home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



7. ТУПОЙ ПАНК-РОК ДЛЯ ИНТЕЛЛЕКТУАЛОВ

Наступил 1999 год. Страна очень медленно оправлялась от кризиса. Люди потихоньку приходили в себя. Рекорд-индустрия, к которой, как ни крути, мы теперь имели пусть и отдаленное, но отношение, чуть не умерла в первые месяцы после 18-го августа. Крупные лейблы закрывались, с Филей уволилось большинство старых сотрудников, оставшиеся работали за копейки. Очевидно, что Фили остались в индустрии (в отличие от некоторых монстров) только потому, что всю жизнь имели дело с музыкой, которую люди покупают в любых жизненных обстоятельствах. Артисты, подписанные на Филях, могли себе позволить рассчитывать на то, что их фэны не купят еды, чтобы приобрести пластинку.

Мы также перешли на хлеб и воду, зарабатывая в то время 100–150 долларов в концерт на группу. Фили, выпуская пластинки, к сожалению, не занимались непосредственно менеджментом для музыкантов. Группы сами искали себе концерты, по-прежнему часто заряжаясь DIY. Мы постоянно делали попытки поправить ситуацию, безуспешно нанимая то одного, то другого менеджера для банды. Как нам тогда казалось, плачевное положение дел с концертами и гастролями возникло исключительно по причине отсутствия грамотного менеджера. Перед нашими глазами были примеры ансамблей нашего возраста (правда, не игравших панк-рок), которые, несмотря на кризисное время, неплохо чувствовали себя. У всех них был специальный человек, который отруливал им концерты на жестких условиях для организаторов. Мы чувствовали себя ровней таким группам. У нас точно также выходили пластинки, мы существовали давно, нас крутили по радио и MTV. Но… мы не умели быть жесткими, заряжаясь в концерты. Нас можно было легко развести, опустить по условиям и гонорару, склонить к бесплатному выступлению. Так бывает всегда, когда музыканты своим менеджментом занимаются сами. Музыканты, особенно в панк-группе, в концертах видят основной смысл существования. Сцена — настоящий наркотик, это не пустые слова. И когда организатор говорит «нет» в ответ на объявленные тобой условия, ты чувствуешь, что рискуешь потерять кайф. Многие в то время пользовались такой нашей безотказностью и получали нас (и не только нас) за копейки. Менеджер же, человек не из группы, далекий от всех наших «музыкантских» тем, может переломить ситуацию, заставить людей из индустрии относится к группе с должным уважением.

За период с декабря 97-го у нас сменилось три или четыре человека на посту директора. Первый был из журналистской среды и не смог сделать ничего. Второй, друг Голанта, делал попытки мутить какие-то концерты, но, не имея опыта и связей, также быстро обломался.

Третьей была девушка, сотрудница Филей. Ее проблема была в том, что занятость на основной работе не оставляла ей времени для группы. Но главное обстоятельство, которое их всех объединяло, никто из них не был волшебником. Им было не под силу разорвать заколдованный круг. С нами было интересно работать, только если мы могли приносить деньги, а приносить деньги мы могли, только благодаря их работе. Менеджер в такой группе, как наша, не может быть нанятым челом. Это должен быть пятый человек в коллективе, маньяк, фанат и, ко всему прочему, человек, не имеющий никаких других источников дохода, кроме как доходов от группы. Он должен точно так же рубиться за банду, как остальные, быть настоящим единомышленником, голодать в плохое время и жировать в жирные дни.

Такого парня на горизонте не было, мы продолжали заниматься своим администрированием, отруливая все вопросы самолично вплоть до 2002 года. Все это время, как оказалось, у многих людей (фэнов и музыкантов) складывалось впечатление, что на нас работает целый штат администраторов. Злопыхатели утверждали, что «Тараканы!», которые, как известно «давно продались», безвольно подчиняются продюсерам, что все в группе решает директор.

Ну, да, так оно примерно и было. Только директором был сам коллектив ансамбля.

Иногда нам делали предложения люди из индустрии. Я несколько раз ужинал с Дмитрием Гройсманом, менеджером группы «Чайф», который имел виды на нас. Дима, несмотря на то, что давно и плотно находится в большом бизнесе, остается душевным и хорошим человеком. Однако подписаться с ним — означало для нас одно: перестать быть панк-группой. Людям типа Гройсмана не дано понимать некоторые основополагающие вещи. Вещи, которые настолько глубоко в сердце, что их очень трудно даже попытаться выразить словами. Несмотря на то, что мы не нашли общий язык с Дмитрием, он остается моим хорошим знакомым, с симпатией относится к группе и помогает нам по меру сил. Осенью 98-го он даже рассказывал мне о некоей девочке из Уфы, которой он хотел плотно заняться. Дима планировал вывезти ее в Москву и найти ей здесь хороших музыкантов. Он консультировался со мной по поводу возможных кандидатур. Я не очень ориентировался в раскладе сил на рынке незанятых музыкантов и просто предложил Гройсману попробовать свести девочку на первое время с моими парнями. Так мы чуть не познакомились с Земфирой, которую у Димы весьма быстро увел Леонид Бурлаков.

Гройсман, кстати, был одним из тех, кто настоятельно рекомендовал нам перестать публично и во всеуслышание соотносить себя с панк-роком, с панками. Он, Козырев, Тонких и многие другие люди большого шоу-бизнеса постоянно говорили нам об этом. «Вы записываете отличные пластинки, вы все взрослые, умные парни. На хуя вам ассоциироваться с панком? Многие люди не покупают ваши альбомы и не ходят на ваши концерты только потому, что боятся слова «панк». Вас не пускают в «нормальные» клубы, потому что в сознании арт-менеджеров ваше имя связано с этим опасным словом. Подвязывайте с этим и все у вас станет хорошо! Вам необязательно менять музыку. Играйте, что хотите. Группы и понеформатней «Тараканов!», прикрываясь такими понятиями как «альтернатива», отлично продаются». Они желали нам добра, эти парни. Они действительно симпатизировали нам и на самом деле хотели помочь. Однако они видели ситуацию лишь со своих позиций, с позиций людей, сделавших торговлю песнями бизнесом своей жизни. У нас же никогда не было задачи продаться любым способом и стать доходной группой несмотря ни на что. Мы знали свои корни и даже если дело упиралось всего лишь в слово из четырех букв, не собирались отказываться от них.

Самое смешное, что примерно в это время уже начали раздаваться другие голоса. Тупоголовые «панк-ортодоксы» вопили, что такие группы как «Тараканы!» ни хуя не панки, и используют это «святое» понятие для зарабатывания все больших и больших денег! Всякий раз, когда мы слышали подобные вопли, хотелось спросить у существ, их издающих: а кто тогда спиздил наши деньги? Если мы продались и, мало того, с успехом продолжаем эксплуатировать слово «панк» исключительно с целью обогащения, то где тогда наши деньги? Иногда мне (или кому-нибудь еще) удавалось задать этот вопрос конкретному человеку, а не в воздух. Как правило, эти люди не были способны продолжать «беседу». Они не имели аргументов, они даже не могли связно разговаривать. К особо неадекватным приходилось иногда применять физическое воздействие, о чем я неоднократно потом жалел.

С начала 99-го года мы приступили к сочинению новых песен. Первой вещью стала «Кто же теперь будет спать со мной?». Она была сделана еще в период сведения «Посадки нет». Я сочинил текст, который Голант идеально пристроил в имевшуюся у него мелодию. Затем я предложил «Тупую свинью», Леха — «Весеннее обострение» и «Песню № 1». Начав собирать на свои клубные концерты чуть большие аудитории, чем раньше, мы снова смогли позволить себе приглашать иногородние группы. Так, в нескольких наших концертах участвовали «Элизиум» из Нижнего (это были их первые визиты в столицу). Также мы сделали пару совместных концертов с «Кирпичами».

Весной 99-го в новом клубе «Драйв», открывшемся на месте заведения «Не Бей Копытом» в Раменках, состоялся совместный концерт «Наива» и «Тараканов!» под названием «Битва Титанов».

Мероприятие собрало большое количество панк-молодежи, многие из нынешних тусовщиков еще помнят его. На том концерте, кстати, «Наив» выступали впятером. Наш бывший Родя играл на второй гитаре. Было много новых фэнов, подтянулись и некоторые «олдари». Концерт имел отличную атмосферу, очень позитивную и правильную. По всей видимости, он совпал с моментом, когда известность обеих групп стала достаточно большой, но еще не была массовой. В зале почти не было «левых» пассажиров, вся тусовка находилась тотально в теме.

В конце марта — начале апреля нам просто фантастическим образом удалось разрулить дальневосточные гастроли. Через тату-салон «Black Fly», где вся группа тогда делала татуировки, мы познакомились с удивительным челом по имени Саша Кротов. Саша являлся дальневосточным культовым музыкантом. По рассказам людей знающих (и его собственным) группа «ИЕХУ!», в которой Саша верховодил, наводила шороху во Владике, Хабаровске и других городах региона еще в конце 80-х. Последние несколько месяцев Саша сидел в Москве и пытался вырулить контракт на издание нового альбома своей банды. Он пробовал сотрудничать со многими московскими музыкантами. Одной из групп, которой Саша предлагал совместное музицирование, была банда Ens Cogitans, в которой играл на гитаре наш будущий Ватов.

Саша так и не смог зацепиться плотно с кем бы то ни было. Кротов был странным и загадочным человеком. Никто не мог понять, на что он существует в Москве и как ему удается постоянно метаться к себе на родину. Он был сорокалетним приземистым чуваком, сзалысинами и глазами наемного убийцы на героине. В момент знакомства с «Тараканами!» Саша имел предложение отправиться на хабаровский рок-фестиваль и до кучи отыграть пару концертов во Владивостоке. Кротову была нужна группа, с которой он мог бы оперативно отрепетировать свой материал для этих выступлений. Мы были готовы вписаться в проект, если Саше удастся отрулить концерты собственно для «Тараканов!». Ему это удалось без особых проблем, и странная тусовка якобы из двух групп вылетела в Хабаровск. Впервые за восемь лет, отправляясь на гастроли в самолете, мы почувствовали себя «настоящими большими мальчиками»!

В Хабаровске был на самом деле большой фестиваль в зале местного Политеха. Выступало по несколько десятков групп в каждый из трех дней, мы с Кротовым участвовали в третий день феста. Сначала были «Иеху!» (Кротов, Голант, Соловьев, Прокофьев), потом «Тараканы!».

В тот же день мы отправились во Владик, где нам предстояло два концерта в легендарном клубе BSB. Мы провели во Владивостоке несколько незабываемых дней, познакомились с кучей прикольной братвы. Владик не похож ни на один российский город. Люди, живущие в нем, в равной степени лишены как столичных понтов, так и провинциальных комплексов. Владик — абсолютно отдельная тема, в нем все нереально. Машин с правым рулем в нем больше, чем людей. Его география и ландшафт, как в Сан-Франциско, а до Японии час лету (до Москвы 10 часов). Там множество модных и красивых людей на верных темах. В клубе, например, до концерта ди-джей играл рок на CD. Среди прочих групп он давал в зал NoFX.

BSB — просто космическое место, ничего подобного в Москве нет. Небольшой клуб с отличным аппаратом, качественной едой, любым бухлом (японское пиво? говно-вопрос!), настоящими огромными концертными постерами Jimi Hendrix и Nirvana на стенах.

Не многие группы из европейской части доезжали до этих мест. Я слышал только о «Текиле» и «Кирпичах», а из московских банд там были, по-моему, только мы. Мы отлично проводили там время, пили немыслимую бухашку («Панты на меду», слыхали о таком?), посещали различные достопримечательности. Например, на Владивостокском железнодорожном вокзале имеется столб, возвещающий о том, что здесь, прямо возле него, заканчиваются любые железные дороги России. Все, приехали. Дальше край земли.

Во Владике мы познакомились и подружились с Леней Штительманом, директором группы «Туманный стон» (в будущем неудачных протеже Лагутенко). Леня возил нас на Шамору, показывал, где именно «колесами печально в небо смотрел круизер», и в подобные легендарные места. Мы обжирались невиданными морепродуктами (медведки, где вы?), закупились домой браконьерской икрой и улетели.

Вернувшись в Москву, мы еще долгое время вспоминали этот тур и мечтали когда-нибудь вернуться туда.

В мае 99-го состоялась первая попытка сделать фестиваль «Типа панки и все такое».

Уже достаточно давно к нам обращались музыканты различных групп с просьбой взять их на разогрев в концерты «Тараканов!». Мы никогда не имели такого количества концертов, чтобы смочь удовлетворить все подобные просьбы, но для этих групп можно было сделать фестиваль, дать им возможность выступить перед нами (раз уж они этого так жаждут) и потусовать друг с другом. Для пущего понта Андрей Шабаев из «Червоны Рутты», давно мечтавший выпустить панк-сборник, предложил сделать к фестивалю одноименную кассету. OK, сборник так сборник. Только сборник должен иметь название, правильно? И лучше такое название, чтобы оно отличало наш продукт от всех этих «панк-революций», «панк-вторжений», «панк-прорывов» и подобного стаффа. Кроме того, название должно было быть «говорящим».

В то время популярность Бивиса и Батт-хэда на российском MTV достигла пика, все ходили и базарили в их стиле, это было, ээээ эээ-ээээ, типа, эээ-эээ-ээ… круто! «Типа панки и все такое» также было скромным названием. Мы, слава Богу, не давали понять всем, что вот они мы, единственные «риэл-пунказ» и все остальные сосут. Мы и те, кто с нами «типа», то бишь люди, лишенные дешевого «копытомбиения» и «тельняшкораздирания». «И все такое…», ко всему прочему, позволяло нам включать в сборник не только панк-группы, но и ска, грандж, хардкор, нойз-банды, которые действительно были «и всем таким». И напоследок: такое название было самоироничным. А самоирония — редкое качество на российской панк-сцене. Первый сборник вышел только на кассетах и получился не особо удачным. Таким же говняным был и фестиваль. Мы связались с малоопытным промоутером, тот предложил для фестиваля не раскрученную площадку кинотеатра «Алмаз» на Шаболовской. Мы вписались в совместные расходы по мероприятию, в итоге не смогли отбить вложенный прайс, продав меньше сотни билетов. Первый фестиваль состоялся 22 мая 1999 года. Выступили: «Тараканы!», Scrimer, «Фобос», «Смех», «Ландыши Сдулись», «Клопы» и «Червона Рутта». Также этот концерт стал первым выступлением в Москве молодой питерской группы «1,5 кг отличного пюре». Мы не замышляли этот фестиваль и сборник как серию, однако так произошло. Уже к выходу третьей части сборника (в декабре 2000-го) стало ясно, что он имеет мощный резонанс в панк-среде, и люди хотят на него попасть. Мы выработали беспроигрышную схему продюсирования сборника. На каждой его части обязательно должна была быть НОВАЯ, ранее не изданная песня «Тараканов!» (лучше две), а также пара-тройка известных групп «второго» эшелона, но обязательно с новыми вещами! Мы не брали только откровенный «говнопанк» (за редчайшими исключениями), а также очень хуево записанные фонограммы. Действуя таким образом, мы добивались того, чтобы каждая компиляция смогла получить всероссийскую дистрибьюцию и попала в любую дыру. Сейчас я уверен, что «Типа панки и все такое…» оказался мощнейшим катализатором становления поп-панк-сцены в стране. Если на первом фестивале играло пять или шесть групп, то для проведения следующего в январе 2000-го понадобилось два дня. Люди смогли услышать тот тип панка, который никогда не был известен здесь массово. Те же, кто по странной случайности уже слышал группы с Epitaph, Fat Wreck или Lookout, узнали, что такая музыка есть и в этой стране тоже. Сборник оказался первым изданием на звуковых носителях для песен «Смеха», «1,5 кг отличного пюре», «Бэрримора», «Шлюза», «Приключений Электроников», «Порт (812)», Der Steinkopf и множества других. Он спровоцировал появление огромного количества новых групп, для многих из которых маза оказаться на сборнике послужила толчком для новых и новых свершений.

