ощутила его слабое, хрипящее дыхание. Этот, к счастью, был жив. Я убрала пистолет в карман куртки и попыталась стащить пострадавшего на землю. Он оказался слишком большим и тяжелым, но я все-таки вытащила его и положила на асфальт на спину. Лицо мужчины было залито кровью, рукавом своей куртки я вытерла кровь со лба и замерла от неожиданности. Это был Илья, брат Леонида. Мы виделись всего один раз, в доме Скворечниковых, но я хорошо запомнила этого парня.

Вдалеке послышался вой сирен. Я спешно села в свою машину и, не превышая скорости, направилась в сторону города. Из отверстия в лобовом стекле меня неприятно обдувало холодным февральским ветерком. По встречной полосе пронеслись две милицейские машины и «Скорая помощь». Я возвращалась домой. Илья был жив, это самое главное, размышляла я. Сейчас его погрузят в «Скорую» и отвезут в госпиталь. А завтра я наведаюсь к этому парню и задам несколько вопросов.

Свой путь домой я прервала у автосервиса. Лобовое стекло надо было поменять, в такой машине ездить небезопасно, и не только потому, что сквозняк гулял в салоне. Подобные дыры в стеклах вызывают повышенный интерес у сотрудников милиции, а в их внимании к моей скромной персоне я пока не нуждалась.

— Вот это да, — отреагировал на мой приезд автомеханик в сервисе. — Скажи еще, что камень попал в стекло. — Он лукаво усмехнулся.

— Нет, Гоша, — парировала я. — Это птичка пролетала мимо и кое-что обронила.

— Ладно, загоняй свою тачку ко мне в гараж, завтра вечером будет как новенькая.

Гоша не первый раз возился с моим автомобилем, латал дыры, менял стекла. Он привык к моим чудачествам и никогда не задавал лишних вопросов. Перед уходом я попросила его еще об одной мелочи:

— И дырку в заднем сиденье заштопай, пожалуйста.

— Нет проблем, — усмехнулся он, принимая аванс за предстоящую работу.

Уже из дома я позвонила Порошину и поинтересовалась складскими ребятами. Со слов Володи, парни продолжали настаивать, что их послал Сергеич из «Капели», даже внешность его описали и помогли сотрудникам милиции составить фоторобот. Никакой другой информации о Сергеиче эти ребята не знали. Как назло, тот третий нападавший, который сбежал с места событий, был главным связующим звеном между мордоворотами, которых я упорно называла «складские», и охранником Сергеичем.

Тетя Мила наготовила к моему приезду немало вкусностей. Пока я разговаривала по телефону, она суетилась у плиты, напевая до боли знакомую мелодию. Если я не ошибаюсь, именно так звучал марш Мендельсона.

Потом я ела, а она что-то рассказывала, затем начала расспрашивать про Аркадия Владимировича. Я слушала тетушку вполуха и на все вопросы отвечала односложно: «Да», «Не знаю», «Скорее всего». Но она не унималась и всячески старалась привлечь к себе внимание. Иногда разговоры с моей любимой тетушкой отнимают у меня больше сил, чем спарринг с мастером спорта по боксу.

Остаток дня я потратила на размышления. Мне не давали покоя две мысли: во-первых, почему в игру неожиданно вступил близкий родственник погибшей Кристины, Илья? И в чем заключается его роль в запутанной игре? Ответов на эти вопросы я пока не знала, но надеялась выяснить все завтра утром. Другим же недоразумением я считала Людмилу и ее утренние тренировки. Объяснения столь раннему выходу на пробежку она дала какие-то неубедительные. Человек, который так ловко владеет своим телом, не может бояться утренних прохожих. Все это было слишком странно, и я решила, что по возвращении в цирк поговорю с Варварой об этом.

Вечером я позвонила Николаю. Он заверил меня, что у них полный порядок, Варвара все время у него на глазах и никуда не отлучается. Я сообщила, что скоро приеду, он попросил привезти ананас, малиновое варенье и баварскую колбаску. Я удивилась столь странным гастрономическим пристрастиям своего товарища, но пообещала, что выполню поручение.

Я снова набрала номер Порошина.

— Володя, ты слышал об аварии на северной трассе?

— Я слышал о перестрелке в том районе, но в детали еще не вникал. — Он вздохнул. — Только не говори, что ты участвовала в этом.

— Ладно, правды не скажу, но вопрос задам, можно?

— Женя, ты меня убиваешь, — обреченно отметил Порошин и тут же продолжил: — Там-то что случилось?

— Долго объяснять. Я сама пока не понимаю, что происходит. Меня интересует погибший парень. Кто он и под кем ходил?

— Что узнаю, скажу. Но, Евгения Максимовна, — если Владимир переходил на официальный тон, значит, планировал большую головомойку, — сразу хочу предупредить, сфера твоей деятельности выходит за границы дозволенного. Я буду вынужден вмешаться.

— Ты дал мне срок два дня. И этот срок пока не истек.

— У тебя остался один день, запомни.

— Слушай, Володя. — Я перескочила на другую тему, игнорируя замечания. — У меня появились сведения, что Кристина Скворечникова в день своей гибели направлялась к некоему К.Л. Иванову. Я уже полгорода Ивановых проверила, никакой связи с Кристиной не нашла, — намеренно соврала я. В моем списке было вычеркнуто всего двое Ивановых, но на поиск остальных, по моим расчетам, уйдет слишком много времени. А на горизонте уже замаячила такая любопытная зацепка в лице Ильи. Я планировала перескочить на него, а Ивановых спихнуть на Порошина. Похоже, мой трюк не удался.

— Евгения Максимовна, — Порошин усмехнулся, — вы продолжаете настаивать, что смерть Скворечниковой не несчастный случай? Но это абсурд, спланировать такое убийство очень сложно, и гарантий, что все пройдет успешно, слишком мало. Есть масса других способов избавиться от ненужного человека.

— Порошин, — я стала максимально серьезна, — поверь мне, Кристину убили, в этом я уже не сомневаюсь.

— А я сомневаюсь. — Этот засранец продолжал хихикать, доводя меня до исступления.

— А ты не сомневайся. На Варвару не просто так нападают.

