home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 3

Вновь заныли запястья и щиколотки, а грудная клетка сдавила мои легкие так, что я не могла прошептать ни единого слова.

Почему я решила, что могу расслабиться?..

Медленно повернувшись, я увидела в глубине комнаты мужчину.

Он был похож на Генри Фонда. Шатен, ни грамма лишнего веса. Такой обычно нравится дамам: сухопарый, поджарый — хищник, одним словом.

Мы смотрели друг на друга, и его пронзительный взгляд вынудил меня отвести глаза. «Нет, мы вряд ли подружимся», — подумала я и застегнула кофточку.

— Да, я — мисс Зейдлиц. — Приключения этой ночи заметно поубавили твердости в моем голосе, и уж совсем вяло я добавила: — А что вы делаете в моем номере? Кто вы?

Он успокоился как будто, переменил позу и сказал небрежно:

— Меня зовут Леопольд, если это вас устроит. Я буду звать вас Мэвис. Ведь вы — Мэвис?

— Да.

— Вот и отлично! Можете звать меня Лео, — он улыбнулся. — Поработаем на славу.

— На что? — тупо произнесла я.

— Не надо притворяться. Я видел, как вы встретились с Питером и направились вместе с ним к шефу.

— А я вас и не заметила.

— Значит, в агентстве Рио работают ненаблюдательные люди, — Леопольд криво усмехнулся. — Но в любом случае вы меня устраиваете.

«Ничего не понимаю», — подумала я, но промолчала.

Не торопясь, я уселась в кресло и стала придирчиво рассматривать форму своих ногтей на левой руке.

— Вы должны согласиться, мисс, — Леопольд форсировал голос. — Я предлагаю вам двойной гонорар. Надеюсь, вас это устроит.

— У...устроит.

Я тянула время, чтобы из дальнейшего разговора понять, во что влипла на этот раз.

— Ну, вот и поладили, — непрошеный гость начал шарить у себя по карманам. — Смотрите: задаток!

Развернув купюры веером, он дал мне возможность убедиться, что держит в руках тысячу долларов, затем эффектно положил деньги на стол.

— Берите. Они ваши.

Я сказала:

— Ого, круглая сумма!..

И добавила про себя: «...для круглой дурочки».

— Я вижу, вы деловая женщина и довольно быстро решаете все сложные вопросы! — Леопольд просиял, и глаза-льдинки стали просто подкрашенной водичкой.

— С таким партнером, как вы, дела делаются быстро, — грубо польстила я.

Лимит любезностей, очевидно, был исчерпан, улыбка Лео погасла, он засобирался к выходу.

— Завтра жду вас с отчетом. Или нет — лучше я сам навещу вас, — сказал он сухо. — Гуд бай!

Он дошел почти до двери. Я же не могла оторвать взгляда от его денег.

— Мистер Леопольд!

— Да-да.

Мужчина обернулся, держась за ручку двери и глядя на меня с недовольством.

— Я должна дать вам завтра отчет. О чем? О чем будет мой отчет?

Леопольд скривился. Ему не понравилась моя реплика. Он совсем не собирался озвучивать свои мысли на тему: тысяча баксов и за что их дают.

— Мэвис, до сих пор вы вели себя как деловая женщина. Откуда такие вопросы? Вы же не хотите нарваться на грубость, не так ли? — От его улыбки по моей коже побежали мурашки. — Есть вещи, о которых не говорят в приличном обществе.

— Когда женщине дают деньги, она их тратит. Это общеизвестно. Потратить деньги я сумею и сделаю это с удовольствием. Но за что они достались именно мне?

— Вы прилетели в Новый Орлеан с определенной целью. Действуйте! Но я должен быть в курсе всех предпринимаемых вами шагов.

— А шеф? Как быть с ним? — я вспомнила Большое Пузо.

— Он не должен догадаться, что вы водите его за нос.

— Хм...

— Ложитесь-ка спать, Мэвис. Утром вы «дозреете», а сегодня, я вижу, вы находитесь под впечатлением от нашего карнавала. Доброй ночи!

Ушел.

Я смотрела на закрытую дверь и хлопала ресницами. Не мираж ли этот Лео, так похожий на Генри Фонда? Но деньги!.. Вот они, лежат на столе.

Что-то определенно происходит. Я попала в какой-то механизм и ухитрилась стать одним из его колесиков.

Я уже почти разделась, когда зазвонил телефон.

Кто бы мог беспокоить меня в такое время? О, у меня в Новом Орлеане уже целая куча знакомых: толстяк, Питер, Леопольд и — как я могла пропустить! — Рауль де Шен!