Самые удачные группы с «Типа панков…» позже выпустили сольные альбомы, а некоторые и несколько. Таким образом, песня на сборнике послужила им своеобразным предрелизным синглом, рекламирующим будущий альбом. Их альбомы также оказались массово доступны, и эти группы получили возможность выступать с сольными концертами, вербуя все новых и новых фэнов, как из числа панков, так и среди абсолютно левых людей. Мы никогда не ставили перед собой задачи делать «Типа панки…» как исключительно поп-панк-сборник. Такое представление о нем, как и то, что, надо «лизать жопу Сиду», чтобы попасть на него, — тупые догоны говнопанков, которым мы, как правило, отказывали. Следуя своей идиотской традиции делить весь мир «на они и мы», эти парни рассудили, что «если нас не берут, значит этот сборник для «пАпсы гАлимАй». На самом же деле, чистого поп-панка на всех пяти частях компиляции не так уж и много. Кстати, среди прочих групп, получивших отказ, была также «Пилот», не особо еще известная тогда в Москве. Бывший менеджер «КиШ» Шумный, работавший с Пилотом, предлагал мне взять их вещь. Я очень-очень уважаю Диму. Я очень-очень уважаю фэнов группы «Пилот». Но песню взять не смог. Уж слишком хорошая была песня, что бы мешать ее с нашими бессмысленными поп-песенками про телок и скейтборды.

OK, а у нас наступило лето 99-го года. Это было самое нищее лето в нашей жизни, время, которое я вспоминаю сужасом. Никто из нас уже не мог работать. Группа отнимала слишком много времени для того, чтобы иметь возможность посещать более или менее стабильную работу.

Мы много репетировали, выступали и пытались ездить, всеми правдами и неправдами. Мы заряжались на любые условия, лишь бы играть. Такой график не позволял иметь еще и «нормальную» (как говорит моя бабушка) работу. Работать, ко всему прочему, еще и не особо в кайф, если ты играешь в рок-группе, чьи песни крутятся на радио, а твое ебало печатают в полный цвет в журнале «Cool». Мы все время надеялись, что вот-вот наступит момент, с которого мы наконец-то сможем стабильно (пусть даже и бедно) начать жить от музыки. Но вместо него наступило лето.

Лето — всегда не сезон, снижение любой активности, деловой деятельности и всего такого. Первое пост-кризисное лето было в тысячу раз хуже обычного.

Многие клубы закрываются на лето, а «большие группы» (ну вы знаете, те самые, песни которых крутят на «Нашем радио», клипы по MTV, а альбомы продаются по всей стране) отправляются на южные гастроли.

Мы, на удивление, тоже получили несколько подобных предложений. Одно из них было из Одессы, второе — из Иркутска. Имея пару дат, заряженных в полупустых душных московских клубах, это уже было кое-что. Целых четыре концерта за три месяца! Жир!

Однако мы нехуево обломались. Обе иногородние даты нам быстренько перебила одна известная группа, мигом снизив свой (уже тогда нереальный) гонорар в три раза. Эта группа к тому моменту была предпочтительнее десяти ансамблей «Тараканы!», и за такой прайс ее, конечно же, взяли вместо нас. Одна московская дата также слетела. Мы сосали по полной. Каждый из нас сидел без копейки прайса. Я жил тогда за пределами МКАД, и для того, чтобы добраться до центра, мне нужно было сначала воспользоваться маршруткой, а потом метро. Частенько я не имел на кармане денег даже на этот немудреный транспорт. Спиздив у мамы своей девушки пачку сигарет или купив «Приму» за три рубля, я пиздовал пешком через лес пару километров на конечную остановку троллейбуса, идущего до метро «Полянка». Доезжая до Полянки, я делал пересадку еще на один автобус. Только так можно было осуществлять движение бесплатно. Вы будете смеяться (мне было не до смеха), но именно в то время я видел на панк-форумах телеги сорта: «"Наив" и "Тараканы!" продались и зажрались! Сид уже давно ездит на «Мерседесе», а все называет себя панком». Нехуево, да?

С моим другом Михой Луковниковым мы жили в то лето тем, что носили в комиссионный отдел магазина компакт-дисков «Пурпурный легион» Михины пластинки. Когда очередной редчайший коллекционный диск уходил, мы брали три литра разливного пива и десяток чебуреков на двоих. Еще рублей по двадцать удавалось раскидать по карманам. Я не знаю, как жили остальные парни, чем они питались и как им удавалось поддерживать бодрость духа. У группы больше не было денег на репетиции. Фили, раньше оплачивавшие нам репетиционный период, отказались от этой практики. А лето все тянулось и тянулось, и его конца не было видно.

Нам была нужна бесплатная репетиционная база. После недолгих поисков мы начали репетировать на так называемой «Фабрике кардинального искусства». «Фабрика» являлась сквотом в старом доме в районе кинотеатра «Ударник». Помещения ее делили пополам Алексей Тегин, известный индустриальный музыкант, и мой давнишний приятель — Владимир Епифанцев, авангардный театральный режиссер. Именно в Володиной телепрограмме я снимался как актер весной и летом 98-го, за год до этого.

Я познакомился с Вованом, когда он был певцом странной метал-индастриал группы «Собаки Табака», в которую также входил Роберт «Ворона», лидер популярной в конце 80-х трэш-группы «Кронер». Вован всегда был завернут на «темной» музыке, сатанинской электронике типа Psychic TV и Coil, индастриале (из массы сто любимых групп я знал только Einsturzende Neubauten) и грайндкоре. Он также увлекался «театром абсурда», коллекционировал культовые низкобюджетные фильмы ужасов, среди которых легендарная «Техасская резня бензопилой» была одной из самых безобидных. Кроме всего этого, он был бодибилдером и выглядел устрашающе. Володя окончил ГИТИС по специальности «театральный режиссер» и начав работать на ТВ-6, стартовал там с программой «Дрема». Это была ежедневная передача, выходившая поздно ночью. Программа по своему жанру не была похожа ни на что из того, что вы когда-либо видели или увидите в будущем по ТВ.

Смесь из трэш-спектакля, нарезанного на серии, ведения в хоррор-стиле с легкими элементами порно и тотально некоммерческого индастриал и нойз-видео — вот чем была «Дрема». Вован и несколько его актеров (среди них Анфиса Чехова, известная в будущем телеперсона) появлялись на экране в кожаных садо-мазо причиндалах, разыгрывая сцены из жизни строителей. Они убивали и насиловали друг друга, хлестали плетьми, стебали рекламные ролики и Шекспира и делали все это с отличным вкусом, стильно и профессионально. Я не знаю, как такая программа могла выходить в эфир в России. Мне также сложно представить ее на телевидении любого другого государства.

Однако это было, и сотни тут же появившихся по всей стране фэнов «Дремы» не дадут соврать. «Дрема» была мечтой любого культурного террориста. Она была натуральной ядерной бомбой для общественного сознания. Нет никакого сомнения в том, что иди она в прайм-тайм, а не ночью, да еще и с парой-тройкой повторов — пол страны сошло бы с ума за считанные недели. Она была как тонна LSD в водопроводе. Через семь месяцев существования «Дрема» была закрыта.

Епифанцев получил предложение делать похожую программу на ТВЦ, куда и перетащил всю свою тусню, а также сделал мне предложение сниматься у него. Это всегда было моей нереальной мечтой быть частью чего-либо подобного. Новый проект получил название «Культиватор», программа была еженедельной. От «Дремы» там остался только дух, форма была абсолютно другая. Передача шла в прямом эфире с живым ведением, с врезками клипов и заранее записанных кусков. Мне приходилось заучивать огромные куски диалогов и монологов, написанных Олегом Шишкиным, постоянным Володиным сценаристом. Олег писал немыслимо остроумные, смешные и абсурдные штуки. Сейчас он — известный писатель, вы найдете его книги в любом крупном книжном магазине. Мы круто веселились, изготавливая столь бюджетный продукт, как телепрограмма. Мы издевались, как могли, над социумом и обывателями, включавшими в субботний вечер ТВЦ — канал московской мэрии. Веселуха продлилась недолго, через несколько месяцев нас закрыли. С тех пор Вован поставил в Москве и Таллинне несколько крутейших трэш-спектаклей. На постановку одного из них ему даже удалось получить грант от фонда Сороса. Он также делал отличные вечерины в «Свалке», на его «Хеллоуины» съезжалась вся Москва. Сейчас Володя снимает кровавые пародии на известные рекламные ролики. Его клип «Вы еще кипятите? А мы уже рубим!» стал сенсацией в интернете. Вован был знаком с огромным количеством самых разных людей. Как-то раз я был приглашен на день рождения его девушки Юли. В гостях у Вовы собралось множество разнокалиберных актеров и актрис, как начинающих, так и уже немного известных. В течение вечера подъезжали новые гости, среди которых оказался некий парень по имени Коля (блондин невысокого роста с балетной походкой). Он не выпивал и не закусывал. По ходу тусы, девицы стали почему-то просить Колю спеть. Коля, поотнекиваясь для понту, все-таки встал во «вторую позицию» и нежным тенорком затянул какой-то романс. Пел Коля на самом деле заебись, громко. Через полтора года я увидел Колино лицо на огромных биллбордах, висевших по всей Москве. Коля оказался Николаем Басковыми как раз собирался дать пять или шесть сольников подряд в Кремле. Итак, мы начали репетировать у Володи в его «театре». Небольшой зал, выкрашенный черной краской, и подсвеченный дьявольским красным светом, озвучивался слабосильным аппаратом, собранным нами из разных мест. Повсюду валялась атрибутика Вовановых спектаклей: резиновые хуи, кожаные плетки, кошмарные маски и тому подобный стафф. Мы репетировали очень часто и смогли за остаток лета и сентябрь сочинить и отрепетировать песни для нового альбома. Там же, на «Фабрике», был снят клип на «Панк-рок песню». Еще в июне нам сделали предложение снять и выпустить концертное видео. Одним из наших условий была съемка бесплатного клипа. К сожалению, лейбл, подписавшийся на выпуск видеокассеты, не смог выполнить свои основные условия, и концерт, снятый в «Ю-Ту» при скоплении большого количества фэнов, так и не был выпущен. Однако клип они нам сняли, и со скрипом он был взят на MTV.

Также мы смогли забрать у них звуковую дорожку, позже на ее основе мы реализовали концертный альбом «Это жизнь». К сожалению, мы до сих пор (май 2003-го) не смогли заморочиться на профессиональную съемку живого концерта с последующим выпуском его на видеокассетах. Для реализации этого путем DIY — фильм слишком дорогой проект, а ни одна из существующих видео-контор не готова финансировать выпуск такого видео.

На «Фабрике» мы сделали большинство вещей, вошедших позже в альбом «ПОПКОРМ».

Я написал: «Если бы я был самым главным», «Тупой панк-рок для интеллектуалов», «From Russia with Punk», «Тупая свинья», «Много телок и пива» и «Опасный секс». Голант принес: «365 дней», «Про голову», музыку для «Прочь из этих мест» и «Кто же теперь будет спать со мной». Лехиными песнями были «Весеннее обострение» и «Песня № 1».

Примерно с конца августа по всем каналам телевидения пошел новый рекламный ролик шоколадного батончика «Snickers». Саундтреком к нему был десятисекундный кусок нашей «Панк-рок-песни». Ролик был неплохо сделан, с умом и драйвом. По сюжету два неформальных беспределыцика, прибивая к стене постеры, обваливают ее на хуй. Я не знаю, почему именно наша вещь так приглянулась сотрудникам рекламного агентства, обслуживающих корпорацию «Mars» на территории России. Возможно, рекомендации, прозвучавшие от клиента, включали в себя желание иметь в качестве звукового сопровождения нового ролика динамичный и быстрый рок. В любом случае, почти за год до того, как ролик впервые появился в эфире, в первый кризисный месяц 98-го, рекламщики вышли на Фили и начали с ними переговоры. По нашему контракту с лейблом, все фонограммы, произведенные за их деньги, являются собственностью Филей. Они вольны распоряжаться любой записанной песней по своему усмотрению. Однако, первоначальное предложение от рекламного агентства включало в себя съемку в ролике самой группы. Примерно то, что позже сделала Чичерина в ролике «Кока-колы». Мы сразу же пошли в отказ. Сниматься в рекламе нам совсем не нравилось. Однако от идеи отдать кусок песни Фили все-таки отказаться не могли. Предложение поступило в самый разгар жесточайшего кризиса и бюджет только что записанного альбома «Посадки нет» было необходимо отбивать назад. По докризисным меркам мы оставили на студии не так уж и много, но теперь эти деньги казались огромными!

«Сникерс» предлагали сумму, равную примерно одной трети студийного бюджета «Посадки…».

После некоторого раздумья мы все-таки пошли на этот шаг. Через год песня панк-группы зазвучала из телевизоров всей страны по двадцать раз на дню. Из ролика конечно же нельзя было понять, что за ансамбль исполняет данную композицию, так что в плане промо он нам ничего не принес. Но те, кто знал песню, отреагировал немедленно. Мнения как всегда разделились. Но, вне зависимости от того, с симпатией или с наездами реагировали те или иные люди, все сходились во мнении, что уж теперь-то «Тараканы!» точно «озолотились».

Друзья и недруги, приятели и неприятели — все пытались узнать, сколько же конкретно десятков тысяч долларов мы получили за это дело. Когда кому-нибудь удавалось задать мне этот вопрос, я всегда пытался уйти от прямого ответа. Мне не хотелось обламывать этих людей. Пусть думают, что мы миллионеры. Да и сумму в несколько сотен грина, равную половине нашего теперешнего стандартного гонорара, называть было как-то, прямо скажем, неловко. Тем более что мы не увидели ни копейки из этого прайса. С осени 99-го заработал наш первый сайт. Девочка из фэнской среды, по имени Дина (к своему стыду не знаю ее фамилию) предложила нам сделать его. Дина взяла на себя все заморочки по сайту, мы лишь немного помогли ей с материалами, и в октябре сайт www.tarakany.ru заработал. С тех пор он неисчислимое количество раз менял дизайн, четыре раза переезжал с хостинга на хостинг и сменил трех веб-мастеров.

