home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 10

Лиз смотрела на меня горящими от возбуждения глазами.

— Наверняка это был Хэл Мерсер, Эл! Все сходится: мотивом убийства была ревность. И у него имелись и время, и все возможности сделать это. Он был в аэропорту, но так и не сел в самолет. Поехал домой за винтовкой…

— На чьей машине? — перебил я. — Позднее тем же вечером сюда приехала Айрис Мерсер на их собственном автомобиле.

Лиз нетерпеливо передернула плечами.

— Возможно, он заранее взял напрокат машину и оставил ее в аэропорту. Потом приехал на ней сюда и убил Гленна. Услышав, что появилась Айрис, он выскользнул из дома…

— Включил и выключил свет, выбил мне двумя выстрелами фары, а потом уехал неизвестно на чем, — снова перебил я. — А потом, терзаемый угрызениями совести, решил застрелиться. Куда девалась его машина?

— Знаешь, Лиз, это серьезный аргумент, — заметил Джил Лейн. — Автомобиль не может просто растаять в воздухе?

— Может, он оставил его на обочине, — не сдавалась брюнетка, — а кто-то наткнулся на него и украл!

— Например? — огрызнулся я. — Вряд ли кто-нибудь живет по эту сторону гор. Ближайший дом находится по меньшей мере в трех милях отсюда!

— Думаю, лейтенант прав, — мягко вмешалась Натали.

— Нет, он ошибается! — бросила Лиз.

— Я считаю, что это Мерсер, — медленно произнес Херман Ллойд. — Кто же еще?

— Я воздерживаюсь от выводов, — равнодушно заявил Джил Лейн. — Но, если хотите знать, я склонен поддержать Эла. Он не получил ответа на вопрос, что случилось с машиной. И я не могу придумать мало-мальски правдоподобного объяснения.

— Повеселились, и хватит, ребята, — холодно объявил я. — Я собрал всех здесь не для того, чтобы решить, убил Мерсер Торпа или нет. Я не верю, что он это сделал, поэтому должен выдвинуть какие-то альтернативные предположения. Вот истинная причина, по которой я попросил вас приехать. Хочу, чтобы вы помогли мне проверить мою версию и определить, вписываются ли они в общую картину.

— Гений сыска вернулся. — Присвистнув, Лиз махнула рукой.

Я преподнес им теорию, которую так тщательно разработал в машине, о тайном вдохновителе и руководителе; стоя за спиной Торпа, он планировал каждый шаг художника-шантажиста. Лиз тряслась от хохота, а Джил сидел задумавшись. Херман был явно смущен, а Натали, по-моему, даже не слушала. Похоже было, что я стартовал неудачно.

— На первый взгляд, остроумная теория, лейтенант, — вежливо заметил Херман. — Но затевать всю эту возню ради жалкой суммы?.. — Он пожал массивными плечами. — Лиз уплатила две тысячи, вот и все!

— И я уплатила три, дорогой, — небрежно бросила Натали.

— Да, — машинально кивнул он, — ты уплатила… — С отвисшей челюстью Херман уставился на жену.

— Так что теперь ты можешь перестать притворяться, что до сих пор ничего не знал, — твердо заявила она.

— Хороший вопрос, Херман, — Громко сказал я. — И не просто хороший, а отличный! Потому что, можете быть уверены, я пока не знаю на него ответа!

Ллойд тут же забыл про свою жену и повернулся ко мне.

— Я вас не понимаю, лейтенант.

— Давайте все вместе подойдем к столу, и я попытаюсь объяснить, — предложил я. — И не стоит относиться к этому, как к партии в бридж с соседями, которых вы ненавидите.

— Что дальше? — поинтересовалась Лиз, вставая со стула. — Фокусы?

Я уселся во главе стола, по обе стороны которого разместились чета Ллойдов и другая парочка. Затем я выложил на стол фотографии четырех обнаженных дам.