— Я уже говорил тебе, давай по факту нападений заведем дело, но ты же не хочешь.

— Да засунь ты себе это дело куда подальше. — Я едва сдерживала себя, чтоб не выматериться как следует. — Лучше помоги Иванова отыскать.

— Охотникова, прошу тебя, не сейчас. Ты дама свободная, времени у тебя много, как, собственно, и бредовых идей. Занимайся Ивановыми сама, мне некогда, работы много. Сама вон подкинула «складских», а там, между прочим, огнестрел, на такие дела начальство глаза закрывать не любит. Надо было думать, прежде чем оружие доставать. Теперь вот сиди жди, пока мы не найдем стрелявшего.

— А вы его найдете?

— Тебя найдешь, — усмехнулся он.

— Ладно, но если я что-нибудь накопаю, ты поможешь мне?

— Будут серьезные факты — будет разговор. А в детектива с тобой играть я не собираюсь. Все, пока, Женька, спешу я. — И он отключился.

Я зашла в супермаркет, купила заказанное на ужин и поехала в цирк. Вечернее представление должно было уже закончиться, Николай наверняка машет метлой на арене, а Варя скучает в каморке. Самое подходящее время, чтобы поговорить с девчонкой по душам. У меня появилось к ней несколько вопросов.

Цирк снова встретил меня неприятным звериным запахом и рычанием диких обитателей закулисного мира. У них наверняка вечерняя трапеза, уж очень активно дикие кошки рычат, кряхтят и покрякивают. Я вошла в каморку, и пакеты с продуктами выпали у меня из рук. На полу, раскинув руки, лежал Николай. Голова его была разбита, у изголовья натекла приличная лужа крови. Я грохнулась на колени и пощупала пульс. Он жив, слава богу. Но Варвары рядом не было, я выскочила из каморки и побежала в сторону клеток со зверьем. В дальнем углу помещения я увидела три силуэта, два явно мужские, третий, постройнее, скорее всего, Варин. Я рванула к ним, но тут же получила резкий удар в спину. Потеряв равновесие, я упала на пол, однако сразу же попыталась подняться. Тут же надо мной нависла тучная фигура противника. Он надавил своим тяжелым сапогом мне на грудь, я ухватилась руками за ступню и попыталась спихнуть ее с себя, но мужик оказался гораздо сильнее. Я уже начала задыхаться, правой рукой пыталась нащупать что-нибудь, чем можно было бы нанести удар по противнику. Николай частенько оставлял при входе, где я сейчас лежала, швабры, метлы, лопаты, но на этот раз, как назло, под руку ничего не попадалось. В противоположном углу я услышала противный мужской голос:

— Куда, куда твоя сестра собиралась поехать, в какой город? — Варю трясли, как куклу, хлестали по щекам и выворачивали руки. Она визжала и каждый раз повторяла:

— Не знаю, не знаю, честное слово.

— Не ври, дрянь, ты шла вместе с ней, значит, не могла не знать.

Мой противник на мгновение отвлекся и ослабил давление. Я немедленно воспользовалась удобным случаем и, крепко ухватившись за ботинок обеими руками, ударом ступни в подколенный сгиб другой ноги опрокинула его на пол. Не отпуская захвата правой рукой, левой я взялась за подъем стопы, отжимая его от себя. Потом уперлась обеими ногами в живот противника, отталкивая его и удерживая при этом за ногу. Я выполнила ущемление ахиллесова сухожилия и только после этого ослабила хватку. Мужик взвыл и, поняв, что в течение ближайшего времени не сможет дать мне достойный отпор, призвал на помощь друга:

— Желтый, разберись с этой гадиной.

Ко мне навстречу метнулся новый противник, это был парнишка лет двадцати, невысокого роста, юркий и подвижный. Через секунду он был передо мной, встал в Т-образную стойку, выставляя правую ступню вперед. Каратист несчастный, откуда вы только беретесь? Два дня назад подсылали лохов, умеющих только кулаками махать и бутылки метать, а теперь вот профессионала прислали. Ставки растут, господа, видать, и вправду я слишком далеко зашла в своих расследованиях. Я встала в оборонительную позу и приготовилась принять удар. Мой соперник не спешил нападать, он переминался с ноги на ногу, ожидая, что я начну первой. Я же в таких ситуациях предпочитаю начинать с обороны, а потом переходить в атаку. Наконец-то он попытался совершить круговой удар ногой, но я успела отскочить в сторону. Он немедленно приблизился ко мне, оттесняя подальше от Варвары и второго мордоворота, который продолжал повторять уже надоевший вопрос:

— В какой город? В какой город?

Каратист сразу же предпринял вторую попытку атаки, на этот раз он подошел слишком близко ко мне, и атаковать вытянутой ногой ему было неудобно, поэтому он попытался ударить меня коленом в живот. Но на этот раз я не стала отходить в сторону, я лишь немного подалась вперед, втягивая живот, и встретила колено соперника открытой ладонью. Другой рукой я нанесла резкий удар в лицо. Парень отскочил назад, я не дала ему опомниться и повторила атакующий удар в нос.

И тут случилось самое странное и самое неприятное — неведомый соперник ухватился за мою куртку сзади и приподнял над полом. Я попыталась повернуться назад и посмотреть, что за силач удерживает меня в подвешенном состоянии, как куклу на веревочках. Кулаками я совершала произвольные удары назад, попадая только по рукам противника, дотянуться до его головы не представлялось возможным хотя бы потому, что у меня руки были гораздо короче, чем у моего невидимого врага. Меня повернули в сторону клетки с Дашкой, кошка оскалилась в ожидании добычи. Я предприняла еще несколько попыток выкрутиться из крепких рук великана, но результата это не принесло. Мужик, которому я недавно показала прием на сухожилии, подполз к клетке с дикой кошкой и открыл дверцу, я, как мячик, полетела внутрь и приземлилась на колени прямо перед Дашкой. Позади меня послышался металлический звук закрывающейся клетки. Мурашки пробежали по спине. И почему я никогда раньше не баловала Дашеньку вкусными обедами и не отвешивала любезные комплименты по поводу ее неземной красоты! Теперь мне придется поплатиться за свою невнимательность. Дашенька никогда не симпатизировала мне и теперь наверняка оторвется по полной.