В конце августа 2000-го «Наше радио» решило начать эксперимент с ежевечерними talk-shows. На роль ведущих этих программ были приглашены различные условно известные люди, среди которых были Чача, Паштет из IFK, Валерий Панюшкин (или «заика Панюшкин», «ангел» из клипа «Алисы» «Трасса Е-95», ныне — обозреватель газеты «КоммерсантЪ»), ваш покорный слуга и другие. Каждому достался свой день в неделе (за мной был четверг), шоу длилось час, только терки, без музыки. Каждый из нас выбирал себе тему для очередного базара, продюсеры радио готовили массу инфы по теме (факты, статистику и всякую подобную хрень) и, вооружившись знанием, мы выходили в эфир. Структура программ была элементарной: тема заявлялась, ведущий формулировал свое личное отношение к вопросу (лучше, что бы это отношение было «поскандальней», «повызывающей») и начинал принимать звонки радиослушателей, жаждавших высказаться. Я старался брать провакационные темы и строить программу так, чтобы людям хотелось позвонить на радио даже не для того, чтобы высказаться по теме, а просто поспорить со мной. Также мне были интересны темы шутейные с пространством для шуток и юмора (что я очень люблю и уважаю).

Вот лишь несколько тем, которые обсуждались в моих программах. Судите сами: «Можно ли трахаться с поклонницами», «Советы по откосу от армии», «Существуют ли на земле нормальные менты», «Мат в эфире и общественных местах» и тому подобное. Как правило, я старался озвучивать наиболее радикальную позицию (даже когда я так не считал на самом деле) и вызывать на себя гнев и ненависть большей части аудитории этой «рок-станции». Помню, как-то, была у меня тема «Секс по телефону». Вопрос стоял так: типа «извращение» это или «нормальная тема»? Я, конечно же, высказался в том смысле, что «секс по телефону» — вообще реальная штука, и что все нормальные люди (по моему мнению) обязаны его время от времени практиковать. У нас был заготовлен один нехитрый радио-трюк. Еще днем мы звонили в одну из таких контор, и записали мою терку с «девушкой». И вот, во время прямого эфира эта запись была пущена, причем так, как будто я прямо сейчас, живьем звоню туда, и ЭТОТ РАЗГОВОР идет на всю страну в прямом эфире. Ко всему прочему, во время трансляции записи, я еще всякими звуками симулировал якобы «дрочилово» в студии.

Ебать, что тут началось! Шквал звонков, возмущенные ублюдки были готовы стереть нас в порошок! Мы с продюсером едва сдерживались, чтобы ни начать уссываться во весь голос. Одна коза позвонила, и задыхающимся от волнения голосом (сразу стало ясно, что для нее я, как музыкант любимой группы, потерян навсегда. Такой удар!) спросила: «Дмитрий, неужели вам ЭТО на самом деле нравится?» Я такой: «Да! А что такого?!» Она: «Как это может нравиться? Неужели это вас возбуждает?» И тут я угондошил ее насмерть. Думаю, что культурный шок, который она тогда пережила, оставил след на всей ее пустой мудацкой жизни.

Я: «Возбуждает? Не то слово! Я тут даже подрочил в свое удовольствие!» Телка только что не заплакала в трубку! Пиздец, до какой же степени надо быть закрепощенными ханжами, чтобы так реагировать на тупой радио-юмор? Получив богатый опыт телефонного общения с типичными слушателями «Нашего радио», я смог нарисовать для себя лично собирательный портрет фаната «русского рока». Это, как правило, скованные, опутанные тупыми догонами и чужими стереотипными представлениями о жизни, узколобые ханжи. Иногда я прихожу в ужас от мысли о том, что радио с подобной аудиторией — единственная станция в стране, которая берет в эфир наши песни.

К моему сожалению, эти шоу прожили не долгую жизнь. Через несколько месяцев руководство посчитало, что программы имеют маленький рейтинг и закрыло их.

Примерно в это же время мы обрели первого путевого менеджера. Им стал Сергей Мельников, независимый концертный промоутер, занимавшийся тогда в Москве организацией концертов альтернативных групп. Серега также рулил дела для группы «Небо Здесь». Еще летом он пытался пристроить нас на разогрев к Bloodhound Gang, впервые игравших тогда в Москве. То выступление обломалось по вине агентства, устраивавшего приезд Gang, мы же со своей стороны выполнили абсолютно все условия. Практически нас кинули тогда.

Также Серега смог упорядочить наши московские выступления, взяв под свой контроль все контакты с клубами. Он также умудрился отрулить нам поездку в Киев. Постоянно устраивая различные рок-мероприятия, он не забывал вписывать в них и нас тоже. Одним из наиболее громких панк-концертов, организованных Сергеем стало мероприятие в ДС «Крылья Советов» на Белорусской. Выступали «КиШ», «Наив» и мы. Концерт случился сразу же после нашего возвращения из С-Пб, где в октябре-ноябре 99-го мы писали «ПОПКОРМ». Мы сами приняли решение снова ехать на «Добролет», так как были заинтересованы в минимизации филевских затрат на нас. «Добролет» всегда стоил в два-три раза дешевле любой московской студии подобного класса, а условия и оборудование для записи, а главное, персонал там были даже попочетнее. Мы связались с Андреем Алякринским, бессменным звукорежиссером «Текилы», и спросили его, не мог ли бы он поработать с нами. Мы слышали его записи «Текилы», «Спорта» и еще пары групп, нам нравился его подход. Найти правильного специалиста для записи панк-группы в России практически невозможно, но, выбрав Андрюху, мы не прогадали. После «ПОПКОРМа» мы писались с ним еще дважды, новый альбом планируем писать там же с ним.

Алякринский — молодой и талантливый человек, чувствующий и знающий рок наизусть. Нам не приходилось его лечить, подсовывать какие-то фирменные записи, напрягаться, объясняя, чего мы хотим добиться, короче: делать все те бессмысленные движения, которые являются традиционными на российских студиях при общении со звукорежиссерами.

Андрюха — веселый и спокойный человек, что имеет огромное значение при записи большого альбома. Он всегда имеет множество отличных продюсерских идей, его подход к записи тяжелогитарного рока уникален для России. Не будет преувеличением сказать, что на наших записях он становится пятым членом группы. Его присутствие на альбомах «Тараканов!» весьма велико, и мы счастливы, что можем работать с ним.

Для записи «ПОПКОРМа» с помощью Андрея мы арендовали барабаны DW, большие старые Marshall 800 и 900, и крутейший басовый комб. Писались мы на этот раз днем, десятичасовыми сменами. Мы провели в Питере около двух недель, проживая на съемной хате, которую нам помог найти наш приятель Вова Матушкин, гитарист Markscheider Kunst.

Вечерами мы варили борщи, пили водку и тусили по клубам вместе с Дусером из «Текилы».

Мы отлично проводили время и даже сыграли несколько концертов на шару, просто так, в те дни, когда у нас не было смен на студии. Группа была отлично подготовлена к записи: сказалось огромное количество репетиций, которые мы получили у Володи Епифанцева на его «Фабрике».

Мы писались легко и непринужденно, отписав все инструментальные треки за четыре смены. Еще в две смены я записал все вокалы, включая основные бэки, которые на этот раз спел сам. Мы также планировали привлечь к записи большое число приглашенных музыкантов. Ими в итоге стали парни из «Markscheider Kunst», кайфово подпевшие и подыгравшие нам на «Пит бросил пить». Аня и Маша из вокального дуэта «Анима» спели псевдофольклорные бэки на «From Russia with Punk». Чувак Сергей, из группы «Кафе», наиграл кантри-вступление к «Тупой свинье». Я также обращался к Кащею из «Spitfire» с просьбой помочь нам с поиском двух духовиков. Мне очень хотелось иметь несколько нот сыгранных на тромбоне и трубе в соло «Если бы я был самым главным». Кащей ни с того ни с сего (до этого у нас всегда были вполне дружеские отношения) включил полнейшего мудака и объявил за каждого духовика из «Spitfire» ценник в 500$ в час. После чего был, конечно же, послан на хуй. Жаль только, что я забыл поинтересоваться, кто именно после записи будет сосать у нас хуи — он сам или тромбонист с трубачом? За такие деньги я сам могу на трубе научиться играть.

Немногие знают, что песня «Русский рок» впервые была записана для «ПОПКОРМа». Правда, после того, как я предложил сделать ее, чуваки не оценили юмора, и песня не вызвала должного энтузиазма. Группа отказалась репетировать ее, но я верил в эту вещь и поэтому записал соло с одного дубля, аккомпанируя себе на басу. Естественно, в таком виде песня не могла войти в основной тираж альбома, однако сгодилась как «бонус-трек» для коллекционного издания.

«ПОПКОРМ» вышел еще более эклектичным, чем «Посадка». Здесь был поп-панк, НоэФэКСятина, скейтборд, ска, регги, серф, латин-джаз, кантри, мелодик-хардкор и всякого другого стаффа навалом. Но, несмотря на это, альбом звучал цельно и круто. На самом деле «ПОПКОРМ» оказался первой нашей записью, которой мы остались целиком довольны и не обломались по сей день. Андрей смог справиться с одной очень важной задачей. Ему удалось перенести живой звук группы на пленку, не смягчив и не размазав его. С этим вроде бы несложным делом, как правило, не справляются российские звукорежиссеры, пишущие панк-звук. Самые беспредельные живые группы звучат на записях излишне рафинировано. Пленка, а уж тем более цифра (если люди пишутся на дешевых цифровых студиях или в домашний комп) нивелирует грязь и шероховатости, сглаживает острые углы и смягчает мощь.

Не привыкшие к звуковому анархизму студийные операторы подсознательно направляют все свои усилия на подчистку готовых фонограмм, на доведение до «нормального» по их представлению уровня. Запись же панк-рока или хардкора требует другого подхода. Здесь необходимо, используя дорогое, профессиональное студийное оборудование постараться, тем не менее, оставить запись сырой. «Дорого, но грязно», как говаривал Майк Полещук.

Мы вернулись в Москву в середине ноября. До конца года альбом выйти не успевал, поэтому его релиз был отложен на начало марта. А в конце января мы должны были отправиться в свой первый заграничный тур.

Еще год назад я впервые списался по e-mail с Леной Шмидт, русской девушкой, живущей в Швейцарии и делавшей тур для «Markscheider Kunst». Я спросил ее, не было ли бы ей интересно ввязаться в тур панк-группы из России. Лена долго сомневалась, но все-таки попросила выслать ей демо. После того, как пластинка дошла, она решила попробовать что-то сделать для нас. Лена не является профессиональным букин-агентом, на тот момент она даже не была в DIY системе, широко распространенной в Европе. Ей было интересно пробовать делать туры для русских групп, для нее это был новый опыт и возможность встречаться с соотечественниками. Кроме всего прочего, путешествия — всегда кайф. Приключения, новые знакомства, перемена мест, все дела.

Итак, взявшись за наш тур, Лена смогла получить для нас несколько дат еще весной 99-го. Однако, те деньги, которые мы могли заработать этими концертами, не покрывали и малой части наших затрат. Группа должна была получить визы, купить авиабилеты, а внутри страны арендовать мини-вэн для перемещений, и свой бэк-лайн. Так турит большинство европейских панк и хардкор-групп. Правда, автобус и аппарат у них, как правило, свой, а не арендованный, им не нужно лететь из Москвы до первого города тура. Если тур делает агентство, то эти затраты оно берет на себя, но, все равно, музыканты не получат ни копейки, пока вложенные деньги не будут отбиты назад.

Нам было необходимо получить столько концертов, чтобы гонорары за них, в сумме своей отбивали все вложенные средства. Такое количество забитых дат мы получили примерно к сентябрю. Все даты были в конце января — начале февраля 2000 года. Мы должны были провести в Европе около двух недель и сыграть за это время двенадцать концертов в двенадцати городах Швейцарии. Никогда до этого нам не приходилось играть с такой частотой в таком количестве разных мест. В Швейцарии, стране размером с московскую область, никому неизвестная русская панк-группа может выступать с туром в двенадцать концертов подряд, не имея ни радио-поддержки, ни контракта! В огромной стране России та же группа, хуячащая почти девять лет, готовящаяся выпустить шестой альбом и давно уже получившая клеймо «селлаут», за все время (!) своего существования не смогла посетить двенадцать разных российских городов. За девять лет! А тут две недели. Почувствуйте разницу!

До отъезда мы успели замутить двухдневный фест «Типа панки и все такое-2» и метнуться в Питер. Известный питерский музыкальный журнал «Fuzz» пригласил нас на свой очередной стадионный фестиваль. Мы были единственной московской группой на фесте. Кроме нас нам также выступили «КиШ», «Бригадный подряд», «Кукрыниксы», «Парабеллум» и еще кто-то. Нас удивительно тепло приняли, как никогда. Ни одного плевка или предмета, пущеного на сцену.

«Типа панки и все такое-2» прошел 15-го и 16-го января 2000 года в Р-клубе. Участвовали: «Тараканы!», «Тушка», «Шлюз», «Долина Патиссонов», «Бэрримор», Drugly Cats, «Пружина», «1,5 кг отличного пюре», «Смех», «Элизиум», и «Червона Рутта». К мероприятию был выпущен новый сборник, включавший новые песни «Тараканов!», «1,5 кг отличного пюре», «Элизиум» и «Смеха». Также на кассете оказались «Шлюз», Drugly cats, «Пружина», «Долина патиссонов», «Бэрримор» и «Червона Рутта». На «Типа панках… — 2» была впервые опубликована песня тогда еще практически не существовавшей группы «Приключения Электроников». Также я горд тем, что этот сборник стал одним из тех редких носителей, где люди могут услышать песню фантастической группы Apple Core, которые так и не смогли выпустить целый альбом. Первый день феста был посвящен грустному событию. Незадолго до этого умер Леха Сучков, басист Apple Core и вокалист группы «Тушка» (их песня также была на сборнике). Множество друзей Сучка приняло участие в сете его памяти. Вот сцен-репорт с того фестиваля, написанный Саней Бартом, моим приятелем и панк-активистом. Барт делал знаменитый когда-то сайт www.punkzone.ru, затем был первым веб-мастером www.punx.ru.

Сейчас он играет в группе «Мечты Сбываются».

«Здрасти, меня зовут Барт, для друзей Саня, хочу поведать вам о втором дне феста.

Приезд: Приехали мы с Tim’ом на машине, типа как большие, ехали и слушали "Бригадный подряд". По приезду настроение было соответсвуюгцее — весёлое. Войдя в раздевалку клуба, я сразу обратил внимание на нескольких невесёлых ребят в шарфах ЦСКА с подвёрнутыми штанами и в армейских ботинках. В клуб их не пускали, они были грустны.

Зал: Вошли. Я сразу подорвался искать организаторов, чтобы мне разрешили снимать на видео-камеру, которую я заблаговременно притащил с собой. Нашёлся Сид. Благословение на съёмку было получено, бодрюсь ваще. Праздник был в полном разгаре, начала выступать группа «Берримор». Круто, только слышал я их первый раз, поэтому не могу особо выделить. Да, к тому же во время их выступления я был озабочен поиском разрешения на съёмку, поэтому большую часть их выступления прослушал. После «Берримора» начали шуметь-греметь DruglyCats. Тут же в клубе обозначились 2 скинхеда, которые начали бодро отплясывать под аккомпанемент этой группы. И вот тут стало понятно, почему на входе стояли фанаты ЦСКА, оказывается DruglyCatsявляются постоянными участниками RedBlueWarriorsParty(RBW- ультраправая группировка футбольного клуба ЦСКА). Ok. DruglyCats- очень крутая группа, в манере выступления их вокалиста, как и вокалиста «Берримора», чувствуется сильное влияние Саши Иванова "НАИВ".

