home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement









Духовный сеятель


Первородная гладь Святого озера, обрамлённая зелёным ожерельем северного берендеева леса, проявляла чудные очертания некоего Китежа на своей поверхности. Нет, сказочные строения были не там, в глубинах, а на берегу и каким-то естественным образом сливались с водяными видениями. В этот сияющий июльский день один из красивейших и значимых монастырей России — Антонио-Сийский — представал перед писателями, учёными, чиновными людьми, приехавшими для исполнения серьёзной миссии — учреждения Архангельского отделения Всемирного Русского Народного Собора.

Не в городских конференц-залах, а здесь, в стенах старейшего, основанного 485 лет назад монастыря, после литургической службы предстояло учредить отделение Собора.

Это придало событию глубинный, знаковый характер. Какой-то восторженный холодок пробегал по спине. Здесь в 1520 году преподобный Антоний основал свою обитель, виденье которой явилось ему в начале иноческого пути, когда перед ним предстал световидный старец в белых ризах с крестом и благословил на пустынножительное наставничество многих иноков.

Вот и тогда, 485 лет назад, вышел священник-монах Антоний с иноками к озеру и стал на молитву. Их увидел ловец (охотник) Самуил и поведал, что те, кто здесь охотится, часто слышат звоны, пение монахов и даже звук топоров. И народ считал, что место это предназначено для святой обители. Антоний здесь, на берегу озера, неподалёку от реки Сия, поставил крест, срубил с помощниками часовню.

Здесь монахи молились, пахали землю, принимали страждущих. Что поражает: Антоний посылает своих сподвижников к Великому князю Василию Ивановичу в Москву, и тот их принимает и даёт право на учреждение Свято-Троицкого монастыря, дарует земли вокруг. Постепенно монастырь крепнет, становится заметным духовным центром Подвинья. Предсказание световидного старца сбылось. Антоний стал “наставником множества иноков”. А наставником он был мудрым, учительным и, несмотря на свой авторитет, в трапезной на общем собрании обсуждал с братией все монастырские дела общины и тем самым приучал иноков мыслить, высказываться и отвечать за сказанное, за дела, поступки. Тем более что исполнение решений было обязательным для каждого.

Все монахи, как предписывал преподобный, постоянно молились, соблюдали посты, соблюдали все монастырские правила в келье, в трапезной, соединяли молитвенные и хозяйственные труды.

Казалось бы, дебри, леса, реки, озёра отдаляют монастырь от Вологды, Новгорода и тем более от Москвы. Можно впасть в уныние, забвение, дикость. Но нет, идут по дорогам, тропам, двигаются по водным путям православное знание, книжная премудрость, примеры святости и чудотворения Руси и всего христианского мира.

Здесь, на Севере, близкими становятся имена первоучителей церковных Григория Богослова, Василия Великого, Иоанна Златоустого. Русь связывается незримыми нитями со всем православным миром и крепкими узами единения со всеми своими землями.

Преподобный Антоний считал необходимым просветить монахов и силой православного книжного знания, положив начало переписыванию книг, завёл библиотеку. Так здесь, на севере Руси, собралось одно из богатейших книжных собраний. Монастырь стал и центром хозяйственной жизни — вокруг были возделаны поля, разводился скот. Доходы приносило солеварение, искусством которого монахи овладели в совершенстве так же, как выделкой кожи, портняжным либо тарным ремеслом. К монастырю тянулись бедные, убогие, просто ищущие душевного покоя и духовного покровительства.

Преподобный Антоний никого не отгонял, братии завещал: “Живите в общежитии равно духовно и телесно, пищею и одеждою по заповеди святых Отцов, нищих же кормите в довольстве и милостыню подавайте, да не оскудеет место сие святое”.