— Приятного аппетита, кошечка, — послышался неприятный мужской голос.

Я неотрывно смотрела в глаза пантеры, ожидая ее действий. У меня не было возможности повернуть голову и взглянуть на великана, который закинул меня в клетку, но краем глаза я успела заметить, что человек этот был невероятно большого размера. Великан взял на руки раненого товарища и направился к выходу, обращаясь к оставшимся возле Варвары мордоворотам:

— Не тяните, ребята, у вас всего две минуты. Разговаривать с ней, похоже, бесполезно. Тащите ее в машину, поговорим с девочкой в другом месте.

В этот момент разъяренная кошка решилась на атаку. Она бросилась на меня и повалила на спину. Я успела сжать кулак и сунуть его дикой кошке в пасть, блокируя челюсти и не давая им сомкнуться. Руку она мне прокусила, кровь хлынула из раны и потекла под рукав куртки. Дашина морда повисла надо моим лицом. Я ощущала ее тяжелое дыхание, чувствовала неприятный запах крови и сырого мяса из пасти. Острые когти кошки впились в мое плечо, пантера выворачивалась, пытаясь освободиться от моего кулака, который застрял, как кость в горле. Своими острыми клыками она повредила мне сухожилие, рука стала неметь. Удерживать натиск таким образом я долго не смогу, еще немного, и пантера вцепится мне в шею или в лицо.

— Говори, сука, говори, — разъяренные мужики продолжали кричать на Варвару.

Я испугалась, что сейчас они потащат Варю с собой, а я не смогу им помешать.

— Скажи им, Варя, скажи правду, — завопила я из последних сил. — Хрен с ними, пусть знают. — Я надеялась, что Варвара поймет, чего я добиваюсь, и назовет хоть какой-то город, лишь бы они отстали.

— Рим, Рим, — заплакала Варвара.

Умница, девочка, она поняла меня с первого слова.

Я продолжала держать оборону. Левая рука уже теряла чувствительность, правой я удерживала дикую тварь за шею, не давая приблизиться к моему лицу. Сначала я попыталась подтянуть ногу, согнула ее в колене и протиснула под живот пантере, потом немного приподняла ногу, отодвигая дикую кошку от себя. Только теперь я позволила себе вытащить раненую руку из пасти животного. Дашка с новой силой навалилась на меня.

— Думаю, ее все равно надо взять с собой, — услышала я голос одного из мордоворотов, — вдруг девка соврала.

— Не похоже, — ответил второй.

И тут я услышала знакомый мужской голос. Я была уверена, что совсем недавно слышала его, но кому именно принадлежал этот встревоженный бас, я пока не понимала. Это был точно не Николай, и на Порошина не похоже.

— Ложись, сволочи, — сказал знакомый голос. Даже Дашка на мгновение отвлеклась и повернулась в сторону нового гостя.

Я услышала странное шипение, а потом резкий хлопок. Помещение стало медленно заполняться едким оранжевым дымом. Никак в ход пустили мою дымовую шашку, но кто мог это сделать? А потом раздался глухой выстрел, стреляли из пистолета с глушителем.

— Ах ты, сучонок, — прошипел один из мордоворотов.

У меня слезились глаза, у Дашки тоже, она стала вести себя неадекватно, выворачиваться и скулить. Где-то сбоку послышался энергичный топот, мордовороты бежали с задымленного «корабля». Снова выстрел, Дашка заскулила и немного ослабила натиск. Потом еще выстрел, куда-то в сторону, следующая пуля опять досталась дикой кошке. Она совсем сникла и завалилась на меня. Я освободила правую руку и зажала нос, дышать становилось все труднее.

— Варя, беги в каморку, пока дымом все не затянуло, — командовал мой спаситель.

Я услышала лязганье засова, кто-то открывал клетку Даши.

— Держитесь, Евгения Максимовна, я помогу.

Глаза слезились так, что я с трудом подняла веки. На меня сквозь маску для подводного плавания смотрели испуганные глаза.

«Что за бред, — подумала я, — галлюцинации какие-то».

Мужчина в маске помог мне подняться, и мы заторопились к выходу, пробираясь на ощупь сквозь клубы едкого оранжевого дыма. Минуя длинный коридор, практически вывалились на улицу, и только сейчас я смогла вдохнуть полной грудью. Я откашлялась и вытерла глаза рукавом куртки. Мой спаситель уже избавился от маски и смотрел на меня вопросительным взглядом.

— Как вы?

Батюшки, только сейчас я поняла, кто мой спаситель! Сашка Егоркин, возлюбленный Варвары. Но как он попал сюда и откуда у него оружие? Я перевела взгляд на пистолет, который Саша сжимал в правой руке. Это был мой револьвер, который я, как запасное оружие, прятала на дне своей спортивной сумки.

— Где они? — Я имела в виду двоих мордоворотов.

— Ушли, я ранил одного, и они убежали.

— Куда ранил?

— В ногу, кажется, — неуверенно ответил Егоркин.

К нам подлетела заплаканная Варвара.

— Я так испугалась, так испугалась! — говорила она сквозь слезы. — Я думала, Дашка вас съест.

— Ну что ты, милая, я слишком большая для нее, она могла бы только кусочек откусить, не больше. — Я еще пыталась шутить.

Ребята помогли мне сесть на гипсовый парапет у входа в цирк. Раненую руку я прижимала к животу, кровотечение незначительное, но рана была очень болезненной.

— Вызовете «Скорую», Николай ранен.

— Я уже вызвал, — ответил Егоркин.

— Нам надо уходить отсюда.

— Я приехал на мотоцикле, он стоит у центрального входа.

— Ты что?! Втроем мы не поместимся на мотоцикле, — возразила я.

— Поместимся, главное, держитесь крепко.

Другого транспорта у нас все равно не было.

— Заберите из каморки Николая наши рюкзаки. Там документы, вещи. Нельзя оставлять это для милиции.

— Я все взяла, — отрапортовала Варвара. Я и не ожидала от девушки такой прыти.