Следующими были "1,5 кг Отличного Пюре". Я их слышал первый раз вживую, и, надо признаться, что эта группа произвела на меня самое сильное впечатление. Весёлый, быстрый скейт-панк, такая музыка лично мне симпатична. Очень клёвА!

Далее по списку шла группа «Смех». Ну тут уже вообще весело стало: во время исполнения песни "7.11 утра" один из огромных скинхедов вылез на сцену и начал вскидывать руку вверх (типа "хайль гитлер!" и всё такое), очевидно полагая, что будет поддержан. Но Чип (вокалист "Смеха") был совсем иного мнения, он решил показать ему FUCK! который вышел каким-то кривым (надо ещё и медиатор держать), но зато от всей души. Скинхед сделал stagediving, опять же ошибочно полагая, что его кто-нибудь будет ловить. Всё это очень хорошо просматривается на моей "сделай сам" видео-записи. В общем «Смех» отыграл весело и бодро, народ слэмил и прыгал со сцены. Вот, кстати, чем хорош этот клуб, так это истинно демократичными охранниками, они никого просто так не трогают, а когда я залез на диван (там лучше вид для съёмки был), то меня даже не согнали (потом я совсем обнаглел:-))

После выступали гости из Нижнего Новгорода — «Элизиум». Но гостями их можно назвать лишь потому, что они не московская группа, а поддержка у этой группы была, пожалуй, самой громкой. «Элизиум» поменяли вокалиста и убрали 2 трубачей. Теперь выступают в составе 8 человек. Всё очень весело и громко.

Последней была группа "Червона Рутта". Жаль, что к этому времени какая-то часть народа разбрелась, какая-то часть зависла в туалете из-за перебора спиртного, зато оставшаяся, вменяемая часть, всячески веселилась. Особенно громко принимались такие хиты гриппы, как «Ветер», "Под Душем" и "Червона Рутта" (их вы можете послушать на сайте http://chervona.da.ru). Перед последней песней было сделано заявление, что возможно фестиваль будет проводиться 2 раза в год, а не один, как это задумывалось изначально».

В конце января 2000 года мы наконец-то отправились в тур. По возвращению, я опубликовал на www.tarakany.ru свой собственный тур-отчет, поэтому не буду повторяться и приведу его здесь целиком.

"Тараканы!" в Швейцарии. Дорожные записки.

С 19 января по 7 февраля 2000 года мы находились в концертном туре в Швейцарии. Необходимо заметить в этой связи, что это был первый гастрольный тур "Тараканов!" вообще (за 8,5 лет существования коллектива) и первый выезд за границы СНГ 3-х из 4-х членов группы. Также считаю нужным пояснить, что тур был организован без какой бы то ни было спонсорской поддержки, без помощи профессионального гастрольного агентства, а лишь благодаря доброй воле людей, симпатизирующих группе, их усилиям и слаженной работе.

Начать, наверное, нужно с описания в общих чертах Швейцарской punk/hardcore сцены. Не имея возможности сравнивать ситуацию с немецкой, скажу лишь, что как я могу себе представить, сиена в Швейцарии развита немного меньше. Однако, Швейцария — страна небольшая, как говорят, не больше Москвы и московской области. Здесь существует достаточное количество панк-лейблов (как имеющих европейскую дистрибьюцию, так и работающих только на внутреннем рынке), клубов (специализирующихся на панк-хардкор-ска и просто делающие концерты нашей музыки в своих стенах), фэнов, промоутеров и всего такого. Насколько мы можем судить, музыка там сейчас развивается по 2-м основным направлениям. 1-ое — немецкий хардкор (как нам объяснила наша тур-менеджер Селин, «немецким панк-роком» называется любой скоростной панк на немецком языке, т. е., типа если та же самая группа сделает песню на английском — это уже не немецкий панк-рок). Таких групп очень много. Первые представители этого направления — TAG TRAUM — встретились нам уже на 2-м нашем концерте, они были реально круты, играют очень необычную музыку, панк-хардкор со странными ритмическими рисунками, неожиданными синкопами и стоп-таймами. Мелодически отдаленно напоминают Bad Religion, но совсем чуть-чуть. Второе распространенное течение — Epitaphoобразный звук и имидж. Таковыми, условно, были Snitch, где чувак-певец выглядит как Майк Несс из Social Distortion, есть чувиха-басистка, неебаться мелодии, супер слаженная игра, NOFX-RULLEZZZ!!!!!!!!!!!!!! Так же на одном из концертов нам посчастливилось разогревать одну из крутейших швейцарских банд — MONSTERS. Музыка: грязный до жути рок-н-ролл, с панковским и рокабильным влиянием. Группа очень авторитетная, их лидер уже 15 лет играет в разных сайко-панк-рокабилли группах. Уровень игры у групп, какую бы музыку они не играли, просто запредельный. Молодые банды, совсем недолго существующие, хуярят настолько не по-детски, что просто диву дается. Короче, как это не прискорбно, мы здесь реально сосем все, от мала до велика.

Мой личный культурный шок увеличился раз в 10, когда сразу по приезду я попал в «СВАЛКУ» на концерт питерской группы «ПИЛОТ». Огромная толпа народу торчала и чуть ли не со слезами на глазах принимала настолько несусветное исполнение, такой сраный звук, музыку с абсолютном отсутствием кача и драйва. Я манал, короче… В общем, там лицезреть коллектив с подобным качеством живой игры было бы невозможно. И ведь речь идет о достаточно известной в России группе: в среду, в «Свалке», под 300 чел народу — это не хуй моржовый.

И это в Швейцарии, стране, в общем-то, без особых звезд в интернациональном смысле. Я, например, кроме YOUNG GODS вообще никого не знал. Т. е., короче, это не Америка, не Англия, не Германия — а разница видна сразу. По-моему, одно из главных отличий состоит в том, что здесь, в России, музыканты даже в панк-коллективах, находясь на сцене, остаются всего лишь музыкантами, играющими свои партии. Вспоминая там группы типа "Мэд Дог", "Червона Рутта", «Бэрримор», «Кукрыниксы» (я ни кого не хочу обидеть, это констатация факта), мы врубались, что отсутствие каких-либо эмоций на лицах музыкантов на сцене, полный мертвяк, даже какая-то усталость что ли, короче отсутствие очевидных признаков личной заинтересованности в том, что ты делаешь — есть главное отличие нашей сцены (я назвал первых, кто пришел в голову. На самом деле имя им — легион) от европейской в общем и швейцарской в частности. Отсюда и нерубилово, слабый нажим, скука у публики (по сравнению с тамошней реакцией людей, наши залы выглядят мертвыми даже на самых крутых концертах). Короче, слабая эмоциональность или полное отсутствие таковой плюс низкий уровень игры — портрет средней русской панк-группы (или рок-группы, не важно в данном случае). Я знаю огромное количество известных русских групп, реакция на концерт которых в тех местах, где мы играли и у той публики, для которой мы играли, была бы (если бы они там выступили) по меньшей мере странной. Ситуация такова, что если ты не хуяришъ насмерть (как в последний раз, и это не пустые слова. Все, что мы могли делать сразу по окончании наших сетов — лежать, подыхая 30–40 минут), ты просто не увидишь никакого ответа со стороны людей, не продашь ни единого компакта на концерте и точно не будешь приглашен еще раз. В это врубаешься на раз и выходишь на сцену с единственной мазой — угондошить всех наповал.

"НАИВ", «ДИСТЕМПЕР», "КОРОЛЬ И ШУТ", "1,5 кг отличного пюре" (по состоянию на январь 2000-го, с тех пор прошло больше 3-х лет), может быть еще кто-то, кого я не помню или не знаю, могли бы рубить там легко, наравне с такого же сорта группами из Скандинавии, Италии или Польши, например. Примерно так, кстати, нас и принимали (людям, слава Богу, по хую язык и тексты, если ты ХУЯРИШЬ и у группы есть мелодии, рубилово и чувство, все чувак, ты крутой!)

Группы там постоянно проводят время в турах типа нашего, только ездят они по всей Европе, естественно, им платят бабло, которого хватает на все расходы по туру, а также остается на жизнь. Такого сорта практика (которая доступна почти всем, главное — чтобы ты мог играть, ну и кое-какие расходы на автобус и аппарат) привела к ситуации, когда коллективам просто не нужно (нет такой необходимости) иметь клипы, быть на МТВ, иметь ротации на радио. Ты просто сочинил песни, отрепетировал их, записал, раскидал демо в 200 разных мест в Швейцарии, Скандинавии, Германии и Франции, в 100 из них тебя взяли, все, у тебя есть работа на ближайшие 4 месяца. Сел в автобус, взял с собой свои звуковые носители (CD, винил, кассеты, у кого что есть), майки, и попер! Таким образом и развивается сцена везде в Европе. У нас это невозможно в силу географических, финансовых и культурных обстоятельств. У нас огромные расстояния между населенными пунктами, из-за чего гастроли в некоторых городах в принципе невозможны. Самый дешевый авиабилет на самолет сообщением Москва-Хабаровск (куда лететь на самолете 9 часов, а ехать в поезде неделю) стоит почти 200$, соответственно, только дорога организаторам обойдется в 1000$. Передвигаться на автобусе невозможно из-за хуевых дорог, цен на бензин и опять же больших расстояний, к тому же где панк-группе взять автобус? Организаторы на местах, естественно, хотят если не заработать, то по крайней мере отбить свои затраты, а для этого твоя группа должна быть мало-мальски известна. Никому не нужны команды, о которых никто слыхом не слыхивал, пусть даже они охуенно пиздатые. Говорят, мы — «распопсованный» коллектив. Так вот, в среднем 3 города из 5 вРоссии, куда мы предлагаем себя, отвечают, что им такая группа неизвестна. И для людей в Барнауле, Владивостоке, Тюмени и Саратове MTV или какой-нибудь COOL позорный — это единственные средства массовой информации, в которых они могут получить информацию о нас, например. В Европе панк-музыкантам просто не нужно сотрудничать с такими организациями, там у каждого есть свой хлеб. И когда ты начинаешь сотрудничество с MTV в Европе или типа того, это означает, что ты больше не ХОЧЕШЬ быть СделайЭтоСам, а хочешь, чтобы твоим промоушеном, рекламой, концертами занимались люди из большого бизнеса, а, значит, ты больше не панк. Такая ситуация и такая точка зрения мне очень симпатична, но как быть, если ты живешь в стране, где ближайший город, в котором ты можешь играть, кроме своего собственного, находится за 700 км?

Публика.

Народ очень разный, разномастный и всякий. Есть сквотерс-панки — эти живут в сквотах или постоянно двигаются по Европе со своими телками, стадом огромных собак (добрейших), спальными мешками за плечами и все такое. Выглядят как настоящие враги общества, достаточно угрожающе и деклассированно, и я мог бы, перенося ситуацию на русскую почву, сравнить их с нашими типа «бомж-панками», если бы не одно НО. На втором концерте один из таких пассажиров предложил Лехе (уже после концерта) поменяться майками. У Лехи была майка "3-й панк-фест", а у него старый-престарый, рваный и местами вроде достаточно грязный RANCID. Леха сменял, а потом, показывая нам ее, предложил понюхать. Майка источала аромат дорогого цветочно-фруктового мыла и это несмотря на ее внешний вид, а также внешний вид экс-владельца и тот факт, что обмен состоялся уже после концерта. Есть также люди, которых просто прикалывает панк-музыка. Они активно покупают пластинки, ходят на концерты и выглядят, в общем-то, цивильно (по их меркам цивильно, т. к. крутейшие майки, невообразимые прически и цвет волос — не считается). Но в основном, развит некий промежуточный вариант, т. е. когда человек занят в какой-нибудь около-панковской структуре (играет в группе, работает на клуб, держит дистро, рисует флаера, издает фэнзин или просто тусует), но живет дома. В большом почете TEEN IDOLS, SCREECHING WEASEL, VANDALS, MUFFS, DONNAS, QUEERS, SOCIAL DISTORTION, NOFX, RANCID. Из старых — TOY DOLLS, MISFITS, CLASH. Все люди крайне приветливые и приятные, на концертах и просто в общении демонстрируют полное отсутствие агрессии, грубости или злобы. Притом, что рубят нереально, дружелюбно принимая все, что играют музыканты ("Show was great! It's brilliant, thank you so much" — обычные слова людей после концертов. Мы не могли поверить своим ушам). Почти всегда нам приходилось выходить "на бис", часто несколько раз. Там это принято, люди просто не хотят смириться с тем, что все уже кончилось. И когда видишь это и отдаешь себе отчет в том, что такой прием они оказывают неизвестной русской группе — это торкает почище чего хочешь. Культура панк-рубилова высока настолько, что становится понятным, отчего НИ В ОДНОМ месте мы не встретили НИ ОДНОГО охранника или типа того. Когда в угаре одного пацана сильно кинули на сцену и он при падении задел монитор, первое что он сделал — подвинул его на место. У нас бы рванул искать того, кто толкнул с мазой разбить ебало. Ни одной драки, ни одного эксцесса за весь тур. Люди жрут бухло и пляшут, человек может просто лечь и заснуть в углу — никому в голову не придет ни то что брать и тащить его на выход, да просто трогать зачем-то. Курение марихуаны повсеместное, хотя ганджубас легализован далеко не во всей Швейцарии. Абсолютно все панки и хардкор люди — антифашисты (наци-панк или правый скинхэд — нонсенс), энимал-френдли, не пользуют тяжелые наркотики. Люди не донимают друг друга исканием прайса, а артистов просьбами «вписать», мало того, отказываются принимать в подарок CD, объясняя свое желание его купить, дабы поддержать группу! Под конец тура у нас организовалась устойчивая тусовка человек из 30-ти, которые перемещались за нами из города в город. Они просто подходили и узнавали, где будет следующий концерт, и на следующий день мы их просто видели в зале. Каждый раз они платили за вход!!!

Еще одна интересная тенденция. Мы не встретили ни одного пассажира, про которого можно было бы сказать, что он фэн только одной или там двух групп. Такого что, типа "я слушаю только то и то" просто нет. Люди слушают огромное количество разной музыки, не запариваясь на имена, просто любят панк-рок. И это круто.

Клубы.

Мы играли в разных клубах от 100 до 700 мест, это были культурные центры и деревенские пивнухи, панковские места с недешевым рестораном наверху и театр, где сняты кресла в зале, сквоты и вполне обычные места.

L'usine в Женеве — огромное отдельно стоящее здание, снаружи напоминающее одновременно Манеж (только маленький) и огромную трансформаторную будку с окнами. Это то ли прогоревшее кабаре, то ли заброшенная фабрика. Внутри больше всего похоже на старый "Не бей копытом" в Раменках, только там есть второй этаж и много помещений, вынесенных за основное пространство. Место очень разноплановое, за день до нас там проводился театральный фестиваль, а на следующий день после нашего концерта должны были играть KREATOR и MOONSPELL. В помещении на 600–700 мест работают (и надо сказать с успехом) всего 7 человек. Звукорежиссер, 2 бармена, повар, 2 чувака на дверях и главный.