— Элементарная арифметическая операция, — сказал я. — Лиз — две тысячи. — Я отложил ее фотографию в сторону. — Неизвестная, неопознанная длинноволосая блондинка — четыре тысячи. — Ее фотография легла рядом с фотографией Лиз. — Натали — три тысячи. Остается Айрис Мерсер. Торп считал, что из нее можно вытрясти пять, но этому не суждено было сбыться, потому что Гленна убили. Девять тысяч за шесть месяцев; если считать Айрис — четырнадцать за семь. Минус проценты Дюма за обеспечение легального прикрытия для денежных выплат. Вы правы, Херман. Для такого человека, как Торп, который, как мы знаем, любил женщин, это была хорошая кормушка. Но настоящий делец даже и связываться бы не стал с такими деньгами!

— Так о чем мы толкуем? — простонала Лиз.

— О неизвестном факторе, — спокойно сказал я и положил одну из фотографий обратно в центр стола. — Придумайте имя этой длинноволосой блондинке, например, Анна Хиллбранд, и таинственный шеф снова в деле.

Натали посмотрела на мужа.

— Племянница старика?

— Это она, — пробормотал Херман.

— Прости, Эл, — тихо сказала Лиз. — Конечно, мы все знали, кто она. Но не решились назвать тебе ее имя.

— У меня просто сердце обливается кровью, Лиз, — с иронией произнес я.

— Погодите, Эл! — вмешался Джил, приглаживая рукой свои длинные черные волосы. — Вы сказали, что, раз замешана Анна Хиллбранд, мошенник снова в деле.

Но с другой стороны, пару минут назад вы сообщили, что она уплатила четыре тысячи долларов. Разве это такая крупная сделка?

— Эту сделку Торп провернул на стороне, он обманул своего шефа, — объяснил я. — У Гленна был готов портрет обнаженной Анны, и, конечно, у него чесались руки, а его шеф не разрешал использовать портрет. Поэтому художник отправился к единственному человеку, который заплатил бы ему наличными в обмен на товар — Хэлу Мерсеру, личному помощнику Хиллбранда.

Я закурил сигарету, подошел к двери и привалился к ней спиной.

— Почему вы все не сядете? — резко бросил я. — Никто никуда не уйдет, пока я не закончу. Все вечеринки в прошлом.

Присутствующие вернулись к своим стульям и снова уселись, внимательно глядя на меня. Я мысленно скрестил пальцы в надежде, что оставшиеся двадцать процентов кусочков головоломки тоже встанут на свои места.

— Сегодня днем я разговаривал с Анной Хиллбранд в доме на севере Парадиз-Бич. — Я кратко изложил им историю девушки. — Еще один факт ложится в общую картину, — сказал я в заключение. — В тот вечер в аэропорту Мерсер был пьян и хвастался своей жене, что скоро прижмет Хиллбранда. Когда Айрис насела на него с требованием все объяснить, Хэл сказал, что нашел человека, который никогда не существовал, и связал его с девушкой, которой никогда не было и не будет.

— Ничего не понимаю! — проворчал Херман.

— Девушка, которой никогда не будет, вероятно, Анна Хиллбранд, — предположила Натали. — Все говорят, что старик ее чересчур оберегал.

— А мужчина, который никогда не существовал, это наш партнер Гарсиа, ты, клуша! — Джил Лейн чуть не подавился от смеха. — Гарсиа! По какой-то темной причине он решил использовать это имя как псевдоним.

— Помнишь, Лиз, ты мне рассказывала, как Торп заявил, что двух тысяч ему недостаточно. И если у тебя нет наличных, то ты должна стать сводней? — спросил я.

Лиз вздрогнула, но ее голос оставался спокойным:

— Да, помню, Эл.

— Находить для него подходящих подружек, скучающих жен, богатых дам — он так говорил? — Брюнетка кивнула. — Кого вы ему нашли, Лиз?

— Натали, — тихо сказала она, — и Айрис Мерсер.

— Что? — Синие глаза Натали потемнели от гнева. — Ты, грязная шлюха! Хочешь сказать, что моя встреча с Гленном на твоей вечеринке была подстроена?!

— Поздновато беситься по этому поводу, — заметил я. — Успокойтесь!

— Я успокоюсь, — кипя злобой, заявила Натали. — Но никогда этого не забуду!

