home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



152. Юмис

…он едет…


– Молодой человек, просыпайтесь! Вы еще билет мне не отдали и за постель не заплатили. Давайте восемь гривен или два доллара, а потом спите себе хоть до самой Вены.

– Нет, – бормочу, – до Вены мне не надо. Мне бы до Мюнхена добраться…

Меня не слишком милосердно трясут. Открываю глаза, и сознание мое тут же снова начинает угасать. Как такое может быть? Маша в уродливой железнодорожной форме потрясает дерматиновой папкой с билетами, ее чудесное лицо перемазано дешевыми сыпучими румянами, глаза обведены лазурными полукружьями, морковно-алый рот кривится в сварливой гримасе, словно под языком тает терпкий ломтик неспелой хурмы.

– Откуда ты взялась? – спрашиваю. – И, если уж на то пошло, откуда взялся я?

Она прячет в уголках губ лукавую улыбку, прижимает палец к губам. Дескать, молчи, делай вид, будто мы незнакомы. И повторяет, громко и бездушно, как образцово-показательный робот:

– Ваш билет, пожалуйста. И приготовьте деньги за постель.

Мгновение спустя я понимаю причину этого спектакля. Напротив сидит еще один пассажир. Мрачный мужчина в наглухо застегнутом костюме и очках с роговой оправой. Попутчик. Ай, как обидно!

Но досадная ситуация неожиданно легко разрешается.

– Ну вот видите! Вы заняли чужое место, – укоризненно говорит Маша. – Перейдите, пожалуйста, в соседнее купе.

Она вручает мне рюкзак и почти насильно подталкивает к выходу.

– Извините, – бормочу, раскланиваясь с соседом. – Неловко получилось, я сутки не спал…

Тот снисходительно кивает. Дескать, чего уж там. И я покидаю купе, влача за собою почти невесомый багаж.

– Ты в общем молодец, – смеется Маша, запирая двери купе, где нет никого, кроме нас. – Заснул в небесах, как распоследний болван. Мог бы и вовсе оттуда не вернуться… Но ты вернулся. И так ловко угодил в этот поезд – просто загляденье! Только с купе не угадал, – продолжая говорить, она берет полотенце, поливает его минеральной водой из бутылки и торопливо стирает с лица боевую раскраску. – Вагон-то почти пустой, сейчас за границу все больше самолетами летают… Но ты почему-то предпочел проснуться по соседству с этим дядькой. Медом он намазан, что ли? Пришлось мне похлопотать…

– Солнышко, все эти подвиги я проделал, не приходя в сознание, – вздыхаю.

– Догадываюсь. И это не есть карашо. Давай дневник, поставлю тебе двойку – что еще с тобой делать?

– У меня есть ряд предложений, одно другого непристойней. Огласить список?

– Не нужно. До сих пор воображение меня не подводило…

Перемазанное полотенце отброшено в сторону. Потрепанная тетка исчезла, превратилась в юную взъерошенную фею: круглые птичьи глаза, длинная лисья улыбка – наконец-то!

– Все хорошо, что хорошо кончается, – резюмирует чудесное мое видение. – Ты вернулся и движешься в правильном направлении, с неплохой, смею заметить, скоростью. Километров шестьдесят в час… А я, пожалуй, составлю тебе компанию. Прежде – помнишь? – я не раз приходила к тебе во сне. В ту пору тебе следовало уделять сновидениям больше внимания, чем так называемой «действительности», и я с удовольствием тебе помогла. А теперь я буду приходить к тебе в дороге. Потому что дорога, знаешь ли, стала наиважнейшим из твоих снов… Правда, это хорошая новость?

Вместо ответа я превращаюсь в огонь, который пляшет на поверхности ее кожи, а потом становлюсь милосердным дождем, погасившим пожар. Поднимаюсь к ней облаками теплого дыма, ласковой, горячей тьмой застилаю глаза, щекочу ноздри благоуханием лесных трав, терпеливо жду, когда она вдохнет меня, и наконец проникаю в кровь. Неспешно теку, заполняю ее, проникаю повсюду: в кончики пальцев, нежные мочки ушей, разветвленные лабиринты сухожилий. Что еще может сделать для любимого существа тот, кого никогда не было?

Поезд тем временем следует по заданному маршруту, мчится вперед по раз и навсегда проложенным рельсам. В настоящий момент эта информация не кажется нам занимательной. Но завтра, когда пассажирский состав в соответствии с расписанием прибудет к месту назначения, горстка счастливого пепла, оставшегося от меня, поспешно примет приличествующую случаю форму, соберет манатки и покинет купе, смятенно перелистывая на ходу собственный паспорт, чтобы найти там последовательность букв, составляющую ни к чему не обязывающее человеческое имя. Не то чтобы оно действительно имело для меня принципиальное значение, но некоторые вещи о себе все же лучше знать. На всякий случай.


151.  Юдифь | Энциклопедия мифов. Подлинная история Макса Фрая, автора и персонажа. Том 2. К-Я | 153.  Якши