ROSENGARTEN в деревушке Сеевен являет собой почти придорожную пивнуху в маленьком хуторке по нашим меркам, клуб с окнами на улицу, куда днем пипл просто приходит попить пивчаги. Там у нас было две группы разогрева (TAGTRAUM в том числе), там же впервые был супераншлаг, три вызова на бис, первые знакомства и все такое.

Xyyp, SAFARI BEAT CLUB. Хозяин Майк держит внизу ска-панковский клуб (собирается везти к себе СПИТФАЙР), а наверху в том же здании — ресторан со сметами на камнях. (Такое кровавое мясо. Подается на супер горячих раскаленных камнях, сам его режешь на куски и жаришь прямо по ходу). Там я заменял майку «НАИВ» "Посталкогольная минеральная вода" на майку МХРХ, которую у меня тут же выпросил Леха. Чувак, экс владелец майки, сказал, что знает «НАИВ» и хочет типа майку.

Хуур — малюсенький городок в горах на границе с Германией, в 3-х килолитрах от Давоса, где в это время заседала мировая финансовая элита. В нем живет от силы 10 000 чел, однако все столбы в городе уклеены стикерами FAT WRECK CHORDS, а в "ночном клубе" работают 3 русские проститутки.

Берн, Bierhubeli — натуральный театр с лепниной, колоннами и люстрами, где зал перегорожен пополам и сбоку устроена сцена. Там выступали NINA HAGEN, LENINGRAD COWBOYS (кстати, многие там уверены, что это русская группа), ELEMENT OF CRIME. Играли там в понедельник, вход был без денег, поэтому на концерт приперлись посольские детки, которые прочитали в газете, что будет выступать русская группа. Внедрившись без стука в гримерку, эта братва (самой младшей девчонке, было лет 12, старшему чуваку где-то под 22) по-барски выжрала почти все наше пиво, предложила метнуться за водкой в магаз, ну и вообще забрататься тут же и немедленно. Берн потихоньку стал превращаться в Свиблово, они уже просили майчонку в подарок и обещали показать нам весь этот «сраный» город. В общем, еле-еле отделались от соотечественников.

Люцерн, BOA-BAR. Боа — большой концертный зал, по слухам там хуярили BAD RELIGION, MINISTRY, a no непроверенным слухам — NIRVANA. Там имеется также барчик, где мы собственно и бомбили. По четвергам концерты в Боа делает панк-тусовка, объединённая под названием ROMP. Они держат также захваченный подъезд в многоквартирном доме (десять квартир на четырех этажах), они издают свой зин, возят группы (в 95-м они делали в Боа концерт для Apple Core, а через месяц после нас там же они делают "ПУРГЕН").

Концерт в Аарау, клуб KIFF, был одним из самых запоминающихся. КИФФ большой клуб, со входом на втором этаже, куда ведет уличная лестница. Там мы вместе с местными Scatty были разогревом для MONSTERS. Это был также и наиболее многолюдный концерт (около 600 зрителей). По этому концерту можно было многое понять о публике, ее поведении и местных понятиях. Растаманские люди (много африканцев) соседствуют со скинхэдами (естественно, SHARPs), майки FUGAZI с майками GREEN DAY, никто ни на что не парится, нее очень спокойно и дружелюбно, хотя SCALLY играют очень агрессивный хардкор-панк, SICK OF IT ALL плачет в углу.

SHITT-R-BiGG в городишке Пфаффикон являет собой переделанный коровник, собственность папашки одного из тусующих там парней. Клуб состоит из 2-х помещений, куда часам к 9 вечера подновилось 300 человек народу. Там мы получили ужин из местного народного блюда под названием ФОНДЮ, которое состоит из огромного чана с кипящим сыром, кусочков белого хлеба, который в этот сыр надо окунать, и пузыря шнапса по названием КИРШ, который в этот сыр типа надо добавлять по вкусу. Мы этот шнапс стали жрать просто так и че-то нихуя не накидались. Вообще, там покидаться довольно сложно; я, например, сколько не жрал бухла, так и не получил желаемого результата. Там же нами был встречен живой монгол, который говорил по-русски. Он очень просил спеть песню В. Цоя, таким образом, русский рок достал нас даже в Швиссе.

GASWERK в Винтертуре — клуб, сделанный в бывшем газовом заводе, там частенько хуярят панк-банды типа QUEERS, PANSY DIVISION, через некоторое время после нас там должны были играть новая гриппы чувака из МС-5, а также CONSOLIDATED. Там мы получили один из самых пиздатых концертов в туре, хотя у Санька дважды рвались струны, играли без разогрева, но все-таки все было очень круто.

На предпоследнем концерте в городе Бремгартен в заведении Kleiderfabrik (что-то вроде клуба "КАК БЫ", только большой) у нас уже была толпа чуваков и телок, которые приехали туда т других городов, некоторые из них приехали посмотреть на нас уже 2-й, а кое-кто и 3-й раз.

И последний концерт состоялся в зале IMPROVISORIUM в городе Хуттнил. Это место сделано в бывшем гараже на первом этаже дорогого 3-х этажного дома. После шоу Серега, Санек и Леха сделали джем-сейшн, играли регги, RANCID, А-НА и всякую такую хуйню с Селин на басу. В общем, все было пиздато и заебись.

Вне зависимости от географического или финансового положения, везде ситуация одинаковая. К приезду групп звукорежиссер уже на месте, саундчек производится быстро и технично, и заканчивается по крайней мере за час до OPEN DOOR, чистые туалеты с сенсорной системой спуска, одинаковые цены в баре, где бы то ни было (бухло примерно на 2–3 франка дороже, чем на улице). Везде музыканты и менеджеры получают бесплатную еду (включая просто перекус, который ждет тебя в гримерке: йогурты, сыр, хлеб, колбаса, фрукты, пиво, чай, кофе, шоколад, а также ужин за час до выхода на сцену). Музыканты могут брать и пить бесплатно в баре все то, что им хочется, любые напитки в неограниченных пределах. Для справки: чтобы получить в «Свалке» 4 стакана минералки группе на сцену, директор группы должен выебать менеджерам клуба весь мозг. В Р-клубе в последнее время мы получили воможностъ проносить во внутрь 2 большие бутылки воды, купленные нами же на улице. Почти в каждом клубе есть места, где можно спать, отдельные комнаты для иногородних или иностранных артистов. Если «слиппин-рум» нет, то пристроить музыкантов на ночлег — все равно проблема клуба. Таким образом, они либо снимали нам отель, либо выкручивались по-другому. Клубы практически не делятся на дорогие и дешевые, рокерские и жирные. Если на афише написано, что сегодня панк-рок, значит в зале будут панки, несмотря на то, что послезавтра здесь кантри-бэнд, несмотря на то, что антураж помещения не похож на панковский, всем поебать, народ просто пришел веселиться.

В клубах нет охраны как таковой. Т. е. нет вообще. Никаких ментов на входе или у сцены, никаких специальных должностей такого сорта у них не предусмотрено. Штаты сотрудников заведения очень и очень малы по сравнению с нашими клубами. Там хозяин может быть одновременно и барменом, и звукорежиссером (чаще всего так и бывает), или стоять на дверях. Кстати, любому посетителю на дверях выдается без денег пакетик с берушами(на тот случай, если вдруг покажется очень громко). Клубы, естественно, не берут никаких денег за выступления (эта практика у нас распространена в некоторых местах до сих пор), взять же фашистскую группу или хотя бы ансамбль, о котором есть слухи о контактах с неофашистами — означает самоубийство для места. Самое меньшее что ждет такое место — бойкот со стороны зрителей и групп, но скорее всего такой клуб просто сожгут на хуй в одну из ночей.

В Швейцарских клубах можно: бухать (даже если принесенное с улицы, никто не проверяет. Когда я попытался рассказать там, что у нас перед входом людей досматривают, по-моему, народ просто не понял, о чем базар. Но и публика тоже не особо парится заносить. Ведь они идут развлекаться, тем более, что цены в баре почти как в магазине), приводить с собой собак, спать на полу (или где придется), приходить в жопу, использовать наркотики, рубить где и как хочешь, продавать любую атрибутную хуйню (без отсыла процента клубу), трахаться, выходить наружу и заходить обратно сколько хочешь раз, ну и все такое. Платят клубы группам так: гарантия + процент от дверей (в случае, если приход на двери превысил затраты заведения по конкретному мероприятию) + бухло и еда в неограниченном количестве из бара, как я уже говорил. Таким образом, иногда хозяин нам приносил процентов на 50 % больше, чем договаривались (такое происходило 3 или 4 раза в разных местах).

Билеты стоили: 15 франков (10$) — обычный и 12 (7$) — для безработных. Гримерка — место святое, никто туда не лезет, ни до концерта, ни после. Телеги типа "ничо, я здесь у вас пальто повешу, а еще моей бабы пальто, а еще мы тут просто посидим, потому что там много народу" там не катят, людям такое не приходит в голову.

Тур.

Наши концерты были заряжены нашей знакомой, которую зовут Лена, она русская, но сейчас живет в Швейцарии. Еще год назад она ничего не знала о группе, но ей понравился материал и она решила заняться туром. Надо сказать, что Лена не является профессиональным промоутером и делала все по большому счету ради нас и ради собственного развлечения. Во время переговоров с клубами ей посчастливилось познакомиться с еще одной прелестной юной дамой по имени Селин. Они и стали нашими тур-менеджерами и ангелами-хранителями на всем протяжении маршрута. Дело реально было поставлено таким образом, что группа должна была делать только одно: хорошо играть. И нас действительно не ебало, откуда берется бензин, когда завтрак, где мы будем ночевать, какими играем, во сколько саундчек и уж тем более расклеены ли афиши и сколько платят. В России группы нашего сорта вынуждены решать все эти штуки сами. Это отнимает массу времени, засоряет мозг, нереально раздражает, ну и вообще, какая уж тут музыка. Кстати, наличие менеджеров у группы — не есть повод говорить о ее жирности или типа того. Наличие таких людей у коллективов на самом разном уровне — это как наличие барабанщика в группе или пива в гримерке. Итак, по российским меркам тур был заряжен и сделан просто на высшем уровне (и так работают непрофессионалы, просто люди из панковской среды. Каков же тогда уровень у корпоративных агентств и промоутеров?), и за это спасибо от группы в первую очередь Лене и Селин, а также всем саунд-инженерам в туре, владельцам клубов, сквоттерам, бравшим нас на ночлег и так далее, а также репортеру Шрайбикусу за помощь в преодолении языкового барьера, его брату Маркусу Шрайбикусу (тоже репортеру) за сюжет по швейцарскому ТВ, бойфренду Селин за клип, всем поварам везде.

По возвращении, мы, как и каждый нормальный россиянин, впервые вернувшийся домой из-за границы, испытали сильнейший культурный шок. Никто из нас и раньше не испытывал особой любви к «родным полям и березовым рощицам», но такой реакции никто из нас от себя не ожидал.

На землю тебя возвращают уже в аэропорту. Ебальнички теток-таможенниц не оставляют никаких надежд на то, что ты прибыл в страну, где люди испытывают друг к другу уважение и респект, просто потому, что все мы — человеческие существа. Люди во всем мире живут «благодаря», и только в России — «вопреки». Во всем мире ты «хороший» заранее, пока ты не сделал конкретного говна. У нас ты заранее «плохой», и если умудришься доказать со временем обратное, что ж, это по всей видимости это означает, что ты стал святым. Кроме шуток, ощущение свободы, растворенной в воздухе, а не впитанной со страниц заумных книг, действует даже на физиологическом уровне. Ты просто чувствуешь, что перестал сутулиться, плечи распрямились и нет никакой необходимости оглядываться. Как только мы вышли из самолета в «Шереметьево», то сразу почувствовали обратный процесс. Я даже решил, заради эксперимента, проконтролировать его и попытаться искусственно сдержать. Первое же пьяное быдло в метро, попытавшееся мне предъявить за внешний вид, наполовину это желание срезало. Наступает непреодолимое желание не выходить какое-то время из дома, что бы не обламываться, и некоторые, кстати, так и поступают. Культурный шок может развиться в психическое заболевание, это медицинский факт. Побывав за границей единожды и не в обществе собственных сограждан, начинаешь понимать, насколько же Россия не предназначена для проживания существ под названием «люди». Постоянное существование в атмосфере напряжения, тревоги, нестабильности, агрессии, среди быдла, быков и людей, напрочь утративших человеческий облик, в состоянии преодолевания препон и решения мелких проблем, которые тебе придумывают правительство и сограждане на каждом шагу, не доводит до добра. Пребывание за границей, хотя бы несколько недель, раз в год, я лично оцениваю как необходимую психотерапию для всех нормальных людей, вынужденных жить в этой стране. Выезжайте и лечите мозг! Это полезно.

Ну да ладно. Чуть подлечившись, мы, наконец-то, выпустили альбом. К нему было снято новое видео «365 дней». Клип оплачивали Фили, они же подобрали режиссера и команду. Но, несмотря на потраченные деньги (это видео стоило почти в три раза дороже «Поезда…»), клип вышел мудацким. Режиссер постоянно бухал на съемках, кроме того, он не имел абсолютно никаких идей в отношении сюжета и всего такого. Нам пришлось несколько раз перемонтировать готовое видео с другими людьми, так как первоначальный вариант монтажа годился разве только для групп типа «Аквариум», настолько он был лишен динамики и драйва. Этот клип оказался последним нашим видео. С тех пор мы ни разу не снимали никаких клипов (и пока не планируем).

«Наше радио» согласилось крутить «365 дней» и… «Много телок и пива», чего мы опять (в который уже раз!) никак не ожидали. Ну, может быть «Кто же теперь будет спать со мной» (типа баллада), ну накрайняк — «Весеннее обострение». Но не песню, в которой восемь строчек текста и половина их составлена из нерусских слов и понятий. Таким образом, шуточная песня, написанная по большому счету для друзей, как рефлексия на свой странный статус «звезд, ездящих в метро», стала одним из самых больших хитов группы. Очевидно, что большая часть людей, постоянно просящих ее на концертах, не врубается в иронию и реальный смысл ее текста. То же самое, кстати, можно сказать и о противниках ансамбля, которые, как правило, приводят в пример именно эту вещь, для того, чтобы наглядно продемонстрировать собеседнику «тупость» (как они это называют) «Тараканов!».

Альбом должен был выйти в конце марта. Его презентацией планировалось сделать совместный концерт с Toy Dolls в СДК МАИ. Однако, его выходу предшествовали кое-какие стремные события, о которых также необходимо поведать.

В самом начале марта два конкурирующих друг с другом музыкальных канала, MTV и Муз-ТВ, решили вдруг организовать совместную акцию. Такой внезапный порыв всегдашних «заклятых друзей» уже в самом начале вызывал подозрения, однако внешне все выглядело вполне пристойно. Идея была такая. Все сливки молодежной музыкальной культуры: панк, альтернатива, хип-хоп, рокопопс и новый русский рок собираются в одном концерте, который снимается MTV и тут же дается в эфир. Мы были приглашены выступать. Среди прочих также были заявлены «Наив», «КиШ», «Мэд Дог», «Текила», IFK, Zdob si Zdub, вся «бэд-би-альянсовская» хип-хоп тусня (и Децл тоже!), масса уродских групп сорта «Океан Эльзи» и «Грин Грэй» и другие. Живой концерт должен был начаться в 16–00 и продлиться примерно до 23–00. Площадкой был выбран давно уже заброшенный и не используемый для проведения каких бы то ни было культурно массовых мероприятий «Ледовый дворец» на метро «Речной вокзал». За несколько минут до выхода на сцену первой группы, снаружи стали проникать зловещие слухи, о якобы скопившейся у стен Дворца толпы отморозков, нещадно пиздящих зазевавшихся фэнов. Те, кто был внутри, не особо запаривались на подобные терки. «У страха глаза велики» и все такое.