— Ты забыла про Анну Хиллбранд, Лиз, — напомнил я. — Расскажи, как кстати подвернувшаяся мигрень заставила тебя удалиться в свою спальню через полчаса после того, как в гости к тебе случайно зашел Торп. И ты оставила Анну с ним наедине. А кто тебя саму подставил этому великому любовнику?

— Что ты имеешь в виду? — строго спросила брюнетка.

— Ты подставила тех трех. Разве тебя в свою очередь никто не подставил?

— Нет. Я встретила Гленна чисто случайно в ночном баре. Мы разговорились, так все и началось.

— Он нарисовал тебя обнаженной просто так, без всякой причины? — прищурился я.

Лиз покраснела.

— Торп сказал, что такого красивого тела, как у меня, он не встретил ни у одной женщины, — почти прошептала она. — Наверное, мне хотелось ему верить…

— Затем в один прекрасный день, когда ты восхищалась своим портретом, тебе в голову вдруг пришла мысль, — начал рассуждать я. — А что, если бы это был портрет замужней женщины, написанный ее любовником? Сколько она заплатит за то, чтобы этот портрет не попался на глаза мужу?

— Не мели чепуху! — выпалила она.

— Я не совсем уверен в том, что Эл мелет чепуху, — спокойно возразил Джил Лейн. — Разве лейтенант не сказал в самом начале, что хочет проверить свои предположения и посмотреть, не впишутся ли они в общую картину? — Он щелкнул пальцами, и от этого резкого звука напряжение в комнате достигло высшего предела.

— Джил! — Лиз умоляюще посмотрела на него. — Пожалуйста, не надо!

Взгляд Лейна стал жестким и настороженным, и было в нем еще что-то неуловимое. Может, намек на торжество победителя, подумалось мне. Джил продолжал щелкать пальцами, все время ускоряя ритм.

— О Господи! — Выдержка изменила Лиз, и она расплакалась. — Чего ты добиваешься? — бессвязно повторяла она. — Я больше не могу! Я тебе уже говорила сегодня вечером. Я больше не могу, Джил. Ты меня слышишь?

— Наша Лиз, — ликующе произнес он. — Она же шеф?

Лиз закрыла лицо руками и громко зарыдала. Натали с нескрываемым торжеством смотрела на нее. Я почувствовал жалость к Херману Ллойду, потому что понял, что он женат на одной из самых отъявленных стерв, которые когда-либо рождались на этой земле.

— Лиз! — Я вложил достаточно мощи в свой голос, чтобы перекрыть ее рыдания. — Анна наверняка рассказала тебе, как Мерсер набросился на нее в машине. Ведь она считала тебя своим единственным настоящим другом. Верно?

— Да! — Брюнетка подняла измученное лицо и посмотрела на меня; в ее взгляде странным образом смешались страх и презрение. — Конечно же, черт возьми, рассказала!

— И тогда Лиз, то есть шеф, поняла, что художник ее надул. Это чертовски захватывающая история, — весело заявил Джил. — Как думаете, Эл, мы уже приближаемся к вершине? Вот почему она убила Гленна Торпа — из мести?

— Все, что касается убийства Торпа, вертится вокруг двух основных пунктов, — сказал я. — С одной стороны — Хиллбранд, большая шишка. С другой стороны — ваше рекламное агентство, которое рухнет, как только лишится поддержки Хиллбранда. Четыре женщины, вовлеченные в шантаж с помощью портретов, — это племянница Хиллбранда, жена его личного помощника, жена одного из партнеров в агентстве, а также управляющая счетами клиентов из того же агентства. — Я посмотрел на Ллойда. — Могу себе представить, что значит быть партнером в вашем агентстве. Это значит работать как проклятый и в то же самое время сознавать, что находишься полностью во власти Хиллбранда. Это может сделать жизнь невыносимой.

— Действительно, иногда я плохо сплю по ночам! — Херман пожал плечами. — Все равно мало что можно сделать. Только работать и постараться изменить ситуацию.

— А трюк с портретами обнаженных женщин может в этом деле сыграть свою роль? — осторожно заметил я. — Вы могли бы задумать план изменить ситуацию таким образом, чтобы Хиллбранд оказался в вашей власти.

