home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 9

Утреннее солнце било прямо в мое окно и сверкало на волосах Китти, еще не собранных в прическу. Мы завтракали, сидя за маленьким столиком в гостиной.

– Я все еще похожа на ведьму? – спросила она.

– Нет. Ты похожа на женщину-пантеру. Ты грациозна, желанна и привлекательна.

– Это, наверное, благодаря тому, что я голая.

– Я повторю свои слова: твоей естественной красоте противопоказаны любые украшения, а в особенности – одежда.

– Но не идти же мне на работу голой. Кстати, который сейчас час?

Она глянула на свои маленькие часики и воскликнула:

– Уже половина одиннадцатого! А я преспокойно завтракаю здесь с тобой. Мистер Корли обязательно уволит меня сегодня.

– Он не сделает этого, если узнает, сколько тяжелой работы тебе пришлось переделать, дабы выполнить его поручение. Между прочим, Китти, неужели ты дорожишь этой работой?

– Другой у меня просто нет, – она пожала плечами.

Кофе, который приготовила Китти, был безумно вкусный. Я опорожнил уже три чашки и целился на четвертую. Как бы между прочим я напомнил ей:

– Не забудь, что в восемь вечера мы увидимся опять.

– Дэнни, – она вдруг нахмурилась. – Мы знакомы только один день. Вчера, когда ты зашел в нашу галерею, я заметила, что у тебя под мышкой висит револьвер. Ты долго и упорно терроризировал бедного мистера Корли, а после этого он посылает меня к тебе с каким-то дурацким заданием, утверждая, что это дело жизни и смерти. Скажи, как ты зарабатываешь себе на жизнь? Явно, что не службой в Министерстве здравоохранения.

– Я частный детектив, крошка. Ты знаешь, что это такое?

– Да. А сейчас ты, значит, ведешь дело, в котором замешан мистер Корли?

– Отчасти, да. Но не он один.

– А кто еще?

– Один известный тебе человек, тоже торгующий, антиквариатом.

– Не говори загадками, – она сделала удивленное лицо.

– Ты прекрасно знаешь, о ком я говорю. Ведь ты сама упомянула имя Осман-бея.

Она изумленно глянула на меня, а потом пробормотала:

– Верно. Но я совершенно забыла об этом. Хорошо, что ты напомнил.

– Девиз нашей фирмы: всегда к вашим услугам, – рассеянно сказал я.

Какая-то важная мысль крутилась в моей голове, а я все никак не мог ухватить ее.

Китти вскочила и, подбирая по пути предметы своего туалета, бросилась в спальню.

– Если я не появлюсь в галерее до того, как мистер Корли соберется на завтрак, он меня точно уволит!

"О чем я говорил с ней, – попытался вспомнить я. – Почему в моей голове внезапно родилось какое-то неясное подозрение? Нет, не против Китти, конечно. А против кого?.. Так, она заговорила о мистере Корли, а я вспомнил Осман-бея. Они работают в одной сфере и, несомненно, знают друг друга, тем более, что подписи Осман-бея имеются на счетах Корли. Почему же Осман-бей заявил, что не знаком с антикваром? Хотел обмануть меня? Не вижу в этом абсолютно никакого смысла. Ведь до этого он признался мне в действительно противозаконных предприятиях. Странно... А что, если Осман-бей действительно не знает Корли? Интересная мысль..."

Мимо меня к выходу промчалась уже полностью экипированная Китти.

– До свидания, Дэнни, – бросила она на бегу. – До вечера. Встретимся в восемь.

– Ты придешь сюда? – спросил я.

– Наверное. Я ведь даже не успела привести в порядок свои вещи. Ты лучше не заглядывай в спальню.

– Хорошо.

– Сейчас я действительно ощущаю себя женщиной-пантерой. Я так зарычу на Корли, что с ним случится сердечный приступ.

– Только не переусердствуй, милая.

– Пока! – ее голос затихал по мере приближения к лифту.

Дождавшись, когда по моим расчетам она сядет в такси, я быстро оделся, сунул револьвер в кобуру и позвонил в контору.

Бесстрастный голос Фрэн сообщил мне, что ничего примечательного не произошло, хотя не исключено, что произойдет в самое ближайшее время.

– Если позвонит человек по имени Джулиус Керн, запиши, пожалуйста, номер телефона, по которому его можно разыскать.

– Вы появитесь сегодня здесь?

– Вряд ли.

– Похоже, вы не в настроении, мистер Бойд?

– Наоборот. Но я настроен не на болтовню, а на дело. Пока, крошка.

– Пока, – в ее голосе слышалось удовлетворение.

Я не сомневался, что, узнав о моем предстоящем отсутствии, она тут же покинет контору.

Затем я позвонил на квартиру Осман-бея.

Ответил мне осторожный мужской голос:

– Слушаю.

– Это звонит Дэнни Бойд, – сказал я нетерпеливо.

– Счастлив снова услышать ваш голос, мистер Бойд. Честно сказать, уж и не думал, что когда-нибудь смогу с вами разговаривать. Какая жуткая ночь... Счастье, что все обошлось. Вернувшись, Джулиус Керн рассказал мне о вашем договоре. Его слова растопили лед, сковавший мое сердце.