Звонил именно он.

— Мэвис...

Господин с французской фамилией говорил полушепотом, как придушенный. Я ответила:

— Слушаю вас.

— Мэвис, может быть... вам нетрудно приехать ко мне? Кажется, я нахожусь под наблюдением. За мной следят. Кто-то ходит под моим окном уже больше часа.

— Мистер де Шен, а вы не преувеличиваете?

— Моя интуиция подсказывает, что дела плохи. Приезжайте, Мэвис.

— Хорошо, говорите адрес.

— Ваш приезд напугает убийцу... если там убийца, — мой клиент, судя по голосу, сильно струсил. — Тот, кто охотится за мной, услышит ваши шаги и уйдет.

Он был в панике, если нес такую околесицу.

— Я приеду. Сообщите, где вы находитесь.

— Здесь неподалеку... Но лучше возьмите такси. И побыстрее, Мэвис. Я очень надеюсь на вас.

Он продиктовал мне адрес и положил трубку.

Беспокойная ночь постепенно перешла в бесконечное предутреннее ожидание, время фантомов и миражей.

Но если здесь и водились призраки, сегодня они остались без работы: улицы города были все так же многолюдны. То пробежит ватага пьяных матросов, то начнет куролесить компания веселых масок, то затянет нестройную, но разудалую песню сборище студентов.

Такси ехало медленно, останавливаясь и пропуская участников карнавала, для которых правил уличного движения уже не существовало. Я пожалела, что послушалась де Шена и не пошла пешком.

Наконец мы подъехали к дому, где был мой клиент. Он сказал, что его апартаменты находятся на первом этаже.

Постучавшись в дверь апартаментов, я вдруг заметила, что она приоткрыта.

Я вошла и громко позвала:

— Мистер де Шен!

Тишина.

Что же могло случиться?

— Мистер де Шен! Здесь Мэвис! Ответьте мне!

Не уснул ли он? Я начала обходить просторную комнату, заглядывая во все углы. Мои шаги путали меня. Зачем я приехала сюда? Вместо того, чтобы видеть третий сон и отдыхать, я занимаюсь совсем не женским делом! В незнакомом месте ищу человека, которого, возможно, уже нет в живых.

И тут я увидела его.

Комната рядом была спальней Рауля де Шена. Я шла в спальню и едва не наступила на его руку.

Тело было распростерто на ковре. Глаза широко распахнуты, руки раскинуты. Рауль лежал, глядя на меня, а его лоб был отмечен черной дырой — воронкой, втянувшей в себя всю мою храбрость.

Я не могла оторвать взгляда от этой дыры.

— Рауль...

Я тихо позвала красавчика, но щеточка его усов не дрогнула и рот не расплылся в великолепной улыбке.

Убийца где-то рядом. Я оглянулась: никого.

Он мог спрятаться и следить за мной, держа палец на спусковом крючке.

Надо уходить! Убегать! Пока тот, кто убил Рауля де Шена, не прикончил и неугомонную Мэвис Зейдлиц. Возможно, это Питер, а я знаю, какой любовью он ко мне пылает.

Я выскочила на улицу и почти бегом направилась к своему отелю. Никто не обратил внимания на спешащую девушку, никто не остановил меня.

В номере я налила стакан воды и начала пить мелкими глотками, стараясь не расплескать. Руки мои дрожали, зубы стучали о стекло стакана.

Случилось то, чего я больше всего опасалась. Мой клиент убит. Я как детектив оказалась несостоятельна. На агентство Рио легло несмываемое пятно. Хуже некуда.

Вы видели, как плачет Мэвис Зейдлиц? Это очень некрасивое зрелище.

Наплакавшись, я решила, что завтра, то есть сегодня, я должна уйти из агентства Рио и подыскать себе работу поскромнее. Буду секретаршей, буду домохозяйкой, буду агентом по продаже косметики... Я перебирала всевозможные варианты своего никчемного применения, пока не поняла, что в этом мире нет для меня другой работы, кроме как сыскной, и нет другой роли в жизни, кроме как роли детектива в юбке.

Ладно, пока у меня есть дело: покинуть Новый Орлеан. А это значит: купить билет, сесть на самолет, вернуться к Джонни. А там... посмотрим.

Раздевшись, я легла в постель, закрыла глаза и стала ждать утра.

Перед моими глазами стоял Питер с розовой гвоздикой в петлице. Потом — приподнимающийся из кресла его тучный шеф. Большое Пузо сменил сухопарый Леопольд с деньгами, зажатыми в кулаке, как колода карт... Выплыло лицо де Шена с дырой во лбу.