— Простите, лейтенант, — растерянно произнес Ллойд. — Вы ставите меня в тупик…

— Наверное, это потому, что вы администратор, Херман, — улыбнулся я. — Человек, который постоянно имеет дело с реальными фактами. Для такой фантастической идеи, которая пришла в голову нашему воображаемому шефу, требуется почти гений!

Ллойд, раскрыв рот, недоверчиво уставился на меня.

— Лиз? — выдохнул он.

— Эта девушка достаточно честолюбива, чтобы помогать своему шефу, — возразил я. — Но пожалуй, хватит.

У нас не остается выбора. Как однажды выразилась Лиз, это должен быть человек с блестящим творческим умом.

Ваш партнер, Херман, и одновременно тот, кто оживил несуществующего партнера Гарсиа!

— Что это, Эл, как будто неудачная шутка? — Лейн опустил веки, и длинные ресницы скрыли его сосредоточенный взгляд.

— Я не шучу, старина Джил! — огрызнулся я. — Во-первых, у художника не хватило бы на это мозгов. Идея зародилась у вас, когда вы увидели обнаженную Лиз на картине. Потом вы задумались над тем, под какой вывеской получать деньги. Торп знал одного владельца картинной галереи по фамилии Дюма. Наш гений решил, что если деньги за шантаж будут идти на оплату законной сделки по продаже картины, то все будет в порядке. Оставался один последний вопрос: можно ли доверять Дюма? Поэтому вы использовали портрет Лиз для его проверки. Она отправилась в галерею и вручила две тысячи долларов за дурацкую мазню, а Дюма тут же приехал сюда и передал деньги Гленну за вычетом комиссионных. Таким образом, у вас все было готово.

Первой вашей жертвой оказалась жена вашего партнера. Потом вы нацелились на главную мишень, Анну Хиллбранд, и все вышло как нельзя лучше. По крайней мере, вы так считали до тех пор, пока Лиз не передала вам рассказ Анны о Мерсере. Тогда вы поняли, что Торп обманул вас на стороне. Но гораздо хуже было то, что личный помощник Хиллбранда Мерсер представлял собой реальную угрозу вашему тщательно разработанному плану.

— Вы рассказываете не так, как было на самом деле, старина, — небрежно бросил Джил, — но у вас хорошо получается! Что дальше?

— В качестве следующего задания художнику вы наметили Айрис Мерсер. Он не осмелился протестовать, чтобы не вызвать у вас подозрений. Поэтому и жил в постоянном страхе, что либо вы, либо Мерсер обнаружите, что он вас обманывал. Да, Джил, в этом есть что-то от Маккиавелли!

— Наконец-то кульминация! — Лейн снова принялся щелкать пальцами, но на этот раз не так громко. — Жду не дождусь эпилога и момента истины, когда с настоящего негодяя срывают маску!

— Лиз наверняка рассказала вам о командировке Мерсера в Детройт, — продолжал я. — Вы взяли напрокат машину и оставили ее в аэропорту. Затем подождали, пока Хэл отправится к самолету. Догадываюсь, что, если бы с ним рядом оказалась жена, это было бы для вас несчастьем. Вам пришлось бы дожидаться другого случая. Вы ринулись к нему и выложили историю об отношениях Айрис и Торпа. Мол, в тот самый день вы видели ее портрет в обнаженном виде в доме художника. Убедить его в этом не составило особого труда, потому что вы описали ее во всех деталях, включая родинку на внутренней поверхности левого бедра.

Мерсер отреагировал точно так, как вы и рассчитывали. Особенно если учесть, сколько он выпил в аэропорту.

Вы поехали к нему домой, чтобы взять винтовку, а потом привезли его сюда. — Я насмешливо улыбнулся. — Как только в человеке действия просыпается аналитический гений, все начинает рушиться! Приехав сюда, вы обнаружили, что у Торпа сидит Дюма. Поэтому вам пришлось спрятаться и подождать, пока он уйдет. Тогда вы вошли в дом и нашли Торпа, который, окончательно размякнув под гнетом своих обманов, нарисовал на своем лице какие-то немыслимые усы и бороду. Вы меня извините, Джил, но с этого момента я могу только догадываться о том, что произошло дальше.