Между тем, снаружи все это время шло нереальное кровавое побоище. Организованные отряды т. н. «футбольных фанатов» или тех молодцов, что при удобном случае готовы немедленно зашифроваться под «футбольного фаната», выдвинулись скоординированными тусами из близлежащих дворов и пустырей, проведя десятиминутную артподготовку заранее заготовленными камнями, бутылками и прочим, кинулись на детей, не успевших еще попасть вовнутрь. Нет никаких сомнений в том, что акция была заранее подготовлена. К «Дворцу» были стянуты невиданные до того времени силы бритоголовых беспредельщиков. Кроме шуток, они были готовы убивать. И они на самом деле убивали. Я уверен в том, что власти скрыли реальное количество жертв и пострадавших. В интернете была инфа о сотруднике Муз-ТВ, получившем отверткой в горло и позже скончавшемся в больнице. Алик Исмагилов, басист «Ва-Банка», дожидавшийся меня на служебном входе со своей двенадцатилетней племянницей Гулей (я должен был вынести им проходки в зал), был увезен в больницу с пробитой головой.

«Скорые» подъезжали к площадке десятками, менты, очухавшись от первой атаки, вызывали подкрепление. Самое стремное, что никто из находившихся внутри, ни зрители, ни артисты, ничего не знали о том, что происходит. После того, как мы закончили собственный сет, пошедший в эфир с чудовищным звуком, группа с несколькими друзьями и телками выдвинулась по домам. До ближайшей станции метро надо было ехать несколько остановок на автобусе. Мы, ничего не подозревающие, погрузились в подошедший бас и поехали. На следующей остановке произошла ситуация, аналогичная той, в которую мы с Майком Полещуком попали девять лет назад, в метро, на Авиамоторной. Пипл, возвращающийся с концерта на автобусах, поджидала толпа ублюдков. Уроды просто тусили на остановке и, издалека обнаруживая в подъезжающем транспорте людей, внешне похожих на потенциальных зрителей акции, прыгали в салон и нещадно топтали всех без разбора. Мы успели среагировать и в одну секунду оказались у обеих дверей турецкого Мерседеса, заблокировав входы в автобус. Нам удалось нехуево помесить ногами наиболее прытких говнюков, но в среднюю дверь все-таки удалось просочиться нескольким. Автобус уже тронулся, закрыв все двери, а мы, нихуя не видя, убивали тех трех или четырех «бойцов», случайно отправившихся с нами дальше. Хотите юмор? Несколько бабок и тетушек, неизвестно куда двигавшихся в том же басе на ночь глядя, тут же заверещали: «Да что вы делаете? Да что такое происходит! Да мы щас милицию вызовем, водитель, водитель!». Нормально? Это мы значит, хулиганы и бандиты? Следующей остановкой была конечная, метро. Мы все высыпались из автобуса и тут же допустили роковую ошибку, дав ублюдкам сделать ноги. Голант обнаружил пропажу дорогушей гитары и, если бы нам удалось придержать этих тварей, они, но крайней мере, были бы крайними. Непонятно как, в пылу месилова или еще как-то, инструмент был проебан. Очевидно, что оставшиеся на предыдущей остановке «бойцы» каким-то образом зацепили его. Никакие мероприятия по розыску гитары, ни с ментами (мы накатали заяву тут же), ни самостоятельно, не привели ни к каким результатам. Самое хуевое заключалось в том, что инструмент не был личной гитарой Санька. Мы взяли ее у знакомых хозяев дорогих «кастом инструментов» на подмену, специально для этого концерта. Теперь Санек был должен денег.

На следующее утро Фили опубликовали в сети открытое письмо к руководству обоих каналов. Ко всему прочему, как оказалось, мероприятие имело скрытый политический подтекст. Организаторы скрыли от большинства артистов и их менеджеров факт того, что концерт сделан на деньги «Яблока» и является частью предвыборной компании Явлинского. Оказывается, этот самый Явлинский нарисовался на сцене (уже после того, как мы уехали) и выступил с речью. Вся (!) его телега пошла в эфир в перебивку с выступлениями разных ансамблей. Кроме того, специальная камера (!!!) постоянно давала в эфир крупный план каких-то мудаков на одной из трибун, которые тусовали с растяжками сорта «Голосуйте за «Яблоко». Такого наебалова никто не ожидал. Это было натуральной подставой и хамством. Филевское заявление включало в себя требование к руководству обоих каналов извиниться перед артистами и компаниями, их представляющими, возместить нам ущерб и вообще, пояснить свою позицию. Ни MTV, ни Муз-ТВ никак не отреагировало на это письмо, хотя оно имело достаточно мощный резонанс. По, самое главное, НИКТО из выступавших там музыкантов (кроме нас) и НИ ОДНА представляющая их компания (кроме Филей), не сделали никаких подобных заявлений! Ёбаные ссыкуны, все они тут же обосрались от перспективы потерять свои вонючие телеэфиры для своих мудацких, жопой сделанных клипов! Нужно ли говорить о том, какую эфирную судьбу имел клип «365 дней» и все наши предыдущие видео? Их просто тут же сняли с вещательной сетки.

Концерт с Toy Dolls также накрылся. Было очевидно, что проводить через две недели после такого побоища панк-концерт, да еще и с дорогостоящей заграничной группой — это просто выбросить деньги на ветер! Но, очевидны подобные вещи только тем, кто в свое время заморочился на покупку некоторого количества мозга. Один чувак, у которого не хватило денег на это полезное приобретение, намного позже написал на одном панк-форуме: «Ненавижу Сида за то, что он концерт Toy Dolls отменил!». Вот и все. Хоть стой, как говориться, хоть падай. Отменил ведь, сука!

OK, альбом вышел, концерт-презентация состоялся в «Свалке» в конце марта. Вот вам, ради прикола, пара рецензий на него, добытые в интернете:

«"ТАРАКАНЫ!": "ПопКорм".

Дима «Cud» Спирин и его группа "Тараканы!" — единственные, кто хоть немного, но порадовал. В первую (а также вторую, третью и последнюю) очередь тем, что продемонстрировали наличие вкуса. И дали самым твердолобым… нет, извините, не просраться. Дали понять, что, используя три заветных аккорда, две заветных примочки и, не выказывая особенно ярко выраженного интереса к чему-либо, кроме телок и пива, знают при этом, что есть на свете кантри ("Тупая свинья"), есть на свете румба ("Пит бросил пить") и были на свете, не поверите, ThePolice("365 дней). И не только знают, но и дают узнать наиболее непросвещенной части своей аудитории. Со всеми программными заявлениями Сид и сотоварищи отстрелялись еще на трэке номер раз, "Тупой панк-рок для интеллектуалов", после чего подробно изложили свое отношение к проблемам насущным ("Военкомат", "Опасный секс", "Если бы я был самым главным") и ("браво!") поставили жирную точку бесплатным bonus-track'oM" Русский Рoк" — настолько конкретно в отечественной музыке никто не изъяснялся со времен Федора Чистякова ("эх, рок-говнорок…"). В общем, если "Весеннее настроение" и голова не болит, а только готовится к этому — покатит, дай Боже. Буклет, опять же на пять баллов. Это хорошо, что ребята из «Наива» не назвали свой альбом "Отсоси дверную ручку", как собирались. Иначе сравнений было бы не избежать, и ни в одном из сравнений ветераны не смотрелись бы выигрышно. Хотя их и так не избежать».

Автор этой рецензии неизвестен и это даже хорошо. Я не исключаю возможности, что моя книга может попасть в руки к Снейку или какому-нибудь другому мощному парню. И что тогда делать бедному рецензенту? Скрываться в Австралии?

А вот как выступил Олег Бочаров, автор нашумевшей «Панк-рок-энциклопедии», издатель журнала «Painkiller», панк-эрудит и коллекционер:

«"ТАРАКАНЫ!": «Попкорм» (FeeLee).

Я бы не сказал, что это тупой панк-рок для интеллектуалов. Ровно в той же мере, как это и не интеллектуальный панк-рок для тупиц. "Тараканы!" — это скорее абразивно маргинальный антагонизм к декадансной стагнации современного социума. Если кто не понял, объясню попроще: это просто панк-рок. Типа "мы играем, а общество получает в рыло, а если и не получает, то нам насратъ". "Тараканы!" обладают привычкой время от времени хорошеть. «Попкорм» выродился чистой, светлой и энергичной пластинкой, какие на бескрайних просторах нашей никому ненужной Родины плодятся в исключительно мизерных количествах. Вырезаем два-три трэка повышенной заунывности, явно сотворенных для того, чтобы забить остатки круглого места на диске, в результате экстрагируем 100 % московский панк-рок по мотивам старой нью-йоркской панк-школы (вы поняли, что я имею в виду). Фэны будут рады, а скептикам придется изрядно попотеть и пофантазировать, чтобы выдавить из себя пару-тройку литров желчного критицизма».

Во как! Этот парень не ищет легких путей!

До записи «ПОПКОРМА», весной 2000-го мы сделали несколько демо, на малюсенькой студии «КОМА». Часть этих песен потом была опубликована на сборнике «Типа панки…». Чуть позже на той же самой студии Санек попробовал себя в качестве саунд-продюсера и звукоинженера. «Смех», наши старые знакомые из Истры, попросили нас помочь им с осуществлением записи своего первого (и на момент написания этой книги единственного) альбома. Я встретился с хозяином студии, Серегиным другом по имени Рустам, и убедил его предоставить нам студийное время за мизерный прайс, что бы мы могли своими силами записать альбом «Смеху». Мы получили в свое распоряжение несколько дней, и братья Метели приехали на студию. Для нас это был первый опыт создания альбома для других людей от начала и до конца. До этого я способствовал в выпуске альбомов нескольким группам и выпускал сборники, но эта деятельность никогда не была завязана собственно на производство фонограммы, на все эти студийные заморочки. За пультом сидел Санек, он крутил ручки и заставлял Чупа перепевать наиболее фальшивые куски. Серега помогал с барабанным звуком, Леха тоже что-то делал. Парни предоставили «Смехам» для записи свои инструменты. На мне была забота по последующему выпуску альбома. Времени было мало, опыта никакого, да и музыкантами Метели были всегда не ахти какими. В итоге альбом вышел таким, каков он есть, и те, кто слышал его, знают все сами. В любом случае, кто-то их записал. А так, кто знает, может быть сидели до сих пор без выпущенного альбома. Чуть позже, там же, теми же силами и на том же аппарате были записаны «1,5 кг отличного пюре». Он получился уже чуть получше. Я убедил руководство Филей выпустить обе фонограммы, оплатив расходы но мастерингу. Таким образом, «Живяк» «Смеха» и «Суперпанк» «1,5 кг отличного пюре» вышли в свет весной 2001-го.

Ну да ладно. После выхода «ПОПКОРМА» мы смогли сделать некоторые гастрольные выезды, в том числе на пару байк-шоу на юге России. В Краснодаре на одном из таких концертов мы играли вместе с «Мистер-Твистер», отличными челами, с которыми нефигово забратались. Там же выступала вновь сформированная группа «Черный Кофе», одни из главных моих кумиров детства. Другой концерт был в Ростове-на-Дону.

Вот кусочек моего интервью из белорусской «Музыкальной газеты» на эту тему:

Что произошло с группой, после того, как она выпустила свой последний альбом?

— Мы много ездили с концертами, было много больших летних мероприятий. Выступали в южном регионе России: Краснодаре, Ростове-на-Дону. Там проходила серия байк-шоу и мы почему-то оказались интересны именно им.

Как оказалось, чем южнее российская аудитория, тем она цивилизованнее и продвинутее, несмотря на то, насколько это большой или небольшой город, есть там MTV или нет, и так далее. Что в Краснодаре, что в Ростове-на-Дону люди были абсолютно в курсе всех наших тем, и пипл принимал нас отлично. В Краснодаре это была огромная открытая площадка на десять тысяч человек, мы играли в компании с «МИСТЕРОМ-ТВИСТЕРОМ» и "ЧЕРНЫМ КОФЕ". Последний факт примечателен тем, что лет в одиннадцать-двенадцать я был очень большим фанатом советского хард-н-хэви в принципе, "ЧЕРНОГО КОФЕ" в частности. Ходил на их концерты, рубился в первых рядах, выстаивал очереди за автографами, искал первые виниловые пластинки, которые выпускала «Мелодия». А когда группа пропала, у меня пропал и интерес к подобного вида музыке и тут вдруг получилось, что через много лет мы пересеклись с ними на одной концертной площадке.

— И как они тебе?

— Они очень неплохие музыканты, технари-профессионалы, но, конечно, играют уже без души. Ну… ты понимаешь… Те самые ноты, но…

— Пиратские кассеты там давали вам подписывать?

— Очень много. Ведь, как известно, Ростов-папа — это центр пиратства российского, и мы видели пиратские кассеты в таком уникальном исполнении, что просто диву давались: их можно было реально отличить от настоящих только по двум-трем орфографическим ошибкам и по тону перегнанной бумаги. Стояли абсолютно все предупреждения от конкретной фирмы насчет пиратства, в отношении некачественности и нелегального продукта: "Покупайте настоящее! Экономия пары рублей — ничто по сравнению с удовольствием от прослушивания настоящего качества". Типа того, серьезно!

— Некоторые музыканты коллекционируют пиратские кассеты…

— Я тоже пополнил свою коллекцию…

Мы также предприняли новую попытку поиграть в С-Пб. Этот концерт должен был стать презентацией «ПОПКОРМА» в Северной Пальмире. На этот раз были учтены все предыдущие ошибки. Крутой клуб в самом центре на Невском, чистое и пристойное заведение под названием «Сайгон». Хороший день, типа суббота. Клуб обещал много рекламы и всего такого. Однако и на этот раз чуда не произошло. На концерт было продано одиннадцать билетов, администрация заведения его отменила. Нам пришлось отправляться в Москву несолоно хлебавши.

По возвращении, у меня состоялся забавный разговор на гостевой нашего сайта. Питерская девушка, одна из тех одиннадцати, что оказались в тот день людьми, «выбравшими самую неудачную вечеринку» в пятимиллионном городе, наехала на группу типа: «Вы, блядь, совсем суки зажрались, приехали и не выступили!» Я попытался спокойным тоном объяснить ей (хотя таким что объясняй, что на хуй посылай — эффект одинаков), что концерт был отменен арт-менеджером клуба, а не группой. На что она, увидев мой ответ, накатала такую телегу: «Вот-вот! Не зря же говорят, что вы слушаетесь всяких менеджеров! А настоящие панки взяли бы, да и сыграли!» Иногда создается впечатление, что некоторые люди вроде как даже гордятся свои тотальным неврубом в происходящее и нежеланием делать хотя бы малейшие попытки для понимания его.