Преподобный был рачительным хозяином монастыря, большим заботником о людях, но, главное, был великим молитвенником, дважды уходил из обители в пустынножительство, где неусыпно молился, “осветлял душу” и неустанно трудился: пахал, сеял, ловил рыбу; всё, что добывал, отсылал в монастырь. Был беспощаден к своей плоти, постоянно вёл “мысленную брань” с “помыслами”, истязал её, борясь с исступлением. Всё это дало ему великую силу духа, дар прозрения.

В 1556 году Антоний умер, а уже в 1579-м произошла его канонизация. Это было промыслительно, ибо то был истинный век русской святости, Русь постигала себя. Это было время митрополита Макария, при котором было канонизировано к общерусскому прославлению около 40 русских святых, почитаемых до этого местно. Именно в это время составлены великие Минеи Четий — свод книг о житии святых. Все местночтимые святые подтягивались к Москве, которая становилась духовным центром Руси. Антониево-Сийскому монастырю недаром благоволил сам царь Иван Грозный, ибо в такого рода духовно-экономических опорах он видел скрепы Руси, её молитвенную “засечную линию”. Где же нынче державные, духовные центры у сегодняшней власти? Ведь великая трагедия Отечества состояла в XX веке в том, что эти молитвенные и державные центры были разгромлены. “Бог мудрый, а дьявол проворный”, — это часто говорит Святейший Патриарх. Надо опередить бесовские устремления, не дать им осуществиться. Ныне монастырь возрождается. Молитва к молитве, камень к камню, паломник к паломнику. Надеюсь, что монастыри снова займут важное место в духовной, культурной, экономической жизни страны.

Да и мы в тот день были и молитвенники, и паломники, и созидатели. Светоносная и красивая литургия, которую торжественно провёл епископ Архангельский и Холмогорский Тихон, знакомство с монастырём, его возрождающимися храмами и работа по созданию, закреплению на земле Архангельской Всемирного Русского Народного Собора соединили нас воедино.

Перед началом Соборной встречи преклонились перед плитой, где находятся мощи Святого, и в единодушии молились: “Святый Отче, Антоний, моли бога о нас!”.

А он и молился за нас, грешных, все эти годы, несмотря на погром и закрытие в 1923 году монастыря. Разрушено было многое, возведена лишь “Попова баня”. Но это не монашеская мыльня, а банька, построенная для руководителя области Попова.

В 1992 году пришёл сюда иеромонах Трифон — умный, остроглазый, хваткий. Чувствуется, что при нём монастырь обживается, обустраивается, укрепляется. В пять тридцать утра там служится молебен преподобному, основателю монастыря Антонию. Этим укрепляется всё вокруг. Высокой, торжественной, уже утвердившейся традицией завершается вечерня: идут монахи, богомольцы, паломники, крестным ходом обходя храмы и всю площадь монастыря. Впереди фонарь и икона Божией Матери. Звучит “Богородице Дево, радуйся”. Богородица к обители благосклонна. Духовное поле монастыря разрастается, его подворья выросли в Емецке, Сельце, Архангельске, Санкт-Петербурге.

В северной столице строится деревянный храм в честь преподобного Антония Сийского. Возрождается и традиция собрания книг. Библиотека уже имеет десять тысяч книг и журналов. Внесли свою лепту и мы. Иконописная мастерская антониосийцев известна за пределами обители. Братия издаёт газету “Духовный сеятель”, приложение “Педагогический семинар”, альманах “Сийский хронограф”.

Так духом и молитвой, трудами епископа Тихона и настоятеля Трифона, монахов и тружеников, местных властей и благотворителей в северной европейской части России, среди лесов и вод, снова встал и укрепляется замечательный монастырь — духовный центр, опора церкви и православного народа.

И, наверное, неслучайно сюда зашёл по дороге в Москву юный Михаил Ломоносов. Ясно, что помолился, попросил доброго совета и благословения у своего дяди Ивана Дорофеевича, обитавшего в монастыре, прикоснулся к благословенной земле. Прикоснулись и мы.



Архангельское полноголосье | Наш Современник 2006 #1 | Холмогоры