Я сделал паузу, чтобы закурить. Но никто не нарушил тишины. Лиз, прекратив плакать, сидела низко опустив голову. Но я был уверен, что она не пропускает ни единого слова.

— К этому времени, я думаю, Мерсер уже достаточно протрезвел и начал колебаться, убивать или не убивать Торпа, который производил впечатление буйно помешанного. Поэтому, чтобы не рухнул ваш великолепный план, вы выхватили винтовку из рук Мерсера и сами всадили пулю в грудь Торпа.

Когда вы собирали портреты, внезапно появилась Айрис Мерсер. Вы оба выбрались через заднюю дверь.

Мерсер спрятался в траве, а вы пошли к главному рубильнику, надеясь напугать Айрис так, чтобы она тут же кинулась прочь. Выключив свет, вы действительно напугали ее — она чуть не попала под колеса моей машины.

Вы снова включили свет, со всех ног помчались туда, где ждал Мерсер, и заставили его стрелять в мои фары, чтобы улизнуть без помех.

Да, старина. Держу пари, что в машине вы чувствовали себя достаточно неуютно. Вместо Мерсера художника убили вы. За убийство должен был ответить Мерсер, а отвечаете вы! Возможно, вы решили, что у вас нет выбора. Поэтому под каким-то предлогом остановили машину, оглушили Мерсера, прежде чем приставить ему ствол под подбородок и нажать на спуск. Убийца застрелился — дело закрыто! Только эти четыре портрета оставались в доме, закрывая нижнюю часть тела Торпа.

Там, где вы в панике бросили их, когда услышали шум машины Айрис Мерсер.

— Замечательная история, Эл! — тепло улыбнулся Джил, по-прежнему прищелкивая пальцами. — В ней даже звучит грозное предупреждение об опасности косвенных улик! Послушайте, старина, вы настоящий профессионал.

Но как же вы намереваетесь сплести изобличающую историю на основании каких-то событий, не предложив при этом ни одного доказательства? — Он медленно покачал головой.

— Почему вы думаете, Джил, что доказательств нет? — спокойно спросил я.

— Вы не представили ни одного. — Он взмахнул длинными ресницами.

— Теперь в этом нет нужды, — сообщил я. — Я задержу вас по подозрению в убийстве. Для этого в данный момент у меня имеется больше оснований, чем нужно.

— Не пройдет и часа, как мой адвокат вытащит меня на свободу! — усмехнулся он.

— Давайте договоримся, Джил, — предложил я. — Я не буду советовать вам, как организовать рекламную кампанию, а вы не будете рассказывать мне о процессуальных тонкостях. Ты что, ублюдок, не понимаешь? Я арестую тебя по подозрению в тяжком двойном убийстве первой степени. У тебя столько же шансов освободиться под залог, как полететь, замахав руками!

— И все равно никаких доказательств! — выпалил Лейн.

— Да, кстати, я забыл упомянуть, что арестовываю и Лиз в качестве как прямого, так и косвенного соучастника. — Я подождал несколько секунд, чтобы мои слова как следует дошли до него. — Как думаешь, старина, сколько может продержаться Лиз на непрерывном допросе в полиции? — добавил я. — Не считая перекрестного допроса в зале суда.

— Вы правы, Эл. — Джил перестал щелкать пальцами, тихо вздохнул и пожал плечами. — Да, все правильно.

Мне следовало бы помнить, что я имею дело не просто с психопатом, а с гениальным психопатом! Ранее, когда мне случалось видеть его впадающим в ярость, это всегда был лавинообразный процесс. Сначала в его глазах появлялась настороженность, а пальцы начинали щелкать. Потом они щелкали все быстрее и быстрее, пока эти щелчки не превращались в сплошную пулеметную дробь. Однако только что я наблюдал обратную последовательность. Его пальцы постепенно перестали щелкать, а в голосе и взгляде появилась покорность.