Меня, раненную, посадили посередине, Варвара села сзади. Еще секунда, и мы сорвались с места. Позади слышались сирены «Скорой помощи» и милиции. Возле цирка собирались зеваки, мы вовремя покинули место событий, нам необходимо было спрятать Варвару. Я сильно сомневалась, что сотрудникам милиции удастся изолировать девушку, в любом случае ее охрану они поручат родственникам и мне. Так зачем же тратить время на долгие объяснения и разговоры, когда положение дел останется таким же, как сейчас?

— Гони в сторону гаражных построек на юге города, — крикнула я Егоркину. В ответ он одобрительно кивнул.

Минут через пятнадцать наш автотранспорт притормозил у гаражно-строительного кооператива «Колесо».

— Что дальше? — вопросительно посмотрели на меня ребята.

— Во-первых, объясни мне, Саша, откуда ты взялся?

— Это я ему позвонила, — виновато ответила Варвара.

— Я очень переживаю за Вареньку и настоял, чтоб она назвала мне адрес своего укрытия. — Фактически парень попытался взять на себя ответственность за раскрытие тайны.

— Так это ты «хвост» привел? — Я была рассержена.

— Нет, что вы? Я был очень осторожен, купил билет в цирк, посмотрел представление, а в перерыве нырнул за кулисы. Там меня встретил Николай и провел к Варе. Мы неплохо посидели вместе, поужинали. Как раз вас ждали.

— Ладно, тогда вопрос второй. Откуда у тебя оружие и дымовая шашка?

— Это ваше, — теперь Саша, как минуту назад Варвара, ощутил себя виноватым и опустил глаза, разглядывая ботинки.

— Я сказала Саше, что вы прячете оружие на дне своей сумки, — пояснила Варя.

— Я захотел по нужде, Николай сказал мне, что лучше воспользоваться туалетом для зрителей, и я пошел через весь цирк в противоположную часть здания. По дороге рассматривал фотографии на стенах, любопытно ведь побывать в том месте, куда обычно не пускают после закрытия. В общем, вернулся минут через пятнадцать. Уже издалека услышал Варин крик, побежал к ней и вдруг увидел этих мордоворотов, их было четверо. Один из них просто нечеловечески огромного роста, с большущими такими руками. — Саша продемонстрировал свой жиденький кулачок в качестве наглядного пособия. — Двое кричали на Варю и спрашивали что-то про города, а великан сидел в стороне и наблюдал за происходящим. Я быстро соображал, чем могу помочь, но тут появились вы. Я обрадовался, решил, что пока вы будете отвлекать внимание, я проскочу в комнату и вытащу из сумки ваш пистолет. Пока пробирался вдоль стены, пока искал оружие, прошло много времени. Я уж собирался бежать вам на помощь, но тут этот здоровяк проходил мимо, на руках он держал кого-то, я сначала испугался, что Варю, но это оказался мужик. Мне снова пришлось потерять драгоценное время, я спрятался, чтоб меня не заметили, и дождался, пока мужики уйдут. Когда они вышли, я поспешил к вам на выручку. Смотрю, а вы в клетке с пантерой деретесь. Ну, стреляю я, прямо скажем, не очень, поэтому для начала решил использовать дымовую шашку, чтобы выманить этих мордоворотов.

— А ты не подумал, что едкий дым станет помехой не только для них, но и для нас?

— Подумал, конечно, поэтому и маску надел. Чтоб лучше видеть. — Он глупо улыбнулся, потирая воспаленные глаза.

— Молодец, умный мальчик, — ехидно отметила я. — А потом начал беспорядочно палить в разные стороны?

— Почему в разные, только в две. Сначала в них, потом в кошку. Я боялся, что вас задену, поэтому стрелял ей в заднюю лапу. Даже если бы попал вам в ногу, рана была бы не смертельная. Я так подумал. — Он немного замялся. — А пока я отвлекся на вас, эти два мордоворота, которые оставались, ринулись на меня. Я снова выстрелил, скорее от неожиданности, даже не целился. И попал в одного из них. Они оба убежали, а я еще выстрелил им вслед и потом вернулся к вам. Добил пантеру и вот клетку открыл. — Другой на месте Сашки грудь колесом выкатил бы, рассказывая о своем подвиге, а Егоркин смущенно краснел и прятал глаза.

— А я выстрелов насчитала всего четыре.

— Шесть, их было шесть, — подтвердила Варя.

— Это что же, значит, я отключилась на пару секунд? Кошмар. — Я тяжело вздохнула и посмотрела на раненую руку.

Неожиданно Александр расстегнул куртку, скинул ее на снег и, вытащив из-за пояса край рубашки, оторвал от нее кусок.

— Вам надо перевязать руку. — Он протянул мне перевязочный материал. — Я помогу.

— Спасибо, Саша, — я была тронута таким поступком и протянула руку «доктору». — Затяни потуже, чтоб не кровило.

Сашка сделал все быстро и аккуратно.

— Мне не дает покоя одна мысль, — я рассуждала вслух. — Варвару уже трижды вычисляли, каким образом? Даже если предположить, что на съемной квартире тебя выследили, пока ты в магазин бегала, — в ответ Варя понимающе кивнула, — то второй и третий раз все сложнее верится в чрезмерную наблюдательность наших противников. Действительно, складывается впечатление, что за нами из космоса наблюдают. — Я попробовала улыбнуться.

— Как же тогда? — поинтересовалась Варя.

— Ты точно никуда не выходила? Никому, даже дяде Лене, не звонила?

— Точно, абсолютно точно. — Варвара говорила очень убедительно.

Я внимательно посмотрела на девушку. Коротенькая курточка, темно-синие джинсы, вытянутый свитер торчал из-под куртки, на спине рюкзачок с пожитками.

— Ну-ка, дай мне свой рюкзак. — Я протянула руку. Варя послушно передала мне свою ношу.

Я прямо на снег высыпала все содержимое и начала осторожно прощупывать рюкзак. Вот что-то кольнуло меня в палец, я ухватилась за посторонний предмет в подкладке и через прорезь в области шва вытащила маленькое овальное устройство.

— Что это? — спросили хором Варя и Александр.