– Спасибо на добром слове, мистер Осман-бей. Но мне нужно срочно обсудить с вами кое-какие детали.

– Это нельзя отложить? – осторожно спросил он.

– Нет, – отрезал я. – Дело безотлагательное.

– Когда вы намереваетесь навестить меня? – осведомился он.

– Немедленно. Я буду у вас через четверть часа.

Сказав так, я повесил трубку, чтобы Осман-бей не успел возразить мне.

Спустя пять минут я уже садился в такси. Хотя время было еще довольно раннее, жара достигала тридцати пяти градусов. Особенно досаждала липкая, удушающая влажность, так характерная для Манхэттена в это время года. На улицах и в парках кое-какую активность сохраняли только дети да голодные воробьи.

На этот раз дверь открылась в тот же момент, когда я коснулся кнопки звонка.

Это была первая, но не последняя перемена в жилище Осман-бея, с которой мне предстояло столкнуться. Даже прекрасная одалиска сегодня выглядела совсем иначе: фигуру ее украшало простое платье из хлопчатобумажной ткани, а лицо – огромные синяки.

– Это вы? – воскликнула она, впрочем без особого энтузиазма.

– Вы, кажется, провели не очень приятную ночь? – усмехнулся я. – Что произошло?

Она с ненавистью глянула на меня, но все же снизошла до объяснений.

– Все из-за вас, – буркнула она. – Сначала Джулиус пообещал, что пристукнет вас. А вернувшись, объявил, что вы стали друзьями. Говорил, что предлагал меня вам в подарок, да вы отказались. А раз Дэнни Бойд не снизошел до того, чтобы наказать провинившуюся девку, это сделал он сам.

– Жаль, что так получилось.

– На словах вам, может, и жаль, а на деле получилось так, что из меня сделали козла отпущения. Я сейчас ни сесть, ни лечь не могу. Ведь у меня не только лицо в синяках, а и все тело...

А вот в гостиной никаких перемен не наблюдалось. Свет не проникал сквозь плотные шторы, тяжелый дух турецкого табака щекотал ноздри, Осман-бей с обычным меланхоличным видом возлежал на подушках.

– Я жду вас, мистер Бойд, – сказал он. – Что за спешные дела привели вас сюда?

– Селина, – позвал я. – Подойди сюда.

Морщась при каждом шаге от боли, девушка приблизилась к нам.

– Слушаю, мистер Бойд.

– Помоги мистеру Осман-бею встать на ноги, – приказал я.

– Что такое? – возмутился тот. – Если будет нужно, я встану и без посторонней помощи. – Он с достоинством поднялся.

Вид у Осман-бея был странный. Борода казалась приклеенной, щеки нарумяненными, сильные худощавые ноги не гармонировали с огромным животом.

– Вот и хорошо, – сказал я, в упор глядя на него.

– Объясните, почему я должен стоять перед вами навытяжку, словно слуга? – кипятился он.

– Помните наш вчерашний разговор? Я упомянул о том, что Ломакс принял меня за подручного Корли, а не за вашего агента. Вы тогда удивленно спросили: "А кто такой Корли?"

– Я и сейчас не знаю, кто это такой. Мне не приходилось слышать об этом человеке.

– Это владелец галереи художественных изделий на углу Второй авеню, – спокойно сказал я. – Уже много лет вы сотрудничаете с ним. Ваши подписи имеются на счетах, хранящихся в бюро мистера Корли.

– Ах вот оно что! – он хлопнул себя по лбу. – Так вы имеете в виду этого Корли? Так бы сразу и сказали. Да-да, это тот самый антиквар...

– Тот самый, – подтвердил я. – Корли тот самый, а вот Осман-бей другой.

Борода была приклеена хорошим клеем, и он заорал, когда я попытался ее оторвать. Зато парик слетел в единый миг, обнажив седую, стриженную под ежик голову.

– Не объясните ли вы мне, мистер Мюрид, для чего вам понадобился этот маскарад? – спросил я. – Желательно, чтобы ваша история была правдивой.

– Обещаю, – он кивнул и сунул руку за пазуху.

Моя ладонь машинально сомкнулась на рукоятке револьвера, но я поборол искушение пальнуть пару раз.

Голубая рубашка задралась, из-под нее выскользнула надувная подушка, и фигура Мюрида сразу преобразилась. Затем он вынул из-за щек ватные тампоны и метаморфоза закончилась. Сутулый, уставший от жизни толстяк превратился в стройного мужчину с военной выправкой.

– Примите мои извинения за этот вполне невинный обман, – сказал Абдулла Мюрид. – Мне очень жаль, что так произошло.

– Если вы сейчас же не докажете, что на это имелись достаточно веские причины, то получите по зубам, – сказал я недружелюбно. – В противном случае я с удовольствием приму ваши извинения.