Поэтому я, коп, профессионал до мозга костей, спокойно наклонился, чтобы загасить окурок в ближайшей пепельнице, которая случайно оказалась на ручке стула, где сидела Натали. А когда я снова выпрямился, дуло пистолета смотрело прямо мне в живот.

— Ты зря тратишь время, Джил, — не теряя самообладания, произнес я. — Даже если ты выйдешь из дома, что ты будешь делать? Куда пойдешь?

— Я беру Лиз с собой, — резко возразил он. — Мы справимся!

— Нет, Джил, — отказалась брюнетка, — я остаюсь здесь.

— Видишь, старина. — Я продолжал говорить очень спокойно. — Не надо разыгрывать бессмысленный спектакль. Отдай мне оружие, а потом мы сядем и выпьем.

— Это последний шанс, Лиз, — резко бросил Джил. — Мы сотрудничаем с самого начала и должны быть вместе до конца! Ты не можешь сейчас выйти из игры.

— Я вышла из игры гораздо раньше, — тихо возразила она. — Сразу после того, как ты нарисовал мое будущее, включая наши отношения. Помнишь, как ты назвал меня просто большим куском сырого мяса, не стоящим на рынке ничего, кроме того, что может принести мое тело! — Она с ненавистью посмотрела на него. — Прощай, Джил, — хрипло произнесла она. — Сумасшедший маленький гомик!

Длинные ресницы плавно опустились, и Джил расплылся в широкой улыбке.

— Прощай, большой кусок сырого мяса!

Затем, не переставая улыбаться, он быстро трижды нажал на спуск. При звуке выстрелов Натали дико завизжала, а Лиз рухнула на стол. Из ран на ее груди струилась кровь. Моя рука замерла, не дотянувшись до кобуры, когда холодное дуло пистолета снова уперлось мне прямо в живот.

— Бессмысленный спектакль, Эл? — хохотнул Лейн. — Ты по-прежнему думаешь, что Лиз сломается на непрерывном допросе?

В его темно-синих глазах появился какой-то странный блеск, и я вдруг понял, что он окончательно спятил.

— Я не собираюсь рисковать, — быстро добавил он. — Вы все слишком много знаете. — Он снова начал щелкать пальцами свободной руки. — Покончить с вами, старина, и с Херманом — это будет просто наслаждение. Мне немного жаль Натали. Я всегда питал слабость к женщинам с пышным бюстом, у которых напрочь отсутствуют бедра.

Классический двуполый идеал, как думаете?

— Натали? — медленно спросил Ллойд. — Ты собираешься убить Натали?

— Как всегда, дорогой партнер, ты все схватываешь на лету! — презрительно улыбнулся Джил. — Единственное, что делало наши отношения сносными в последние три месяца, так это то, что ты просиживал ночи напролет в офисе. А тем временем твоя жена развлекалась с Гленном Торпом! И это исключительно моя заслуга, дорогой партнер; вся слава организации этого дела принадлежит мне.

Ллойд взревел, поднялся со стула.

— Я знал это! — хрипел он. — Я чувствовал, что ты в этом замешан, Джил. Но я не хотел себе в этом признаваться; я всегда притворялся, что все в порядке.

Натали с другим мужчиной — само по себе плохо. Но по крайней мере я мог бы ее понять. Но этот портрет, Джил… — Под его пиджаком заиграли мускулы. — Ты не можешь себе представить, как я все это ненавидел!

Моя жена, выставляющая напоказ свою наготу, как дешевая шлюха в ночлежке, чтобы каждый, кто хочет, мог полюбоваться… Весь мир мог глазеть на нее, было бы желание!

Он сделал шаг в направлении Лейна.

— Вот почему я хочу убить тебя, Джил, — спокойно добавил он.

— Считаешь, что ты быстрее пули? — возбужденно рассмеялся Лейн. — Супермен Ллойд! Подойди поближе, Херман, я хочу посмотреть, как твои мозги брызнут на пол!

Ллойд продолжал медленно приближаться к Джилу.

Я не отрывал взгляда от дула пистолета, приставленного к моему животу, а правая рука уже начала болеть от напряжения.