Примерно в это время мы расстались с Сергеем Мельниковым. Серега — отличный менеджер, и хороший человек, и я верю, что он сделал для группы все, что мог. Однако, к тому моменту он уже серьезно увлекся организацией больших гигов для артистов мейнстрим-рока и больших звезд русского рока и планировал открывать собственное концертное агентство. Он все меньше и меньше времени уделял делам группы. Сейчас о его концертном агентстве «Мельница» слышал каждый более или менее внимательный посетитель больших московских концертов. Все стадионные выступления «КиШ» и других групп в «Лужниках» и во МХАТе, фестивали «Пятница, 13-ое» и летний «Всероссийский панк-фестиваль» в Зеленом Театре, гастроли Placebo, Deftones и Morcheeba — их рук дело.

Мы отлично провели время в Нижнем Новгороде, выступив с «Наивом» и «Элизиумом» в одном концерте, а также сыграли в июне несколько концертов в Москве. Одним из них стал большой фестиваль в Московском Дворце Молодежи с дешевым входом и огромной массой групп. Фестиваль делал фонд «НАН» — антинаркотическая общественная организация, с которой мы в будущем будем плотно сотрудничать.

В начале июля группа отправилась на Алтай. На реке Катунь на территории заповедного Горного Алтая проводился мощный многодневный фестиваль. Вот вам пока сцен-ренорт от фэна, побывавшего на нашем выступлении на том фесте:

«Отчет о выступлении "Тараканов!" на Алтае

"Тараканы!" должны были выступать 4-ого июля (вместе с «Ва-банком» и "Небо Здесь"), но из-за дождя в этот день выступления отменили и все группы этого дня раскидали по следующим дням (зря!!)."Тараканов" поставили на 6-ое.

Итак… 6-ое июля. Выступление «Ва-банка» в предыдущий день внесло зрителям огромный заряд энергии и оптимизма. У всех стало легко и весело на душе.

Всю ночь с 5-ого на 6-ое шло глобальное бухалово. Вся турбаза была завалена пустыми бутылками. Многие встретили утро лежа на земле, либо башкой на столике. Понятное дело, началось глобальное опохмелялово, которое продолжалось вплоть до 21–00 (начало концерта).

Концерт открывала группа "Черный Лукич» из Новосибирска. Говнястая группа… Где-то в начале 90-х они тусовались с Летовым и играли сибирский панк:), а сейчас стали играть что-то типа брит-попа с примесью летовщины. Короче говоря, муть сплошная. Во время их выступления на них никто особо внимания не обращал, народ был занят распитием всяких разных напитков и курением местных дикорастущих растений (предварительно тщательно высушенных):).

После "Черного Лукича" на сцену вылез «Крематорий». Скучно, хоть убей.

Потом вышли «Лакмус» — восходящие звезды. Труппа очевидно с панковским прошлым., но не настоящим. Сейчас группа поет какие-то детские песенки, музыкой пытаясь быть похожими на "Машу и Медведи", но это пока у них не получается:).

К моменту выхода "Тараканов!" публика была готова к ним. К сцене начали подтягиваться панки, остальные стали отходить назад к середине площади. «Тараканы» вышли отстраиваться. Сыграли «Dumpweed» Blink182, без Сида. Потом вышел Сид. Было видно, что группа изрядно накидаласъ перед выступлением. Ну и понеслось: "Тупой панк-рок…", "Вино на Пиво", "Нам не нравятся те…". Возле сцены началось настоящее рубилово. Группа исполняла в основном песни с «Попкорма», хотя не забыли и "Я пил", "Украл! Выпил!? В Тюрьму". «Похмелье» Сид решил спеть вместе с публикой, только почему-то с тем чуваком, который не знал слов:). Зато «ша-ла-ла-ла» из "Панк-рок песни" подпевали все. Кажется во время исполнения "Много телок и пива" сбился с темпа Леха, видать Серега сильно разогнался. Хреново было то, что охранники не позволяли прыгать со сцены. Но все равно, все остались довольны. Выступление было живым! Группу вызвали, так сказать, на «бис», и «Тараканы» исполнили "Опасный секс".

После них выступали "13 созвездие", но это уже оказалось не в тему. Молодые панки подорвались к гримерке брать автографы. Я тоже не упустил такой возможности, заодно сфоткался с Сидом и маленько потрепался с ним:)

p. s. на следующий день выступали "Король и Шут", играли живо и весело, но все-таки сложилось всеобщее мнение (среди т. н. любителей панк-рока), что "Тараканы!" выступили круче всех!

Никита».

Спасибо, Никита. Ждем от тебя новых репортажей.

Он забыл упомянуть, что во время сета, как раз во время «Я пил», я микрофоном вынес себе весь передний мост на верхней челюсти. Концерт был доигран без зубов (Ничего страшного, кстати. Многие артисты практикуют это постоянно, их популярность от этого нисколько не страдает, а даже наоборот). Из-за оторванности от условных центров цивилизации, где я мог бы найти стоматологию и приклеить себе мост обратно, мне пришлось дотусовывать фестиваль так. Мы сделали с Горшком несколько совместных фоток в Дракула-стиле. А вот то, что Никита не видел. Место, где проводился фестиваль — система турбаз, раскинутых по фантастически красивым берегам реки Катунь. Ближайший город — Барнаул находится в нескольких сотнях километров. Через год с небольшим, где-то в этих местах был арестован ФСБ Эдуард Лимонов.

Все артисты жили на одной турбазе; зрители, гости и туристы — на другой. Там, собственно, и была построена сцена. Несколько дней мы отлично проводили время в немыслимой по своему составу тусовке. Судите сами: мы выпивали с «Машиной Времени» (почти двадцать лет назад я с мамой ходил на их концерт) и бакланили с Макаревичем и Кутиковым о том, о сем; слушали со Скляром новый альбом Sepultura; с Егором из «Мультфильмов» сделали турнир по пинг-понгу, тусили по саунам с Максом Любимовым и Аней Роговой с «Нашего Радио» и пытались с Князем купаться в ледяной реке. Все шло просто заебись, пока не выяснилось, что организаторы фестиваля должны турбазе денег за наше проживание и турбаза более не намерена нас терпеть. Пока же они готовы ограничиться отказом от предоставления «господам артистам» положенного трехразового питания. Мы приготовились голодать (остальные, более обеспеченные группы, расстроились не очень), однако тем же вечером в нашем кемпинге был устроен «ритуал убийства барана» (прошу прощения у господ вегетарианцев).

Алтайцы убивают баранов, следуя сложнейшим правилам. В день смерти, баран привязывается к определенному дереву и тусует там весь день строго головой на запад, хвостом на восток или наоборот. Вечером туса, заказавшая себе этот аттракцион (я не знаю точно, кто его оплачивал, участие принимали многие известные личности), собралась у места убийства. Два ритуальных алтайца, полные местного колорита, вершат акт насилия над бедным животным. Один держит барана, другой острым ножом взрезает ему кожу живота и, любовно проникая рукой внутрь, вынимает из него сердце. Таким образом, баран помирает без особых мучений, мгновенно. Алтайцы ритуально зазывают всех в ярангу, где тут же разворачивается кулинария. Первое блюдо, которое готовится из барана за десять минут после смерти, зовется «кровяная колбаса». Баран на Алтае — безотходное производство. В дело идет все. Мы ели его три дня, весьма широким составом. Самое последнее баранье блюдо Макаревич изготовил к вечеру третьего дня. Это была жирнейшая шурпа, под которую можно без проблем выжрать литр водки в одно рыло, а потом… еще литр.

В качестве иллюстрации к тому алтайскому фесту приведу интервью, данное «Музыкальной газете» почти сразу же после возвращения оттуда:

— Расскажи о фестивале на Алтае «Катунъ-2000». Много самых разных пост-суждений о нем ходило…

— Фестиваль проходил восемь дней. И мы выступали на нем в компании с восемью-девятью гриппами разного сорта: от "МАШИНЫ ВРЕМЕНИ" до "КОРОЛЯ И ШУТА". Для музыкантов, аккредитованных журналистов, шоу-бизнесменов все там было очень и очень неплохо. Представь себе отличную турбазу: настоящую, такую дорогую, «новорусскую», в которой мы все были размещены, где нас кормят, где нас различным образом пытаются всячески увеселять, причем все это находится в таком живописном месте, что если не бывать в таких местах, то вообще можно не получить представления о разнообразностях природы и всей Земли. Ездить действительно нужно, ездить для того, чтобы смотреть на мир не глазами Сенкевича, а своими собственными. Нам очень важно было подышать не московским воздухом, оздоровление организма почувствовалось на третий день, всю эту нашу московскую экологию выгнали, очень хорошо прочистили головы. То есть, что касается проживания, пребывания — кайф вообще, расслабуха, все отлично. Каждый день баня-сауна, винище дешевое, странная очень тусовка, перемешанная: Маргулис бухает, допустим, со Скляром, а Андрей Державин, еще недавно поп-артист, сидит за одним столом с "КОРОЛЕМ И ШУТОМ", вот так вот все.

— О! Пожалуйста, поподробнее о том, как вами воспринимался Державин! Если остальные участники "МАШИНЫ ВРЕМЕНИ", как я понимаю, люди не твоего круга, то уж Державин — тем более…

— Абсолютно точно, что это не наши люди, но они, в общем, все (друг другу) братаны, они неплохие пассажиры. Скажем, с «ВА-БАНКЪ» ту совать очень и очень несложно.

— Понятно. А как зрителям жилось?

— Аудитория фестивальная жила в двадцати километрах от нас на турбазе похуже, если не сказать жестче — на совсем-совсем плохонькой турбазе, в таком пионерском лагере совсем дешевого образца. Там жили люди, которые купили путевки в Москве, Санкт-Петербурге и в других городах, туда же съезжались палаточники и те, кто приезжал на один-два дня. Люди съезжались на фестиваль со всем края.

Площадка стояла непосредственно там. Это была очень хорошая сцена, находившаяся в естественной, природной нише, в таком как бы амфитеатрике, созданном оврагом и растущими по бокам деревьями. Был хороший аппарат, и каждый день там фигачили банды. Аудитория каждый день варьировалась от четырехсот до полутора тысяч человек и люди тусовалисъ достаточно весело. Аудитория эта, конечно, попроще, она малотребовательная и там еще очень много таких псевдохиппи, для которых «КРЕМАТОРИЙ» — это вообще ништяк.

— "ТАРАКАНЫ!" не напугали местную публику?..

— Панки были достаточно подготовлены, причем панки на периферии вообще ждут от панк-группы чего-то большего, чем "ТАРАКАНЫ!" показывают в принципе. Все считают, что известные панк-банды — это дичайшие люди, которые выйдут и не песни будут петь, а заблюют всех кровью. Ну вот, а тут такое дело, панки выходят — и просто фигачат. Панк-аудитория была довольна. А у людей, которые были, скажем, русско-рокерской ориентации, возник легкий столбнячок, потому что, конечно, прыжки, обливание водой, засовывание микрофона в рот, дикие темпы, металлическое звучание, агрессивность, без всяких этих «братья-сестры», "дети воды", на них произвели впечатление. Весь съезд происходил под такими девизами типа: "Туристический фестиваль, палатки, костры", а тут вдруг вот такая вот хрень. Но мы получили очень хорошую реакцию людей, по всей видимости, мы там получили новых фэнов. В итоге раздали очень-очень много автографов.

— Некоторые музыканты жаловались, что их «кинули» с оплатой дороги…

— Ситуация была такова, что, естественно, все музыканты поехали на Алтай с условием оплаты дороги туда и обратно, проживания и выплаты гонорара. Многие почувствовали, что у организаторов не все хорошо, где-то на третий-четвертый день (обычно это видно по цвету лиц и бегающим глазам). Люди уже внутренне напряглись, пошли шепоточки, что надо бы брать деньги вперед, но все равно гонорары выплачивались и никого там не «кинули». Правда, в один день отменили пищу у нас на базе — должны были кормить и вдруг сообщили: нет, сегодня мы вас не кормим — но ничего… все жирные московские артисты сказали — ладно, давай сейчас зарежем барана, будем жарить шашлык. В последний день нас должны были отправить назад вместе с "НЕБО ЗДЕСЬ", кем-то еще и тридцатью туристами поездом; «ВА-БАНКЪ», «МУЛЬТРИЛЬМЫ», "КОРОЛЬ И ШУТ", другие группы уезжали из другого города самолетом (мы — из Барнаула, они — из Новосибирска). Все разъехались в эти города с представителями от организаторов; в обоих городах произошла одна и та же история: человек якобы уходил за билетом выкупать бронь и пропадал. Пришлось выруливать это дело своими силами.

— С тобой на фестивале какой-то забавный случай произошел…

— У меня же, как известно, мост во рту стоит — передние четыре зуба не свои, они потеряны в те давние времена, когда я увлекался всяческими химическими препаратами и уличными драками. А мой любимый трюк в последнее время — это такое «совалово» микрофона в рот. И там я его вытащил изо рта вместе с мостом… Ближние люди, наверное, были поражены таким диким фокусом.

— Участники гриппы «ЛАКМУС» говорили, что ты похвалил их выступление. Это как понимать, может возраст сказывается, мягче становишься по отношению к тем исполнителям, чья музыка тебе совершенно не близка?

— Скажем так, вообще атмосфера среди музыкантов была достаточно благожелательной, кто бы чего пи играл и кто бы как ни играл. И такой мазы, чтобы морды бить друг другу и спорить о чем-то, не было, просто потому, что там хотелось просто дружить и приятельствовать со всеми. А речь идет о том, что, в принципе, «ЛАКМУС» отыграл свой сет действительно ровно и неплохо. Речь шла вот о чем: "Ну, как мы выступили?" — "Вы выступили неплохо, парни!" Кроме того, там была такая ситуация. Они были одними из немногих местных, «ЛАКМУС» же из Новосибирска, они там считаются продавшимися свиньями. Мне эта позиция очень понятна. Огромное количество фэнов из Новосибирска их негативно и агрессивно воспринимало на сцене, очень плохо, активно агрессивно. Но надо ж понимать, что на сцене — девочка, и то, как они отыграли, при всем при этом говорит о том, что это смелая, ровная группа. Несмотря на то, что они исполняют. И, действительно, я все это им сказал».

Фестиваль закончился грандиозным кидаловом всех без исключения. Попали многие артисты, туристы, хозяева турбаз, аппаратчики и многие другие. Организаторы мероприятия слились со всеми деньгами, после того, как провернули с нами подлейшую штуку. В день отъезда музыканты и туристы погрузились в автобусы, которые должны были доставить нас к месту отправки домой. Те, кто летел самолетом поехали в Новосибирск, железнодорожные страдальцы — в Барнаул. «Тараканы!» были в барнаульской тусовке. Через несколько часов утомительной езды, наш автобус припарковался на стоянке около барнаульского ж.д. вокзала. Большая часть пассажиров спала. Человек от организаторов сообщил, что отправляется в кассу вокзала выкупать групповую бронь на все сорок человек. Сказав это, он вышел из автобуса… Больше мы его никогда не видели.