– У меня не было другого выхода, – сказал он, проглотив обиду. – Большая часть истории вам известна, а я расскажу то, что ей предшествовало. В течение многих лет я не знал о том, что Осман-бей использует наши связи для проведения своих собственных контрабандных операций. Раскрылось это недавно и совершенно случайно. Осман-бей в письме попросил переслать ему через мою дочь Марту редкое издание поэмы "Баязет". Он сам указал букиниста, продающего эту книгу, и цену, которую за нее следует уплатить. Я выполнил просьбу своего компаньона. Букинист сам запаковал книгу. Уезжая в Нью-Йорк, Марта взяла книгу с собой. А на другой день случилось то, что рано или поздно должно было случиться. Я застал одного из своих служащих, который разрешенные к экспорту древние курдские кувшины набивал долларовыми банкнотами.

– Вы передали его полиции? – спросил я.

Абдулла Мюрид на мгновение замолчал, его глаза мрачно блеснули.

– Прежде я допросил его сам. Он во всем признался, и мне стало ясно, что Осман-бей уже давно водит меня вокруг пальца. Я позвонил ему в Нью-Йорк и предупредил, что собираюсь предоставить все факты американской полиции. Он умолял меня не делать этого, но я бросил трубку. Спустя шесть часов Марта прилетела в Нью-Йорк...

Он стиснул зубы так, что те заскрипели.

– Этот подлец позвонил мне домой и сообщил, что Марта долетела благополучно, но ее сразу после этого похитили. Тут же он поставил мне условия: если я не стану передавать дело в полицию, с Мартой не случится ничего плохого. Как только мы заключим письменную сделку по этому поводу, моя дочь получит свободу.

– Он спросил о книге?

– Да, – Мюрид зловеще усмехнулся. – Он спросил, где она может находиться. Я ответил, что скорее всего в багаже Марты.

– Как вы действовали потом?

– Я вновь допросил своих слуг, причастных к контрабанде, навел кое-какие справки и выяснил, что человеком, нелегально переправлявшим бриллианты в Штаты, был некто Большой Макс Моррель, высланный в Европу федеральными властями за всякие грязные делишки. Я отправился к нему и предложил сделку: вы мне вернете дочь, а я вам бриллианты. Его это устраивало. Поскольку я отбывал в Нью-Йорк, он попросил меня связаться на месте с Джулиусом Керном, его доверенным лицом. Тот был обязан оказывать мне всяческую помощь. Когда мы встретились с Керном, он сказал мне, что Осман-бей заперт в винном подвале клуба "Оттоман", где Фрэнк Ломакс интенсивно его допрашивает. Еще он сказал, что Осман-бей отрицает какую-нибудь причастность к пропаже бриллиантов. Я не мог ждать дальше и, прикинувшись Осман-беем, нанял частного детектива для поисков моей дочери. Им случайно оказались вы, мистер Бойд.

Я спросил его:

– Вы знаете, что кто-то проник вчера в подвал клуба и убил Осман-бея?

Мюрид печально кивнул головой.

– Да. Но за что его убили? Я не могу понять логику американских гангстеров. Ведь со смертью Осман-бея обрывается вся цепочка, которая могла вывести нас на Марту и на бриллианты.

– Думаю, это сделал тот, кто даже не видел этой знаменитой книги, в которую они упакованы.

– Может быть. Если бы меня так не волновала судьба дочери, я сам бы занялся поиском бриллиантов.

– Еще не все потеряно, – успокоил я его. – Думаю, мы найдем и вашу дочь, и бриллианты Большого Макса. Вы можете связаться с Джулиусом Керном?

– Могу.

– Назначьте встречу на два часа. На ней должны присутствовать вы, я, Ломакс и Керн. Единственное место, где может находиться ваша дочь, – это дом Мэтью Корли. Но прежде, чем проникнуть туда, мы должны оговорить все детали.

– Хорошо, сейчас я поговорю с Керном, – он встал и быстро вышел из гостиной.

Мы остались наедине с Селиной.

– Значит, вы отказались от меня, – она надула губки. – Но я неплохо провела время. После ухода Джулиуса мы отлично развлеклись с Абдуллой.

– Вы ведь знали, что он не настоящий Осман-бей?

– Знала. Сначала, конечно, я была приставлена к Осман-бею, но когда того забрал Ломакс, я здесь так и осталась. Как мужчина Абдулла гораздо привлекательнее.

– А скажи-ка, дорогая... Настоящий Осман-бей связан с Беатрис Корли? Ты не замечала ничего подозрительного?

– Нет, – она пожала плечами. – А почему вы спрашиваете?

– Да так... Видимо, Осман-бей был гораздо хитрее, чем о нем думали окружающие. Он прекрасно понимал, что Джулиус приставил вас шпионить за ним, но не пытался освободиться от этой опеки. Он вполне здраво рассудил, что уж если за ним следят, то пусть лучше это делает аппетитная бабенка. Ведь нам не часто выпадает возможность даром пользоваться таким телом, как у вас, Селина.

– Мерзавец! – она покраснела от гнева.

– Вам не нравится? – удивился я. – Тогда у меня есть деловое предложение. Перестаньте цепляться ко мне, а я отстану от вас.


Глава 8 | Гурия для заклания | * * *