— Прощай, Херман! — возбужденно воскликнул Лейн, и ствол его пистолета развернулся в другую сторону.

Я быстро дотянулся до кобуры, и мои пальцы сжали рукоятку тридцать восьмого. Но тут же я заметил, как пистолет в руке Лейна снова смотрит в мою сторону.

— Пока, старина! — истерически завизжал Лейн.

Я успел только наполовину вытащить тридцать восьмой из кобуры, когда физически ощутил, как напряглись пальцы Лейна, сжимающие рукоятку пистолета, упершегося в мой живот. Краем глаза я заметил, как что-то мелькнуло, и услышал дикий крик. Раздался выстрел. Пуля вошла в стену рядом с моей головой, и в лицо мне брызнули кусочки штукатурки. Еще один вопль, полный мучительной боли, разорвал мои барабанные перепонки. Затем раздался какой-то сухой треск, и вопль оборвался.

Я тряхнул головой, чтобы сосредоточиться, и вся картина ясно встала у меня перед глазами. В центре комнаты, тяжело дыша, стоял Ллойд. Лейн, скорчившись, лежал у его ног. Его голова была как-то странно повернута — глаза мертвеца, казалось, смотрели на его собственный позвоночник.

— Спасибо, Херман, :

— искренне поблагодарил я. — Вы спасли мне жизнь.

Он глубоко вздохнул:

— Это было непреднамеренно, лейтенант!

— Вы меня слышали? — рявкнул я. — Вы, только что спасли мне жизнь.

— Да, спасибо, — задохнулся он. — Я только что спас вам жизнь…

Я бросил взгляд на его рыжую жену, застывшую на стуле. Ее глаза были полны ужаса.

— Натали, вы знаете, что сделал сейчас Херман? — спросил я.

Она молча пошевелила губами.

— Нет, — с трудом буркнула она.

— Он только что спас мне жизнь, — медленно произнес я.

Натали равнодушно посмотрела на меня и отвернулась. Я размахнулся и влепил ей оплеуху с такой силой, что голова ее резко дернулась в сторону.

— Вы знаете, что сейчас сделал Херман? — едва сдерживаясь, повторил я.

— Да! — отчаянно закивала она. — Он только что спас вашу жизнь!

Я перевел взгляд на Ллойда и улыбнулся.

— Будет чертовски хорошо, если мы все скажем правду о том, что вы спасли мне жизнь. Копы странные люди; они начинают нервничать, когда им приходится выслушивать различные версии по поводу истины.

— Вам лучше знать, — сказал он.

— Лейтенант! — Голос Натали звенел от праведного негодования. — Вы меня ударили!

— А разве это не правда? — спросил я.


Прошла неделя, и шрамы в моей душе, оставшиеся после жестоких ран, нанесенных шерифом Лейверсом, начали потихоньку затягиваться. Бесполезно было ему доказывать, что если у тебя на руках два трупа, то очень выгодно считать, Что это убийца и его сообщник. Я вынужден был признать, что анонимный звонок насчет убийства Торпа исходил от Лиз. При плохой связи ее глубокое контральто легко можно было принять за мужской голос. Она, должно быть, знала, что Лейн и Мерсер появятся в этом доме самое позднее в половине девятого. Но она не могла знать, что к тому времени там уже будет находиться Дюма и им придется ждать.

Поэтому я задавался вопросом, почему она позвонила не сразу? Очевидно, считала, что в таком случае полиция появится сразу после убийства и поймает Лейна и Мерсера с поличным. Однако точно я этого теперь уже никогда не узнаю.

Еще одно не давало мне покоя. Шериф снова начал разговаривать со мной только в пятницу утром — и то это было преимущественно невнятное ворчание. В пятницу днем он сказал, что я могу отдыхать до вторника.

Его чуть не хватил удар, когда я попытался его поблагодарить, а потом он отпустил какую-то странную шутку: не замолвлю ли я за него словечко перед моими друзьями в мэрии?

Секретарша шерифа Аннабел Джексон проводила свой отпуск где-то на Юге. И я решил, что мне самое время побыть дома. Поэтому в субботу вечером я включил музыку и устроился на диване с бутылкой виски, размышляя о том, что сегодня делают одинокие люди. Очевидно, то же, что и я.