Примерно через час самые мнительные из нас заволновались. Еще через некоторое время водитель автобуса сообщил, что ему никто не заплатил за рейс и он предлагает нам освободить салон со всеми вещичками. Таким образом, сорок с лишним человек москвичей, туристы, заранее оплатившие ВСЕ расходы еще в Москве, покупая путевки на фестиваль, и музыканты, которым также естественно было все оплачено, оказались на привокзальной площади чужого города. Среди нас были люди с детьми, люди, просадившие на фесте весь наличный прайс, оставив денег только на жетон московского метро, юные телки, которых мамы впервые отпустили в «приличную» тур-поездку. Все мы были оставлены без билетов домой, без каких-либо инструкций в центре БОЛЬШОГОгорода, в котором ни у кого из нас не было никаких знакомств. Организаторы посчитали возможным бросить на произвол судьбы огромную тусню людей, доверившихся им и, что самое главное, заплативших по полной и заранее.

Нам удалось собрать необходимую сумму денег для того, чтобы выкупить билеты самостоятельно. Люди проявили братанство, и те, у кого прайс был, оплатили немалые суммы за проезд поистратившихся пассажиров. Я не могу себе даже представить, что бы произошло, если бы у нашей тусовки не хватило денег. А это легко могло случиться. Все мы даже в мыслях не допускали возможности такого хамского кидалова.

Через некоторое время после возвращения с Алтая в Москву, «Тараканы!» получили предложение выступить на самом первом опэн-эйре «Нашего радио», легендарном «Нашествии» в Раменском.

На том фесте нам досталось крайне не почетное место второй группы в один из двух дней фестиваля. «Тараканы!» исполнили четыре или пять песен при поддержке мощной тусни парней из «Смеха» и панк-тусовщиков, которые устроили беспредельные панк-пляски во время исполнения «Много телок и пива». Не уверен, что наш сет был по сердцу многим тысячам фанатов «Нашего радио», кроме того, фиговая игра и ужасное звучание становилось для нас обычным делом на больших фестивалях. Большинство артистов «Нашествия» чувствовали себя на огромной сцене весьма комфортно, самое главное — привычно. Мы же, группа из панк-клубов на триста человек, просто не звучим на таких мероприятиях, что с успехом было доказано еще не раз. «Тараканы!» слишком ориентированы на «командную игру» и естественный, а не мониторный звук инструментов. Когда же партнер оказывается за несколько метров от тебя, а единственная возможность услышать барабаны, это припасть к монитору ухом, РОК-группа начинает звучать крайне неубедительно. Хотя, вполне возможно, я зря нагоняю. Публика на таких фестивалях, по крайней мере, ее видимая часть, всегда бодрится.

Вот, кстати, репорт о Таракановском сете на первом «Нашествии», выкопанный в интернете (автор не известен, первоначальный источник также):

«"ТАРАКАНЫ!" на НАШЕствии-2000.

Настало время Димы Спирина и его "Тараканов"-сотоварищей. Дима очень скоро поведал всем, ради чего живут и творят музыканты — понятно, что делают они это не идеи или пафоса ради, а телок и пива для. Во время исполнения убойной силы двухминутного боевичка "Мною телок и пива" на сцену выскочило ни много, ни мало человек 15 так называемой "группы поддержки", которым было разрешено делать на ней, все что в голову взбредет. Чем юные фанаты "Тараканов!" с успехом пользовались до конца двадцатиминутного сета их любимой группы. Сид в это время сосредоточенно ошелушивал децибеллы, поступающие в его закаленные уши из зала, периодически комментируя промежуточные результаты: "О**енно, но можно еще громче". Немного попрыгал, после чего ушел за сцену сетовать на дорогое пиво и недостаточное настоящим панкам количество телок. Ну, а на прощание представил зрителям следующего гостя постепенно, как и днем раньше, заполнявшеюся поля ипподрома (еще одного панка, правда, похоже уже бывшего) по имени Наш.

Дмитрий «Сид» Спирин, "Тараканы!": "Конечно, когда на таких фестиках играешь и если ты — желанный артист для большинства людей, это понятно, это видно, потому что торчат руки. В нашем случае то, что написано было на лицах людей, было не разглядеть: Зонтики и вообще достаточная удаленность зала от сцены. Нам нужно было еще исполнить песню «Непогода». Но у нас был лимит, мы не смогли сыграть столько, сколько хотели. Фестивалю — хорошей погоды, бесплатного бэкстэйдж-бара, чуть более дешевого пива и больше панк-групп"».

Лето, начавшееся для нас еще в апреле поездкой на Кубань, закончилось в начале октября там же. Группа снова была приглашена на байкерское мероприятие, но на этот раз в Сочи. Нам также удалось «приклеить» концерт в Краснодаре. Второй визит в этот город за один год оказался последним для нас до сегодняшних дней. Этот концерт даже сложно было назвать концертом. Организатор сэкономил на всем. Зал, в котором нам предстояло играть, оказался заброшенным еще лет десять назад советским клубом, переделанным из церкви. В нем отсутствовал даже пол, а в крыше имелись нехуевые щели. Выставленный аппарат оказался калом, его мощи не хватило бы даже на то, чтобы озвучить помещение в пять раз меньше. Для обеспечения охраны зала, сцены и билетного контроля на дверях организатор нанял местных бритоголовых. Концерт имел самую хуевую атмосферу из тех, что можно придумать. Аппарат лишь попердывал, «охрана сцены» фотографировалась на фоне выступающих «москвичей-артистов», зажатая публика испугано терлась по стенам. Нам так и не удалось раскачать зал, что, в общем-то, неудивительно. Мы обламывались, смотря в зал; люди обламывались, смотря в сторону сцены. Такие концерты никогда не прибавляют группе популярности, а только работают на утверждение дурной славы об ансамбле в конкретном городе. Именно так и вышло с Краснодаром. С тех пор предложения приехать с гастролями в этот чудный город мы ни разу не получали, в котором, как нам известно, живет немало наших фэнов.

Байк-шоу в Сочи, состоявшееся на следующий день после краснодарского облома, тоже прошло не без эксцессов. Представители нескольких враждующих между собой мотоциклетных группировок устроили разборку прямо во время концерта, задуманного как общегородской праздник для всех. Было дико не в кайф даже просто наблюдать подобные вещи, а не то чтобы быть вовлеченным в это.

Ночью, после концерта, случился новый скандал, но уже внутри группы. Возникший из мелочи, он стремительно перерос в небольшой файт. Эта неприятность оказалась решающим фактором для Санька Голанта, который в поезде по дороге домой объявил о том, что намерен покинуть коллектив.

Очевидно, что сочинский инцидент стал лишь последней каплей для Санька. Проблема возникла уже давно, просто до поры до времени она казалась вполне решаемой в рабочем режиме. Я не всегда был в восторге от некоторых сочинительских идей, которые Голант предлагал группе, и в некоторых случаях оказывал жесткое сопротивление. Например, еще за год до этого я был активно против записи песни «365 дней», автором музыки и текста которой был именно Санек. Вещь казалась мне абсолютно беспонтовой и ее сценическая жизнь доказала мою правоту. «365 дней» исполнялась на концертах считанные разы, несмотря на наличие ее в радиоэфире и клип, который редко, но все-таки показывался по ТВ. Невозможно припомнить случая, когда бы фэны просили ее из зала. Я советовал Саньку подкорректировать ее, сделать новый текст, и сам предлагал различные варианты. Все они были отвергнуты, с весьма спорной аргументацией типа «это моя песня и она либо будет исполняться в таком виде, в котором я ее предлагаю, либо ее не будет вообще». «Тараканы!» всегда с успехом практиковали групповое сочинение, в том числе и в виде предложений остальных в готовую вещь кого-то одного, и такая позиция Санька сильно меня раздражала. Мы много спорили, почти перестали в последнее время находить с ним общий язык. Мною также было завернуто еще несколько его сочинений, в том числе песня «Баночка колы», попавшая позже, правда в весьма измененном виде, в альбом группы «Три-15».

Blink 182, MxPx и им подобные группы, ставшие любимыми бандами Санька, начали оказывать на него весьма заметное влияние. Мне же эта музыка никогда особо не нравилась, и появление в нашем репертуаре песен, сочиненных под их влиянием, казалось мне нежелательным. В итоге, в «Тараканах!» сложилась ситуация, в которой Санек просто прекратил сочинять материал для группы, видимо, не желая очередной раз обламываться. Скорее всего, именно это и привело его к мысли о создании собственного коллектива, в котором можно было бы реализовывать песни, не проходящие в «Тараканах!», да еще и исполнять их самолично. Этой группой стали «Три-15».

Мы доиграли в прежнем составе несколько заряженных концертов. «Три-15», в состав которых вошли также Леха и Сергей, приступили к репетициям. Через несколько месяцев Руслан Ступин покинул «Наив», и остальные предложили Саньку примкнуть к ним. Таким образом, Голант стал уже третьим музыкантом нашей группы (после Пита и Роди), оказавшимся в «Наиве». Санек по сей день совмещает участие в обоих коллективах. Весной 2001, когда первый альбом «Три-15» увидел свет, на его обложке было крупно набрано «Проект «Наива» и «Тараканов!». Люди, решившие не покупать альбом, но слышавшие о нем (либо те купившие, что отличаются тотальным «неврубом»), до сих пор иногда задают вопросы, продолжат ли Сид и Чача этот проект. Продолжим, хуйли нам, кабанам, долго, что ли? Но, наверное, все-таки под другим названием.

Кандидатура нового гитариста для «Тараканов!» даже не обсуждалась. Им должен был стать только один человек, и на наше счастье он стал им.

Дмитрий Кежватов, или Ватов (или масса других однокоренных фамилий типа «СтеклоВатов»), играл на момент прихода в «Тараканы!» в массе других проектов. Сергей был с ним хорошо знаком по общей тусне, и именно он сделал Димону первое предложение. Вот лишь краткое перечисление тех ансамблей, в которых играл, либо продолжает играть Ватыч: Ens Cogitans (авангардный хэви-метал), «ПраЗник» (основной побочный проект Димона, в котором он также поет. Ска-панк со смешнейшей лирикой), Zalex (прогрессивный гитарный рок на английском, с реверансами в сторону Pixies). Он прошел отличную фольклорную школу, несколько лет участвуя в составе известнейшего ансамбля «Карагод».

Мне сложно давать какую-то личностную характеристику Ватову, это может занять не один десяток страниц. Скажу лишь, что он один из самых любопытных, многогранных, талантливых и душевных людей, из встречавшихся мне когда-либо. У него отличное чувство юмора, он умеет доставать верхним веком до кончика носа, а на его гитаре имеется стикер «Guitarists lick better» и, в случае с Ватовым, это не пустые слова. Он профессиональный художник-аниматор, вегетарианец и стрейт-эйджер (но не на «стрейт-эйдж»-идеологии, потому допускает для себя моменты легкого расслабления крайне редко), гитарист экстра класса и отличный композитор. С его приходом «Тараканы!» стали натуральной баскетбольной командой (с Серегой в качестве играющего тренера).

Он носит клеш и иногда месяцами жрет только орехи. Это Дима Ватов, что добавить здесь еще?

Первый концерт с новым гитаристом «Тараканы!» дали 1-го декабря 2000-го года в СДК МАИ на ежегодном фестивале «Антиспид».

Мы немедленно начали сочинять новые песни. За период с конца лета 99-го и вплоть до прихода в группу Димона (то есть больше чем за год) была сделана всего одна новая песня «Как в 3-й Quake». С ним в составе мы за весьма короткий период сочинили множество свежих вещей.

Леха и Димон сделали «Реальный панк», мы с Ватычем — «Не верю», я — «Бритни», и Ватов снова — «Когда я куплю себе пистолет». Все тексты на этот раз были моими.

В самом конце года вышла третья часть сборника «Типа панки и все такое». Впервые на CD и впервые с радио-поддержкой. По отзывам многих эта компиляция оказалась самой удачной из всех пяти. Концерт-презентация в «Свалке» собрал более семисот человек, клуб трещал по швам, люди висели друг у друга на головах. На этом концерте состоялось одно из первых выступлений «Приключений Электроников», кавер-проекта, в состав которого вошли (кроме меня и Сереги Прокофьева), Андрей Шабаев и Санек Фуковский, игравший на тот момент в «Ульях» и «Шлюзе».

На самом деле «П.Э.» сделали свою первую запись еще год назад, осенью 99-го. Тогда была записана «Песенка оживших игрушек», вошедшая на «Типа панки… — 2». Песня оказалась результатом весьма короткого сотрудничества (всего пара репетиций) меня, Шабаева, и Кости Савельевских, басиста «Ульев» и «Мэд Дог». Именно Костян был автором идеи ансамбля, который исполнял бы кавера старых советских песен аранжированных в поп-панке. Он даже имел в голове имя для такой группы: «Приключения Электроников». Костя очень любил играть на барабанах и в «П.Э.» он мог реализовывать свои барабанные амбиции. Впрочем, с переменным успехом.

Записав ту вещь за ради юмора и пробы, мы задвинули проект на потом. Осенью 2000-го мы с Андреем решили вернуться к «П.Э.», пригласив Фукса и Серегу. Никто не ожидал особого успеха, просто сама идея казалась очень симпатичной и лежала на поверхности. Почти каждая панк-группа имеет кавер той или иной советской песни, так почему бы ни сделать отдельную банду для этого? После нескольких репетиций мы записали «Прекрасное далеко», и она была отдана (в числе других мест) на «Наше радио» для ознакомления. Вещь немедленно была взята в ротацию и имела оглушительный успех в хит-параде станции. Такая же судьба ожидала и вторую нашу песню «Лесной Олень». Судьба проекта была предрешена. Люди хотели нас видеть и слушать уже тогда, когда мы могли играть вместе всего четыре песни. Правда, практиковать выступления мы все-таки начали с семью вещами в репертуаре. Как только первый успех «П.Э.» забрезжил вдалеке, множество чмошников безапелляционно заявили (важно раздувая щеки), что проект создан исключительно и только ради зарабатывания денег. Не пойму одного, почему всем всегда есть дело до чужого прайса? Среди стройных голосов «обвинителей» были также и подлые глотки некоторых «коллег-соратников» по цеху, многие из которых известны сейчас людям, благодаря нашему участию в их судьбе. Пораскрывав свои тухлые рты, эти ублюдочные неудачники тявкали о «П.Э.» по углам, исходя желчью от зависти. Очевидно, что ни у кого из этих музыкантов нет неких моральных или идеологических принципов для того, что бы не играть кавер-версии, подобно «П.Э.» Они просто продрочили сытную и интересную людям мазу, проебав ее из-за своей лености, безынициативности, отсутствия элементарной фантазии и сообразительности. Логика таких людей проста и глупа: «Раз МЫ не придумали что-то яркое и крутое — значит ТОТ, кто придумал, сделал это исключительно в меркантильных целях». «Приключения Электроников» существуют до сих пор и весной 2003-го выпустили вторую пластинку. Саша Фуковский играл в проекте до конца 2001-го, сейчас он сотрудник радио «Максимум». Новым музыкантом стал Коля Богданов, бас-гитарист «Наива». В «П.Э.» Колян играет на гитаре и, также как мы с Андреем, поет.


6.  ПОЕЗД В СТОРОНУ АРБАТСКОЙ | Тупой панк-рок для интеллектуалов | 8.  РЕАЛЬНЫЙ ПАНК?