— Скажем так, это маячок. Устройство, с помощью которого можно определить местонахождение человека. Это не самая совершенная модель, координаты жертвы определяются в некотором радиусе, без указания номера дома и квартиры. — Я усмехнулась. — Именно поэтому в цирке нас не сразу нашли. Искали по всему кварталу, а потом, не исключено, что заметили меня или Сашку и сделали вывод, что мы прячемся именно здесь.

— А на складе нас быстро нашли? — спросила Варвара.

— Когда мы прятались на складе, поблизости не было ни одной постройки, пригодной для жилья, поэтому им не пришлось долго думать, вычисляя наше местоположение.

— Выходит, все это время я носила в своем рюкзаке маячок? — Варя была несколько напугана и расстроена одновременно. Ощущение такое, как будто ты все эти дни ходила под дулом пистолета. Очень неприятное чувство.

— Давай мы с тобой подумаем, Варвара, кто и когда мог подложить в твой рюкзак это устройство. Подумай хорошенько, это очень важно, сама понимаешь.

— Да, конечно. — Варя задумалась.

Пока она рассматривала возможные варианты, я обратилась к Егоркину.

— Саша, видишь, там стайка бездомных собак? — Я кивнула в сторону гаражей. — Вон, слева, щенок в ошейнике. Это сторожевая псина, она безобидная, не укусит. — Я улыбнулась. — Попробуй прикрепить к ее ошейнику этот маячок, пусть наши преследователи ищут нас здесь, а мы пока переедем в другую часть города.

— Понял, — оживился Александр. — Это вы здорово придумали, Евгения Максимовна. — Сашка побежал выполнять мое поручение, а я снова переключила внимание на Варвару.

— Ну что, есть идеи?

— Не знаю. — Она пожала плечами. — Если только тогда, когда на нас в первый раз напали.

— Это вряд ли. — Я не дала девушке договорить, эта версия была тупиковая, и ее не стоило развивать.

— Остается только дома.

— Кто был в квартире, когда ты собиралась?

— Только бабушка и Леонид.

— А ты всегда ходишь с этим рюкзачком?

— Почти всегда, у меня других сумок нет, если только летние. Вы думаете… — Варя запнулась, испугавшись собственных подозрений.

— Пока рано делать выводы, — ответила я неопределенно, чтоб раньше времени не пугать девушку. Я почти не сомневалась, что маячок в рюкзак Варваре подложил Илья, но пока я сама с ним не поговорю, никаких умозаключений озвучивать не буду.

Александр вернулся, и мы стали обсуждать, куда нам податься. Я спалила все свои убежища, и на складе, и в цирке. А снять квартиру среди ночи не представляется возможным.

— Давайте ко мне, — предложил Егоркин.

— Куда к тебе? Ты же с родителями живешь.

— Живу с родителями, но у меня есть своя квартира на улице Петровского.

— У тебя есть своя квартира? — Я улыбнулась, надо же, какой завидный жених достался Варваре, и любящий, и толковый, да еще с собственной жилплощадью. Не мальчик, а находка.

— Не совсем моя, — ответил Саша. — Это квартира бабки, но она уже старая и живет с семьей своего старшего сына. А в квартире я периодически отдыхаю от родительской опеки. Но жить там постоянно не хочу, уборка, готовка, короче, бытовуха меня пока напрягает. В этом смысле с родителями жить удобнее.

— А много ли народу знают про квартиру твоей бабки? — полюбопытствовала я.

— Вообще-то достаточно, — вздохнул Саня. — Но нам разве есть из чего выбирать?

— Ты прав, Сашка, — согласилась я, — привередничать некогда. Поехали к тебе.

Мы снова разместились на мотоцикле, я, как и прежде, сидела в середине, как раненая, Варвара подпирала меня сзади, обхватив обеими руками под грудью. На этот раз переезд с юга города на север, минуя все центральные улицы и блокпосты, где нас могли остановить сотрудники ГАИ, занял много времени. На полпути, по моей просьбе, мы сделали небольшую остановку.

— Рука ноет, надо сделать анестезию, — пояснила я причину нашей остановки.

— Я не умею, — испуганно запротестовала Варя.

— Вы прямо здесь собираетесь это делать? — удивился Егоркин.

— Прямо здесь, Сашенька. Будь другом, зайди в круглосуточную аптеку. — Я указала на невысокое здание с противоположной стороны дороги. Над стеклянной дверью на первом этаже красовалась ярко-зеленая надпись: «Аптека, 24 часа». — Возьми одноразовый шприц на пять кубиков и упаковку лидокаина.

— Я мигом, — ответил Саня и побежал в аптеку.

Он вернулся через пару минут и протянул мне пакет.

— Я еще бинт взял, — сказал он.

— Ты молодец. — Я устало улыбнулась. — Сможешь набрать шприц, я одной рукой просто не справлюсь.

— Конечно. — Егоркин волновался, но я спокойно корректировала его неопытные движения. Когда шприц был наполнен, Сашка передал его мне. — Вы сможете сделать укол сами? — В этот момент он просто мечтал услышать ответ «да». И я ответила:

— Не волнуйся, твоя помощь не понадобится.

Я вколола иглу между большим и указательным пальцем, выпустила немного анестетика. Потом повторила эту же процедуру с другой стороны кисти, между мизинцем и безымянным пальцем. От клыков Дашки большой палец и мизинец пострадали больше всего. Когда боль немного утихла, я осмотрела руку. Кости целы, это самое главное, сухожилие на мизинце задето, движения пальца ограничены. Но и эту проблему можно решить, правда, не банальной анестезией посреди ночного города. Рано утром я планировала наведаться к знакомому медику, лучшему ветеринарному врачу города Тарасова.

— Ну что? — подгонял нас Александр. — Мы можем ехать дальше?

— Еще пару минут подождите. Мне надо сделать один важный звонок.

Я отошла в сторону, достала из кармана куртки сим-карту, вставила ее в мобильный телефон и набрала номер Володи Порошина.

— Женька, ты? — Он почти кричал в трубку. — Жива?

— Жива, — тихо ответила я.

— Цирк — твоя работа?

— Не совсем, но я там присутствовала.

— Ну, Евгения Максимовна, ты доиграешься! Опять на твою подопечную напали?

— Ага, — коротко ответила я.