«Я люблю тебя!»— доносился до меня из динамиков голос Лайзы Минелли. И я подумал, что конечно же она меня разыгрывает.

Около девяти в дверь позвонили. Я не поверил своим ушам. Но звонок повторился. Бросившись к двери, я распахнул ее и прижался к косяку, чтобы восстановить дыхание. У меня осталось смутное впечатление, что какая-то маленькая блондинка пронеслась мимо меня с огромным чемоданом. Но я приписал это видение действию виски.

Когда же я вернулся в гостиную, то увидел, что она действительно сидит на диванчике, а у ее ног стоит огромный чемодан. Длинные светлые волосы рассыпались по плечам этой девушки, а ее пышные формы подчеркивало какое-то крошечное пестрое платьице, с трудом сдерживавшее выпирающую грудь; бедра оно и вовсе не прикрывало.

— Привет, лейтенант, — радостно сказала она.

— Привет, Анна Хиллбранд. — Я присел рядом с ней на кушетку. — Какие новости?

— Можно мне сигарету? — попросила Анна.

— Конечно. — Я дал ей сигарету и поднес горящую спичку.

— Благодарю. — Она несколько раз энергично затянулась. — Вас зовут Эл, не так ли?

— Эл, — подтвердил я.

— Не Бог весть какое имя.

— Зато короткое, — возразил я.

— Я прочла обо всем в газетах, — пробормотала Анна. — И очень расстроилась из-за Лиз. Сначала Гленн, мой любовник, а потом Лиз, моя единственная подруга!

Газеты писали, что лейтенант блестяще расследовал это дело. Но где находились вы, когда началась стрельба?

— Прятался за спиной ближайшей женщины, — пошутил я.

— Похоже! — Она громко фыркнула. — Я так была расстроена в тот вечер, что пошла к дяде и все рассказала.

— Поэтому и придется перестраивать мэрию?

— Дядя был просто потрясен историей с Хэлом Мерсером и всем прочим. Он даже серьезно подумывал о том, чтобы нанять кого-нибудь со стороны на должность своего личного помощника.

— Замечательно, — пробормотал я.

— А знаете что? — застенчиво улыбнулась она. — Я всегда считала дядю твердолобым старым ублюдком, но он оказался еще тверже! Он вроде как винит себя во всем, что случилось со мной. Признал, что двадцать один год — достаточный возраст для девушки, чтобы развлекаться, как ей хочется. Даже предложил мне найти себе нового мужчину, а я сказала, что единственный мужчина, который мне нравится, — простой полицейский, и наверняка работает все выходные. Дядя сказал, что это он с легкостью может уладить. Все ясно, Эл?

— Безусловно, — блаженным голосом ответил я.

— И вы одобряете? — заглянула она мне в глаза.

— Несомненно.

— Я рада, что ты рад, потому что я тоже рада! — Она легко спрыгнула с диванчика. — Я только отнесу свой чемодан в спальню.

— Конечно, — разрешил я. — На обратном пути можешь принести мне что-нибудь выпить из кухни.

Мне показалось, что она отсутствовала целую вечность. И я было уже начал с тревогой размышлять, что, черт возьми, за напиток она мне готовит. В этот момент чей-то голос сказал мне прямо в ухо:

— Пошли! А то опоздаешь на оргию. И ты до сих пор не разделся!

— Какую оргию? — не понял я.

— Нашу оргию, глупый! — В ее голосе слышалось глубочайшее презрение. — Я уже раздета!

Анна появилась перед диванчиком, и у меня чуть глаза не вылезли из орбит. На ней не было ничего, за исключением голубых кружевных трусиков, да и те состояли в основном из одних дырочек. Ее вызывающе торчащие груди были воплощением живой поэзии, а сияющие глаза обещали настоящий экстаз.

— Тебе приходила в голову подобная банальность? — спросила она, и я виновато покачал головой. — Не важно, — отрывисто бросила она. — Беги, раздевайся а потом мы приступим к практической части!


Глава 9 | Таинственная блондинка |