Я прогоняла эти видения, но они возвращались вновь и вновь, как будто кто-то крутил и крутил в моем мозгу эту страшную карусель.

Вдруг я услышала негромкие шаги за дверью.

Там определенно кто-то был!

Шаги были неуверенные. Я вспомнила, о чем говорил де Шен за час до своей смерти: он говорил, что кто-то ходит под его окном.

Кто-то ходил под окном де Шена, а потом де Шена убили. Теперь настала моя очередь. Но за что? Я не обладаю даже той крупицей информации, за которую следует наказывать смертью!

Шаги.

Я была на грани истерики. Мысль о том, что за дверью может находиться подвыпивший гуляка, даже не приходила мне в голову.

Надо что-то делать. Я зажгла ночник и потянулась за одеждой.

Вдруг ручка двери стала медленно поворачиваться.

Бог мой, я забыла запереть дверь! Или я ее запирала? Не помню.

На пороге стоял мужчина.

Может, он пьян? Почему его шатает из стороны в сторону? Свет ночника не давал разглядеть лицо. Я не видела, что находится в руке посетителя: бутылка с виски, букет или револьвер.

— Как вы посмели сюда войти? Кретин!

Я хотела кричать, визжать, топать ногами, но голос мой предательски охрип и уже еле слышно я добавила:

— Уходите, пожалуйста.

Он не послушался и двинулся ко мне. Его походка выдавала в нем не убийцу, а, скорее, ожившего мертвеца.

В ужасе я зажмурилась. Сейчас костлявые пальцы сдавят мое горло, и я услышу зловонное дыхание...

Нет, лучше встретить смерть лицом к лицу.

Я открыла глаза. Передо мной действительно был оживший мертвец. Он смотрел на меня в упор.

— Это вы, мистер де Шен?!

Привидение качнулось, и рука Рауля де Шена схватилась за спинку кровати.

Наверное, я потеряла сознание, а когда очнулась, то увидела, что мой убитый клиент нависает надо мной, как туча.

— Мэвис, очнитесь.

Я заслонилась руками, замахала, чтобы отпугнуть нечистую силу. Но голос Рауля де Шена продолжал монотонно бубнеть:

— Мэвис, очнитесь, это я... я пришел...

— Вы мертвы! Я видела вас мертвым, у вас прострелена голова! Уходите!

Мои нервы были истощены.

— Да, — сказал де Шен голосом, лишенным всех красок и оттенков. — Я умер.

Глаза его не мигали, они светились изнутри каким-то нечеловеческим светом. Веки не дрожали, губы почти не двигались. Мистер де Шен был ни жив, ни мертв — в буквальном смысле. Скорее, мертв, ибо во лбу его по-прежнему зияла дыра.

— Зачем вы пришли? — закричала я. — Чтобы убить меня? Может, в этой ситуации мне надо было осенить себя крестом? Я ничего не соображала.

— Я умер, но я существую, — опять начал вещать мистер де Шен. — Вуду оживили меня. Я могу передвигаться среди людей и общаться с ними. Я зомби. Я ничего не чувствую. Слушайте меня, Мэвис.

— Но чего вы хотите? Я скончаюсь от этого кошмара! Я выпрыгну из окна! Я позову полицию!

Мои стенания отскакивали от полутрупа, как горошины от стены.

— Мэвис, вы должны знать. Я пришел, чтобы вы знали.

В это мгновение он коснулся моей руки. Я дико вскрикнула: рука покойника была, как лед.

— Мэвис, мы оба оказались бессильны перед могуществом вуду. Буду наказали меня за то, что я поделился с вами своим секретом. Теперь такая же участь ждет вас. Исчезните. Возвращайтесь, Мэвис, в Нью-Йорк и забудьте Новый Орлеан. Если вы хоть кому-нибудь расскажете о вуду, как я рассказал вам, то станете мертвой. Все будут мертвы... Забудьте меня и все, что вы здесь видели. Прощайте, Мэвис.

Дергаясь и шатаясь, он пошел к выходу.

Я сидела на постели, сцепив зубы и обхватив себя руками. Я была, как кролик, загипнотизированный удавом.

Де Шен вышел, тихо закрыл дверь. Его шаги еще слышались какое-то время и пропали.

Полная тишина.

И вдруг за окном резко закричала какая-то птица. Возможно, петух.


Глава 2 | Доброе утро, Мэвис! | Глава 4