— Что бы ты ни говорила, но мне придется открыть дело.

— Открывай свое дело, скоро твое дело получит интересное продолжение.

— Ты о чем? У тебя есть какие-то факты?

— Об этом потом, я звоню, чтобы узнать о самочувствии Николая.

— Это один из нападавших?

— Это один из пострадавших, — резко ответила я. — Уборщик из цирка.

— А, с этим все в порядке, он жив, не волнуйся.

— А пантера?

— Пантера? А какое тебе дело до кошки? — Мое беспокойство по поводу пантеры удивило Порошина. — Она жива, пока. Но ее, скорее всего, усыпят.

— Только не это, Володя, умоляю тебя, Колька никогда мне не простит этого. Спасите Дашку, пожалуйста, я все оплачу.

— Ты с ума сошла, Охотникова? Ты знаешь, что на клыках пантеры кровь. Не исключено, что она покусала человека. Дикая тварь, которая, хоть раз попробует человеческой крови, становится слишком опасной. Таких лучше сразу уничтожать.

— Умоляю тебя, Порошин, спаси Дашку. Скажи своим, что общество «зеленых» беспокоится за раненого зверя, или про спонсоров соври, которые готовы отдать любые деньги, лишь бы пантера осталась жива.

— Пантеру зовут Дашка? — совершенно спокойно поинтересовался Владимир.

— Да.

— А кого она покусала, ты не знаешь?

— Знаю, она меня покусала.

— Охотникова! — Порошин просто разразился нечеловеческим криком. — Немедленно в больницу, кошка может быть бешеной, она может быть заразной. Немедленно к врачу, ты поняла?

— Уже бегу, — выпалила я, но разговор сворачивать не спешила. — Слушай, про погибшего водителя иномарки с перестрелки на северной трассе уже что-то известно?

— Может, и известно, но я этого не знаю. Это дело не в моей компетенции. Но я слышал, в машине было двое. Что со вторым?

— Был жив, когда я уходила. — Я не стала сообщать Порошину, что опознала раненого пассажира иномарки. Мне хотелось поговорить с Ильей до того, как это сделают правоохранительные органы.

— Так, Евгения Максимовна, — бубнил Володя, — рано утром ко мне на аудиенцию. Буду ждать в девять утра.

— Немедленно начинаю собираться, — отшутилась я и отключила телефон. Потом открыла заднюю панель телефона, вытащила сим-карту и на ее место вставила другую, которая считалась у меня «нейтральной, для экстренной связи с городом».

И снова наша троица оседлала мотоцикл Егоркина, и снова мы помчались по улицам ночного города, петляя и уворачиваясь от любых подозрительных субъектов.

Было уже далеко за полночь, когда мы, уставшие, практически без сил, завалились в холостяцкое гнездышко Александра. Варвара первым делом пошла на кухню и загремела посудой. Сразу видно, девушка наведывалась сюда не раз, в квартире Егоркина она чувствовала себя хозяйкой.

— Чай, кофе? — крикнула Варя из кухни.

— Кофе, — ответили мы с Александром.

— Евгения Максимовна, вам с молоком или без? — уточнила она.

— Без молока, без сахара и покрепче.

Когда Варвара пришла с подносом, я обратилась к обоим:

— Ребята, прекратите называть меня Евгения Максимовна, в конце концов, я старше вас всего на восемь лет. Не такая уж большая разница. И вообще, имя Женя гораздо короче. И когда вы зовете меня на помощь, проще раз десять крикнуть: «Женя, помоги», чем два раза «Евгения Максимовна, спасите».

Моя невинная просьба заставила ребят улыбнуться.

— Хорошо, Евгения Максимовна, — начала Варвара. — Ой, простите, Женя. — Она захихикала. — Просто с самого начала вы показались мне такой серьезной и суровой, что я даже не представляла, как можно обратиться к вам по имени, язык не поворачивался.

— Раньше я действительно была суровой и серьезной. А теперь вы, ребята, стали для меня друзьями, и я хочу, чтобы имя Евгения Максимовна вы просто забыли, отныне я Женя. Всем понятно?

Их задорный смех говорил сам за себя, всем все было ясно.

Когда Саша предложил лечь поспать, я попросила отсрочки.

— Мне надо задать несколько вопросов Варваре.

— Тогда не буду вам мешать, — Егоркин вежливо удалился.

— Варя, я понимаю, что время позднее, ты устала. Но кое-что мне надо выяснить прямо сейчас, чтобы утром я знала, как действовать.

— Я совсем не хочу спать и готова ответить на любые вопросы, — ответила Варвара.

— Хорошо, тогда расскажи мне поподробнее о людях, которые окружали Кристину, о тех, кто часто бывал в доме.

— Я так и думала, вы подозреваете кого-то из наших. — Варя поникла. — Но я даже предположить не могу, кто мог совершить такую подлость.

— Наоборот, Варенька, я хочу исключить близких вам людей. — Робкие попытки успокоить девушку. — Но ты уже не ребенок и должна понимать, что просто так маячок не мог попасть в твой рюкзак, его туда подложили намеренно, и сделать это мог человек, который бывал в вашем доме.

— Ну хорошо, — неохотно согласилась Варя. — Я попробую вам помочь. Вас интересует кто-то конкретно?

— Меня интересуют все. — На самом деле меня очень интересовала личность Ильи, но я не стала выделять его из общего числа, чтоб не вызвать лишние подозрения у Варвары.

— Тогда начну с Леонида. — Она сделала паузу, я ее не перебивала, терпеливо ждала подробностей. — Они с Кристиной познакомились еще в школе. Сначала просто дружба, постепенно их отношения переросли в любовь. Я думаю, что Ленька настоящий идеал мужчины. Он преданный, любящий, внимательный. Сейчас редко встретишь мужчину с фантазией. Для многих букет цветов ко дню рождения — это великое достижение. А Леня всегда был выдумщиком. То заказал огромный рекламный щит с фотографией Кристины, это щит, кстати, полгода висел на выезде из города. Потом пригласил верхолаза, который в день рождения Кристи спустился по веревочной лестнице с крыши дома и прямо в окно бросил букет из ста одиннадцати роз. Это было так красиво. Я сама плакала от умиления. А Кристина, она просто рыдала от счастья. — Варя тоже пустила слезу, но тут же взяла себя в руки и продолжила: — Я думаю, подозревать Леонида в смерти Кристины просто кощунство, в это я никогда не поверю.

— А что ты можешь рассказать про его брата, Илью?

— Илья — обычный валенок, он без Лени даже пальцем пошевелить не может. Просто удивительно, как природа разделила между родными братьями свои подарки. Леня похож на волшебника, он может все, а Илья — нытик и зануда. Но Кристина его любила, говорила, что он весельчак и романтик. Илья пытался писать какие-то стихи, песни. Но мне все это жутко не нравилось.

— А чем занимается Илья?

— А это для всех нас загадка. Он непонятно чем занимается, но деньги у парня всегда есть. Говорит, халтурит, а где и как, непонятно. Леня звал его в свой бизнес, но Илья быстро устал от такой работы и ушел на вольные хлеба.

— А Людмила? — Эта ранняя птица тоже вызывала у меня интерес.

— Люда Сергеева хорошая тетка, они с Кристиной дружат уже лет двадцать, точнее, дружили, — поправилась Варя и снова загрустила. Я не решалась вмешиваться и просто ждала продолжения. — Она настоящий прагматик. Во всех начинаниях ищет смысл. Так забавно было слышать ее возмущения, когда идем на шашлыки. Она берет с собой полквартиры, и одеяло под попу, и зонтик на случай дождя, и аптечку, доверху набитую лекарствами. Людмила еще и боец хороший, любому мужику фору даст. Она, между прочим, мастер спорта по вольной борьбе, а еще замечательный стратег. — Варя улыбнулась. — Это Кристина ее называла стратегом, все предусмотрит, все рассчитает, просто так в омут с головой никогда не бросится.

Я задумалась, Люда Сергеева. Сергеева. В голове сразу всплыл не найденный сотрудниками милиции Сергеич из «Капели».

— А чем Людмила занимается?

— Раньше она в школе милиции преподавала, а потом они с мужем открыли свое дело, детский центр развития. Люда ведет там спортивную секцию, самооборона, карате и все такое. А муж ее, представляете, кружок танцев. Вот ведь как бывает, жена воин, а муж — балерина.

— Действительно, забавно, — ответила я и задумалась. Сейчас моими мыслями завладела Людмила, ее спортивная подготовка, ее прежнее место работы, все это наводило на подозрительные мысли. Я хотела спросить у Варвары, возможна ли связь между Ильей и Людмилой, но не решилась сделать этого. Девушка с таким воодушевлением рассказывает мне о своих родных и друзьях, а я вечно лезу с грязными подозрениями. Попробую выяснить это иначе, без Вариного участия.

— Женя! — окликнула меня Варя.

— Что? — Я вышла из ступора и посмотрела на Варвару.

— Вы устали, вам надо поспать.

— Нет, нет, со мной все в порядке. Продолжай.

— Ну, про Люду я уже вроде как рассказала.

— Тогда расскажи еще о Полине и об Олесе.

— Об Олесе? — Варя поморщилась. — Вы имеете в виду Кристинину сотрудницу по работе?

— Да, ее. Олеся утверждает, что она была близкой по-другой Кристины.

— Кого вы слушаете? — возмутилась девушка. — Эта дрянь еще смеет называть себя подругой. Да Кристина ее терпела из жалости, ни о какой дружбе там речь даже не шла.

— Правда? А говорила она так убедительно.

— Евгения Максимовна, а про любовников Кристины вам случайно не Олеся рассказала?

— Она.

— Тогда все понятно. — Варя откинулась на спинку стула и зло улыбнулась. — Вот же дрянь, и как только язык поворачивается оговаривать человека после смерти. У нее не рот, а помойная яма. Не удивлюсь, если во время гнусных рассказов про Кристину она успела обмолвиться о любовных проблемах других ее подружек. От одной муж ушел, у другой ребенок не от мужа.

— Как хорошо ты знаешь Олесю. — Я заулыбалась. — Именно так все и было.

— Еще бы мне не знать. Кристина частенько просила, чтобы я за ней на работу приехала, а то Олеся вечно в гости к себе зазывала, чтоб побольше подробностей о личной жизни выудить или про кого свежую сплетню рассказать. И ведь так активно зазывала, что лопатой не отбиться.

— Придется мне еще раз встретиться с Олесей и поговорить по-другому.

— Правильно, поговорите. А еще лучше, меня с собой возьмите. Вместе мы так поговорим, что Олеся весь алфавит со страху забудет. — Как же забавно ругаются нынешние молодые люди, я улыбалась, глядя на Варвару. Она размахивала кулаками, морщила лоб от возмущения.

— Ладно, Варвара, с Олесей мне все ясно, расскажи теперь про Полину.

— Про Полину? Ну, это наша двоюродная сестра, ровесница Кристины. Она работает бухгалтером в какой-то строительной фирме. Между прочим, Полина отличный специалист, ее на работе ценят и всегда поощряют. Но есть у нашей сестры один недостаток, она ужасная жадина. В долг у нее можно даже не просить, обязательно придумает отговорку, чтобы не давать денег. — Варя рассмеялась. — И на подарки никогда особенно не тратится. На Восьмое марта в прошлом году подарила женщинам по лотерейному билету. А на Новый год раздала всем «Счастливые фишки», представляете. И что интересно…

— Как ты сказала? — перебила я Варвару. — Что она вам подарила?

— «Счастливые фишки», а что?

— А ты знаешь, что в последнем розыгрыше «Счастливой фишки» кому-то удалось сорвать джек-пот.

— Правда? Я не слышала. А почему вас так это заинтересовало?

— А потому что победитель до сих пор не пришел за выигрышем. А ты знаешь, какое казино проводит этот розыгрыш «Счастливая фишка»? — Я не стала дожидаться Вариного ответа и озвучила название игрового клуба сама: — Это казино «Алмаз», и находится этот «Алмаз» на улице Миллерова.

— Вы думаете?.. — Варвара побледнела. — Вы думаете, Кристина шла туда… за своим выигрышем?

— Я сегодня же проверю это.

— Теперь понятно, что она имела в виду, когда сказала, тебя ждет большой сюрприз. — Варя снова заплакала и закрыла лицо руками.

Я не могла уснуть до утра. Во-первых, мучила раненая рука, а во-вторых, я поняла, что нахожусь так близко к развязке, что мозг работал как паровая машина, безостановочно выстраивая версии случившегося. Кристина узнала, что стала обладателем крупной суммы денег. Она узнала об этом еще до того, как ее сбила машина, в этом я не сомневалась. Об этом говорила и Кристина: «Если муж откажется заплатить за вашу работу, я оплачу все сама, у меня достаточно денег». Она знала о моих гонорарах от Аркадия Владимировича, и если так уверенно нанимала на работу, значит, не сомневалась, что выигранных денег вполне хватит, чтобы рассчитаться со мной. Но такой человек, как Кристина, даже предположить не мог, что сбившая ее машина — это не случайность, а самое настоящее покушение. По всей видимости, не одна она знала о своем выигрыше. Кто-то из ее окружения проверил номер ее счастливого жетона и захотел завладеть выигрышем самостоятельно. Когда от Кристины не удалось избавиться в первый раз, преступник предпринял вторую попытку, которая, к сожалению, оказалась удачной. И теперь этот кто-то выжидает, не спешит обменять счастливую фишку на деньги. Правда, я пока не понимала, как ко всей этой истории привязать нападения на Варвару, странный вопрос про город, в который хотела поехать Кристина, и таинственного Иванова К.Л., которого я так и не вычислила. На эти вопросы я, пожалуй, смогу ответить только после разговора с Ильей и после того, как навещу казино. Но в первую очередь мне следовало сходить к доктору. Боль в руке стала слишком сильной, с этим нельзя было больше тянуть.

Я прекратила валяться в кровати и рассуждать о жизни в семь тридцать утра. Ребята, обнявшись, крепко спали в соседней комнате. Я вышла на кухню, здоровой рукой написала записку, состоящую из четырех слов: «Сидите дома. Буду звонить», потом попила чай и пошла на прием к ветеринару.

Мой старый знакомый, Виктор Васильевич Котов, главный врач частной ветеринарной клиники, не раз оказывал мне медицинскую помощь и всегда повторял одни и те же слова:

— Евгения Максимовна, ну когда же вы поймете, что я не человеческий врач. Я лечу животных.

— Ну раны-то вы зашивать умеете. С собаками сплошь и рядом случаются подобные проблемы.

— Раны зашивать умею. Кстати, — он внимательно осмотрел мою руку. — Эти следы не похожи на укус собаки. Кто вас так?

— Кошка.

— Кошка? — усмехнулся Виктор Васильевич. — На кошку это тем более не похоже.

— Это дикая кошка, — пояснила я.

— Теперь понятно, почему от вас так странно пахнет, — усмехнулся доктор. — И что это за жизнь такая? — Он положил мою руку на миниатюрный операционный стол и сделал анестезию. — Нет, чтобы в мирное русло направить свою энергию, так вы, как нарочно, вечно лезете то в огонь, то под пули. Сухожилие задето. — Он переключил свое внимание на мою руку. — Чтоб к хирургу сходили. К нормальному хирургу, — строго сказал он.

— Как закончу дело, сразу к нормальному хирургу пойду, обещаю.

— Я уже перестал верить вашим обещаниям. — Котов склонился над операционным столом.

— Тогда клянусь.

— Клянитесь, клянитесь. — И человек полностью погрузился в любимую работу.

Я ему не мешала, сидела себе и в окно смотрела, любовалась пушистыми хлопьями свежего снега, которые падали на подоконник, образуя маленькие сугробы. Зима — красивое время года, но уж больно надоедливое, лично мне и одного снежного месяца в году хватило бы, чтоб на лыжах покататься, в сугробах поваляться, Новый год как полагается встретить — с пургой, метелью, с заснеженной елкой. А выходит все совсем не так, как хочется. Зима месяцев пять тянется, ну никакого терпения на нее не хватает, депрессии начинаются, хроническая усталость, даже лень иногда подступает, что со мной, в принципе, случается редко.


— Готово. — Виктор Васильевич вырвал меня из навевающих тоску размышлений и вернул в реальность. — Если за два дня не закончите свое дело и не попадете к нормальному доктору, приходите ко мне на перевязку.

Я взглянула на свою руку, туго перетянутую бинтом. Боли не было, но это временно, пока анестезия не прекратит свое действие.

— Но я очень надеюсь, — продолжал Котов, — что не увижу вас через два дня.

— Сделаю все возможное, чтобы вы меня не увидели, но на всякий случай не прощаюсь. — Я протянула доктору конверт с гонораром за проделанную операцию.

— Значит, так, анестезия отойдет, примите обезболивающее. За руль не садитесь и постарайтесь отказаться от беготни и драк, — напутствовал он меня на прощание.

Из ветеринарной клиники я сразу направилась домой, после борьбы с пантерой мне очень хотелось помыться, я ощущала неприятный звериный запах от своих вещей. Куртку вообще можно выбрасывать, мало того что она источала неприятный запах, так еще Дашка своими когтями разодрала рукава. Такая вещь теперь пригодится разве что бомжам.

Дома я набрала ванну, насыпала на дно морскую соль и капнула пять капель эфирного масла с ароматом грейпфрута. Поваляться в горячей воде и побалдеть минут двадцать, как я люблю, мне не удалось. Прооперированную руку нельзя было мочить, поэтому я положила ее на край ванны и в таком положении попыталась расслабиться. Я прикрыла глаза, но рука вскоре начала неметь, и я, покрутившись еще минуту, поняла, что балдеть буду в другой раз, когда рука заживет.

Наверное, я еще долго со смехом буду вспоминать это купание. Как я пыталась намылить мочалку, которую удерживала зубами, как наглоталась шампуня, пока открывала крышку флакона, опять же зубами, как заворачивала перебинтованную руку в непромокаемую шторку для ванной, когда собиралась встать под контрастный душ. Я посмеюсь потом, а сейчас мне было совсем не до смеха.


Глава 6 | Криминальные сливки | Глава 8